Банковская тайна

Какие сведения составляют банковскую тайну? У кого журналист должен получать разрешение на получение и у кого на распространение информации, составляющей банковскую тайну?

Банковскую тайну составляют сведения о счетах и вкладах клиентов и корреспондентов банков, а также сведения об операциях по этим счетам и вкладам.

Согласие на получение и распространение такой информации может дать лишь сам клиент или корреспондент банка (или его законный представитель). Уголовная ответственность за сбор и разглашение банковской тайны возникает по той же статье и за те же действия, что и в случае нарушения коммерческой тайны.

Тайна следствия и дознания

Может ли журналист знакомиться с материалами уголовных дел, прекращенных в процессе предварительного следствия по основаниям, предусмотренным ст. 5 УПК, и с материалами доследственных проверок?

Журналист имеет право знакомиться с документами и материалами, не составляющими охраняемой законом тайны. Оставляя в стороне вопрос о возможном наличии в материалах дела сведений, составляющих государственную, личную, врачебную или иную тайну, остановимся на тайне следствия.

Ознакомление журналиста с данными предварительного следствия или дознания возможно лишь с согласия прокурора, следователя или органа дознания и только в разрешенном ими объеме.

Но закон не устанавливает четких временных пределов действия тайны следствия, однако, исходя из смысла закона, можно утверждать, что недопустимо разглашение данных, содержащихся в уголовном деле, лишь на стадии предварительного следствия. Не случайно и сама статья 139 УПК, посвященная разглашению данных предварительного следствия, помещена в главе, регулирующей общие условия его производства. На последующем этапе - судебном следствии - действует совсем другой принцип - гласность судебного разбирательства. Пропадает смысл сохранения тайны следствия и в том случае, если дело прекращено на стадии предварительного следствия.

Вправе ли работники правоохранительных органов изымать у журналиста материал, отснятый на месте преступления, и запрещать журналисту распространение записи или разглашение полученной информации иным способом?

Подобного рода действия возможны после возбуждения уголовного дела. В случае, если журналист запечатлел какие-либо следы преступления и вещественные доказательства, то запись может быть изъята по мотивированному постановлению следователя (органа, производящего дознание) и приобщена к делу.

Что касается подписки о неразглашении содержания кассеты, то подобного рода ограничения возможны после приобщения записи к делу.

Вправе ли работники правоохранительных органов запретить журналисту съемку места происшествия, ссылаясь на тайну следствия?

Право журналиста производить фото-, видео- и киносъемку может быть ограничено только законом. В рассматриваемом случае органы дознания и следствия вправе не допустить журналиста на место происшествия (если речь не идет об аварии, на место которой журналиста обязаны допускать в силу положений пункта 7 статьи 47 Закона "О средствах массовой информации"), но закон не предусматривает в таком случае ограничений на производство записи.

В то же время статья 139 УПК допускает, что в случае, если журналист приглашен или ему разрешено присутствовать в месте, где производятся какие-либо следственные действия, или журналист находится при проведении того или иного следственного действия, у него может быть отобрана подписка о неразглашении данных предварительного следствия.