Новая модель экономики России

Наша экономика, наше общество оказались пораженными опаснейшей болезнью, эффективное лечение которой невозможно обеспечить по стандартным рецептам монетаризма. Это наглядно подтверждает практика последних полутора лет. Действительно, вроде бы начался долгожданный экономический рост. Однако он не подкрепляется сколько-нибудь заметными позитивными сдвигами в экономике: нет инвестиционной активности, остается крайне низкой доля наукоемкого сектора, объем долговых обязательств не сокращается, натурализация хозяйственного оборота растет и т.д. Но самое главное -уровень жизни людей за те же полтора года снизился еще в полтора раза, приблизившись к пороговым значениям. То, что происходит сейчас в российской экономике, - это еще не рост, а только реакция экономики на благоприятную внешнеэкономическую конъюнктуру (рост цен на нефть) и девальвацию рубля. Наметилась лишь временная пауза в падении производства, за которой, по-видимому, последует новая, еще более разрушительная "волна" экономического кризиса.

К оценке перспектив развития России сложились два подхода. В соответствии с первым, официальным, претендующим на ее реальный портрет, Россия - страна-банкрот, технологический и производственный потенциал которой является крайне отсталым и характеризуется высокими издержками, не позволяющими ей на равных конкурировать с Западом. Если что и есть в России, то это ее топливно-энергетический комплекс. Поэтому так плохо живет ее народ, столь велика его бедность.

Сторонники второго подхода, базирующегося на исследованиях российских ученых, считают, что несмотря па огромные разрушения экономики за годы реформ, Россия и теперь остается богатой страной. Ее природно-ресурсный потенциал примерно в 2 раза больше, чем США, в 5-6 раз - Германии и в 18-20 раз - Японии. И сегодня чистая народнохозяйственная прибыль России составляет 60-80 млрд. долл. Это в 3-4 раза больше общего объема бюджетных средств текущего года.

Как объяснить столь огромную разницу в оценках возможностей России? Не являются ли модельные расчеты, на основе которых обнаружены столь разительные несоответствия в ее экономическом потенциале, результатом кабинетных умозаключений ученых, далеких от реальной действительности? Поэтому надо пояснить, в чем суть таких расчетов.

Они выполнены с помощью межотраслевых макроэкономических моделей на основе учета объемов производства российской экономики в мировых ценах. Народнохозяйственная прибыль в данном случае отражает превышение конечных результатов над полными издержками производства продукции. Это нераспределенная прибыль экономики, характеризующая ее потенциальные доходные возможности. Она, естественно, отличается от той прибыли, которую получает казна от собираемых налогов и от так называемых неналоговых поступлений. Превышение первой над второй определяется тем, что народнохозяйственная прибыль не учитывает часть распределенного дохода, незаконно оседающую в теневом и криминальном секторах экономики, в сфере внешнеэкономической деятельности и т.д. Это - цена криминализации экономики. Но наряду с теневой ценой при сравнении необходимо учитывать и ту часть дохода, перераспределенную через механизм заниженных цен на отдельные виды товаров и услуг, которая связана с нормальным функционированием бюджетной сферы. Указанная часть дохода выступает в форме неликвидных активов, неплатежей и долговых обязательств.

Если учесть все то, что сегодня проходит мимо государственной казны, и приплюсовать этот неучтенный доход к прибыли, отражаемой в официальной статистике, то величина последней окажется тождественной величине реальной народнохозяйственной прибыли. Поэтому нет никаких оснований говорить о нереальности модельных расчетов. Именно они позволяют правильно оценить нашу экономическую действительность.

Нетрудно прикинуть, что если доля рентной составляющей равна примерно 70-75%, то рентный доход измеряется величиной порядка 45-60 млрд. долл. в год. Следует обратить внимание, что именно на эту величину различаются официальная и расчетная оценки чистого дохода общества. Отсюда с большой долей вероятности можно предположить, что вся или большая часть рентного дохода приватизирована узкой привилегированной частью общества - так называемыми олигархами (не более 10-15% населения).

Вот где коренятся истоки драмы российских реформ: 15% богатых присвоили себе то, что является достоянием всех. Без разрешения столь глобального противоречия Россия лишит себя своего будущего, но ее народ никогда не допустит этого. В обществе созревает понимание того, что без принципиального решения проблемы собственности российские реформы окончательно зайдут в тупик. Россия выбирает свой путь социально-экономических преобразований, путь к свободной экономике, соответствующими компонентами которой являются: система национального имущества; система национального дивиденда; рентная система формирования бюджетных доходов; новая промышленная политика; новая система межрегиональных взаимодействий.