3 / История литературы национальных меньшинств / учебные пособия / 19 век часть 1

известный, Софья – мудрая. Грибоедов как переворачивает эту функцию. Широкая вариативность: Скалозуб – некая маска, нечто ужасное есть в фамилии, но он не такой простец, как может показаться, по-своему умен: «и золотой мешок, и метит в генералы». Вместе с тем место фамусовского дома постоянно дробится (разная перспектива пространства). Грибоедов все время стремится вырваться из традиции, преобразить ее, ему это удается, но он не может полностью пренебречь традицией. Новый тип персонажа, новый тип произведения для театра.

Приглядимся к Чацкому тип особого человека, декабристский тип, человек декабристского поведения. Положительный герой: честен, умен, образован, становится выразителем авторской позиции, защитник человека. Софья воспринимает Чацкого как гордеца, злоязычника, насмешника, критикана, выставляющегося, презирающего окружение. Так относятся к Чацкому, к его гневным речам, обличающим пороки современного мира. Чацкий вместе с тем показан как живая личность, естественная, как человек беззащитный, влюбленный, бывает добродушным, веселым. Это все осложняет образ, делает его многомерным, емким.

Молчалин его образ, тот же принцип построения характера. «Низкопоклонник и делец», «подлая натура». И у него есть свои «принципы»: способен на любое угодничество. Но не это видит в Молчалине Софья. Молчалин оказывается как бы недостаточно подл: тих, скромен, услужлив, следовательно, мудр по-своему. Он всех примиряет, как бы играет роль первого любовника, но не удерживается на этой позиции. И этот образ рожден своей исторической эпохой (безвестный чиновник из Твери, «служит по архивам», а это очень доходное место, это место подарило ему чрезвычайно много связей, бумаги составляет секретарь). Кроткий, молчаливый, услужливый негодяй как бы носит и другую маску: человека благородного, человека в своем времени. Соединяются разные типы характеров в одном характере, этот принцип дает возможность создать многомерную личность.

Такое построение характера не случайно: здесь срабатывают иные художественные законы, чем в классицизме, романтизме. Появляется то, что прежде невозможно было для драмы – развитие характера. Грибоедов создает такие условия, которые создают возможность расширить действие пьесы. Образ Софьи говорит нам о том, как может меняться человек, характер изменчивый, движущийся. Софья не только повзрослела, похорошела, она изменилась внутренне, поменялись нравственные ориентиры, пристрастия, изменились идеалы. Это один из сложных образов комедии, т.к. сложно поставить Софью по какую-либо сторону конфликта. Она была духовно близка Чацкому, она разделяла его взгляды, но именно она объявляет Чацкого безумным. В ней соединен каприз с идеальностью. Низкое может соединяться с высоким, мстительность с добродетелью. С одной стороны, Софья – честная, прямая, благородная, не умеет хитрить, подличать, ей тяжело вести тайную жизнь; с другой – она капризна, изломана, злоязычна, злопамятна. Как бы то ни было именно Софья оказывается вровень с Чацким, т.к. она – один из серьезных героев комедии.

Черты реалистического стиля – во всем письме характера.

В поведении Чацкого – черты поведения романтического героя. Это обусловлено романтическим конфликтом. Личность одинока, и мотив одиночества становится основным. Этот мотив работает постоянно: Чацкий выделен из фамусовского общества. Он несомненный боец, вступает в борьбу со всем обществом, это одиночество он проносит через всю пьесу. Мотив бегства: когда общество не устраивает героя – бегство. (Мотив бегства и мотив одиночества). Устремленность к романтическим идеалам – Чацкий исповедует высокие идеалы. Для романтического героя чрезвычайно важен мотив любви. Это мотив несчастной любви. Эти черты говорят о том, что в жанре пьесы несомненны черты романтической пьесы. Софья – романтические мечтания, книжное представление о мире, непонятость героини, несчастная любовь, страдания, разочарования.

Перед нами сложный жанровый синтез: пьесу Грибоедова нельзя отнести ни к классицистической комедии, ни к романтической сценической поэме.

Особый грибоедовский язык, язык персонажей. Он приобретает социальную сущность, становится характеристикой социальной принадлежности: Скалозуб употребляет военные термины, речь Фамусова наполнена просторечиями, Чацкий говорит «как пишет». «Французик из Бордо» – стиль кабацкого поведения остался, но все московские от него без ума.

