§ 3. Понятие, структура и виды норм-фикций гражданского права Понятие норм-фикций. Наряду с презумпциями, системоупрощающую роль в системе гражданского права играют нормы-фикции.

277 В словаре В. Даля фикция - это «вещь или дело мнимое, вымысел, плод воображения, морока» . В Большой советской энциклопедии фикция

774.

определяется как «нечто несуществующее, мнимое, ложное» . СИ. Ожегов трактует фикцию как «намеренно созданное положение, построение, не соответствующее действительности, обычно используемое с какой-либо

725

целью» .

В российской юриспруденция фикция впервые предметом специального научного исследования стала в монографии Д.И. Мейера «О юридических вымысле и предположениях, о скрытных и притворных действиях», в которой она называется вымыслом права и определяется как «вымышленное существование факта, о котором известно, что он вовсе не существует или существует в другом виде» . Однако Д.И. Мейер рассматривал фикцию как явление временное, используемое исключительно как средство преодоления формализма римской юриспруденции: «Практическая сила вымысла предполагала формализм как условие своей жизни, но юристы рушили его, и он отслужил его службу... и вымысел оказался совершенно лишним приемом в

727

праве» . Д.И. Мейер последовательно отстаивал вывод о невозможности использования фикции в «любом юридическом быту», о ненужности и даже

728

вредности ее в русском праве . Два десятилетия спустя к такому же выводу пришел и Г.С. Мэн, который считал, что к фикциям относятся «всякие предположения, которыми прикрывают или стараются прикрыть тот факт, что правило закона подверглось изменению, то есть то, что его буква осталась

729 гл

прежней, а применение изменилось» . Сходную позицию занял и С. Муромцев, рассматривавший фикции как «результат переходного

¹²³ Даль В. Указ. соч. Т. 4. С. 534.

⁷²⁴ Большая советская энциклопедия / Гл. ред. A.M. Прохоров. М, 1977. Т. 27. С. 396.

С. 696.

726

⁷²⁵ Ожегов СИ. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Рус яз., 1989.

Мейер Д. И. О юридических вымыслах ... С. 54.

⁷²⁷ Там же. С. 68.

⁷²⁸ Мейер Д.И. О юридических вымыслах... С. 87, 88.

Мэн Г. С. Древнее право, его связь с древней историей общества и его отношение к новейшим идеям. СПб., 1873. С. 21.

278

74П

несовершенства» римского юридического мышления . Он оценивал римские фикции как средство примирения юриспруденции с потребностями гражданской жизни, а главную причину их появления усматривал в желании сохранить старый порядок ненарушенным⁷³¹. Следует, однако, отметить, что в исследованиях С. Муромцева нет категорически отрицательного отношения к фикции. Он считал, что «юриспруденция должна прибегать к некоторым искусственным путям и приемам, доставляющим ей возможность обойти трудности и пополнить пробелы в процессах творчества и применения права»⁷³². С. Муромцев оценивал фикции как явление «сугубо историческое», как «несовершенный прием, вызванный «известными историческими условиями»⁷³³.

Еще одним глубоким исследованием фикций и фиктивного в праве является монография Г.Ф. Дормидонтова «Классификация явлений юридического быта, относимых к случаям применения фикций». Заслуга автора работы состоит прежде всего в том, что он реабилитировал значение фикции в праве, считая, что фикция как особый прием юридической техники пережила и формализм древнеримской юриспруденции, и сам Древний Рим, и существует «доселе в законодательствах»⁷³⁴. Причину такого долголетия фикции он видел в том, что «люди, очевидно, не могут все еще обойтись без вымыслов: прямая голая истина часто не дается им или оказывается, по-видимому, им не по плечу, и они прибегают к помощи вымысла, чтобы ей хоть как-нибудь приблизиться или, наоборот, чтобы от нее уклониться» . Наряду с обоснованием значения фикций в праве Г.Ф. Дормидонтов впервые в истории российского права предпринял попытку научного определения понятия фикции. С его точки

Муромцев С. О консерватизме римской юриспруденции (опыт по истории римского права) М., 1875. С. 97,100. ⁷³¹ Там же. С. 102.

74?

Муромцев С. О владении по римскому праву. С. 27. ⁷³³ Муромцев С. Гражданское право Древнего Рима. М.: Типография А.И. Мамонтова и К., 1883. С. 363.

⁴ Дормидонтов Г.Ф. Классификация явлений юридического быта, относимых к случаям применения фикций. Казань: Тип. Императ. Ун-та, 1895. С. 3. ⁷³⁵ Дормидонтов Г.Ф. Указ. соч. С. 3.

279 зрения, фикция «есть известный прием мышления, состоящий в допущении существующим известного несуществующего обстоятельства или, наоборот, несуществующим существующего, в решении задачи при помощи ложного положения», а юридическая фикция - «тот же прием, допускаемый и даже предписываемый объективным правом» . Определение, предложенное Г.Ф. Дормидонтовым, было взято за основу и многими советскими правоведами - исследователями правовых фикций. Подчеркнем, что понятие правовой фикции как самостоятельное явление, в советской юридической литературе практически не рассматривалось. Чаще всего категория фикций исследовалась в советском праве в контексте сравнения ее с другим правовым явлением - презумпцией. Определение фикции в этом контексте содержится и

737

в самых последних научных исследованиях .

