Студентам / РП_студ / РП_учебн_пособ / РП_пособие_2010 / Часть_3_частн / Тема_9_вещи

172

Тема 9. Имущественное право в Древнем Риме

Классификация имущественных прав.

Владение. Право собственности и его защита.

Право на чужие вещи.

Изложенный материал позволяет получить систематизированное знание о вещном праве и праве собственности в Древнем Риме, их основных институтах, раскрывает их взаимосвязь с современным российским гражданским правом, способствовует формированию у студентов творческого профессионального юридического мышления, профессионально важных качеств.

***

Классификация имущественных прав. Классификация имущественных прав на вещные и обязательственные права у римских юристов не упоминается (См.: Схема 16). Они говорили о различии actiones in rem (иски вещные) и actiones in personam (иски личные).

Разграничение же вещных и обязательственных прав выработано позднейшими учеными, однако на материале, содержащимся у римских юристов. Так, классический юрист Павел подметил различие двоякого положения лица, которому нужна какая-то вещь для удовлетворения той или иной потребности. Одно дело, если лицо приобретает себе необходимую вещь в собственность; другое дело, если оно договаривается с собственником вещи о том, что этот последний обязуется предоставить вещь в пользование первого лица на известный срок.

Между этими двумя способами удовлетворения потребности в вещи разница не только в том, что в первом случае лицо приобретает вещь навсегда, а во втором - вещь предоставляется или на определенный срок, о котором договорились эти два лица, или впредь до востребования со стороны того, кто предоставил вещь (См.: Схема 17).

Кроме того, существовали и другия отличия. Приобретая вещь в собственность лицо не ограничивалось в способах воздействия на нее: оно по своему усмотрению могло распорядиться вещью, т.е. или подарить, или продать, или передать ее по наследству, или уничтожить ее. При пользовании вещью, принадлежащей собственнику, возможность лица воздействовать на переданную вещь ограничена и вместе с тем такая возможность условна. Это означает, что если другое лицо даст вещь первому лицу, то у последнего будет отсутствовать возможность воздействовать на нее.

Таким образом, если у лица есть право на вещь, которое предоставляет ему возможность непосредственно воздействовать на нее, это право называется вещным (т.е. правом на вещь). Когда же у лица нет права на вещь, а есть лишь право требовать от другого лица предоставления вещи, то такое право называется обязательственным.

Как видно из выше изложенного, различие между вещным и обязательственным правом проводится по объекту права. Если объектом права является вещь, то это вещное право, если объектом служит действие другого лица, когда субъект права может лишь требовать совершения каких-то действий (или воздержаться от них), то это обязательственное право.

Из этого различия по объекту права вытекает то различие в защите, которое римские юристы выражают противопоставлением имущественного права обязательственному. Поскольку вещное право имеет объектом вещь, телесный предмет, а на его может посягнуть каждый, вещное право и защищалось иском против всякого нарушителя права, кто бы им не оказался. Таким образом, вещное право пользовалось абсолютной защитой (action rem).

Обязательственное право состояло в праве лица требовать от одного или нескольких, но точно определенных лиц совершения известного действия. Поэтому нарушителями обязательственного права могут быть одно или несколько определенных лиц, и только против них субъект права может предъявить личный иск (actio in personam). В этом смысле защита обязательственного права имеет относительный характер.

К вещным правам относится право собственности (в связи с которым изучается также фактическое владение вещью) и право на чужие вещи. В последнюю группу входят: сервитутное право, залоговое право, а также эмфитевзис (вещное право долгосрочного, отчуждаемого, наследственного пользования чужим сельскохозяйственным участком за вознаграждение) и суперфиций (вещное долгосрочное, наследственное и отчуждаемое право пользоваться за вознаграждение строением на чужом городском земельном участке).

Институт частной собственности в Риме сложился на почве владения. Категория владелец и собственник могли совпадать в одном лице, но могли принадлежать и разным лицам. В силу этого развитие римского права не отождествляло эти понятия.

