Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Дело об инциденте над Локерби

.doc
Скачиваний:
40
Добавлен:
26.03.2015
Размер:
58.37 Кб
Скачать

ДЕЛО ОБ ИНЦИДЕНТЕ НАД ЛОКЕРБИ

27 февраля 1998 г. Международный Суд ООН принял еще одно решение по делу об инциденте над Локерби, возбужденном Нигерией против США. В этом решении Суд отверг предварительные возражения США и постановил, что имеются все юридические основания для его рассмотрения. Обстоятельства дела таковы:

21 декабря 1988 г. на борту самолета американской авиакомпании «Пан Ам», выполнявшего рейс № 103 из Германии в США при полете в небе над Великобританией произошел взрыв. Самолет разорвался, а его обломки упали над населенным пунктом Локерби в Шотландии. Все члены экипажа и 259 пассажиром (большинство из которых были граждане США), находившиеся на борту, погибли. В результате катастрофы погибли также 11 жителей Локерби, на которых обрушились обломки потерпевшего катастрофу самолета.

После трехлетнего тщательного расследования всех обстоятельств происшествия американские и английские специалисты пришли к выводу, что причиной взрыва послужил террористический акт: сработала бомба, вложенная в самолет во время стоянки в аэропорту в Германии. Подозреваемыми в совершении этого террористического акта оказались два ливийских гражданина, укрывшиеся на территории Ливии и заявившие, что действовали с ведома правительства Ливии.

С целью предания их суду 14 ноября 1991 г. окружной суд федерального округа Колумбия вынес обвинительное заключение и потребовал передачи ливийских граждан в США с целью их предания суду. 27 ноября 1991 г. правительства США и Великобритании выступили с совместным заявлениям, в котором требовали от правительства Ливии немедленной выдачи им лиц, подозреваемых в совершении преступления. От Ливии также требовали признания своей ответственности за этот террористический акт, раскрытия имен организаторов, предоставления всех имеющихся свидетельских материалов по делу, а также выплаты соответствующей компенсации пострадавшим.

Ливия категорически отвергла обвинения в причастности к инциденту над Локерби и заявила, что сама осуждает терроризм в любой форме. Вместе с тем она указала, что внимательно рассмотрит обвинения против своих граждан и сама проведет тщательное расследование этого дела в соответствии с общепризнанными нормами международного права. США и Великобритания, ссылаясь на необходимость обеспечения беспристрастности, категорически отвергли возможность признания за Ливией права осуществления правосудия над собственными гражданами и настаивали на немедленной выдаче подозреваемых.

Выдать своих граждан в руки правосудия США или Великобритании Ливия отказалась и предложила в качестве компромиссного варианта их передачу либо третьему нейтральному государству, либо международному трибуналу. Однако США и Великобритания отвергли эти предложения.

Тогда Ливия 18 января 1992 г. направила письмо в адрес правительств США и Великобритании, в котором напомнила, что она также участвует в Монреальской Конвенции 1971 г. по борьбе с актами, направленными против безопасности гражданской авиации, и поэтому считает, что ее отказ в выдаче своих граждан, подозреваемых в совершении террористического акта, и тот факт, что она сама приступила к уголовному расследованию, полностью соответствуют положениям данной Конвенции, закрепляющей принцип «либо выдай, либо суди» (ст. 5 и 7), а также принцип, согласно которому собственные граждане другим странам не выдаются (ст. 8).

Это письмо и США, и Великобритания оставили без внимания, инициировав вместо ответа принятие 21 января 1992 г. Советом Безопасности ООН резолюции № 731, в которой в целях эффективной борьбы с международным терроризмом содержался призыв к Ливии удовлетворить просьбу США и Великобритании от 27 ноября 1991 г. о выдаче преступников и признать свою причастность к террористическому акту.

Таким образом, в то время как Ливия считала, что возникшая проблема о выдачи подозреваемых должна рассматриваться в рамках Монреальской конвенции 1971 г., США и Великобритания предпочли обратиться в Совет Безопасности ООН, т. е. превратить эту проблему из чисто юридической в политическую, видя в ней угрозу международному миру и безопасности.

Ливия продолжала считать, что имеет место юридический спор, и 3 марта 1992 г. подала две жалобы в международный суд ООН: одну против США, а другую против Великобритании.