Грибоедов не ставит точки в своем действии, одним из первых обращается к принципу открытого финала.

51

Литература:

А.С.Грибоедов в русской критике. – М., 1958.

А.С.Грибоедов. Творчество. Биография. Традиции. – Л.: Наука, 1977. (Фомичев, Маймин, Пиксанов, Долгополов, Вацуро).

Билинкис Я.С. На повороте истории, на повороте литературы (о комедии А.С.Грибоедова «Горе от ума» // Русская классическая литература. – М.: Просвещение, 1969.

Вл.Орлов. «Грибоедов». – Л., 1967.

Пиксанов Н.К. «Творческая история ''Горя от ума''». – М., 1977. Медведева И.Н. «Горе от ума» А.С.Грибоедова. – М., 1974. Нечкина М.В. «Грибоедов и декабристы». – 3-е изд-е, М., 1977. Петров С.М. «Горе от ума»: Комедия А.С.Грибоедова. – М., 1981.

Смольников И.Ф. Комедия А.С.Грибоедова «Горе от ума». – М.: Просвещение, 1986. Фомичев С.А. Драматургия начала XIX века. Творчество А.С.Грибоедова. Комедия «Горе от

ума» // История русской литературы в 4-х тт. Т.2. – Л.: Наука, 1981. – С. 204-235.

52

Романтическая поэзия Пушкина

Романтический период в творчестве Пушкина относится к первой половине 20-х годов XIX века. Это была пора расцвета русского романтизма, при этом данный расцвет в значительной мере связан с именем Пушкина. Наряду с Жуковским, Пушкин в 20-е годы не только воспринимался как романтический поэт, но и служил своеобразным эталоном романтизма: ему подражали, за ним следовали, у него учились.

Первое романтическое произведение Пушкина в эпическом роде – поэма «Кавказский пленник». Поэма создавалась в период с 1820-1821 год. Исследователь Д.Благой писал: «В «Кавказском пленнике» Пушкин создал первое русское романтическое произведение лирикоповествовательного типа, исполненное неудовлетворенности существующим строем жизни, проникнутое страстным вольнолюбием, и тем открыл целый новый период в духовной жизни русского общества…»

На поэму Пушкина «Кавказский пленник» огромное влияние оказала поэзия Байрона: свободолюбивые мотивы и мотивы разочарованности, противопоставление героя обществу, из которого он вышел, своеобразный «руссоизм» поэмы (герой – человек культуры, человек цивилизации попадает в иную среду, с «первобытным», естественным укладом). Все это не могло не напомнить современникам Пушкина о Байроне. Более того, поэма Пушкина сразу приобрела широкую известность (из всех южных поэм Пушкина «Кавказский пленник» пользовался наибольшей популярностью) и оказалась своего рода «проводником» байронических идей, их последующего влияния на русскую литературу. Б.Томашевский писал: «… под влиянием южных поэм Пушкина в русской литературе создался жанр байронических поэм». Под воздействием «Кавказского пленника» и «Бахчисарайского фонтана» находился Баратынский. Позднее под воздействием южных поэм Пушкина, и в первую очередь «Кавказского пленника» создавались многие поэмы Лермонтова. Пушкин, «настроенный на Байрона», оказывался русским поэтам, и Баратынскому, и Лермонтову, нужным и близким. Даже в пору самых сильных увлечений Байроном Пушкин оставался вполне оригинальным и, самое главное, национальным поэтом. Пушкин не подражал Байрону, а органически усваивал байроническую поэтику и байронические мотивы, подчиняя их художественным целям и задачам, имеющим прямое отношение к современной ему русской жизни. Байронизм для Пушкина был не школой, не ученичеством, а проявлением его способности откликаться на все живое. В 20-е годы XIX века байронизм был одним из самых живых не только литературных, но и общественных, духовных явлений. По справедливому замечанию Вяземского, Байрон «положил на музыку песню поколения». Поэтому вполне закономерно, что байронические черты и мотивы отразились в пушкинской поэме «Кавказский пленник».

