Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Оборотная сторона олимпийской медали (История Олимпийских игр в скандалах, провокациях, судейских ошибках и курьезах)
.pdf
было в XIX веке. Тогда спортсмены-любители считались
джентльменами, а все остальные были отбросами общества.
Олимпиады должны быть состязаниями опыта, силы и скорости, и ничем больше».
Дотошные газетчики подсчитали, что Брэндедж 22 раза в
течение предолимпийского года заканчивал свои пресс-конференции одинаково. По поводу участия горнолыжников в
зимних Играх он говорил: «Этим людям нечего делать на
Олимпийских играх...»
И вот, наконец, от слов он перешел к делу. Шранц вынужден был покинуть Саппоро и улететь домой, в Вену. В аэропорту опального спортсмена ждали более двухсот тысяч
поклонников, которые встретили его как героя. В знак протеста сборная Австрии приняла решение отказаться от участия
в Играх. Однако после заявления Шранца о том, что он не
собирается нести ответственность за то, что его товарищи по
команде после многих лет подготовки упустили свой шанс
участвовать в Олимпийских играх и завоевать медали, спортсмены решили никуда не уезжать и принять участие в соревнованиях.
Кстати, в настоящее время практика получения денег от
официального спонсора команды — производителя формы и
оборудования — широко распространена. И никому не приходит в голову никого за это дисквалифицировать.
Оказывается, прав был Карл Шранц! Но осознание этого пришло гораздо позже.
Когда речь зашла о статусе любительства, забастовали
канадские хоккеисты. Они отказались играть и уехали из
Саппоро до начала хоккейного турнира. Таким образом они
выразили свое несогласие с «любительским статусом» хоккеистов из Восточной Европы.
Не обошлись без приключений и соревнования по биатлону. Но это были приключения иного рода. В первый же день
неожиданно повалил густой снег, и если гонку еще можно
было бы продолжать, то стрелять, когда плотная стена снега
181
окончательно закрыла мишени, было просто невозможно.
Естественно, организаторы вынуждены были перенести
гонку. И многие ведущие биатлонисты, как говорят, «перегорели». Уже после первого огневого рубежа многие участники
были вычеркнуты из числа претендентов на победу.
Прощальное «сайонора», или до свидания, было сказано
очень трогательно и тепло на церемонии закрытия XI зимних
Олимпийских игр. Но последнее слово осталось за погодой,
которая на следующий же день после окончания Игр разразилась штормом, обильным снегопадом, сменившимся дождем и оттепелью до такой степени, что многие участники
сидели взаперти в Олимпийской деревне, а другие часами
ждали вылета в аэропорту Саппоро, так как самолеты не
могли взлететь. Если бы все это произошло чуть раньше, то
Игры, которым пришлось пережить лишь небольшие издержки погоды, были бы просто сорваны.
Накануне Игр XX Олимпиады 1972 года в Национальном
театре Мюнхена торжественно открылась 73 сессия МОК. В
историю олимпийского движения она вошла тем, что на ней
президент МОК Эвери Брэндедж, возглавлявший главный
олимпийский орган ровно 20 лет, обратился к коллегам с прошением об отставке. К этому 84-летнего президента подтолкнули недавняя смерть жены и ухудшающееся зрение.
Отставка была принята. Журналист Борис Базунов так охарактеризовал самого президента и его двадцатилетнюю деятельность:
«Сходит с олимпийской сцены вождь ортодоксальных
сил в олимпийском движении и миллионер-демократ, оставшись в истории МОК и Олимпийских игр одной из драматических фигур XX столетия. Ему не слишком удавались
попытки отгородить возглавляемую им организацию от
политических бурь. Лишенный каких-либо дипломатических дарований, Брэндедж неуклюже противодействовал
демократизации МОК. С упрямством, восхищавшим одних и
182
приводившим в бешенство других, он защищал статус «истинного» кубертеновского любительства. Проповедуемые им
нормы спортивной этики вызывали ожесточенные споры о
«лжелюбительстве», или «государственном любительстве», в
ходе которых ставили под сомнение победы олимпийцев
СССР и стран Восточной Европы. И он стоически боролся
против зимних Игр с участием «профи», потерпев поражение
от таких же, как он, миллионеров — владельцев фирм-содержательниц спортивных звезд.