Одним из первых послереволюционных ученых, обративших научное внимание на категорию фикции - в части ее сравнения с презумпциями, - стала В.И. Каминская, которая считала, что при использовании фикции «условно принимается за истину положение, на самом деле заведомо истинным не являющееся, с целью придать ему такой правовой характер, какой оно должно было бы иметь, если бы оно было истинным»⁷³⁸. В.К. Бабаев считает необходимым рассматривать вопрос о правовых фикциях в двух аспектах: с точки зрения их содержания и как правовой прием и рассматривает фикцию как «применяемый в праве технико-юридический прием, которым несуществующее положение (отношение) объявлялось существующим и приобретало обязательный характер в силу закрепления его в правовой норме»⁷ . По мнению А. Нашиц, «сущность приема фикции заключается в искусственном уподоблении или приравнивании друг к другу таких вещей, которые в

⁷³⁶ Каминская В. И. Указ соч. С. 14.

См., напр.: ЩекжД.М. Юридические презумпции в налоговом праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001. С. 18; Зуев ЮТ. Презумпции в уголовном праве: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Казань, 2000. С. 15.

739

⁷³⁸ Каминская В.И. Указ. соч. С. 44.

Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 28.

280 действительности различны»⁷⁴⁰. В.А. Ойгензихт, сравнивая презумпцию и фикцию, указывает, что «фикция заведомо неистинное положение принимает за истинное»⁷⁴¹.

К категории фикции обращаются и процессуалисты. Так, И. Зайцев считает, что суть юридической фикции «заключатся в том, что определенные юридические последствия закон связывает с заведомо несуществующими фактами...»⁷⁴². В.М. Горшенев впервые обратил внимание на форму, в которой закрепляется в законе несуществующее обстоятельство. Он выделяет фикцию в числе нетипичных нормативных предписаний и определяет ее как «закрепленное в правовых актах и используемое в юридической практике нормативное предписание в виде специфического способа (приема), выражающегося в провозглашении существующими факта или обстоятельства,

743

в действительности не имеющих места» .

Сходное определение фикции - через родовое понятие «нормативное предписание» - предложил и А.П. Заец: «фикция - нормативное предписание, устанавливающее существующими факты и обстоятельства, в

744

действительности не существующие» .

З.М. Черниловский, анализируя фикции в праве, отмечает значимость этого юридико-технического приема: «Суть юридической фикции, как бы ее не интерпретировали, в том, чтобы через очевидную «неправду» защитить те частные и общественные интересы, без удовлетворения которых ставится под вопрос существование той или иной системы институтов или одного из них»⁷⁴⁵.

В приведенных выше определениях фикции можно выделить её три главных признака. Во-первых, она провозглашает несуществующие в действительности обстоятельства существующими, т.е. представляет собой

⁷⁴⁰ НашицА. Указ. соч. С. 221.

⁷⁴¹ Ойгензихт В.А. Указ. соч. С. 6.

⁷⁴² Зайцев И. Правовые фикции в гражданском процессе // Российская юстиция. 1997.№1.С35.

⁷⁴³ Горшенев В.М. Указ. соч. С. 117.

⁷⁴⁴ Заец А.П. Указ. соч. С. 26.

⁷⁴⁵ Черниловский З.М. Ложь и приблизительность в жизни права // Государство и право.1987. №4. С. 125.

281 заведомую ложь в праве. На этот признак указывается практически во всех определениях. Во-вторых, в определениях отмечается, что правовая фикция закреплена в правовой норме (И. Зайцев, В.К. Бабаев) и является нормативным предписанием (А.П. Заец, В.М. Горшенев). Этот признак указывает на форму правовой фикции. И, наконец, в приведенных дефинициях фикции содержится определение ее значения, роли в правовом регулировании, в частности, говорится, что фикции «используются в юридической практике для защиты частных и общественных интересов» с помощью распространения на «вымышленное явление» необходимого правового режима⁷⁴ .

Нетрудно заметить, что при наличии перечисленных признаков фикция оценивается как позитивное правовое явление, как особое правовое предписание, как норма права, способствующая решению стоящих перед законодателем проблем. Следует отметить, что фикция может играть и отрицательную роль в правовой сфере, при этом она выступает в виде правовой фиктивности: фиктивность может быть свойством правоотношения или правовой нормы^{7 7}.

Норма-фикция образуется тогда, когда законодатель умышленно, осознанно закрепляет в тексте нормативно-правового акта положения, противоречащие объективной действительности. Чаще всего он использует такой прием законодательной техники при необходимости распространить правовой режим одного правового явления на другое с целью экономии нормативно-правового материала, например, приравнивая в определенных отношениях индивидуальных предпринимателей и коммерческих юридических лиц, договор контрактации к договору поставки и в некоторых других случаях. Фикции также могут восполнять неопределенность в правовых отношениях. Например, благодаря фикции, закрепленной в ст. 46 ГК РФ, днем смерти гражданина, объявленного умершим, считается день вступления решения суда

⁷⁴⁶ Каминская В.К Указ. соч. С. 45. ⁷ Фикция в таком значении не связана со специализированными нормами права и в данной работе не рассматривается, однако фиктивные правовые нормы и фиктивные

282 в законную силу. Отдельные фикции устанавливаются в качестве мер государственного воздействия либо за невыполнение субъектами правоотношений возложенных на них обязанностей: например, если сторона удерживает у себя письменное или вещественное доказательство, то содержащиеся в нем сведения считаются ею признанными (ст.65,79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ)⁴⁸; либо за совершение правонарушения: если наступлению условий сделки недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условий невыгодно, то условие считается наступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ).