Поэма «Кавказский пленник» открывается стихотворным посвящением Н.Раевскому. В посвящении – авторские признания, выражение авторской поэтической веры: «Прими с улыбкою, мой друг, свободной музы приношенье». Для Пушкина романтическая поэтика – это прежде всего свободная поэтика. В романтическом искусстве Пушкину ближе и дороже всего установка на свободное творчество. В признаниях, которые делает поэт в посвящении, много личного и одновременно характерно романтического. Личное у Пушкина-романтика всегда соизмеряется с общим и ограничивается общим: индивидуальные черты в авторских признаниях проявляются лишь в той мере, в какой они не противоречат романтическим представлениям. Не случайно признания эти делаются языком, который передает не конкретность и неповторимость факта, а привычные для романтического сознания мысли и чувствования:

Когда я погибал, безвинный, безотрадный, И шепот клеветы внимал со всех сторон, Когда кинжал измены хладный, Когда любви тяжелый сон Меня терзали и мертвили,

Я близ тебя еще спокойство находил…

«Кинжал измены хладный», «любви тяжелый сон», бури, утомленная их свирепость, «мирная пристань», где поэт «благословляет богов», - все это элементы романтической стилистики, своеобразные знаки романтической стилистики, своеобразные речевые показатели причастности к особому, романтическому миру. Романтическая стилистика не мешала правдивости признаний, только правдивости не конкретной, не детализированной, а в самом общем плане.

53

Поэма «Кавказский пленник» по своему жанру произведение лиро-эпическое. Однако романтическая поэма не может не включать в себя структурообразующего лирического начала. Эпическое и лирическое начала оказываются равно существенными для поэмы Пушкина. Эпическое, повествовательное начало поэмы реализуется прежде всего в сюжете. «Кавказский пленник» построен на сюжете, занимательном внешне и исполненном внутренней остроты – это характерно для пушкинского романтизма. Молодой русский дворянин попадает в плен к горцам. Там, в неволе, он встречает черкешенку, дочь свободного племени. Черкешенка полюбила Пленника и помогла ему бежать, однако сама девушка погибла: утонула в горной быстрой реке.

Внешняя фабула поэмы «Кавказский пленник» осложняется внутрисюжетными противоречиями и столкновениями. Черкешенка полюбила Пленника, но он не только не любит ее, но и не может любить. У Пленника есть прошлое, в этом прошлом – тайны. С образом героя поэмы связаны мотивы «погубленных надежд», «увядшего сердца», не способного к новым чувствам. Очарованность героини противостоит в поэме разочарованности героя, ее любовь – его неспособности любить, ее цельность – его постоянной раздвоенности. Внешняя сюжетная канва «Кавказского пленника» сравнительно проста, но внутренне сюжет строится на сложных перипетиях, на переплетении сталкивающихся мотивов, на борьбе противоположных начал. Для Пушкинаромантика характерна тяга к внутренней остроте сюжетного построения. В центре сюжетного повествования, как и в центре всей поэмы, находится герой поэмы, Пленник, именем которого не случайно названо произведение. Пленник – герой центральный, главный. Пушкин писал о своем герое в письме к В.Горчакову: «Я в нем хотел изобразить это равнодушие к жизни и к ее наслаждениям, эту преждевременную старость души, которые сделались отличительными чертами молодежи XIX века…»

Романтические произведения Пушкина, в отличие от романтических поэм Рылеева, лишены дидактического элемента, поэмы Рылеева носят политический характер, а герои являются рупором авторских идей. «Кавказский пленник» Пушкина, несмотря на экзотический сюжет, несмотря на не совсем обычные обстоятельства, в которых оказывается герой, является своего рода поэтическим зеркалом современной автору русской жизни и современного состояния русского общества. Романтическая поэма Пушкина по главной идее, по глубинному содержанию оказывается своего рода предвестницей романа в стихах "Евгений Онегин". Герой времени, который в точном соответствии с авторским замыслом предстает в «Кавказском пленнике» со своим загадочным «равнодушием к жизни», загадочной «старостью души», в романе «Евгений Онегин» предстанет с теми же свойствами характера, но уже не только как загадка, но и как разгадка определенного, исторически значимого социального типа, так все обстоятельства жизни объясняют характер Онегина, личности, которой многое было дано, но многое в «нем не отозвалось».

