Оборотная сторона олимпийской медали (История Олимпийских игр в скандалах, провокациях, судейских ошибках и курьезах)

невозможным. Ну, что ж, я уступаю место тем, кто думает иначе».

Скандал начался с события, почти не замеченного спор­тивной прессой. За неделю до своей отставки Килли, войдя, как говорится, в дела за двухнедельный срок пребывания на этом посту, обнародовал решение внести некоторые измене­ния в планы организации и проведения Олимпиады, состав­лявшиеся еще до голосования в МОК по кандидатуре столицы Игр-92. В частности, речь шла о том, чтобы олим­пийские состязания в горнолыжных дисциплинах — женском супергиганте и скоростном спуске — перенести из местечка Менюир в местечко Мерибель, а мужской слалом провести не в Тине, а в Валь д'Изере. Казалось бы: ну и что, если дело организации Игр с точки зрения безопасности их участни­ков, телеосвещения соревнований, транспортных удобств от такого решения только выиграет? Но оказывается, все не так просто.

Альбервилль сам по себе — центр округа в департаменте Верхняя Савойя, представляющего собой конгломерат мно­жества альпийских лыжных центров и деревушек, по которым планировалось рассредоточить спортивную программу Игр 1992 года. И по проверенному местной жизнью принципу «маленький огородик, но свой», известные своей расчетли­востью савойцы уже давно подсчитали, сколько прибыли набежит с горных склонов в их карманы во время Белой Олимпиады. Решение Оргкомитета, а точнее его президента, вызвало резкое недовольство выборных властей «обиженных» деревушек Тин и Менюир. По их требованию президент гене­рального совета Савойи Мишель Барнье, возглавлявший под­готовительный комитет по выдвижению Альбервилля, решил собрать в Шамбери совещание выборных, пригласив туда «на ковер» президента Оргкомитета. Килли, очевидно, не сомне­вался в том, что ждет его, как «нарушителя конвенции», в Шамбери. Он явился туда, но... уже после того, как все газеты опубликовали принятое им принципиальное решение уйти с поста президента. Это было сделано, по его словам, «чтобы не

Латвия, Литва и Эстония впервые после Второй мировой войны выступали самостоятельными командами. Также впер­вые самостоятельно участвовали в Играх два государства, прежде входившие в состав Югославии — Словения и Хорватия.

А еще через три дня президент МОК Хуан Антонио Самаранч провел в Лозанне встречу с руководителями нацио­нальных олимпийских комитетов Союза независимых госу­дарств, после чего МОК принял решение предоставить статус временных членов олимпийским комитетам Азербайджана, Армении, Белоруссии, Грузии, Казахстана, Киргизии, Молдовы, России, Таджикистана, Туркмении, Узбекистана и Украины.