Брэндедж причастен к двум событиям, которые разделяют
два десятилетия. В начале своей карьеры в МОК он, будучи
направленным в канун Игр-36 в Германию, не обнаружил в
третьем рейхе даже признаков милитаризма и фашизма.
Спустя 20 лет нашел все-таки смелость, хоть и запоздалую,
публично признать, что тогда им была допущена ошибка.
Такой непростительной ошибки он не совершил 20 лет спустя. Когда швейцарский НОК призвал всех олимпийцев в
связи с венгерскими событиями 1956 года не ехать в
Мельбурн и к бойкоту примкнули пять стран, Эвери
Брэндедж решительно выступил против «олимпийских
мятежников» во имя интересов олимпийцев, которые готовились к встрече на пятом континенте».
Эвери Брэндедж скончался почти через три года после
своей отставки. Это произошло 5 мая 1975 года. В некрологах
было написано скромно: «Скончался деятель американского
и международного спортивного движения».
В последний день мюнхенской сессии большинством
голосов был избран новый президент. Шестым президентом
МОК стал ирландский барон, лорд Майкл Килланин.
Профессиональный журналист, получивший блестящее образование (закончил Сорбонну, Кембридж и Итон), Килланин
работал в лондонской газете «Дейли экспресс», был военным
корреспондентом на китайско-японской войне, затем политическим обозревателем лондонских газет «Дейли мейл» и
«Санди диспатч». Когда началась Вторая мировая война, ушел
на фронт, дослужился до звания майора Британской армии,
183
участвовал в высадке союзников в Нормандии в 1944 году. В
1950 году стал президентом Национального олимпийского
комитета Ирландии, а через два года — членом МОК.
ИГРЫ, ОБАГРЕННЫЕ КРОВЬЮ
есной 1966 года в римском отеле «Эксельсиор» члены
Международного олимпийского комитета, собравшиеся
В
на свою очередную сессию, избрали местом проведения
XX Олимпийских игр 1972 года крупнейший город ФРГ
Мюнхен. На этот тихий город — столицу Баварии, город музеев, галерей, книгохранилищ, культурный центр Германии,
который называли театрально-музыкальным центром страны,
в начале двадцатых годов пала тень фашистской свастики.
Именно здесь, в пивной «Бюргер Бройкеллер», еще в 1923
году Гитлер лелеял безумные, бредовые планы покорения
мира и уничтожения целых государств и народов. Именно
здесь произошел печально известный пивной путч, ставший
началом прихода к власти нацистов. И именно этот город
Гитлер избрал для того, чтобы подписать с перепуганными
насмерть Чемберленом и Даладье мюнхенское соглашение,
развязавшее руки главарям фашистского рейха.
С тех пор в сознании многих людей Мюнхен был как бы
синонимом всего реакционного, агрессивного, вероломного,
местом, где собирались и собираются до сих пор темные силы
реакции. Нетрудно было предугадать, что все эти темные
силы захотят использовать Игры в своих целях, помешать их
успешному проведению.
Так и случилось. «Деятели» из почти безвестных эмигрантских организаций, кормящихся на подаяния различных разведок, разыгрывали для отчетности перед хозяевами «активную
деятельность». Они подкладывали антисоветскую литературу
журналистам и спортсменам, подсовывали им листовки и прочую макулатуру. После того как мюнхенские власти запретили
неофашистским молодчикам провести их международный
184
«слет», западногерманская НДП организовала свой «молодежный лагерь». Словно в издевку над памятью жертв фашизма, он
обосновался в Дахау, там, где в годы войны был страшный концентрационный лагерь. На одной из центральных мюнхенских
улиц расположилась штаб-квартира некоего «Союза свободной
прессы». Под этой пышной вывеской скрывался координационный центр 122 эмигрантских и полушпионских организаций, свивших свои гнезда в баварской столице как постоянно,
так и на время Олимпиады. Руководил центром откровенный
нацист. Здесь фабриковались фальшивки и пасквили самого
злобного содержания.