Пленник – путешественник, разочарованный жизнью русский европеец, отправившийся с Запада, из «цивилизованного пространства», «с веселым призраком свободы» «в край далекий», где естественные нравы. Однако именно там, мечтая о свободе, он попадает в неволю – «Он раб». Он оказался рабом на свободе. Как и полагается герою «байронической» поэмы, герой оказывается в парадоксальном положении невольника, восхищенно наблюдающего за свободной жизнью своих поработителей:

Меж горцев пленник наблюдал Их веру, нравы, воспитанье, … Гостеприимство, жажду брани.

Герой поэмы «Кавказский пленник» - человек не только разочарованный, но и эгоистичный. Однако в романтической поэме и герой, и его эгоизм предстают в ореоле таинственного и недосказанного. Герой – «отступник света и друг природы». Пленник кроме того показан в самых крайних обстоятельствах – в неволе. И это тоже способствует романтическому ореолу. Пленник, выслушав признание юной и гордой Черкешенки в любви, отвечает ей исповедью-уроком:

Забудь меня; твоей любви, Твоих восторгов я не стою… Без упоенья, без желаний Я вяну жертвою страстей.

Ты видишь след любви несчастной,

54

Душевной бури след ужасный; Оставь меня, но пожалей О скорбной участи моей…

Пленник успокаивает Черкешенку: «Недолго женскую любовь печалит хладная разлука; пройдет любовь, настанет скука, красавица полюбит вновь». Сердце европейца охлаждено, он сохраняет верность своей единственной возлюбленной – Свободе. Завязка сюжета получает логическое развитие: следует решительное объяснение Пленника с Черкешенкой, которая предлагает ему поменять одну неволю на другую – забыть «свободу, родину» и навсегда соединиться с нею семейными узами. Он не может «остылым сердцем отвечать / Любви младенческой, открытой». Черкешенка не в силах понять, что такое любовь не к женщине, а к воле; зато в силах пожертвовать собою ради своего любимого. Пленник обрел свободу, Черкешенка погибла в бурных водах реки. Позже, отводя упреки в излишнем трагизме развязки, Пушкин иронично заметит: «Другим досадно, что пленник не кинулся в реку вытаскивать мою черкешенку – да, сунься-ка; я плавал в кавказских реках, - тут утонешь сам, а ни черта не сыщешь; мой пленник умный человек, рассудительный, он не влюблен в черкешенку – он прав, что не утопился» (письмо П.Вяземскому). А годом ранее Пушкин обмолвился: «Характер Пленника неудачен; доказывает это, что я не гожусь в герои романтического стихотворения» (письмо В.Горчакову, 1822г.). Это важное признание, хотя в Пленнике собраны, суммированы черты преждевременно остывшего поколения 1810-х – начала 1820-х годов (потому герой и не назван по имени), тем не менее жанр «байронической» поэмы предполагал подчеркнутый автобиографизм героя, узнаваемость авторского лица в его обобщенных чертах. Пушкин формально соблюдает это правило; в посвящении к поэме он прозрачно намекает на обстоятельства своей жизни, пересекающиеся с обстоятельствами жизни Пленника:

Ярано скорбь узнал, Постигнут был гоненьем;

Яжертва клеветы

И мстительных невежд…

Пленник психологически близок Онегину, в Пленнике можно увидеть тот же в основе своей социальный, психологический, человеческий тип, что и в Онегине. Но если о Пленнике многое нам остается неизвестным, то Пушкин показал в романе в стихах, что именно сделало Онегина охлажденным, разочарованным, холодным и эгоистичным. Автор романа показал, как воспитывался Онегин, в какой среде вращался, какие жизненные впечатления питали его ум и воображение. Характер Пленника и Черкешенки является романтическим в силу своей недосказанности, нерешенности, отсутствия в его изображении глубоких и точных социальных мотивировок. В 1823 году Пушкин писал П.Вяземскому по поводу поэмы «Кавказский пленник»: «… не надобно все высказывать – это есть тайна занимательности».