Владение (См.: Схема 17) представляет собой фактическое обладание вещью, снабженное юридической защитой.

Для существования владения необходимо было наличие двух элементов: 1) фактического обладания вещью; 2) воли обладать вещью самостоятельно, не признавая над ней власти другого лица, или воли относиться к вещи как к своей.

Если у лица отсутствовал волевой момент, т.е. воля управлять вещью самостоятельно, то владения не существовало. Так. лицо, принявшее вещь на хранение, не являлось владельцем вещи, а лишь его держателем. Таким же правовым статусом обладал в римском обществе арендатор.

Таким образом, для наличия владения (possessio) необходимы были два элемента: corpus possessionis (буквально “тело” владения, т. е. само фактическое обладание) и animus possessionis (намерение, воля на владение).

Однако, не всякая воля фактически обладать вещью признавалась владельческой волей. Лицо, имеющее в своем фактическом обладании вещь на основании договора с собственником, не признавался владельцем, а был держателем на чужое имя (detentor alieno nomine).

Между тем, нельзя сказать, что пользователь или хранитель вещи не имеет воли обладать вещью, воля у него есть, но воля обладать от имени другого.

Для владения в юридическом смысле была необходима воля обладать вещью самостоятельно, не признавая над собой власти другого лица, воля относиться к вещи как к своей.

Такая воля есть у подлиного собственника; у лица, которое в силу добросовестного заблуждения считает себя за собственника, хотя на самом деле таковым не является (т.н. добросовестный владелец); наконец, у незаконного захватчика чужой вещи, прекрасно знающего, что он не имеет права собственности на даннуюв ещь, и все-таки проявляющего волю владеть вещью как своей.

Арендатор обладал вещью в своем интересе, но самим фактом платежа арендной платы он уже признавал над собой юридическое господство собственника. Поэтому он считался держателем арендованной вещи на имя ее собственника.

Владение можно определить как фактическое обладание вещью, соединенное с намерением лица относиться к ней как к своей.

Держание  - фактическое обладание вещью без намерения относиться к ней как к своей.

Практическое значение различия владения и держания выражалось в том, что в то время, как владельцы защищались от всяких незаконных поягательств на вещь непосредственно сами, арендатор мог получит защиту только через посредство собственника от которого получена вещь.

В римском праве существовало законное, незаконное и производное владение.

Владельцем вещи нормально является ее собственник, т.к. нормально вещи находятся в обладании тех, кому они принадлежат. Собственник имеет право владеть вещью (jus possidendi). В этом смысле он является законным владельцем. Владельцы, фактически обладающие вещью с намерением относиться к ней как к собственной, но не имеющие права владеть, признавались незаконными владельцами.

Незаконное владение было двух видов: незаконное добросовестное и незаконное недобросовестное владение.

Добросовестным владение в римском праве признается в тех случаях, когда владелец не знает и не должен знать, что он не имеет права владеть вещью (например, лицо, приобретшее вещь от несобственника, выдавшего себя за собственника). Примером недобросовестного владения может служить владение вора, который знает, что вещь не его, и тем не менее ведет себя так, как будто вещь принадлежит ему.

Различие добросовестного и недобросовестного владения имело значение в ряде отношений:

- только добросовестный владелец мог приобрести по давности право собственности;

- в тех случаях, когда собственник предъявлял иск об изъятии его вещи от фактического владельца, недобросовестный владелец строже отвечал за сохранность вещи, за плоды от вещи и т.д.

Принято выделять в особую группу несколько случаев владения, когда в силу особых причин владельческая защита давалась лицам, которых по существу нельзя признать владельцами в римском смысле слова.

В литературе римского права принято в этих случаях говорить о так называемом производном владении. К их числу относились, например, лица, которым вещь заложена.

Они держали вещь не от своего имени, не как свою, а как чужую с тем, чтобы вернуть ее собственнику, как только будет уплачен долг, обеспеченный залогом.