Некоторые фикции устраняют недостатки в договорных отношениях, допущенные его участниками: так, если стороны договора аренды не установили порядок, размер и сроки внесения арендной платы, то считается, что они установили порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п.1 ст. 614 ГК РФ).

Как видим, фикции в целом направлены на упрощение гражданско-правового регулирования, ускоряют механизм реализации гражданско-правовых норм, и тем самым быстро и наиболее эффективно разрешают юридическую ситуацию, что является целью действия системы гражданского права. Аналогичного мнения по поводу значения уголовно-правовых фикций придерживаются и А.И. Рарог, Ю.В.Грачева: «...фикция рационально регулирует факты, ситуации, общественные отношения, внося в правовое регулирование общественных отношений известную устойчивость, стабильность и делая систему уголовного права более простой и экономичной»⁷⁴⁹.

Структура нормы-фикции. Норма-фикция - это правовая норма, которая закрепляет заведомо не соответствующее действительности положение. Её

правоотношением ранее рассматривались нами: Кузнецова О.А. Фиктивные явления в праве. Пермь: Изд-во Перм. Ун-та, 2004.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002г. № 138-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 46. Ст. 4531, 4532.

Рарог А.И., Грачева Ю.В. Законодательная техника как средство ограничения судейского усмотрения // Государство и право. 2002. № 11. С. 96.

283 функциональные особенности обусловили нетипичную структуру этого вида специализированных норм. В структуре любой фикции следует выделять два элемента: гипотезу (элемент, который содержит условие действия фикции) и диспозицию (элемент нормы, который непосредственно и закрепляет положение, не соответствующее действительности). Выделим эти элементы в фикции, содержащейся в ст. 46 ГК РФ: «если гражданин объявлен судом умершим (гипотеза), то днем смерти такого гражданина считается день вступления решения суда в законную силу (диспозиция)». Схема общей конструкции структуры фиктивной нормы такова: «Если А, то В считается С».

Существует три способа закрепления не соответствующих действительности обстоятельств в тексте нормативно-правового акта. Выбор того или иного из них оказывает серьезное влияние на особенности конструкции конкретной нормы-фикции. А. Нашиц первой предложила классифицировать фикции в зависимости от способа закрепления неистинного положения в ее тексте . В настоящее время данную дифференциацию фикций поддерживает К.К. Панько . По этому основанию можно выделить, во-первых, нормы-фикции, приравнивающие обстоятельства, которые в действительности различны; во-вторых, нормы-фикции, признающие реально несуществующие обстоятельства и отрицающие существующие; в-третьих, нормы-фикции, признающие существующими обстоятельства до того, как они стали существовать, или если они возникли позже, чем это было в действительности. Структуры каждой из видов фиктивных норм будут отличаться друг от друга, указывая на специфические видовые черты, но сохраняя при этом общую конструкцию фикции. Поэтому следует различать общую, родовую структуру фиктивной нормы и специальные структуры отдельных разновидностей правовых норм-фикций.

Итак, закрепленная в гражданско-правовом акте фикция - это специализированная норма права, выполняющая в гражданском праве

Нашиц А. Указ. соч. С. 222.

Панько К.К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 71—71.

284 системоупрощающую функцию путем признания несуществующих обстоятельств существующими и наоборот, имеющая структуру, состоящую из двух элементов (гипотезы и диспозиции) и конструирующуюся по схеме «Если А, то В считается С».

Виды норм-фикций. Нормы-фикции, приравнивающие

обстоятельства, которые в действительности различны. Эта разновидность норм-фикций наиболее распространена в нормативно-правовом материале. Такие фикции в различных целях приравнивают друг к другу объективно различающиеся явления. Например, приравнивание индивидуальных предпринимателей к коммерческим организациям (п.З ст. 23 ГК РФ), обществ с дополнительной ответственностью к обществам с ограниченной ответственностью (п. 3 ст. 95 ГК РФ), договора контрактации к договору поставки (п.2 ст. 535 ГК РФ), договора дарения, предусматривающего передачу дара после смерти дарителя, к завещанию (п. 3 ст. 572 ГК РФ), передачи коносамента или иного товарораспорядительного документа к передаче вещи (п. 3 ст. 224 ГК РФ) и др.

В литературе нередко указывается на этот вид фикций. Например, отмечается, что п.1. ст. 169 ГК РФ «распространяет на бездокументарные ценные бумаги правовой режим соответствующих документарных ценных бумаг, если этому не препятствуют присущие им особенности. Используемый здесь прием следует рассматривать как юридическую фикцию» . Здесь фикция оказывает неоценимую «услугу» законодателю: экономит нормативно-правовой материал. При отсутствии таких фикций ему пришлось бы повторять одни и те же правила несколько раз. Необходимость в таких фикциях возникает в случаях, когда полное отождествление правовых явлений невозможно. Законодательство устанавливает для каждого из них особые правила, например, для индивидуальных предпринимателей и коммерческих организаций, для общества с ограниченной ответственностью и для общества с дополнительной

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. О.Н. Садикова. М: Контракт; ИНФРА М, 1997. С. 325.

285 ответственностью. Их сущностные различия не позволяют установить для них общий, одинаковый правовой режим, иначе отсутствовала бы необходимость в приравнивания и, как следствие, в данной норме-фикции.

Вместе с тем явления, приравнивающиеся в норме-фикции, должны иметь определенное сходство. Например, в закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» предлагалось даже включить правила, регулирующие общества с дополнительной ответственностью, и рассматривать их как разновидность первых. В проекте закона содержалось несколько статей, посвященных обществам с дополнительной ответственностью, однако после первого чтения проекта в Государственной думе эти статьи были исключены из

753

его текста как «не относящиеся к предмету данного закона» .