Лирический пафос поэмы «Кавказский пленник» проявился в описаниях кавказской природы, быта. Описания в «Кавказском пленнике» занимают большое и важное место, и это соответствует законам и тенденциям романтической поэмы как жанра. Поэма открывается пространным описанием:

В ауле, на своих порогах, Черкесы праздные сидят. Сыны Кавказа говорят

О бранных, гибельных тревогах… Воспоминают прежних дней Неотразимые набеги… Текут беседы в тишине;

Луна плывет в ночном тумане…

Эта вводная картина дает не только самое первое представление о быте и нраве кавказских горцев, но и дает почувствовать эмоциональный настрой поэмы: увлеченность романтического поэта экзотически высоким, суровым, непривычным и пленительным; в эпилоге поэмы Пушкин пишет о

55

своей музе: «… ее пленял наряд суровый племен, возросших на войне». Автор вводит читателя в таинственный и возвышенный романтический мир. В высоком романтическом ключе воспринимаются и события, и герои поэмы: они принадлежат необычному миру и не допускают в отношении себя обычных, бытовых измерений и оценок. Музыкально-лирическая тема не замолкает в поэме, она возникает все снова и снова, имя и прямое содержание этой темы – Кавказ, но Кавказ в его поэтически эмоциональном и самом общем восприятии. Кавказ не обыденный, а романтический.

Критика встретила поэму благосклонно; пушкинского героя сопоставляли с героем «Шильонского узника» Байрона (поэма Байрона была переведена Жуковским одновременно с выходом «Кавказского пленника»), высокую оценку пушкинской поэме дал П.Плетнев (журнал «Соревнователь»). П.Вяземский сравнивал пушкинского героя Пленника с Чайльд Гарольдом, образ которого стал своеобразным манифестом русского романтизма («Сын Отечества», 1822г.). Образ Пленника мгновенно разошелся во множестве литературных «копий» (В.М.Жирмунский).

А.Пушкин «Братья разбойники». К 1821-1822 годам относится замысел поэмы Пушкина, посвященной разбойникам. Из этого замысла до нас дошел лишь небольшой фрагмент, названный «Братья разбойники». Большая часть поэмы Пушкиным была уничтожена. Отрывок «Братья разбойники» свидетельствует об обращении Пушкина к новым для него формам поэмы, в которых широко используются фольклорные мотивы, элементы живой народной речи. В «Братьях разбойниках» Пушкин, по мнению исследователя Е.Маймина, стремился к народным формам эпической и романтической поэмы. Пушкин писал А.Бестужеву (1823г.): «Разбойников я сжег – и поделом. Один отрывок уцелел в руках Николая Раевского…». Пушкин дорожил больше всего народным ликом своих стихов, их «отечественными звуками».

Стремление Пушкина к народности, фольклору проявляется в «Братьях разбойниках» с самого начала, народно-песенный стиль:

Не стая воронов слеталась На груды тлеющих костей, За Волгой, ночью, вкруг огней Удалых шайка собиралась…

Элементы фольклорного стиля, свойственные народно-поэтическому мышлению постоянные эпитеты, встречаются на протяжении всего текста: «булатный нож», «ночь темна», «чистое поле», «месяц ясный», «сырая земля» и т.д. Однако тенденция к народности оказалась у Пушкина не до конца реализованной. В «Братьях разбойниках» наблюдается причудливое смешение разных и в чемто противоположных стилей, эмоционально и стилистически разных планов повествования. Это как раз и свойственно поэтике романтизма. Для романтика характерно в одинаковой мере и стремление к народным формам выражения, и заметная непоследовательность в этом стремлении:

Я слушал, ужас одолев; Хотел унять больного слезы

Иудалить пустые грезы…

Идико взгляд его сверкал, Стояли волосы горою…

Для этого отрывка характерен условно-книжный, сугубо романтический язык. Этот язык характеризует стилистику «Братьев разбойников» не менее чем язык песенный и фольклорный.

По существу, «Братья разбойники», как бы ни отличались от других южных поэм Пушкина, представляют собой вполне романтическое произведение. Романтический характер носят герои –два брата-разбойника, неразлучные и любящие друг друга, поставившие себя вне привычных норм и привычной морали. Черты романтизма видны и в сюжете: поэзия вольницы и мятежного духа, плентюрьма, побег из тюрьмы на волю, страшные муки и видения героя, его смерть, представленная в романтических тонах: «Позвал меня, пожал мне руку, потухший взор изобразил одолевающую муку; рука задрогла, он вздохнул и на груди моей уснул». Все это не исключает яркого своеобразия «Братьев разбойников». Это произведение романтическое, но для Пушкина оно знаменовало собой поиски новых путей в романтическом искусстве.

