Из труда «Невосприимчивость в инфекционных болезнях»

Иммунитет к заразным болезням заключается в свойстве организма оставаться здоровым, несмотря на проникновение в него заразных начал. Это понятие об­нимает очень большое количество явлений, которые не всегда могут быть резко отграничены от соседних с ними. С одной стороны, невосприимчивость связана с выздоровлением, с другой — она приближается к болез­ни. Так, организм может считаться невосприимчивым и тогда, когда проникновение очень опасного вируса вызывает только незначительное недомогание. Однако последнее сопровождается хотя и очень легкими, но болезненными симптомами. Поэтому и невозможно, да и бесполезно определять, точные пределы между имму­нитетом и пограничными с ним состояниями.

Невосприимчивость является весьма разнообразной. То она очень стойка и продолжительна, в других случаях она очень непрочна и мимолетна. Иммунитет мо­жет быть индивидуальным и семейным; он может быть расовой или видовой привилегией. Невосприимчивость часто бывает врожденной, как в случае так называемо­го естественного иммунитета, но часто также приобре­тенной. Эта последняя категория невосприимчивости развивается или естественным путем, после приступа заразной болезни, или же вследствие вмешательства человека. Главным средством для приобретения искус­ственного иммунитета служат прививки вирусов и вакцин.

Явления невосприимчивости возникли на земном ша­ре с незапамятных времен. Иммунитет должен быть такого же давнего происхождении, как болезнь. Самые простые и первобытные организмы принуждены посто­янно вести борьбу за существование. Они охотятся за живыми существами, чтобы питаться ими, и защищают­ся от других организмов для того, чтобы не стать их добычей.

Когда в этой борьбе нападающий гораздо меньше своего противника, то первый внедряется в организм по­следнего и уничтожает его путем инфекции. В таком случае он остается внутри организма для поглоще­ния его содержимого и для производства в нем од­ного или нескольких новых поколений. Естественная история одноклеточных организмов, растительных или животных, часто представляет нам эти примеры перво­бытного заражения.

Но инфекция имеет и обратную сторону. Организм, подвергнувшийся нападению, защищается против свое­го мелкого врага. Он делает это, или отделяясь от него прочной оболочкой, или же уничтожает его всеми сво­ими наличными средствами.

Так как множество организмов для своего питания должны подвергать питательные вещества переварива­нию различными химическими выделениями, то они употребляют последние в борьбе против заразных на­чал: они переваривают их, когда только могут.

Одни из самых первобытных организмов, миксомицеты, имеющие вид бесформенных протоплазматических масс, средних между животными и растениями, погло­щают различные инородные тела. Часто им случается захватывать многочисленных бактерий, развившихся около них, на гниющем дереве или в ином месте. Не­которое время последние могут жить внутри пищевари­тельных вакуолей плазмодия. Но последний кончает тем, что переваривает их своими растворимыми фер­ментами, средними между пепсином и трипсином. Бла­годаря этой пищеварительной способности плазмодии остаются невосприимчивыми к бактериальным инфек­циям.

Пример этот, выбранный между простейшими суще­ствами, может служить прототипом для явлений имму­нитета вообще. В начале изучения этого замечательного свойства стольких живых существ думали, что патоген­ные микробы внутри невосприимчивых существ встречают среду, непригодную для их жизни, или потому что она лишена некоторых необходимых им питательных веществ; или потому, что она содержит какие-нибудь вредные для микроба вещества. Очень многочисленные и основательные исследования показали неточность этих гипотез. Действительно, существуют некоторые патогенные микробы, очень взыскательные относительно своей среды. Некоторые из них развиваются только в присутствии особенных веществ, другие в высшей степени чувствительны к малейшим следам ядов. Но таковые являются редкими исключениями. Огромное большинство патогенных микробов, принадлежащее к группе бактерий, наоборот, очень легко приспособляется к самым различным средам культуры. Большинст­во их очень хорошо живет и развивается в крови или в других жидкостях невосприимчивого организма. Сле­довательно, иммунитет их зависит не от этой причины. Ее приходится искать между факторами, более тесно связанными с жизнью.

Стараясь глубже проникнуть в эти вопросы, предположили, что невосприимчивый организм освобождается от заразных микробов, выделяя их наружу вместе с экскретами. Довольно долго настаивали на том, что животный организм способен переводить заразных ми­кробов в почки, откуда они выделяются с мочой. Но пришлось убедиться в том, что выделения этого никогда не совершается при иммунитете. Оно наступает только тогда, когда организм болен и когда целость почечного фильтра поражена.