Таким образом, можно сформулировать два правила конструирования норм-фикций, приравнивающих одно явление к другому. Во-первых, эти явления должны обладать определенным сходством, иначе приравнивание невозможно. Во-вторых, они должны иметь определенные различия, иначе в приравнивании отсутствует необходимость. Эти правила следует учитывать не только законодателю в качестве правила законодательной техники, но и правоприменителю при разрешении конкретного спора. Например, суд принял решение о прекращении деятельности индивидуального предпринимателя на основании норм о ликвидации юридического лица, руководствуясь при этом нормой-фикцией, приравнивающей индивидуальных предпринимателей к коммерческим юридическим лицам, закрепленной в ст. 23 ГК РФ. При этом суд не учел сущностных различий между индивидуальным предпринимателем-гражданином и коммерческим юридическим лицом-организацией. Высший арбитражный суд РФ исправил данную ошибку нижестоящего суда, отметив, что «нормы гражданского законодательства о ликвидации юридического лица не могут быть применимы в отношении граждан-предпринимателей в силу

Суханов Е.А. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. 1998. №5. С. 38.

286 особенностей их правового статуса как субъектов предпринимательской деятельности»⁷⁵⁴.

Таким образом, недопустимо использование норм-фикций, приравнивающих одно явление к другому, в сфере различий этих явлений.

Приведем пример, иллюстрирующий другое правило формулирования этого вида нормы-фикции. Индивидуальный предприниматель Андриянов обратился в суд с заявлением о признании недействительным распоряжения премьера правительства г. Москвы «О тарифе на услуги городской телефонной связи» в части установления для предпринимателей повышенного тарифа на услуги связи. Индивидуальный предприниматель считает, что это распоряжение нарушает его право на пользование услугами телефонной связи на равных условиях с другими пользователями - гражданами. В ходе судебного разбирательства было установлено, что согласно распоряжению Правительства Москвы устанавливается одинаковый размер тарифа для индивидуальных предпринимателей и для юридических лиц; для физических лиц тариф установлен в меньшем размере. Поэтому суд не нашел оснований для удовлетворения требования заявителя, сославшись при этом на правило ст. 23 ГК РФ, приравнивающее индивидуальных предпринимателей к коммерческим юридическим лицам⁷⁵⁵.

Из этих примеров видно, что в сфере сходства явлений и обстоятельств должна применяться соответствующая фикция. С точки зрения законодательной техники важно учитывать специфику, отличительные черты приравниваемого явления и указывать на это обстоятельство в самой правовой норме. Ю. Романец, говоря о возможности приравнивания договора контрактации к договору поставки, пишет: «...наличие в отношениях контрактации признаков, характерных для поставки товаров, позволяет применять к ней те правила, которые не противоречат специальным нормам о

Розенталь А. Две большие разницы // Бизнес-адвокат. 2000. № 7. См. также: Постановление ФАС Уральского округа от 23 апреля 1997 г. №Ф09-2444/97 ГК. ⁷⁵⁵ Бюллетень Верховного суда РФ. 1999. № 10.

287 контрактации»⁷⁵⁶. Наиболее удачно с позиций этих требований сформулирована норма-фикция, приравнивающая договор мены к договору купли-продажи: к договору мены применяются соответствующие правила о купле-продаже, если это не противоречит правилам главы о мене и существу мены. При этом каждая сторона в договоре мены признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен (п.2 ст.567 ГК РФ). Эта норма иллюстрирует и правоприменительный эффект фикций данного вида. Он заключается в том, что нормативное приравнивание одних явлений к другим позволяет применять правила, регулирующие явление, к приравненному понятию. В отношении этого эффекта А. Эрделевский применительно к договору мены пишет: «Сходство правовой природы этого договора и договора купли-продажи обуславливает применимость к нему соответствующих норм, касающихся

757

купли-продажи» . Аналогичное мнение по этому вопросу высказано и В. Витрянским: «Распределение прав и обязанностей между участниками договора мены определяется в соответствии с нормами о договоре купли-продажи, не противоречащими специальным правилам о договоре мены и

758

существу мены, а поэтому применяемыми к этому договору...» .

Необходимость использования правового режима приравниваемого понятия при применении норм-фикций не всегда учитывается в судебной практике. Так, открытое акционерное общество обратилось в суд с иском к закрытому акционерному обществу о взыскании суммы, составляющей разницу в суммах взаимно поставленной продукции. Закрытое акционерное общество в письме гарантировало поставку труб в счет поставки стиральных машин. ОАО отгрузило машины и предъявило счет на оплату стоимости транспортных услуг по доставке их железнодорожным транспортом. Трубы в обмен на стиральные машины были поставлены, а от оплаты транспортных услуг закрытое

⁷ Романец Ю. Обязательства контрактации в системе гражданских договоров // Вестник Высшего арбитражного суда РФ. 2001. № 1. С. 90.

^{7 7} Эрделевский А. Мена и бартер // Бизнес-адвокат. 2001. № 4.

288 акционерное общество отказалось. Арбитражный суд иск удовлетворил, но суд вышестоящей инстанции решение отменил, пояснив, что судом не дана правильная оценка правовым отношениям сторон. Между сторонами заключен договор мены, а к договору мены применяются правила купли-продажи. Законодательством, регулирующим договор купли-продажи, не предусмотрена обязанность какой-либо стороны оплатить доставку товара, закрытое акционерное общество такие обязательства на себя по договору не брало⁷⁵⁹.