56

Поэма «Бахчисарайский фонтан» - одна из известнейших романтических поэм Пушкина. Пушкин писал поэму в 1821-1823-х годах. Изданию предпослана была статья П.Вяземского, представлявшая собой полемику с противниками романтизма. Вяземским поэма Пушкина «Бахчисарайский фонтан» воспринималась не просто как романтическое произведение, но как своеобразный образец романтической поэтики. Сюжет поэмы отрешен от бытового и каждодневного. В основе сюжета – любовь-страсть, ревность, убийство соперницы из ревности. В поэме изображена экзотическая природа, экзотический быт, необычные отношения между людьми, необычные чувства. Герои «Бахчисарайского фонтана» воплощают сильные общечеловеческие страсти и общечеловеческие характеры. В поэме не просто необыкновенный экзотический сюжет и герои, но за ними – определенная авторская установка на всечеловеческое содержание. Мария в поэме – воплощение внутренней силы, тихой поэзии, красоты; Зарема – страсти, буйного порыва, сильного темперамента; Гирей – гордости, царственной воли. Характеры героев в поэме Пушкина сугубо романтичны в своей предельности, избыточности, крайности своих черт. Они и тянутся друг к другу и одновременно отталкиваются. Мария противоположна Зареме, Зарема, прежде чем убить Марию, с мольбою заклинает ее о помощи и исповедуется перед ней. Гирей – человек другого мира и других понятий, нежели Мария, но он страстно любит ее. Зарема любит Гирея, но Гирей не любит Зарему, отвергает ее. Сюжет весь построен на контрастах, на столкновении противоположного. Романтический сюжет.

Как и поэма «Кавказский пленник», «Бахчисарайский фонтан» отличается романтической недоговоренностью, загадочностью сюжета и характеров. Исследователь Б.Томашевский заметил: «Моральная победа Марии над Заремой не приводит к дальнейшим выводам и размышлениям. Образы Заремы и Марии проходят как тени, оставляя по себе лишь мечтательное воспоминание…»

Поэма «Бахчисарайский фонтан» наполнена романтическими мотивами и романтической образностью. В композиции поэмы значительное, ключевое место занимают описания. Разнообразные и живописные картины гаремного быта, природы. Все это определяет лирическое начало поэмы:

Настала ночь; покрылись тенью Тавриды сладостной поля; Вдали, под тихой лавров сенью Я слышу пенье соловья; За хором звезд луна восходит; Она с безоблачных небес На долы, на холмы, на лес Сиянье томное наводит…

Этот романтический пейзаж в поэме Пушкина следует за описанием страданий Марии и предшествует рассказу о страданиях Заремы. Пейзаж в поэме носит ярко выраженный музыкальноэмоциональный лирический характер, он также тесно связан с сюжетным повествованием. Пейзаж эмоционально поддерживает и подчеркивает напряжение в повествовании, в сюжете. Пейзаж в поэме музыкальный в своей основе, поэтому он поддерживает и усиливает внутреннюю лирическую напряженность рассказа. Музыкальное начало в «Бахчисарайском фонтане» пронизывает собою всю поэму, весь ее речевой строй. Отдельные эпизоды поэмы построены по законам музыкальной композиции: со строгим движущимся звуковым рядом, создающим впечатление своеобразной звуковой, музыкальной инструментовки:

Раскинув легкие власы, Как идут пленницы младые Купаться в жаркие часы, И льются волны ключевые На их волшебные красы…

Благодаря такой системе звуков создается сильный звуковой образ – музыкальный. Музыкальность поэмы носит не случайный, а органический характер, она глубоко музыкальна.

57

«Бахчисарайский фонтан», по мнению исследователя Е.Маймина, одна из самых романтических поэм в русской литературе.

