Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Северный Кавказ и Закавказье в 1900–1991 гг.. Учебное пособие
.pdf
161
1
чески все военные училища, расположенные на территории Закавказского фронта. Задачи по борьбе с бандитизмом получали 54-я, 28-я, 58-я
армии. По свидетельству академика В. Петровского, участника обороны
Кавказа, советским войскам фактически приходилось воевать на два
фронта.
Всего в период 1941-1944 гг. только на территории Чечни было
ликвидировано 175 крупных и мелких бандгрупп общей численностью
4368 чел. и изъято более 18 тыс. единиц стрелкового оружия, включая,
автоматы, пулеметы и минометы1. Местное население, как правило, оказывало поддержку бандитам. Впоследствии это стало причиной для обвинений в предательстве, репрессий и высылки целых народов Северного Кавказа.
Благодаря круговой поруке и местничеству республиканским властям длительное время удавалось скрывать неблагоприятную ситуацию
в своих регионах. Так, в Дагестане проверка, проведенная в сентябре
1942 г. и лично Л.П. Берией, выявила крупнейшие недостатки и злоупотребления в административном управлении горными районами республики. Население активно выражало свое недовольство, игнорируя колхозы. Были отмечены тысячи фактов уклонения от призыва в армию, дезертирства, ухода в бандгруппы. Однако местные партийные и советские
власти самоустранились от проблем, опасались брать на себя инициативу в ликвидации собственных просчетов. На XIV Пленуме обкома ВКП
(б) Дагестана один из партийных работников заявил:
«Все происходило на наших глазах, и только после вмешательства
ГКО мы делаем удивленные лица: искривления нашей национальной
политики…Не мы ли были свидетелями этого невольного переселения,
когда многотысячная армия бедствующего народа спустилась с гор на
плоскость, голодала и вымирала, кто из нас на наших партийных совещаниях и конференциях, пленумах открыто сказал об этом? Никто, ни
Абрамян Э. Кавказцы в Абвере. – С.129.
162
1
2
3
один. Все это как-то считалось явлением обычным, проходило мимо нас
и называлось «неорганизованным переселением»1.
Аналогичная ситуация складывалась и в других северокавказских
регионах. Осенью 1942 г. заместитель наркома ВД СССР И.А. Серов докладывал в Москву: «В течение длительного времени местные органы
власти не завозили в горные районы товаров широкого потребления (керосин, спички, мыло, соль и т.д.), в результате [чего] небывало возросли
цены на эти товары. Это все в известной степени восстанавливало
местное население против органов власти»2.
По мнению Серова, вышеуказанная причина стала одним из главных оснований в срыве призывной кампании в Аджарии и Сванетии и
ряде других северокавказских регионов.
Планируя вторжение на территорию СССР, военно-политическое
руководство фашистской Германии одной из главных задач считало разрушение многонационального государства изнутри и привлечение на
свою сторону в борьбе с «большевистским игом» и «московским империализмом» представителей республик СССР. Частью плана являлось
создание на территории захваченных советских субъектов тех же или
новых национально-государственных образований, которые стали бы
проводниками германской политики, способствуя ее распространению
на Ближний и Средний Восток. Рейхсляйтер А. Розенберг подчеркивал:
«…цель германской политики: господство над Кавказом и над
граничащими с юга странами, как в политическом и военном отношении»3.
По инициативе администрации фашистской Германии развернулась организация антисоветских выступлений на территории кавказских
республик. Были созданы особые секретные комитеты в штабах Мини-
Безугольный А.Ю. Народы Кавказа и Красная Армия. – М.: Вече, 2007. – С.166.
Безугольный Народы Кавказа и Красная Армия. 1918-1945 годы. М.: Вече, 2006. –
С.166.
Абрамян Э. Кавказцы в абвере. С.43.
163
стерства пропаганды, Абвера, вермахта, СД, занимавшихся созданием
националистической идеологии. Началось осуществление проекта под
кодовым наименованием «Свободный Кавказ» по установлению контактов с эмигрантскими кавказскими лидерами. Одними из первых этими
планами заинтересовались некоторые грузинские, армянские, и азербайджанские военные деятели. Среди них Д. Канаян, Ш. Маглакелидзе, Г.
Габлиани, Г. Нжде, Расул-заде, М. Наби-оглы.
В сентябре 1941 г. состоялись переговоры между главами армянской эмиграции и немецким министром совета имперской безопасности
Р. Гейдрихом, в ходе которых была достигнута договоренность о сотрудничестве. В это же время лидеры армянской и грузинской диаспор
встретились с рейхминистром А. Розенбергом, который впоследствии, с
согласия министра пропаганды Й. Геббельса, пригласил их на обсуждение плана «Свободный Кавказ». Во время переговоров обсуждалось будущее регионе после поражения СССР. По показаниям и признаниям
некоторых лидеров эмиграций и военных, Германия обещала, что сразу
после освобождения немцами Кавказа Армения, Грузия и Азербайджан.