Структура таких норм-фикций выглядит следующим образом: «Если А (гипотеза фикции), то В считается С, если это не противоречит сущности В (диспозиция фикции)». При использовании этого вида фикций крайне важно правильно установить гипотезу - условие действия нормы-фикции, поскольку в противном случае приравнивания не происходит.

Другие фикции этого вида способствуют преодолению правовой неопределенности, приравнивая одни понятия к другим. Например, при невозможности установить день получения последних сведений об отсутствующем гражданине началом исчисления срока для признания его безвестно отсутствующим считается первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние сведения о нем, а при невозможности установить месяц - первое января следующего года (ст. 42 ГК РФ). В соответствии с п. 3 ст. 45 ГК РФ днем смерти гражданина, объявленного умершим, считается день вступления в законную силу решения суда об объявлении его умершим. В этих примерах очевидно отождествление понятий и ситуаций, которые в действительности различны. Здесь законодатель с помощью фикции устанавливает поведение лица, оказавшегося в ситуации фактической неопределенности: пропавший гражданин объявлен умершим, какую дату считать датой его смерти? Ведь установленная дата имеет большое практическое значение, с ней связан момент прекращения брака, открытия

Витрянский В. Договор мены // Вестник Высшего арбитражного суда РФ. 2000. № 2. С.131.

Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 16 октября 2001. № Ф09-1956/01-ГК // СПС «Консультант Плюс».

289 наследства и другие вопросы. Или другой вопрос: гражданин пропал без вести, с какого времени исчислять годичный срок для признания его безвестно отсутствующим, если точная дата исчезновения неизвестна? Причем в этих ситуациях использовать иной технико-юридический прием, кроме фикции, вообще невозможно.

Фикции этого вида законодатель также умело использует для устранения неопределенности, но не в ситуациях, когда иное решение вопроса невозможно, а для защиты прав и законных интересов определенных лиц. Приведем пример.

Если у поверенного отсутствуют полномочия действовать от имени и в интересах представляемого или он превысил предоставленные ему полномочия, то сделка, заключенная от имени и в интересах представляемого, считается заключенной от имени и в интересах представителя, если впоследствии представляемый не одобрит сделку (п. 1 ст. 183 ГК РФ).

А если поверенный заключил сделку с превышением полномочий, предоставленных доверителем или при отсутствии таковых, какова судьба данной сделки? Законодатель мог бы рассматривать такую сделку недействительной или незаключенной, однако с помощью фикции этот вопрос решен иначе в целях охраны интересов третьего лица, с которым была заключена данная сделка. Судам следует учитывать, что эта фикция имеет сложную гипотезу, состоящую из двух элементов. Во-первых, у поверенного должны отсутствовать полномочия на заключение сделки. Например, между ТОО «Кадр» и Министерством социальной защиты Свердловской области в лице директора Боровского дома-интерната был заключен договор на производство работ. ТОО работы выполнило и обратилось в суд с иском о взыскании оплаты за них. В ходе судебного разбирательства выяснилось, что директор не обладал необходимыми полномочиями на заключение сделок от имени министерства. В итоге суд пришел к выводу, что в силу ст. 183 ГК РФ договор заключен от имени и в интересах дома-интерната и постановил

290 взыскать с него задолженность⁷⁶⁰. Во-вторых, для применения указанной фикции необходимо установить, что доверитель впоследствии не одобрил сделку. Так, решением общего собрания учредителей общество с ограниченной ответственностью было реорганизовано в форме выделения из него другого общества с ограниченной ответственностью «ЗМК». Участник реорганизованного общества П. обратилась в суд с иском о признании недействительным этого решения, т.к. собрание не проводилось, она на нем не присутствовала, протокол не подписывала. Решением районного суда иск был удовлетворен. В Верховный суд РФ был принесен протест об отмене данного решения, который был удовлетворен по следующим основаниям. Верховный суд РФ выяснил, что протокол собрания был подписан представителем П., действующим на основании доверенности. П. утверждала, что представитель превысил свои полномочия. Но в судебном заседании выяснилось, что истица впоследствии одобрила данную сделку: она участвовала в собрании нового общества, вела протоколы, голосовала за принятие решений, подписывала их. Суд, основываясь на ст. 183 ГК РФ, оценил данные действия как одобрение действий представителя, превысившего свои полномочия⁷ \ Таким образом, при отсутствии второго элемента сложной гипотезы данная фиктивная норма не подлежит применению. На необходимость установления второго элемента гипотезы обычно указывается и в решениях судов. Так, по одному из дел арбитражный суд применил фиктивную норму, содержащуюся в п. 1 ст. 183 ГК РФ, указав лишь на то, что представитель стороны договора действовал с превышением полномочий. Но суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение, отметил, что не была дана оценка доводам ответчиков о последующем одобрении действий со стороны представляемого . Еще в одном постановлении кассационной инстанции прямо было указано: «Оценив

Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 2 июля 2002 г. № Ф09-1458/02-ГК // СПС «Консультант Плюс».

Некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам // Бюллетень Верховного суда РФ. 2001. № 1. С. 22—24.

Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 28 октября 2002 г. № Ф09-2626/00-ГК // СПС «Консультант Плюс».

291 доверенность на предмет полномочий и установив отсутствие последующего одобрения сделки, суд правильно применил ст. 183 ГК РФ»⁷⁶³.

