1.2. Россия – внутренне расколотая цивилизация

В своё время Н.А. Бердяев, характеризуя влияние «восточного и западного потоков истории» на российское общество, говорил об их «столкновении и противоборстве», а отнюдь не об интегрированности и синтезе. Именно эта противоречивость влияний ведет к «поляризованности русской души», к культурному расколу, к резким перепадам во внутренней и внешней политике государства. В 1937 г. Н.А. Бердяев писал: «Историческая судьба русского народа была несчастной и страдальческой, и развивался он катастрофическим темпом, через прерывность и изменение типа цивилизаций»². По его мнению, в русской истории нельзя найти органического единства, философ насчитывал «пять различных Россий»: Киевскую, татарского периода, Московскую, Петровскую, императорскую и, наконец, новую советскую.

Современный отечественный историк А.С. Ахиезер развивает тему конфликта, раскола российского общества³. Занимая промежуточное положение между Востоком и Западом, Россия развила неорганичность, неустойчивость своего цивилизационного положения. Это проявляется в различных формах дезорганизации общественной жизни, которая, по мысли исследователя, постепенно стала традицией России. Так, под влиянием дезорганизации наше общество четыре раза в истории распадалось: погибла Киевская Русь, государство разрушилось в так называемое Смутное время начала XVII в., распалось в 1917 г. и в 1991 г. В стране периодически поднимались народные восстания.

Одним из мягких вариантов концепции «недоцивилизованности» России является позиция Б.С. Ерасова⁴. По его мнению, недостаточная степень интеграции и развитости различных культур определяла ведущую роль государства (империи) в обеспечении единства и функциональной состоятельности России. Государство в России выступает как «заменитель» цивилизации, компенсируя недостатки цивилизационно-неполноценного организма. «Смешение, переплетение и наложение не только противоречивых, но и взаимоисключающих ориентаций пронизывало всю культурную жизнь России, раздирая её не только по сословиям и классам, но и субкультурам и по крайним ориентациям – между нигилизмом и апокалипсисом, «двумя культурами», «белыми» и «красными» и т.д.»⁵.

Особенно катастрофические формы, считает Б.С. Ерасов, разрыв принял в России в XX в. в условиях модернизации. Социальные катаклизмы, сопровождавшие переход к новым общественным отношениям, происходили во многих странах, но у нас они приняли наиболее радикальный и длительный характер, даже по сравнению с крайностями азиатских революций. Главную причину автор, как и А.С. Ахиезер, видит в отсутствии в российском обществе устойчивых механизмов социальной регуляции, которые могли бы обеспечить хотя бы относительные стабильность, единство и преемственность в развитии общества.

Помимо указанных в российской общественной мысли существуют две наиболее чётко выраженные точки зрения, оформившиеся ещё в XIX веке.

1.3. Россия – европейская страна, общество западного типа

В 1840-е годы русская мысль разделилась на два потока. И разделение это произошло по вопросу о самобытности России. Формируются два больших мировоззренческих лагеря – «западники» и «славянофилы».

Кружок «западников» сложился около 1840 г. вокруг профессора Московского университета Т.Н. Грановского. В него вошли А.И. Герцен, В.Г. Белинский, К.Д. Кавелин, В.П. Боткин, М.А. Бакунин и другие.

«Западники» впервые открыто заявили о том, что Россия – это часть общей европейской цивилизации, и потому Запад и Россия должны развиваться по одним и тем же экономическим, социальным и политическим законам. Поэтому «западники» решительно отвергали любые рассуждения об особом пути развития России.

Основой западничества является идея «прогресса» в том виде, как она была сформулирована западно-европейской мыслью XVIII века. Человечество, по мнению «западников», развивается (от низшего к высшему, от простого к сложному) по единым для всех народов законам, они неизбежно проходят одни и те же ступени развития. На вершине этой лестницы находится Западная Европа.

По их мнению, вплоть до начала XVIII в. Россия находилась в стороне от всемирно-исторического развития. Вступление её в этот процесс «западники» связывали с реформами Петра I, приобщившими Россию к европейской цивилизации. Однако отставание России от Запада продолжало сохраняться. По убеждению «западников», для того, чтобы его преодолеть, необходимо было способствовать распространению европейского просвещения и проведению европейских реформ в России.

Именно «западники» впервые открыто отказались от традиционного для России духовного наследия православия. Поэтому деятельность западнического кружка положила начало появлению в России либерализма как особого политического течения, оппозиционного властям и отстаивающего необходимость проведения в России либерально-буржуазных преобразований по западному образцу. Из западничества же выросла и вся будущая российская революционная демократия, проповедовавшая социализм.

Идеи западников нашли широкое распространение в XXвеке. Советская историография отечественной истории базировалась исключительно на западной концепции.

Вариантом западничества является теория модернизационных эшелонов развития, согласно которой Россия по тем или иным причинам отстает от западных стран. Периодически предпринимаются попытки ликвидировать или хотя бы сократить это отставание. Именно в таком ключе трактуются все крупные реформаторские преобразования различных эпох в истории нашего государства. При этом подчеркивается их незавершенность, половинчатость. Следствием указанного подхода является стремление постоянно соотносить уровни социально-экономического, политического развития России и стран Запада, фиксируя российские несоответствия западному «стандарту» и рассматривая их как отклонения от общецивилизационного пути развития.

Привлекательность европейской цивилизационной принадлежности России, на первый взгляд, очевидна. Уровень и определенные черты образа жизни, сложившиеся в Западной Европе, являются притягательными для части россиян (и не только россиян). Этот взгляд на исторический путь России, как отмечал русский мыслитель второй половины XIXв. Н.Я. Данилевский, «признает бесконечное во всём превосходство европейского перед русским и непоколебимо верует в единую спасительную европейскую цивилизацию; всякую мысль о возможности иной цивилизации считает даже нелепым мечтанием... Под таким внешним политическим патриотизмом кроется горькое сомнение в самом себе, кроется сознание жалкого банкротства. Он как бы говорит себе: я ничего не стою; в меня надобно вложить силу и вдунуть дух извне, с Запада; ...авось выйдет что-нибудь вылепленное по той форме, которая одна достойна человечества, которая исчерпывает все его содержание»⁶.

Рассматривая этот вопрос, не следует забывать, что сама западная цивилизация формировалась без России и является исторической ступенью эволюции германо-романской цивилизации, возникшей географически в той части Европы, которую принято называть Западной.

Позиции современных западников подвергаются сегодня острой критике, подчеркивается главный недостаток данного подхода – игнорирование своеобразия российского общества.