За три года до начала Игр в западноберлинской газете
«Вархайт» появилась беседа с олимпийским чемпионом 1932
года по тяжелой атлетике, правительственным советником
города Аугсбурга, расположенного всего в часе езды от
Мюнхена, Рудольфом Измайром. Имя этого человека было
хорошо известно всем любителям спорта Германии. Измайр
прославился не только своими спортивными достижениями,
но и активной антифашистской деятельностью. В этой беседе
Рудольф Измайр, в частности, сказал:
— Я долго жил в Мюнхене и в какой-то мере считаю этот
город своей спортивной родиной. Я вначале обрадовался,
когда узнал о том, что Мюнхену доверена честь проведения
Олимпийских игр. Но потом я вспомнил Берлин 1936 года.
Тогда во время Олимпиады я произносил олимпийскую клятву. Я понимал эту клятву так: народы не только во время
Олимпийских игр, но и всегда должны жить в мире, дружбе,
взаимном уважении и взаимопонимании, сражаться только
на стадионах и беговых дорожках. Тогда, в 1936 году, мы
надеялись, что вновь встретимся в 1940 году в Токио. Этим
надеждам не суждено было сбыться. И тем больнее нам было
сознавать потом, что эти Олимпийские игры сорвала война,
преступно развязанная правителями Германии.
На вопрос журналиста о том, можно ли сказать, что сейчас, за три года до Игр, олимпийские идеи нашли благодатную почву в Мюнхене, чемпион ответил:
185
— Есть заявление властей, которое гарантирует соблюдение олимпийских правил на время Игр. Но само по себе такое
заявление свидетельствует о многих негативных сторонах
мюнхенского выбора. Что значит создание олимпийской
обстановки на определенный срок (даже если это обязательство будет выполнено)? Это значит прежде всего то, что в
остальное время — до и после Игр — в городе не будет создано олимпийской атмосферы дружбы и взаимопонимания
между народами.
Даже в Германии Рудольф Измайр был не одинок. Что уж
говорить о других странах? Например, австрийская газета
«Фольксштимме» в статье Юлиуса Вальтера «Опять нацистская Олимпиада?», опубликованной почти за год до Игр, не
на шутку обеспокоилась событиями, происходящими в
Мюнхене. Несколько цитат из этой статьи:
«Политический базис предолимпийской подготовки в
ФРГ образуют антикоммунистическая пропаганда и упорные
притязания на единоличное представительство Германии».
«Мы находимся в преддверии Олимпиады 1972 года,
Олимпиады в Мюнхене. Мы знаем людей, которые осуществляют стратегию олимпийской подготовки, господина
Штрауса, обер-бургомистра Мюнхена, представителя СДПГ
господина Фогеля, бывших нацистских спортивных боссов, а
ныне организаторов Олимпийских игр в ФРГ, а также
«заинтересованные политические и экономические круги».
Мы знаем о существовании 86 неофашистских организаций,
адреса которых указаны в адресной книге Мюнхена. Все они
активно включились в подготовку Олимпиады. Нам известно,
какая работа проводится мюнхенскими радиостанциями. Даже
на период Олимпийских игр Бонн не добился для себя права
контролировать деятельность радиостанции «Свободная
Европа». Нам известны также методы извращения олимпийской идеи, о которых в «Олимпийской хрестоматии» говорится: «Только сотрудничество государства, спортивного
руководства и охваченной энтузиазмом молодежи смогли
обеспечить успех Олимпиаде 1936 года в Берлине». Может
186
быть, в 1972 году начнется второй вариант той же истории?