Но если бы принявшего вещь в залог не признали владельцем, то получилось бы, что в случае нарушения, его обладания вещью он мог бы оказаться беззащитным, т.к. сам он не имел бы владельческой защиты, а собственник, на имя которого лицо держит вещь, мог не оказать ему защиты, ибо он заинтересован скорее истребовать вещь для себя.

Эта особенность отношения привела к тому, что лицо, получившее вещь в залог, хотя и не имело aminus domini, получило в виде исключения самостоятельную владельческую защиту.

Другой пример производного владения. Два лица спорят о том, кому из них принадлежит данная вещь. Не доверяя один другому, они передают ее впредь до разрешения их спора в судебном порядке на сохранение какому-то третьему лицу (т.н. секвестрация).

Это третье лицо вовсе не имеет намерения относиться к вещи как к своей. Оно - держатель, но неизвестно, от чьего имени; следовательно, в случае нарушения неизвестно, к кому же хранитель вещи (секвестор) должен обратиться за защитой. Поэтому за таким лицом была признана самостоятельная владельческая защита.

Установление владения. Владение устанавливалось для лица с того момента, когда у него соединялось обладание вещью с волевым моментом.

Установить фактическое обладание вещью не представляло собой трудности. Что касается намерения лица, обладающего вещью, то здесь следует выяснит правовое основание, которое привело к обладанию лицом данной вещью. Ясно, что покупка является показателем владельческой воли, а хранение - отсутствием такой воли.

В отношении владельческой воли действовало правило “никто не может изменить сам себе основания владения”. Это означало то, что для изменения оснований владения недостаточно было изменения внутренних настроений вовне.

Например, для превращения хранителя вещи из держателя во владельца необходимо было заключить договор купли-продажи. Могло быть обратное, когда собственник продает вещь и по просьбе покупателя хранит ее в течении определенного срока.

Во всех случаях для изменения основания владения недостаточно изменения намерения лиц. Важно, чтобы эти намерения выразились вовне путем заключения соответствующих договоров.

Владение приобреталось не только личным владельцем, но и через представителя. Для этого требовалось два условия:

- наличие у представителя полномочий на приобретение владения для другого лица (полномочия могли вытекать из закона, например у опекуна, а также из договора);

- наличие у представителя намерения приобрести вещь не для себя, а для представляемого.

Прекращение владения. Владение приращалось когда утрачивалось хотя бы один из двух элементов, характеризующих владение, а также в случае гибели вещи, превращения ее во внеоборотную вещь, отчуждения вещи.

Защита владения. Владение в римском праве пользовалось самостоятельной владельческой защитой. Для получения защиты владения необходимо было установить факт владения и факт его нарушения, при этом не проверялась правомерность владения.

Владельческая защита, сводящаяся к выяснению лишь фактов (владения и нарушения), называлась посессорной. Защита же прав, при которой требовалось доказать наличие у лица права на данную вещь, называлась петиторной.

Владение защищалось не исками, а интердиктами. Владельческие интердикты давались, во-первых, для защиты владельца, не утратившего владение (интердикты “об удержании владения”); во-вторых, для возвращения утраченного владения (интердикты “о возврате владения”).

Интердикты, направленные на удержание владения, были двух видов:

- для защиты владения недвижимостью;

- для защиты владения движимой вещью.

По интердикту для защиты владения недвижимостью защита обеспечивалась не всякому владельцу, а тому, кто владел недвижимостью. Это означало, что не давалась защита:

- лицу, захватившему недвижимость силой у того, кто являлся другой стороной в процессе;

- лицу, захватившему недвижимость тайно по отношению к другой стороне - противнику в процессе;

- лицу, получившему недвижимость от противника в процессе в пользование до востребования.

Таким образом, получалось, что захватившее силой недвижимость лицо получало защиту, если оно просило защитить его владения от посягательств не того лица, у которого оно захватило эту недвижимость, а от посягательств со стороны третьих лиц.