Недопустима и замена указанных элементов сложной гипотезы данной нормы-фикции на другие. Так, по одному из споров суд отметил: «Ссылка заявителя на то, что сделка по передаче дрезины совершена в интересах железной дороги, не может быть принята судом во внимание, поскольку истец не представил доказательство прямого одобрения сделки полномочным представителем железной дороги»⁷⁶⁴.

Нормы-фикции, признающие реально несуществующие

обстоятельства и отрицающие существующие. В эту группу норм-фикций включены две подгруппы: во-первых, это фикции, признающие реально несуществующие обстоятельства существующими (положительные фикции); во-вторых, фикции, отрицающие существующие обстоятельства (отрицательные фикции). Структура положительной фикции такова: «если А, то не-В считается В». А схема отрицательной фикции конструируется следующим образом: «если А, то В считается не-В». В ГК РФ используются фикции этого вида.

В п. 3 ст. 157 ГК РФ содержатся обе подгруппы фикций. Если наступлению условий недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условия невыгодно, то условие считается наступившим. Это положительная фикция: ненаступившее условие считается наступившим. Так, юридическая фирма заключила с закрытым акционерным обществом договор на оказание юридических услуг на представительство в суде, по условиям которого ЗАО обязалась выплатить вознаграждение фирме в течение 7 дней со дня поступления суммы долга от должника. Но вознаграждение не было выплачено. Тогда фирма обратилась в суд. Суд первой инстанции в удовлетворении иска отказал, сославшись на то, что ответчику деньги от

Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 9 октября 2002 г. № Ф09-2460/02-ГК // СПС «Консультант плюс».

^{7 4} Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 14 августа 2002 г. № Ф09-1858/02-ГК// СПС «Консультант плюс».

292 должника не поступали и поэтому срок выплаты вознаграждения не наступил. Однако суд кассационной инстанции нашел выводы суда недостаточно обоснованными. В данном случае исполнение обязательства было поставлено под условие - выполнение обязательства третьим лицом. Однако действия третьих лиц зависели и от действий самого ответчика, в частности, от того, какие меры приняты для получения взысканной суммы. Однако, судя по материалам дела, ответчик никаких мер к принудительному исполнению решения не принимал. Дело было направлено на новое рассмотрение с указанием, что суду следует дать оценку действиям сторон применительно к п. Зст.157ГКРФ⁷⁶⁵.

Если наступлению условия недобросовестно содействовала сторона, которой наступление условия выгодно, то условие признается ненаступившим. Здесь мы имеем дело с отрицательной фикцией: наступившее условие считать ненаступившим.

Обязательственное право содержит множество примеров фикций данного вида. Так, в соответствии с п. 3 ст. 405 ГК РФ, если обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора, то должник не считается просрочившим (отрицательная фикция). А кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства (п.1. ст. 406 ГК РФ). В качестве примера использования указанной нормы-фикции может быть приведен следующий случай из арбитражной практики. Арендодатель обратился в арбитражный суд с иском о взыскании арендной платы за период просрочки возврата имущества. Суд первой инстанции иск удовлетворил, установив факт просрочки возврата имущества. Суд апелляционной инстанции отменил решение суда и отказал в

Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 29 марта 2002 г. № А64-4597/01-5 // СПС «Консультант Плюс».

293 удовлетворении иска, установив следующее. Между сторонами был заключен договор аренды помещения, в соответствии с которым по истечении срока аренды помещение должно быть возвращено арендодателю по передаточному акту. Арендатор по истечении действия договора аренды освободил помещение и неоднократно сообщал арендодателю о готовности передать его по передаточному акту. Однако акт со стороны арендодателя так и не был своевременно оформлен. Суд указал, что арендодатель не вправе требовать с арендатора арендной платы за период просрочки возврата имущества в связи с прекращением договора, поскольку арендодатель сам уклонялся от приема арендованного имущества⁷⁶⁶.

Примером фикции, отрицающей существующие обстоятельства, может служить также норма ст. 439 ГК РФ: «Если извещение об отзыве акцепта поступило оференту ранее акцепта или одновременно с ним, то полученный акцепт считается неполученным». Аналогичная норма-фикция установлена и в отношении акцептанта (п. 2 ст. 435 ГК РФ). Другой пример: «Если своевременно отправленный акцепт пришел с опозданием и если оферент немедленно не уведомит другую сторону о получении акцепта с опозданием, то опоздавший акцепт считается неопоздавшим» (ст. 442 ГК РФ). В этой норме мы также видим сложную гипотезу: суду необходимо установить не только факт опоздания акцепта, но и отсутствие немедленного уведомления оферента о получении акцепта с опозданием. Так, закрытое акционерное общество обратилось к открытому акционерному обществу с иском о регистрации договора аренды нежилого помещения. По истечении срока действия он был возобновлен на неопределенный срок. Через полгода общество с ограниченной ответственностью предложило заключить новый арендный договор, в котором был установлен новый срок действия договора, новый размер арендной платы и установлен срок для его подписания. В указанный срок новый договор

Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой: Информационное письмо Высшего арбитражного суда РФ от 11 января 2002 г. № 66 // Вестник Высшего арбитражного суда РФ. 2002. № 3. См. также: Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 5 апреля 2001 г. № Ф09-482/01-ГК // СПС «Консультант Плюс».

294 подписан не был, но общество с ограниченной ответственностью произвело два раза оплату по платежным поручениям. В соответствии с п. 3 ст. 438 ГК РФ внесение арендной платы является опоздавшим акцептом. Но согласно ст. 442 ГК РФ сторона, направившая оферту, должна была немедленно сообщить о получении акцепта с опозданием, и только в этом случае договор будет считаться заключенным. Арендодатель доказательств немедленного сообщения не представил. Суд пришел к выводу, что договор между сторонами не был

7/с 7

заключен .