Усмотрев в действиях Ливии намерение не выдавать террористов, США и Великобритания инициировали принятие Советом Безопасности ООН 30 марта 1992 г. еще более жесткой резолюции № 748, в которой отказ Ливии выдать подозреваемых лиц прямо рассматривался как угроза миру и безопасности и объявлялось введение экономических санкций против Ливии. Экономические санкции не дали результатов, поэтому по инициативе этих же стран годом позже — 11 ноября 1993 г. была принята еще одна резолюция такого же содержания (№ 883).

Комментируя принятие этой резолюции, представитель Великобритании указал, в частности, что, как только правительство Ливии передаст подозреваемых лиц судебным органам либо США, либо Шотландии, Совет Безопасности немедленно отменит введенные экономические санкции. После решения всех процедурных вопросов 13 октября 1997 г. Международный суд ООН приступил к рассмотрению первого дела о споре между Ливией и США. Суд напомнил, что Ливия в своем исковом заявлении от 3 марта 1992 г. просила суд установить, что она полностью выполнила все свои обязательства по Монреальской конвенции, тогда как США нарушили и продолжают нарушать свои обязательства перед Ливией на основе п. 2, 3 ст. 5, ст. 7, п. 2 ст. 8 и ст. 11 Монреальской конвенции, что США обязаны немедленно прекратить эти нарушения и отказаться от угроз применения силы и тем более силовых действий против Ливии, от посягательств на ее суверенитет, территориальную целостность и политическую независимость. Ливия позже также просила суд отказать США во всех предварительных возражениях.

США выдвинули три предварительных возражения против рассмотрения дела судом: первое касалось юрисдикции Суда по рассмотрению этого дела. По мнению правительства США, требования, предусмотренные в п. 1 ст. 14, не полностью выполнены Ливией, в частности, не выполнено требование предварительного обращения в арбитраж и соблюдения шестимесячного срока между обращением в арбитраж и в суд; кроме того, Ливия не доказала наличия между ними юридического спора.

Отвергая доводы США, Суд указал, что на предложение Ливии об обращении к нейтральному государству, представленное в письме от 18 января 1992 г., США никак не ответили, поэтому Ливия получила право не соблюдать названные требования Монреальской конвенции.

На вопрос, доказано ли наличие юридического спора между сторонами, Суд ответил утвердительно, указав, что если Ливия считает, что именно Монреальская конвенция подходит для решения вопросов, связанных с актами (как в данном случае) против безопасности гражданской авиации (как lex posterior и lex specialis), чем Устав ООН, то США предпочли обращение именно к механизму, предусмотренному Уставом ООН. По мнению Суда, инцидент над Локерби подпадает под действие Монреальской конвенции, следовательно, он может быть рассмотрен Судом. Ливия считает, что, взяв на себя осуществление правосудия над собственными гражданами, она действует в соответствии с Монреальской конвенцией (ст. 7, 8); США, наоборот, требуют выдачи этих граждан. Исходя из этого, суд постановил (13 голосами за, 2 — против), что наличие юридического спора между США и Ливией доказано и Суд имеет юрисдикцию рассматривать этот спор Второе возражение касалось вопроса о недопустимости принятия к рассмотрению искового заявления Ливии, так как, по мнению США, проблема существует не между Ливией и США, а между Ливией и Советом Безопасности ООН. Ведь Ливия противится выполнению решений именно Совета Безопасности, в которых указано, что невыдача США и Великобритании лиц, подозреваемых в терроризме, представляет собой угрозу международному миру и безопасности, и именно поэтому против Ливии был и введены экономические и иные санкции. По мнению США, даже если Ливия имела законное основание возбудить дело на основе Монреальской конвенции, то она потеряла это право, после того как Советом Безопасности были приняты решения на основе ст. VII Устава ООН. США считают, что именно решения Совета Безопасности теперь установили правила, по которым должен урегулироваться спор между США и Ливией. Суд отверг это возражение США, указав, что две обязательные резолюции Совета Безопасности, устанавливающие санкции против Ливии, были приняты (31 марта 1992 г. и 11 ноября 1993 г.) после того, как Ливия обратилась в Суд (3 марта 1992 г.), поэтому Суд постановил (13 голосами за, 2 —против), что они не могут чинить юридических препятствий для принятия к рассмотрению заявления Л и ни и И, наконец, США считают, что жалоба Ливии лишена смысла в силу уже принятых решений Советом Безопасности ООН по вопросам, по которым Ливия ищет решения. Исходя из этого, по мнению США, любое решение Суда не будет иметь никакого практического смысла, поскольку невозможно себе представить ситуацию, когда Суд мог бы признать решения Совета Безопасности незаконными. Поэтому лучше сразу отказать Ливии в рассмотрении дела для экономии времени. Суд указал, что США, требуя отказа в рассмотрении дела на основе этого возражения, на самом деле ожидают от Суда как минимум еще двух решений: во-первых, о том, что права, которые Ливия оспаривает на основе Монреальской конвенции, несовместимы с ее обязательствами по резолюциям Совета Безопасности; и, во-вторых, о том, что эти последние обязательства в соответствии со ст. 25 и 103 Устава ООН имеют преимущество перед указанными правами по Монреальской конвенции.