Но если в процессе лицу противостоял тот, у кого оно, например, захватило недвижимость тайно, то по интердикту недвижимость присуждалась во владение другой стороне, т.е. интердикт, предъявленный одной стороне для удержания владения, приводил к возвращению владения другой стороне в процессе.

Интердикт, направленный на удержание владения, в силу изложенного выше назывался двойным (в нем не было истца и ответчика; каждая из сторон могла оказаться ответчиком).

По интердикту для защиты владения движимой вещью защищалось владение движимыми вещами. Защита предоставлялась тому, кто за последний год владел вещью более продолжительное время без тех пороков, которые служили препятствием для защиты по предыдущему интердикту. Получалось, что данный интердикт был тоже “двойным”.

Интердикты, направленные на возврат владения, были представлены:

а) интердиктом unde vi;

б) интердиктом de prekario.

Unde vi давался владельцу недвижимостью, насильственно лишенному владения. В процессе по нему не допускалась ссылка ответчика на свое право собственности. если факт насильственного лишения владения подтверждался, то ответчик должен был возвратить истцу недвижимость со всеми плодами и приращениями (с момента лишения владения) и возместить убытки. При Юстиане этот интердикт давался владельцу, тайно лишенному владения в его отсутствие.

De prekario давался лицу, предоставившему свою вещь в бесплатное пользование до востребования (прекарское пользование), когда лицо не возвращало вещь по требованию. Этот интердикт не являлся последовательно поссессорным, т.к. ответчик мог ссылаться на невозможность возврата вещи, которая наступила помимо его воли.

Помимо интердиктов для добросовестного владельца было установлено еще одно средство защиты - actio in rem Publiciana. Этот иск давал владельцу, который отвечал всем требованиям для приобретения вещи по давности.

Aactio in rem Publiciana являлся “иском с допущением фикции”, т.к., представляя защиту владельцу, претор включал в формулу иска предписание судье предположить, что истец владел вещью в течении давности срока и тем самым приобрел право собственности. Для получения этого иска необходимы были добросовестность владения истца и законный способ приобретения владения (не приведший к приобретению права собственности, например, потому, что отчуждатель вещи сам не имел на нее права собственности).

Добросовестный владелец получал защиту по данному иску только против недобросовестного владельца, но не против собственника или такого же, как истец, добросовестного владельца.

Aactio in rem Publiciana давалась также для защиты так называемого “преторского собственника”. нередко имели место случаи, когда при отчуждении манипулируемых вещей (например, земель в Италии) вещь передавалась без особых формальностей, хотя таковые были необходимы.

Несоблюдение формальностей делало отчуждение ничтожным, т.е. приобретатель не становился, например, при купле-продаже собственником земли. В силу этого продавец, получивший за проданную и переданную вещь денежную сумму, мог истребовать вещь обратно от покупателя. Защищая потребителя, купившего вещь без формальностей, претор предоставлял ему Aactio in rem Publiciana .

В формуле иска претор предлагал судье удовлетворить иск, если окажется, что истец стал бы собственником вещи, если бы он владел вещью в течении давности срока, т.е. претор вводил в формулу фикцию (как будто истец владел вещью в течении давности срока).

Поскольку этот иск требовал добросовестного владения и законного способа приобретения, его нельзя назвать владельческим (поссессорным) средством защиты. Он является средством защиты права, так называемым петиторным средством.

Право собственности и его защита. В древнейший период истории в Риме отсутствовал термин для обозначения собственности. Исторически в основе собственности лежало владение вещью, ее захват. В те времена приобретение вещей называлось манципацией, а объекты приобретения - res manzipi (от manu capere - взять, захватить рукой).

В период поздней республики для обозначения собственности появился термин “dominium”. “Dominium ex iure Quritium” стало означать, что право собственности принадлежало только римским гражданам - квиритам.