Значение этого вида фикций заключается в том, что они устраняют неопределенность в гражданско-правовых отношениях, однозначно утверждая что-либо. Действительно, оферент, получивший одновременно и акцепт, и отзыв акцепта, попадает в ситуацию неопределенности относительно своего дальнейшего правомерного поведения. Фикция эту неопределенность устраняет, тем самым заставляя функционировать систему гражданского права.

Нетрудно заметить, что законодатель использует для отрицательных фикций две конструкции диспозиции: «В считается не-В» и «В не считается В». Однако с точки зрения правил логики сущность отрицательных фикций в обоих вариантах использования диспозиции не изменяется. Такая смена структуры диспозиции необходима в некоторых случаях в стилистических целях, для лучшего звучания этого элемента нормы-фикции на русском языке. При отсутствии в договоре существенных условий законодатель в одних случаях устанавливает, что договор «не считается заключенным», например, в отношении договоров продажи недвижимости при несогласовании предмета договора (ст. 554 ГК РФ) и аренды (п.2 ст. 607 ГК РФ). В других случаях закон закрепляет правило «считается незаключенным», например, при отсутствии условия о цене в договоре продажи недвижимости (п.1 ст. 555 ГК РФ).

Законодатель часто использует и первый вариант структуры отрицательной фикции: «Если А, то В считается не - В». Аукцион и конкурс, в

Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 23 января 2001 г. № КГ-А40/6418-00 // СПС «Консультант Плюс».

295 котором участвует только один участник, считается несостоявшимся (п.5 ст. 447 ГК РФ). При нарушении правил определения единой цены продажи акций, находящихся в государственной или муниципальной собственности,

768

специализированный аукцион считается несостоявшимся .

В некоторых случаях отрицательные фикции носят характер санкций, например, при нарушении требований, предъявляемых к документам, подаваемым в государственный орган. Так, если нарушены требования к исковому заявлению, то оно остается без движения, и если заявитель в установленный срок не исполнит указания суда, то поданное заявление будет считаться неподанным (п. 2 ст. 136 ГПК РФ). Если заявитель направляет ходатайство или уведомление в территориальное управление МАП РФ, не имеющее полномочий по их рассмотрению, то оно считается непредставленным⁷⁶⁹. При неуплате тарифа просьба заявителя о пересылке копии национальной заявки в Международное бюро ВОИС считается неподанной⁷⁷⁰. В соответствии с п. 3 ст. 5 закона «О поставках продукции для федеральных государственных нужд» продукция, не соответствующая

771

требованиям закона, а также некомплектная, считается непоставленной . В п. 3 ст. 129 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации устанавливается, что если судно к погрузке не готово в указанное время, то уведомление о готовности к погрузке считается неподанным⁷⁷.

Об утверждении положения об организации продажи государственного или муниципального имущества на аукционе и положения об организации и продажи находящихся в государственной или муниципальной собственности акций ОАО на специализированном аукционе: Постановление Правительства РФ от 12 августа 2002 г. №585 // Российская газета. 2002. 20 августа.

⁷⁶⁹ п. 6.6. Положения о порядке представления антимонопольным органам ходатайств иуведомлений в соответствии с требованиями ст. 17 и 18 закона РФ «О конкуренции иограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Утверждено ПриказомМАП РФ от 13 августа 1999 г. № 276 // Российская газета. 2000. 16 мая.

⁷⁷⁰ Об утверждении тарифов на услуги, представляемым федеральным институтомпромышленной собственности: Приказ ФИПС Роспатента от 10 ноября 2000 г. № 392/36 //Вестник Роспатента. 2002. № 3^1.

¹ О поставках продукции для федеральных государственных нужд: Федеральный закон РФ от 13 декабря 1994 г. № 60-ФЗ // Российская газета. 1994. 21 декабря.

⁷⁷ Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 31 апреля 1999г. № 81-ФЗ // Собрание законодательства. 1999. № 18. Ст. 2207.

296

С помощью этого вида фикций гражданский закон восполняет недостатки в договорных отношениях, допущенные сторонами. Согласно п. 3 ст. 610 ГК РФ договор, заключенный на срок, превышающей установленный законом предельный срок, считается заключенным на срок равный предельному. Если стороны договора аренды не установили порядок, размер и сроки внесения арендной платы, то считается, что они установили порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п.1 ст. 614 ГК РФ). Т.е. стороны договора аренды вообще не решили вопрос об арендной плате, но благодаря применению положительной фикции она считается определенной. Аналогичный пример: если срок в договоре найма жилого помещения не определен, то он считается заключенным на пять лет (п.1 ст. 683 ГК РФ). При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой (п.4 ст. 709 ГК РФ). Когда деньги или вещи в действительности получены заемщиком от заимодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается заключенным на это количество денег или вещей (п.З ст. 812 ГК РФ). Указание на проценты в чеке считается ненаписанным (п. 1 ст. 878 ГК РФ). В соответствии с п. 3 ст. 932 ГК РФ риск ответственности за нарушение договора считается застрахованным в пользу стороны, перед которой по условиям этого договора страхователь должен нести соответствующую ответственность, т.е. в пользу выгодоприобретателя, даже если договор страхования заключен в пользу другого лица либо в нем не сказано, в чью пользу он заключен. Страхование ответственности по договору является разновидностью имущественного страхования, и на него распространяются общие правила имущественного страхования. Но, в отличие от страхования ответственности за причинение вреда, страхование ответственности по договору допускает страхование договорной ответственности только самого страхователя.