Объявят о своей независимости и станут государствами по типу Словакии или, в крайнем случае, – Хорватии. Что касается Северного Кавказа,
то участники диалога договорились о создании Федерации горцев.
В конце ноября 1941 г. А. Гитлер подписал приказ о формировании четырех Кавказских легионов: Грузинского, Армянского, Азербайджанского, Кавказско-Магометанского. Основным контингентом для
пополнения легионов, по крайней мере до того момента, пока немецкие
войска не вступят в пределы Кавказа, должны были быть советские военнопленные соответствующих национальностей. В основном их «отбором и сортировкой» занимались специально созданные немецкие инстанции. Так, еще в августе-сентябре 1941 г. было организовано от 25 до
164
1
2
30 комиссий, в задачу которых входило «посещать лагеря и составлять
списки тюрко-мусульманских военнопленных»1.
Прибывшее из лагерей пополнение распределялось по подготовительным лагерям, которые имелись у каждого кавказского легиона. После завершения начального курса обучения переводились в батальоны в
специальных центрах формирования легионов, где переходили к тактической подготовке и изучению вооружения. Предполагалось, что в составе этих батальонов они впоследствии отправятся на фронт. В результате к весне 1942 г. первые батальоны Восточных легионов закончили свое обучение и были отправлены на советско-германский фронт
(главным образом на Кавказ и под Сталинград). Создавая командование
по подготовке указанных подразделений, немцы преследовали две цели:
1. Пополнить германские войска за счет местных уроженцев, хо-
рошо знакомых с горным театром военных действий;
2. Создание при поддержке кавказских легионов оккупационных
административных структур. А. Розенберг в докладной записке «Вопрос о кавказских воинских частях» отмечал:
«Разграничение племен и народностей Кавказа между собой…облегчило бы немецкому командованию господство над ними…
Численность отдельных формирований может определяться военными
соображениями, но размещение их среди отдельных народностей –
только политическими соображениями… Уже самый факт использования воинской части с целью возрождения противоречий между разными
народностями является политическим моментом»2.
Широкое использование указанных подразделений началось осенью 1942 г. С сентября 1942 по январь 1943 г. в полосе групп армий
«А» и «Б» было задействовано 25 пехотных батальонов Восточных легионов, которые выполняли боевые задачи наравне с частями вермахта.
Романько О. Советский легион Гитлера. М.: «Издатель Быстров», 2006. С.362.
Романько О. Советский легион Гитлера. М.: Издатель Быстров, 2006. – С.366.
165
1
Например, в направлении Туапсе наступали 452-й, 781-й туркестанские
и 800-й северокавказский батальоны, а также 796-й грузинский и 808-й
армянский. Все они действовали в составе немецкой 17-й полевой армии. В направлении на Сухуми, в составе 4-й горно-егерской дивизии
наступал 804-й азербайджанский батальон. В районе Нальчика и Моздока действовали 805-й, 806-й азербайджанские, 795-й грузинский и
809-й армянский батальоны1. Вследствие того, что эти подразделения
использовались в основном на самых опасных участках фронта, потери в
них были очень велики.
Основной задачей проекта, как уже отмечалось, являлось создание
на оккупированных советских территориях Кавказа национальных республиках – марионеток Германии. Для этого были созданы Освободительные комитеты Армении, Грузии и Азербайджана и народов Северного Кавказа, которые с 1942 г. получили статус «равноправных союзников» Германии. Кроме того, Гитлер лично разрешил использовать
Грузинский, Туркестанский, Армянский и Кавказско-Магометанский легиона в борьбе против партизан и на советско-германском фронте. Был
основан «Союз кавказских народов» (в феврале 1945 г. все комитеты
объединились в «Кавказский Освободительный комитет»).
Большую значимость гитлеровцы придавали пропагандистским
мероприятиям в советских национальных формированиях. Приемы
идеологической борьбы были самыми разнообразными: листовки, плакаты, радиопередачи, даже отправка в расположение советских войск
делегаций. Это нередко порождало дезертирство и добровольную сдачу
врагу в плен. Своего апогея эта пропаганда достигла во время боевых
действий на Северном Кавказе летом-осенью 1942 г. Так, в сентябре
сторону фашистов перешло несколько сот военнослужащих 89-й армянской стрелковой дивизии 9-й армии. Командование было вынуждено
Ямпольский В.П. «Мусульманская плаха» для Росии».//Военно-исторический журнал. №
5. 1995. С.24-31.
