24 Января 2002 г

Зима меня утомляет во всех смыслах.

Дни тянутся так одинаково и монотонно, что я их больше не могу переносить. Спозаранку – будильник, затем школа, препирательства с учителями, возвращение домой, выполнение домашних заданий допоздна, кретинизм по телевизору, и, если глаза еще смотрят, читаю какую‑нибудь книгу и – спать. День за днем, без изменений, за исключением неожиданного звонка от самовлюбленного ангела и его дьяволов: в этом случае я одеваюсь по‑особому, снимаю с себя одежду прилежной школьницы и надеваю ту, женскую, которая сводит с ума мужчин. Я им благодарна, потому что они дают мне возможность вырваться из серости и быть иной.

Когда я дома, то часто сижу в Интернете.

Я веду поиск, многое узнаю. Я ищу то, что меня возбуждает и что одновременно делает мне плохо. Я ищу возбуждение, порождаемое унижением. Я ищу уничтожение. Я ищу типов самых странных, тех, кто ко мне относится как к настоящей бляди. Тех, кто хочет излить на меня свои злость, сперму, тревоги, страхи. Я не отличаюсь от них. Мои глаза приобретают болезненный свет, мое сердце бьется по‑сумасшедшему. Я верю (или, может, я обманываюсь?), что найду в переплетениях Сети того, кто захочет меня любить.

Пусть это будет кто угодно: мужчина, женщина, старый, молодой, женатый или замужняя, одинокий, гей, транссексуал. Все.

Вчера ночью я вошла на лесбийский сайт. Попробовать это с женщиной. Мне не отвратительна эта идея. Скорее меня это озадачивает. И страшит. Некоторые из них ко мне уже обратились, но я их сразу забраковала, даже не посмотрев на их фото.

Сегодня утром по е‑мейлу ко мне пришло одно письмо. Ей двадцать лет. Она говорит, что ее зовут Летиция, она из Катании, как и я. Ее послание было немногословным: только имя, возраст и телефон.

1 Февраля 2002 г. 19:30

В школе мне предложили сыграть роль в театральном спектакле.

Наконец займусь чем‑нибудь интересным. Спектакль должен быть поставлен примерно через месяц и будет показан в центре города.

5 Февраля 2002 г. 22:00

Я ей позвонила.

У нее немного писклявый голос. Она говорила весело и раскованно, в отличие от меня: меланхоличной и тяжелой. Через некоторое время я расслабилась и улыбнулась. Я абсолютно не хотела ничего знать ни о ней, ни о ее жизни. Мне только хотелось узнать ее физически. Я у нее спросила:

– Извини, Летиция, нет ли у тебя фотографии, чтобы мне ее прислать?

Она громко рассмеялась и воскликнула:

– Конечно! Включи ПК, я тебе тут же ее пошлю; пока мы разговариваем по телефону, ты мне скажешь свое впечатление.

– О'кей! – сказала я с удовлетворением.

Она красивая, необыкновенно красивая. И голая. Подмигивающая, чувственная, с заискивающей улыбкой. Я пробормотала:

– Это в самом деле ты?

– Ну конечно. Что, не веришь?

– Да нет, конечно, верю. Ты очень красивая, – сказала я, пораженная фотографией и своим удивлением (и поглупевшая от этого).

Короче, женщины мне не нравятся… Я не поворачиваю головы, когда по улице проходит красивая женщина, я не сгораю от желания при виде женских форм, и я никогда всерьез не думала о том, чтобы составить пару с женщиной. Но у Летиции ангельское лицо и сочные губы. Под животом я увидела нежный островок, к которому можно было бы причалить: широкий и извилистый, пахучий и чувственный. И груди, как два нежных холмика, на вершине которых – два розовых больших кружочка.

– А ты, – спросила она, – ты можешь послать мне свою фотку?

– Да, – сказала я, – подожди секунду.

Я ей выбрала что‑то наугад, порывшись в памяти компьютера.

– Ты похожа на ангела, – сказала Летиция, – ты очень миленькая.

– Да уж, я похожа на ангела… Но на самом деле я не такая…

– Мелисса, я хочу с тобой встретиться.

– Я тоже на это надеюсь, – ответила я.

Потом мы окончили разговор, и она мне прислала такую эсэмэску:

«Я бы усыпала твою шейку страстными поцелуями, а руками тебя изучила бы всю».

Я сняла трусики, нырнула под одеяло и завершила ту сладкую пытку, которую Летиция невольно запустила в действие.