В развитии римского права особенно большое значение имело право собственности на землю.

Земля с самого начала римской истории стала сосредотачиваться в руках патрициев, а плебеи-землепашцы страдали от малоземелья. Установлено, что борьба плебеев с патрициями представляла собой в первую очередь именно борьбу за землю и лишь наряду с ней шла борьба за расширение политических прав плебеев.

В республиканский период одновременно существовали и государственная, и общинная, и частная собственность на землю. Причем общинаая собственность в качестве государственной собственности была отделена от частной.

Развитие рабовладения, а также ростовщичества имело последствием преимущественное развитие частной собственности. В руках патрициев сосредоточились большие земельные владения (латифундии). Они увеличивали свои землевладения путем захвата земель за счет общественной собственности. Земли из этого фонда могли быть получены только во временное пользование, но каждым гражданином. Но средства для освоения земли были только у патрициев. К тому же ввиду влияния этих людей государство не отбирало у них землю и временное пользовнаие превращалось в право собственности.

Параллельно с образованием крупных землевладений шло обезземеливание крестьян. Крупные хозяйства пользовались дешевым рабским трудом и мелкие крестьянские хозяйства не могли с ними конкурировать. К тому же на рынке стал появляться дешевый заморский хлеб. В крестьянских хозяйствах в результате длительных войн наблюдалось сокращение рабочих рук и запустение земель. Поскольку развитого кредита в Риме не было, то мелкие и средние крестьяне продавали свои земли крупным землевладельцам и превращались в пролетариев (т.е. неимущих, который не может дать государству ничего, кроме proles, своего потомства, который живет на помощь от государства в виде бесплатной раздачи хлеба и т.п. или на подачки от богачей, которым пролетарии продавали свои голоса на выборах).

Римское право закрепило землю за собственниками, предоставило им неограниченное право распоряжения землей и обеспечило защиту от возможных посягательств на нее. Римские юристы разработали учение о неограниченной частной собственности, которое они понимали, как наиболее полное, неограниченное и исключительное господство над вещью. Они характеризовали собственность как право любым образом использовать вещь, вплоть до ее уничтожения.

В римском праве была закреплена детальная классификация вещей. Все вещи делились на две группы:

1) предметы общего пользования (воздух, вода, объекты государственной собственности (дороги, общественная земля), предметы религиозного содержания (городские стены, храмы и т.п.).

Вещи, не изъятые из оборота, делились на телесные и бестелесные, простые и сложные, определяемые по родовым и индивидуальным признакам, манцепируемые и неманцепируемые и т.д.

К манцепируемым вещам относились земли вокруг Рима, здания, сельские сервитуты, рабы, скот. Все остальные принадлежали к неманипулируемым вещам. различие между ними заключалось в способе отчуждения.

Неманцепируемые вещи отчуждались путем простой передачи, а манцепируемые - с выполнением особых формальностей (акта манцепации).

Анализ показывает, что к последней категории вещей относились основные средства производства, принадлежащие общине. Поэтому введение сложного обряда манципации преследовало цель усложнить переход собственности из общины.

Кроме указанных двух групп вещей имелись “ничьи вещи человеческого права” - вещи, которые в данный момент никому не принадлежали, но могли быть предметом частной собственности (имущество, брошенное собственниками, дикие животные и птицы на свободе). Тот, кто захватывал эти вещи, становился их собственником.

Наконец, раб, как объект сделки, являлся вещью, определяемой индивидуальными признаками (отдельный раб) или родовыми признаками (10 рабов).

Виды собственности (см.: Схема 18). В римском праве фигурировали: квиритская собственность; бонитарная собственность; провинциальная собственность; собственность перегринов.

Три последних вида собственности являлись особым видом собственности, т.е. они не носили названия “собственность”. Однако, в силу того, что лицам, обладавшим такой собственностью, предоставлялись почти такие же правомочия, как квиритским собственникам, появились и данные виды собственности.