166
1
2
вывести данное соединение с передовой. Некоторых перебежчиков после соответствующей подготовки немцы перебрасывали обратно в тыл
советских войск, чтобы склонить к измене или дезертирству как можно
больше военнослужащих.
Гитлеровцы придавали важное значение поддержке бандповстанческого движения на Северном Кавказе. При приближении своих войск
к кавказским территориям германское командование стало забрасывать
в отдельные районы разведывательно-диверсионные и пропагандистские
группы. Нередко бандформированиям доставлялось оружие, боеприпасы. Для достижения определенного впечатления у местного населения
немцами были даже переправлено несколько ящиков с мелкой разменной серебряной монетой царской чеканки1.
Показательным является следующий факт: когда немецкая армия
отступала с Северного Кавказа разведывательно-диверсионные группы,
заброшенные в советский, тыл получили следующую директиву: «объединиться, подыскать зимние квартиры у надежных людей, приступить
к вербовке и концентрации групп для активной подрывной деятельности в тылу у Красной Армии»2.
Руководство СССР придавало большое значение вопросам национальной политики, особенно в столь сложном регионе, как Кавказ. 23
августа в Тбилиси прошел антифашистский митинг представителей Закавказья; 27 сентября – молодежи Закавказья.
Проблемным продолжал оставаться вопрос призыва в армию
представителей титульных национальностей Северного Кавказа. Добровольчество приобрело особый политический оттенок. Потребности комплектования войск и восполнения потерь противоречили проводимому
Галицкий В.П. «Обязуюсь… помочь германской армии».//Военно-исторический журнал.
№ 3. 2000. С.42-49.
Галицкий В.П. «…для активной подрывной диверсионной деятельности в тылу у
Красной Армии».// Военно-исторический журнал. 2001. № 1. – C.25.
167
1
курсу национальной политики. Возможность стать добровольцем теперь
стала привилегией политически благонадежных граждан.
В августе 1942 г. Чечено-Ингушский обком ВКП (б) совместно с
командующим Северной группы войск Закавказского фронта генералом
И.И. Масленниковым запросили у Ставки ВГК разрешения провести
прием добровольцев провести прием среди чеченцев и ингушей и дагестанцев. Сталин дал разрешение, но с условием тщательной политической проверки будущих воинов. В результате в сентябре 1942 г. на
фронт отправились 2000 чеченцев и ингушей, 4900 добровольцев из Дагестана1. Перевес политических мотивов над нуждами армии вместе с
особым вниманием Москвы к добровольчеству на Северном Кавказе демонстрировало, что последнее стало важным элементом национальной
политики в регионе.
После освобождения основной территории Северного Кавказа от
немецко-фашистских оккупантов советское руководство пыталось решить национальные проблемы, возникшие в 1941-1942 гг. Одним из
противоречивых вопросов продолжал оставаться призыв и мобилизация
военнообязанных. Государство оказалось в сложной ситуации. С одной
стороны, многочисленные факты дезертирства, участия в бандформированиях, сотрудничества с гитлеровцами со стороны представителей
народов Северного Кавказа в начальный период войны.
С другой стороны, широкая огласка решения Кремля об отмене
призыва в армию кавказцев могла навредить интернационалистскому
имиджу советского государства и Красной Армии, возмущало патриотически настроенную часть населения регионов, чья служба в армии считалась нежелательной. Кроме того, приостанавливая призыв и мобилизацию военнообязанных в том или ином регионе, руководство СССР
объективно усложняло себе задачу по изысканию резервов для пополне-
Безугольный А.Ю. Народы Кавказа и Красная Армия. 1918-1945 годы. М.: Вече, 2007.
С.179.
168
1
ния действующей армии. Именно о таких настроениях жителей Дагестана сообщали в ноябре 1942 г. начальнику Главупраформа Щаденко руководители Дагестана А. Алиев и А. Даниялов.
Директивой генерал-полковника Щаденко № ГУФ/28 I от 26 января 1943 г. была объявлена мобилизация всех добровольцев – по национальности чеченцев, ингушей и представителей народов Дагестана. Мобилизация велась при активном участии советских, партийных и комсомольских организаций республик. Была организована мощная пропагандистская кампания, в которой участвовали все наличные силы партийных идеологов республик и работников военкоматов. Основным
принципом проводимого мероприятия была объявлена добровольность
вступления в армию. Местные власти отдавали отчет в политической
важности проводимой кампании, т.к. требовалось на деле доказать лояльность горцев советскому строю. Однако призыв начал давать сбои
именно из-за нежелания многих военнообязанных служить в армии.
