Глава 2. Коммуникативные рефлексивы 193

различающих и отождествляющих значения слов, важную рольвыполняют признаки, с точки зрения говорящего, коммуникатив­но актуальные для текущей ситуации. Кроме того, психологиче­ская структура значения слова основана на эмоциональных пере­живаниях и субъективном опыте носителя языка [см.: Лебедева, 1991], значения слов в индивидуальном лексиконе ведут как бы двойную жизнь: имеют общесистемное значение и индивидуаль­ное в виде личностного смысла, поэтому говорящий при фокуси­ровке внимания на том или ином компоненте значения слова в контексте высказывания вынужден переключать бессознательный речевой контроль в область сознательных действий, чтобы акту­ализировать тот компонент значения, который важен для пони­мания. Таким образом, коммуникативное значе­ние —«это поле признаков (ситуаций), не имеющее границ» [Го-лев, 1993, 20].

Подведем итоги наблюдениям над коммуникативными рефлек-сивами последней разновидности. Рефлексивы позволяют отразить диапазоны значений слова при его использовании, которые пред­ставляют собой диалектическое единство общесистемного значе­ния, приобретаемого свою системную силу при многократно по­вторяющемся контексте в коммуникативной сфере, и индивиду­ального, личностного смысла, в виде которого оно хранится в сознании говорящего. Вербализация в рефлексиве поиска и обсуж­дения точного слова позволяет говорить о речевом напряжении, возникающем при корреляции структурно-системной организации лексики и многомерного устройства внутреннего лексикона гово­рящего.

ВЫВОДЫ

В главе второй мы рассмотрели группы коммуникативных реф-лексивов, выделенных на основании следующих критериев ком­муникативного напряжения: динамического, стилистического, де­ривационного и личностного. Внутренний лексикон говорящего представляет собой действующую систему, в которой каждая еди­ница обладает оперативными возможностями по всем мыслимым линиям ее употребления прагматического, чисто формального, семантического. В том случае, когда механизм языкового контроля напоминает о возможных отступлениях от эталонной «инструкции

7 Вепрева. Языковая рефлексия в постсоветскую эпоху

194 Языковая рефлексия в постсоветскую эпоху

использования», происходит вербализация метаязыкового созна­ния. Изучение «манящего хаоса языковой реальности» [Николае­ва, 2001,145], в которую на равных входит эксплицированная рефлексия, служит для того, чтобы «сообщить человеку убежде­ние в субъективном содержании слова и умение выделить этот элемент из объективного сочетания мысли и слова» [Потебня, 1989, 206]. Анализ зон коммуникативного напряжения позволяет показать, как «высвечивается» субъективный элемент при процес­сах вербализации, чтобы адресат мог понять передаваемое содер­жание. Экспликация речемыслительной деятельности в рамках рефлексива включает такие задачи, как различение данной и но­вой информации, принятие решения о том, какую единицу с точ­ки зрения стилистической маркированности использовать в речи, установление и показ формальной или семантической сложности слова, а также выбор лексической единицы, наиболее адекватной, по мнению говорящего, в данном контексте. Исследование зон коммуникативного напряжения через метаязыковой комментарий дает возможность полнее представить процесс речепорождения, а также стремление адресанта выразить мысли абсолютно адекват­ным образом. Современная антропологически ориентированная лингвистика заинтересована в понимании того, как в действитель­ности работает наш язык.