Исходя из этого, Суд приходит к выводу, что при отказе в рассмотрении спора права Ливии не только будут ущемлены, но станут предметом обсуждения уже на стадии предварительных возражений. Следовательно, последнее возражение США потребует рассмотрения дела по существу, поэтому суд постановил (10 голосами за, 5 — против) присоединить это возражение к следующей стадии разбирательства.

Рассматривая настоящее решение Суда по данному делу, следует прежде всего отметить, что его значение выходит за рамки конкретного инцидента над Локерби и за рамки проблем международного воздушного права. В нем рассматриваются важные проблемы права международных организаций, права международной безопасности и мирных средств урегулирования споров, ибо это дело затрагивает проблему взаимоотношений между Советом Безопасности и Международным Судом. Возникает первый вопрос: имеет ли Международный Суд ООН право рассматривать дела, которые уже находятся на рассмотрении Совета Безопасности ООН и по которым, случается, уже приняты соответствующие решения. Возникает и второй вопрос: может ли Международный Суд ООН судить о правомерности или неправомерности решений, принятых Советом Безопасности ООН.

На первый вопрос Суд по существу уже ответил, признав свою юрисдикцию рассматривать исковое заявление Ливии. Впрочем, Суд и раньше имел возможность высказаться по этому поводу, в частности, в деле Никарагуа против США. При этом Суд исходил из того, что любой политический вопрос всегда может быть решен на основе права. Как правильно указал судья Куиманс, это возможно, потому что полномочия Совета Безопасности и Международного Суда достаточно четко различаются и не противоречат друг другу. «Любое государство может обращать внимание Совета на ту или иную проблему, и Совет имеет право выражать свою точку зрения и определять, в какой мере эта проблема угрожает миру и безопасности; точно так же любое государство имеет право представить на рассмотрение Международного Суда жалобу на другое государство, и только Суд имеет право решать, полномочен ли он ее рассматривать».

И на второй вопрос (по которому Суд еще не высказался в данном деле), видимо, также следует ответить утвердительно. Заметим, что решение по данному вопросу уже принималось апелляционной палатой Международного трибунала по Югославии в деле Душко Тадича. Напомним, что Душко Тадич оспаривал законность создания данного трибунала Советом Безопасности ООН. И хотя апелляционная палата пришла к выводу, что Совет Безопасности ООН имел право создать трибунал, сам по себе факт рассмотрения этого возражения означал, что при наличии оснований трибунал мог признать решение Совета Безопасности о его создании неправомерным, а себя — некомпетентным рассматривать это дело.