Мировая общественность должна приложить все силы к тому,
чтобы не допустить этого».
Не надо забывать, что это были годы самого разгара холодной войны и противостояние Запад — Восток достигло своего апогея. В апреле 1971 года в Берлине Общество содействия
олимпийской идее ГДР организовало международную прессконференцию «Мюнхен и использование олимпийской идеи
в преступных целях». Самые острые критические стрелы на
этой пресс-конференции были направлены на скандальное
издание, называемое «Олимпийская хрестоматия» и предназначенное для школьников ФРГ. В этой книге авторы
пытаются увязать историю спорта с общей историей, при
этом фальсифицируя и ту, и другую. Например, фашизм и развязанная им Вторая мировая война выглядят в книге как
исторические явления, столь же безобидные, сколь и «естественные». Фальсифицируя общеизвестные факты, «Хрестоматия» обвиняла Советский Союз в поражении Испанской
республики в 1939 году, в развязывании Второй мировой
войны. СССР, оказывается, повинен даже в том, что не
состоялись Олимпийские игры 1940 года.
С Оргкомитетом Мюнхенской Олимпиады постоянно
были связаны какие-то политические скандалы. В начале
1971 года возмущение спортивной общественности вызвало
известие о том, что Оргкомитет Игр XX Олимпиады отправил
приглашение принять участие в Играх расистской Родезии.
Как известно, Родезия вместе с ЮАР была лишена права
послать свою команду на Олимпийские игры 1968 года за проведение политики апартеида. Приглашение на Олимпиаду
апологетов человеконенавистнических идей вызвало возмущение во многих странах мира, а страны свободной Африки
расценили его как оскорбительный вызов, брошенный им
покровителями расизма.
— Приглашение Родезии, — заявил на пресс-конференции Генеральный секретарь Высшего совета африканского
спорта Жан-Клод Ганга, — является враждебным актом со
187
стороны спортивных руководителей Западной Германии и
должно быть аннулировано.
Каирская газета «Аль-Ахрам» писала, что в случае допуска Родезии на Олимпиаду спортивные организации африканского континента будут полностью бойкотировать Игры.
А газета «Тринидад экспресс» призвала спортсменов своей
страны бойкотировать Игры в Мюнхене, если в них будет
участвовать Родезия. Лондонская «Дейли телеграф» подчеркнула, что жест мюнхенских деятелей ставит под сомнение их обещание соблюдать на Олимпиаде 1972 года
олимпийские идеалы.
Через некоторое время приглашение расистам было аннулировано.
С приходом Игр в Мюнхен на улицы города выползли и
разного рода анархистские группки, включая и маоистов. Они
тоже пытались помешать нормальному течению
Олимпийских игр, делая это на свой лад. В один из дней
Олимпиады они устроили беспорядочную и крикливую
демонстрацию в центре города, завершившуюся столкновениями с полицией.
Беспрецедентным актом в истории Олимпиад было проникновение в Олимпийскую деревню террористов. Ранним
утром 5 сентября члены палестинской экстремистской группировки «Черный сентябрь» перелезли через проволочное
заграждение Олимпийской деревни и ворвались в тот квартал, где жила израильская делегация. Арсенал бандитов
состоял из восьми автоматов Калашникова, 900 обойм и 20
гранат. Один израильтянин погиб во время налета, а десять
человек бандиты взяли в заложники. На протяжении всего
дня с террористами шли переговоры. За оградой Олимпийской деревни собралась огромная толпа: было видно, как
люди с масками на лицах, с автоматами в руках стояли на
балконах и на крыше дома, в котором жила израильская
делегация. Неосторожное движение, и они могли начать
стрельбу и по толпе. Палестинцы потребовали немедленно
освободить из израильских тюрем 234 террористов и еще 16 —
188
из отбывающих срок в исправительных учреждениях
Западной Европы.