Гирей – один из центральных персонажей поэмы, хан. Гиреями звали практически всех крымских ханов. Страдания Гирея, любящего Марию, - это «вневременные» страдания человека, соприкоснувшегося с другой цивилизацией. В «восточных поэмах» Дж.Байрона, на которые сориентирован пушкинский «Бахчисарайский фонтан», предусмотрена сюжетная роль «восточного антагониста» главного героя, которым всегда является европеец и индивидуалист. Пушкин начинает поэму «по-байроновски»:

Гирей сидел, потупя взор; Янтарь в устах его дымился… Благоговея, все читали Приметы гнева и печали На сумрачном его лице…

Хан – славный воин. Гирей, подобно герою поэмы Байрона «Абидосская невеста», мрачно восседает в кругу приближенных, он погружен в невеселые думы. Однако фабула в пушкинской поэме, в отличие от поэмы Байрона, резко смещена, следовательно, изменен и статус образа: в «Бахчисарайском фонтане» отсутствует образ «индивидуалиста», формально главным героем становится хан Гирей, с которым иронически соотносит себя автор-северянин; однако реально хан Гирей оттеснен в тень двух героинь – Марии и Заремы. В итоге, Гирей оказывается своим собственным антагонистом. Полюбив плененную им польку-христианку Марию, Гирей шаг за шагом отходит от своих восточных привычек, его уже не услаждает страстная любовь грузинки Заремы, ставшей в плену мусульманкой. Гирей позволяет Марии уединиться и считается с ее чувствами, в том числе – с чувствами религиозными. Смиренная, лишенная всякой страстности красота европейки производит в душе Гирея переворот. Потеряв Марию и казнив Зарему, он не в силах более наслаждаться ни гаремом, ни даже войной: «… в сердце хана чувств иных / Таится пламень безотрадный». Задумчивость настигает Гирея подчас даже во время сечи. И как конфликт Заремы и Марии отражает борьбу между «мусульманским», восточным, и – «христианским», европейским началом, проникшими в его сердце, так воплощает ее и «фонтан слез», устроенный в память о двух во всем противоположных возлюбленных Гирея: «беззаконный символ», крест, венчает «магометанскую луну». Позднее Пушкин признал характер Гирея неудачным, «мелодраматическим».

В 1824 году Пушкин пишет стихотворение «Фонтану Бахчисарайского дворца», в котором вновь соотнесет себя с «раздвоенным Гиреем»:

Фонтан любви, фонтан печальный! И я твой мрамор вопрошал: Хвалу стране прочел я дальной; Но о Марии ты молчал… Иль только сон воображенья В пустынной мгле нарисовал Свои минутные виденья, Души неясный идеал?

Мария – центральный персонаж поэмы. Центральный прежде всего не по формальным характеристикам, а по психологическому контрасту всем остальным персонажам – от Заремы до Гирея. Такое смещение сюжетного центра байронической поэмы с героя на героиню было не случайным; по неписаным правилам жанра, герой отождествлялся с автором, был его литературным alter ego, - а Пушкин, как он убедился в процессе работы над «Кавказским пленником», не годился в герои «романтического стихотворения». В «Бахчисарайском фонтане» женским образом затмевается мужской. Пушкину важно было создать «байронический» тип христианки, полоненной Востоком. Юная Мария воспитана седым и нежным отцом, которого убил хан Гирей. Мария – северянка и по внешности (темно-голубые очи), и по темпераменту («движенья стройные, живые»), и по жизнеощущению (разлука с земным отечеством лишь приближает ее встречу с отечеством небесным). «Что делать ей в пустыне мире?…» Долго ждать развязки не приходится: сама того не

58

желая, Мария оттесняет от Гирея Зарему, любящую хана. Зарема, явившись ночью в «келью» Марии, исповедуется, грозит сопернице, сохраняющей молчание (единственный драматический эпизод поэмы). Красота Марии неземного свойства, черты ее идеальны, автор отказывается договаривать все до конца. Автор лишь намекает, что страшная угроза Заремы («кинжалом я владею») приведена в исполнение. За убийство Марии Гирей казнил Зарему. В струях фонтана слез, возведенного Гиреем, символически сливаются слезы, пролитые Марией перед иконой Пресвятой Девы; слезы Заремы об утрате возлюбленного, отнятого Марией, и скорбный плач самого Гирея по Марии и Зареме:

… В Тавриду возвратился хан

Ив память горестной Марии Воздвигнул мраморный фонтан,

Вуглу дворца уединенный… Журчит во мраморе вода

Икаплет хладными слезами, Не умолкая никогда…

Зарема страстно любит Гирея, она не в силах смириться с его новым выбором, с его привязанностью к польской княжне Марии:

Он светлый взор Остановил на мне в молчанье, Позвал меня…

Мы в беспрерывном упованье Дышали счастьем

Появилась Мария, и Гирей разлюбил Зарему. Зарема, прокравшись ночью в «полумонашескую келью» Марии, произносит страстный монолог, в котором исповедь смешена с угрозой, а слезы – с гневом. Из этого монолога (который был обязательным сюжетным элементом байронической поэмы) мы узнаем, что Зарема – грузинка, и когда-то, до появления в гареме, была христианкой:

Родилась я не здесь, далеко, Далеко… но минувших дней Предметы в памяти моей Доныне врезаны глубоко. Я помню горы в небесах,

… Другой закон, другие нравы.