Особенно напряженная ситуация сложилась в КарачаевоЧеркесии, Чечено-Ингушетии. Здесь призывные комиссии в полной мере столкнулись с особенностями позднеродового менталитета горцев,
как например, с большим влиянием старейшин родов и мулл, тейповой
замкнутостью и враждой между тейпами. В отдельных случаях представителям власти удавалось успешно использовать древние обычаи населения, склоняя на свою сторону старейшин, пожилых женщин – основательниц родов. При этом нередко допускалось серьезное отклонение от
коммунистической идеологии. Например, в некоторых районах призывная агитация велась во время богослужений.
Однако в целом население почти не проявляло интереса к призыву
в армию. К середине марта 1943 г. по Чечено-Ингушетии удалось мобилизовать 4208 чел.1Угроза срыва призывной кампании наряду со стрем-
Безугольный А.Ю. Народы Кавказа и Красная Армия.1918-1945 годы. М.: Вече, 2007.
С.181.
169
1
2
лением властей ЧИАССР оправдать доверие советского правительства
неизбежно привела к перерождению добровольческого принципа в обязательный. Принудительные меры приводили к очередным конфликтам
между представителями власти и местным населением. В последующие
месяцы 1943 г. было признано целесообразным прекратить призыв добровольцев, а контингенты, оставшиеся после мероприятий февралямарта 1943 г., распустить по домам.
В отличие от ситуации в ЧИАССР, благоприятное положение
складывалось в Дагестане. Властям почти не пришлось прибегать к
крайним мерам, т.к. дагестанцы проявили большую сознательность. К
середине марта 1943 г. 8225 добровольцев изъявили желание вступить в
армию; 3,2 тыс. из них владели русским языком1.
Определяющей чертой добровольчества на Северном Кавказе следует признать кампанейский, управляемый характер призывной кампании во многом сходный с обычными мобилизационными мероприятиями. Как правило, инициатива развертывания таких кампаний принадлежала партийному руководству автономных республик, которые таким
образом демонстрировали толерантность своих народов курсу советского правительства, приобретавшую особую актуальность в условиях роста политического бандитизма в горных районах. Провал призывной
кампании в Чечено-Ингушетии, Кабардино-Балкарии, КарачаевоЧеркесии способствовал проведению массовой репрессивной кампании
в данных регионах в 1944 г.2
31 января 1944 г. Государственный Комитет Обороны принял постановление о выселении чеченцев и ингушей в Казахстан и Киргизию.
23 февраля 1944 г. началась спецоперация «Чечевица», в которой приняло участие более 100 тыс. бойцов войск НКВД и несколько тысяч оперативных работников. В результате уже 29 февраля были выселены и
Безугольный А.Ю. Народы Кавказа и Красная Армия 1918-1945. С.181.
Вепринцева В.Б. Мочалина И.А. «Бандиты стремились…сохранит фашистский поря-
док».//Военно-исторический журнал. № 5. 1996. С.83-89.
170
1
погружены в железнодорожные эшелоны 496460 чел., из них в Казахстан – 411 тыс. чел., в Киргизию – 85,5 тыс. чел. арестовано 2016 чел.,
изъято более 20 тыс. единиц стрелкового оружия1. Позже органами
НКВД были отозваны из действующей армии 710 офицеров, 1646 сержантов, 6488 рядовых чеченской и ингушской национальностей. Их
также отправили в Казахстан и Киргизию.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 7 марта 1944 г.
ЧИАССР упразднялась. Был образован Грозненский округ в составе
Ставропольского края с включением части районов бывшей ЧеченоИнгушской АССР в составе Дагестанской АССР и Грузинской ССР. 22
марта 1944 г. была образована Грозненская область. В период ссылки
действовали т.н. ограничения по спецпереселению – запрет на свободу
перемещения по территории республики и, вообще, страны; систематические «проверки наличия» в спецкомендатурах.
Возврат к однонациональной системе комплектования частей в
национальных регионах СССР в конце 1941 и начале 1942 г. имел целью
создание монолитных воинских коллективов, в которых не было места
проблеме межнациональных отношений. Тем не менее, многие национальные части, созданные в союзных и автономных республиках СССР,
были расформированы, так и не попав на фронт. Кавказские соединения
были исключением, т.к. ни одно из них не было расформировано до участия в боевых действиях, поскольку фронты, дислоцированные на Кавказе к началу оборонительного сражения на территории Северного Кавказа, не имели полноценной им замены.
Важное значение имели серьезные перемены в процессе урегулирования межнациональных отношений. 17 сентября 1942 г. была
издана директива нового начальника Главного Политуправления Красной Армии А.С. Щербакова № 012 «О воспитательной работе с красно-
Стрельцов А.Ф. Кавказ в отечественной истории.//Военно-исторический журнал. № 3.
2002. С.45.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]