Квиритская собственность. Для обозначения права собственности в Риме пользовались термином dominium, а примерно с конца республиканского периода - также proprietas.

Термин dominium обычно дополнялся словами ex iure Quiritium, т.е. по праву квиритов, римских граждан. Этим добавлением обозначали, что право собственности (главным образом на землю) первоначально принадлежало римскому народу, а затем, в виде права частной собственности - римским гражданам. Ее объектами могли быть любые движимые вещи, а также земельные участки в Италии.

Право квиритской собственности было недоступно для перегринов и не распространялось на провинциальные земли.

Преторская (бонитарная) собственность. Когда римское общество утратило прежний патриархальный характер, когда хозяйственная жизнь стала более развитой, оборот - более оживленным, подвижным, соблюдение сложных форм манципции стало затруднительным. При нарушении этой процедуры вещь, переданная за плату приобретателю, не становилась в силу указанных причин собственностью приобретателя.

В силу этого продавец мог истребовать переданную вещь у покупателя. Но даже при добросовестном продавце, покупатель, не совершивший манципцию, был лишен права искать в случаях пропажи, хищения, чужого неправомерного завладения через претора и суд свою оплаченную, но не узаконенную покупку. Это подрывало прочность деловых отношений, не стимулировало хозяйствование.

Возникающие сложности устранял претор. В случае, если продавец ссылался на нарушение процедуры манцепции и требовал реституции (возвращения вещи в первоначальное состояние), претор снабжал формулу эксцепцией. Эксцепция обязывала судью отказать в иске, если он установит, что вещь была передана по согласию сторон и оплачена.

Таким образом, право продавца (истца) не отменялось, но и не обеспечивалось защитой. Покупатель, который выигрывал иск, не становился квиритским собственником, поскольку претор не мог изменить нормы древнего квиритского права. Покупатель являлся преторским (бонитарным) собственником, т.к. вещь удерживалась в составе его имущества (in bonis).

По истечение приобретательной давности бонитарная собственность приобретала титул собственности квиритской.

Провинциальная собственность. Земли завоеванных провинций рассматривались как государственная собственность Рима. Прежние собственники земель превратились во владельцев. Поскольку ограничение прав бывших собственников затрагивало не только интересы населения провинций, но и римские интересы, правовой статус завоеванных земель был изменен.

Во II в. провинциальные землевладельцы превратились в узуфруктариев и получили владельческую защиту.

Значительная часть провинциальных земель захватывалась крупными землевладельцами Рима - сенаторами, всадниками. Формально эти лица считались владельцами, фактически же были собственниками.

Провинциальную земельную собственность отличали две черты: за нее платили налог; отношения, связанные с земельной собственностью, регулировались правом перегринов.

Различие права собственности на италийские земли и земли в провинциях теряло свое значение в связи с предоставлением провинциальным городам статуса италийских и с распространением земельного налога на италийские земли.

Собственность перегринов. Перегрины не считались квиритскими собственниками. Однако развитие торгового оборота заставило защищать имущество этой категории. В ряде случаев оно защищалось как имущество квиритское. Различие права собственности квиритов и перегринов смягчалось по мере ассимиляции квиритского права (ius civile) и права народов (ius gentium).

Постепенно сглаживалась разница между квиритской и бонитарной собственностью. В период домината римские юристы выработали единое понятие права собственности, вне зависимости от субъектов и объектов - частной.

Однако, они не давали точного определения права собственности, но разработали основные правомочия собственника (См.: Схема 18): право владения; право пользования; право распоряжения; право извлечения плодов, доходов; право истребовать вещь из рук ее обладателя (владельца или держателя).

Таким образом, право собственности предоставляло лицам - обладателям этого права возможность пользоваться и распоряжаться вещью. Оно распространялось на все материальные приращения к вещам, независимо от того, чей труд использовал при этом собственник - свой или чужой. Собственник получил возможность свободно распоряжаться землей и всем тем, что с ней было связано.