В плену террористов оказались: штангисты Зеев Фридман,
Йосеф Романо и Давид Бергер, борцы Элиэзер Халфин, Марк
Славин и Гади Цабари, судьи по греко-римской борьбе Йосеф
Гутфрейнд и по тяжелой атлетике Яаков Шпрингер, тренеры
Андре Шпицер (фехтование), Кехет Шор (стрельба), Мойша
Вайнберг (борьба), Амицур Шапиро (легкая атлетика).
Удалось спастись лишь одному: Гади Цабари с ходу перепрыгнул целый лестничный пролет и скрылся в темноте.
Мэр Олимпийской деревни Вальтер Трёгер, президент
немецкого олимпийского комитета Вилли Дауме и баварский министр внутренних дел Бруно Мерк предлагали себя
в заложники вместо спортсменов, но террористы отказались.
В середине дня террористы убили и выбросили на улицу
труп Мойши Вайнберга. Они хотели, чтобы мир убедился в
серьезности их намерений. В концу дня канцлер Германии
Вили Брандт отверг требования Израиля о прекращении
Олимпийских игр.
Переговоры с террористами длились 16 часов. В итоге
министр внутренних дел Германии Ганс Дитрих Геншер согласился с условиями палестинцев. Они потребовали вертолет, и
через несколько часов у дома с пленниками приземлились три
вертолета. Забрав заложников вместе с террористами, вертолеты направились на военный аэродром Фюрстенфельдбрюке, далее их предполагалось отправить на Ближний
Восток. Но как только пятеро вооруженных террористов
вышли из вертолетов, снайперы открыли огонь. Операция по
спасению людей была полностью провалена. Двое из восьми
террористов погибли, остальные открыли беспорядочный
огонь. Один из бандитов в упор расстрелял четверых заложников, другой бросил в вертолет, в котором находились еще
пятеро израильтян, ручную гранату. После краткого боя были
убиты еще три террориста, а также два гражданина ФРГ —
полицейский и пилот взорванного вертолета.
189
Запоздалые и недостаточно продуманные действия полиции Баварии привели к человеческим жертвам. Погибли
одиннадцать израильских спортсменов и тренеров. Пять террористов были убиты, выжили только трое захваченных живьем. Через некоторое время их обменяли на немецкий самолет
с пассажирами.
Власти Израиля решили покарать каждого террориста,
имевшего хоть какое-то отношение к мюнхенской трагедии.
Для этого была организована и проведена беспрецедентная
операция по поиску и уничтожению преступников. В течение нескольких лет сотрудники Моссада охотились за палестинскими боевиками по всему миру, выполняя санкцию на
уничтожение, полученную непосредственно от премьерминистра Голды Меир.
Кровь, пролившаяся на Играх, потрясла истинных приверженцев олимпийского движения. На следующее утро
после трагедии на Олимпийском стадионе состоялась панихида в память погибших израильтян. Открыл панихиду увертюрой Бетховена к опере «Эгмонт» оркестр Мюнхенского
оперного театра.
В те трагические часы Олимпиада прекратила свой стремительный бег. Раздавались предложения о том, чтобы в связи
с этим инцидентом временно прервать Игры. Но
Чрезвычайная сессия Международного олимпийского комитета единогласно приняла решение Игры не прерывать. Ужас
и грусть оставались с людьми до конца Игр, но в то же время
многие поняли, что несмотря ни на что, концепция
Кубертена, выраженная им по поводу Олимпийских игр,
должна быть сохранена.
Спортивная сторона Олимпиады-72 в основном прошла
хорошо, соревнования были организованы с немецкой четкостью, на очень высоком техническом уровне. Но в некоторых видах спорта без эксцессов не обошлось.
Например, в хоккее на траве в традиционный спор индусов с пакистанцами неожиданно вмешалась команда ФРГ.
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]