Нормы-фикции, признающие существующими обстоятельства до того, как они стали существовать, или если они возникли позже, чем это было в действительности. В эту группу также включены две подгруппы

297 фикций. Если норма-фикция признает существование обстоятельств до того, как они стали существовать, то она считается опережающей. А если закрепляет положение о том, что обстоятельство возникло позже, чем это было в действительности, то фикция - запаздывающая.

К.К. Панько в качестве примера опережающей фикции приводит случай возникновения у гражданина полной дееспособности с момента вступления в брак до 18 лет. Он полагает, что здесь «законодатель признает существование обстоятельств (дееспособности в полном объеме) до того, как они появились на

773

самом деле» . Однако, на наш взгляд, п. 2. ст. 21 ПС РФ не содержит нормы-фикции. Полная дееспособность появляется у гражданина исключительно по воле законодателя, который установил три случая ее возникновения: достижение 18 лет, эмансипация (ст. 27 ГК РФ), вступление в брак до 18 лет. При этом никакого несоответствия действительности в этом правоположении нет. Здесь не норма-ложь, а норма-установление законодателя. Установленный - значит положенный правилом, а фикция - вещь мнимая, вымысел, плод воображения . В ст. 21 ГК РФ законодатель устанавливает перечень оснований возникновения полной дееспособности, но при этом сами основания не приравнивает друг к другу. Если бы было закреплено правило, согласно которому граждане, вступающие в брак до 18 лет, считались совершеннолетними (или восемнадцатилетними), то мы могли бы говорить о фикции, причем фикции первого вида (приравнивающей понятия, которые в действительности разные).

По этой же причине не может считаться нормой-фикцией п. 1 ст. 224 ГК РФ, согласно которому под передачей вещи признается вручение вещи приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки приобретателю либо сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных с обязательством доставки. В этой норме содержится определение «передачи».

Панько К.К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. С. 73. Даль В. Указ. соч. Т. 4. С. 515, 534.

298 При этом сдача вещи перевозчику признается не вручением вещи приобретателю, а разновидностью передачи.

Опережающие и запаздывающие фикции используются при регулировании сроков в гражданском праве. В соответствии с п. 3 ст. 192 ГК РФ, если окончание срока, исчисляемого месяцами, приходится на месяц, в котором нет соответствующего числа, то срок истекает в последний день месяца. В соответствии с этой нормой срок наступает раньше, чем это произойдет в действительности, например, не 31 июня, а 30 июня. Эта фикция относится к числу опережающих, она имеет следующую структуру: «Если А, то В считается раньше В». Если последний день срока приходится на нерабочий день, то днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (ст. 193 ГК РФ). Это пример запаздывающей фикции, структура которой: «Если А, то В считается позже В». При использовании этой нормы следует учитывать, что эта фикция, как и другие гражданско-правовые нормы, применима только к гражданско-правовым отношениям, а к другим правоотношениям она не применяется, если иное не предусмотрено законодательством, регулирующим данные правоотношения (п.З ст. 2 ГК РФ). Так, 27 октября 1999г. Центральная избирательная комиссия РФ приняла постановление об отказе в государственной регистрации федерального списка кандидатов в депутаты Государственной думы Федерального собрания РФ, выдвинутого избирательным объединением «Движение НУР». Избирательное объединение обратилось в Верховный суд РФ с жалобой на указанное постановление. Одним из оснований для отказа в регистрации было то, что залоговая сумма не была внесена до срока, предусмотренного федеральным законом (до 24 октября 1999г.). Заявитель полагал, ссылаясь на ст. 193 ГК РФ, что он имел право на внесение указанной суммы 25 октября 1999г., т. к. 22 и 23 октября 1999г. были выходными днями и учреждения Сбербанка РФ не работали. Верховный суд РФ, не принял данный довод во внимание, отметив, что ст. 193 ГК РФ не

299 подлежит применению при проведении выборов депутатов Государственной думы Федерального собрания РФ⁷⁷⁵.

Если к моменту заключения договора об отчуждении вещи она уже находится во владении приобретателя, вещь признается переданной ему с этого момента, т.е. с момента заключения договора (п.2. ст. 224 ГК РФ). Это пример запаздывающей фикции.

Итак, гражданско-правовая норма-фикция - это специализированная норма права, выполняющая в гражданско-правом регулировании системоредуцирующую функцию путем признания несуществующих обстоятельств существующими и наоборот, имеющая структуру, состоящую из двух элементов: гипотезы и диспозиции и конструирующуюся по схеме «Если А, то В считается С».

Нормы-фикции следует классифицировать на три группы: нормы-фикции, приравнивающие понятия, которые в действительности различны; нормы-фикции, признающие реально несуществующие обстоятельства (положительные фикции) и отрицающие существующие (отрицательные фикции); нормы-фикции, признающие существующими обстоятельства до того, как они стали существовать (опережающие фикции) или если они возникли позже, чем это было в действительности (запаздывающие фикции).

Каждая разновидность норм-фикций имеет особенности в построении структуры. Юридические конструкции норм-фикций таковы: приравнивающих фикций - «Если А, то В считается С, если это не противоречит сущности В»; положительных фикций - «Если А, то не-В считается В»; отрицательных фикций - «Если А, то В считается не-В» (или «Если А, то В не считается В»); опережающей - «Если А, то В считается раньше В»; запаздывающей - «Если А, то В считается позже В».