Заразные микробы, попавшие в здоровый организм, остаются в нем более или менее продолжительное вре­мя, но погибают внутри его, не будучи выделенными наружу. Это исчезновение микробов совершается бла­годаря тому же процессу, посредством которого плаз­модий освобождается от бактерий, захваченных им во время его медленных странствований по мертвым ли­стьям или по гнилому дереву. Микробы резорбированы в невосприимчивом организме вследствие настоящего пищеварительного акта. Замечательно то, что желудоч­но-кишечное пищеварение, так хорошо приспособленное к растворению самых разнообразных питательных веществ, большей частью неспособно переварить патогенных или других микробов. Очень редко встречаются растворимые ферменты кишечного канала, которые бы­ли бы в состоянии переваривать микроскопические ор­ганизмы,особенно бактерий. Вот почему орган этот, столь богатый пищеварительными диастазами, большей частью населен огромным количеством бактерий и дру­гих микробов.

...Выхождение белых кровяных шариков, их пересе­ление в полости и ткани сквозь стенки сосудов — одно из главных средств защиты организма. Как только за­разные начала проникли в него, целая армия белых кровяных шариков направляется к угрожаемому месту и вступает в борьбу с микробами. Сначала сквозь стенку сосудов проходят микрофаги именно благодаря приспособленной форме их ядра. Оно разделено на не­сколько маленьких лопастей, а потому каждая из них легко проскальзывает сквозь крошечные отверстия между эндотелиальными клетками сосудов. За микро­фагами следуют макрофаги и в большем или меньшем количестве примешиваются к экссудатам.

Но не одни микробы вызывают эту воспалительную реакцию, сопровождаемую эмиграцией и скоплением лейкоцитов.

Введение посторонних тел и асептических жидко­стей приводит к тем же результатам. Действительно, фагоциты одарены большой чувствительностью, позво­ляющей им воспринимать очень незначительные изме­нения химического или физического состава среды, ок­ружающей их.

Придя к месту нахождения внедрявшихся посторон­них тел, лейкоциты захватывают их наподобие амеб и подвергают их своему внутриклеточному пищеварению. Последнее совершается в вакуолях, содержащих чаще всего слабокислую жидкость и пищеварительные фер­менты, которые мы знаем в довольно значительном ко­личестве.

Подобно тому, как амебы и инфузории делают вы­бор между мелкими организмами, окружающими их, так и лейкоциты выбирают наиболее подходящие для них тела. Таким образом, макрофаги преимущественно захватывают животные клетки, как кровяные шарики, семенные тела и всякие другие элементы животного происхождения. Между заразными микробами макро­фаги предпочитают тех, которые вызывают хронические болезни, как проказу, туберкулез или актиномикоз, а также и тех, которые животного происхождения. В эту последнюю категорию входят амебовидные паразиты перемежающейся и техасской лихорадок и трипаносомы. Макрофаги могут также поглощать бактерии острых болезней, но, за немногими исключениями, вмешательство их не имеет большого значения.

Микрофаги, наоборот, преимущественно действуют при острых заболеваниях. Они или вовсе, или незначительно вмешиваются в борьбу с животными клетками. Так, они только изредка захватывают красные шарики того же или чуждого животного вида. Они также обнаруживают отрицательное отношение к паразитам животного происхождения и к некоторым бактериям, вызывающим хронические заболевания. В то время как макрофаги с большой жадностью охватывают лепрозных бацилл, микрофаги делают это только в виде исключения.

Морфологическим и физиологическим отличиям двух больших категорий подвижных фагоцитов (лейкоцитов) также соответствует различие состава их растворимых ферментов...

...Невосприимчивость к заразным болезням является частью физиологии клеток и главным образом резерви­рования микробов. Последнее есть не что иное, как акт внутриклеточного пищеварения, и изучение иммуни­тета, следовательно, входит в главу пищеварения во­обще.

Так как в борьбе организма против заразных начал фагоциты играют главную роль, то случается, что в не­которых болезнях микробы, для того чтобы мочь обнаружить свое болезнетворное действие, должны нахо­диться в местах, недоступных этим оборонительным клеткам. Вот почему холерный вибрион, довольно без­вредный, если его ввести под кожу человека, становится очень опасным, когда он проникает в кишечный канал. Не будучи в состоянии бороться с фагоцитами, вибрион легко может преодолеть препятствия, встречаемые им в желудке и в кишках. Вот почему место проникнове­ния микробов играет такую важную роль в невосприим­чивости к заразным болезням.

...Клеточная теория иммунитета еще слишком недав­него происхождения для того, чтобы требовать от нее чисто практических применений. И, однако, она уже оказалась полезной в исследовании вопросов, очень близко касающихся медицинской практики.

..Bкороткое время человечество овладело не только множеством в высшей степени важных медицинских понятий,но и действительными средствами для борьбы с целым рядом опаснейших болезней для человека и домашних животных.

Наука далеко не сказала своего последнего слова, но добытые усовершенствования в широкой степени до­статочны для того, чтобы опровергнуть пессимистиче­ские идеи, вызванные боязнью болезней и чувством на­шего бессилия в борьбе с ними.

Вопросы. Как автор понимает механизм иммунитета?

Какие виды иммунитета он называет?