Убедительная аргументация в пользу такой возможности приводится, на наш взгляд, в особом мнении судьи Куиманс. По его мнению, следует признать, что решения Совета Безопасности на основании главы VII Устава ООН могут иметь далеко идущие правовые последствия, что, однако, не означает, что «их нельзя ни отменить, ни исправить». При осуществлении своей деятельности Совет Безопасности ООН может отменить или дополнить свои решения, поэтому они не могут считаться окончательными, даже если они содержат в себе обязательства, которые по значению рассматриваются как имеющие превосходство перед иными обязательствами или правами государств, вытекающими из других договоров. Если, с одной стороны, можно признать, что Совет Безопасности на основании главы VII Устава ООН полностью компетентен определять, какая ситуация является угрозой миру и безопасности, то, с другой стороны, общепризнанно, что он не обладает компетенцией создавать новые правовые нормы или видоизменять существующие с целью приспособить их к тем или иным фактическим обстоятельствам в зависимости от случая. Как правильно указала в своем решении апелляционная палата Трибунала по бывшей Югославии, компетенция Совета Безопасности не является неограниченной и в своей деятельности он должен руководствоваться, в частности, фундаментальными положениями Устава ООН. Поэтому следует признать правильным вывод Суда о том, что довод США, согласно которому бесполезно рассматривать дело, потому что решение по нему уже принято Советом Безопасности, является несостоятельным.

Вполне возможно, что в данном случае Суд признает, что отказ Ливии передать собственных граждан США, когда она сама может гарантировать справедливое правосудие, имеет основание в Монреальской конвенции. Но поскольку обеспечение исполнения решений Суда возложено на Совет Безопасности (п. 2 ст. 94 Устава ООН), это потребует от него либо изменения, либо отмены своих резолюций. В то же время такое решение Суда для Совета Безопасности будет также иметь значение консультативного заключения по правовым вопросам, ибо все вопросы такого рода, как признано в самом Уставе ООН (п. 3 ст. 36, п. 1 ст. 96) должны, как правило, передаваться на рассмотрение Суда.

В таком случае едва ли можно говорить об осуществлении какого-либо права контроля со стороны Суда за действиями Совета Безопасности; скорее это означает выполнение Судом своей роли того органа ООН, на который возложена обязанность содействовать принятию юридически правильных решений, тем более что Устав ООН (ст. 96) не мешает ее органам запрашивать консультативное заключение Международного Суда как до, так и после принятия решений по тем или иным вопросам.

Вместе с тем следует согласиться и с судей Верамантри, который в деле «Габчиково—Надьмарош» усомнился в правомерности применения правил двустороннего судопроизводства для определения обязательств erga omnes, т. е. тогда, когда в двустороннем споре возникает проблема, касающаяся нарушения прав и обязанностей в отношении всего остального мира. По его мнению, «то, что годится для решения двустороннего спора, может не подойти для решения проблемы между одной страной и остальным миром. Судопроизводство, которое может быть честным и разумным для чисто двустороннего дела, должно осуществляться иначе, когда речь идет о деле, в котором противоправные акты, являющиеся предметом спора, представляют угрозу для других стран».

Действительно, международный мир и безопасность являются общей ценностью, их нарушение, если это признано Советом Безопасности, порождает международно-правовую ответственность виновного государства перед всем остальным миром. Монреальская конвенция регулирует двусторонние отношения государств в случае совершения преступления международного характера, когда субъектом преступления и ответственности выступает частное лицо. В нашем случае речь идет не о «бытовом» террористическом акте. В нем замешано, по мнению Совета Безопасности, само государство по указанию которого действовали преступники, что уже превращает террористический акт в международное преступление, и субъектом ответственности здесь выступают уже не только конкретные преступники, но и само государство. Если участие государства в преступлении будет доказано, то преимущество имеют нормы Устава ООН, и суд должен подтвердить решения Совета Безопасности.

С другой стороны, можно усомнится в том, что правосудие в США (как одной из заинтересованных сторон в деле) будет более беспристрастным, чем в Ливии. Поэтому для Совета Безопасности было бы предпочтительным определение нейтрального органа для суда над подозреваемыми террористами. Подписанный в Риме 17 июля 1998 г. Договор об учреждении Международного уголовного суда в дальнейшем, безусловно, будет способствовать обеспечению беспристрастного международного правосудия. Для этого в Договор государства должны внести дополнения, касающиеся юрисдикции суда над преступлениями международного характера.

Важность данного дела состоит также в том, что оно способствовало осознанию государствами реальных масштабов угрозы «бомбового» терроризма и усилению их нормотворческой активности в целях обеспечения повышенной безопасности, в том числе в сфере гражданской авиации. Вследствие этого приняты две конвенции: Конвенция о маркировке пластических взрывчатых веществ в целях их обнаружения (1991 г.) и Международная конвенция об упразднении терроризма с применением взрывчатых веществ от 15 декабря 1997 г.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.