Поэтому Зарема и требует от Марии, чтобы та поклялась своей верой, что готова отказаться от Гирея. Зарема в той же степени нарушает своей демонической страстностью безучастные нравы гарема, в какой Мария нарушает их своей ангелоподобностью. Одну воспитывала мать, другую – отец. Обе связаны с христианской традицией, но если встреча с Марией разрушает его «магометанскую цельность», то его встреча с Заремой, напротив, отторгает наложницу от христианства. Всем этим оттенена идеальная цельность Марии.

Следуя байроновской поэтике, Пушкин размывает сюжет поэмы; читатель знает, что в конце концов Зарема будет казнена, что ее ночная угроза Марии не была пустой:

Промчались дни; Марии нет. Мгновенно сирота почила. Она давно желанный свет, Как новый ангел, озарила. … Нет Марии нежной!

59

Поэма «Цыганы» Алеко, герою поэмы, человеку цивилизации, противостоит племя цыган, с их естественными и свободными нравами и понятиями, с их примитивной простотой отношений. Сюжет поэмы «Цыганы» может быть назван руссоистским: именно такого рода нравы и отношения прославлял Руссо, говоря о том «самом счастливом времени», о том «золотом веке» в человеческой истории, который предшествовал цивилизации. Руссоистский культ естественного человека оказал сильное влияние на романтиков, так же, как и его теория страстей, способствующих не соединению, а разъединению людей. Герои романтических произведений часто убегали от суетного света, от городской культуры, стремились ближе к природе, в места, где живут не испорченные цивилизацией племена и народы.

Алеко, герой поэмы «Цыганы», покидает цивилизованный мир, убегает от «неволи душных городов». Алеко не жалеет того, что покинул:

О чем жалеть? Когда б ты знала, Когда бы ты воображала Неволю душных городов!

Там люди, в кучах за оградой, Не дышат утренней прохладой, Ни вешним запахом лугов; Любви стыдятся, мысли гонят, Торгуют волею своей, Главы пред идолами клонят И просят денег да цепей…

Но, убежав от предрассудков, от «толпы безумного гоненья», Алеко не может убежать от самого себя. Он был человеком страстей и остался им. В этом заключается источник основного конфликта поэмы. Пушкин использует в «Цыганах» популярный руссоистский мотив, но при этом отказывается от патриархальных иллюзий Руссо, развенчивает его мечту о возможности гармонического существования человека на лоне природы. Алеко не может обрести для себя счастье, нет ему счастья и в мире свободных цыган:

Но счастья нет и между вами, Природы бедные сыны!…

Ипод издранными шатрами Живут мучительные сны.

Иваши сени кочевые

В пустынях не спаслись от бед,

Ивсюду страсти роковые,

Иот судеб защиты нет.

Как видим, Пушкин стремится выйти за пределы чисто романтических решений. Показывая неспособность героя преодолеть несвободу своего сознания и своих понятий, автор не вершит суда над героем, не выносит ему приговора. Пушкин показал трагедию героя.

Алеко, преследуемый законом, беглец от цивилизации с ее «несвободой». Алеко хочет стать частью «дикого», естественного мира. Когда цыганка Земфира находит его среди пустынной степи, он следует за нею в табор, чтобы стать цыганом. Цыганы не против, их воля не знает запрета, как не знает и постоянства. Мудрый Старик, отец Земфиры, объясняет это Алеко:

… не всегда мила свобода, Тому, кто к неге приучен.

Алеко согласен, он любит Земфиру, желает быть всегда с нею, стать «вольным жителем мира», как «птичка Божия» не знать «ни заботы, ни труда». К сожалению, Алеко не догадывается, что цыгане свободны до конца; что при всей своей страстности они не ведают продолжительной, жаркой

60