Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Оборотная сторона олимпийской медали (История Олимпийских игр в скандалах, провокациях, судейских ошибках и курьезах)
.pdf
был дом самого Кашинга. По правилам кандидатуру города
должен был представлять мэр, но в Скво-Вэлли не было города, а значит, не было и мэра. Кашинг проявил недюжинные
организаторские способности, сумел уговорить руководство
федераций по зимним видам спорта, и в конце концов какимто чудом ему удалось склонить большинство в МОК на свою
сторону. Как это ему удалось, до сих пор для многих остается
загадкой. Достоверно лишь то, что он привез на заседание
МОК гигантский макет Скво-Вэлли, который обошелся ему
в 5800 долларов. Этот макет не проходил в дверь выставочного зала, и его поместили на улице. Достоверно и то, что в течение трех месяцев Кашинг, не жалея денег, путешествовал по
разным странам, уговаривая спортивных деятелей голосовать
за Скво-Вэлли. В итоге Скво-Вэлли получил на два голоса
больше, чем Инсбрук.
И за несколько лет Долина Индианок превратилась в крупный центр зимнего спорта. Сначала построили хорошую дорогу, затем Ледовую арену на восемь с половиной тысяч мест.
Здесь должны были пройти церемонии открытия и закрытия
Игр, соревнования по хоккею и фигурному катанию. Рядом с
ареной построили искусственный каток для скоростного бега
на коньках, тренировочные катки, подъемники, отели, в
общем, все, что нужно для того, чтобы провести соревнования
самого высокого уровня и превратить неизвестный доселе
городок в отличный высокогорный курорт.
Огромным удобством Скво-Вэлли, выгодно отличавшим
его от других зимних олимпийских столиц, было сосредоточение всех спортивных трасс и сооружений в одном месте.
Человеку, располагавшемуся, например, на трибунах Ледяной
арены, были одновременно видны и хоккейная площадка, и
каток, и трамплин, и почти все горнолыжные трассы. Только
соревнования по лыжным гонкам проводились километрах в
тридцати от Скво-Вэлли: там соорудили что-то вроде лыжного стадиона.
В общем, когда в феврале 1960 года участники и многочисленные гости Белой Олимпиады собрались в Скво-Вэлли,
141
они увидели отличный современный горный курорт, нисколько не хуже, чем подобные альпийские городки в Европе.
Вот только снегопад в день открытия Игр омрачал настроение. Но внезапно, одновременно с первым выстрелом пушки,
снег прекратился, тучи расступились и засияло яркое-яркое
солнце, какое бывает только высоко в горах. На склоне горы,
на трассе гигантского слалома появилась известная американская горнолыжница, олимпийская чемпионка Андреа
Лоуренс-Мид с факелом в руках. Накануне этот факел,
зажженный в норвежском местечке Мюргедаль, проделав
путь в 13 тысяч километров, прибыл в Скво-Вэлли. Часть
пути драгоценный огонь пролетел на реактивном самолете, а
на американской земле в Лос-Анджелесе его принял в свои
крепкие руки олимпийский чемпион метатель Пэрри
О'Брайен, и началась огненная эстафета. 13 февраля олимпийский факел прибыл в Сода Спрингс. Ночью в этом
маленьком городке была объявлена тревога. Грабители совершили покушение на олимпийский огонь. Они разграбили
машину, сопровождавшую эстафету, похитили четыре запасных факела и киноаппараты с пленкой, на которой был запечатлен путь эстафеты. Сам огонь, к счастью, остался в
неприкосновенности потому, что был предусмотрительно
перенесен в отель. Пожалуй, это было первое в истории покушение на олимпийскую святыню.
ИГРЫ В ВЕЧНОМ ГОРОДЕ
рошло 2600 лет с тех пор, как Рим покорил Грецию, и
вот Олимпийские игры проходят в Риме. Так в стане
П
победителя был пропет вечный гимн культуре, побеж-
денной вчера и торжествующей сегодня.
Церемония торжественного открытия Игр состоялась 25
августа 1960 года на стадионе «Форо италико». На этом празднике, как и 64 года назад, прозвучал истинный олимпийский
гимн, созданный греками: поэтом Костисом Паламосом и
142
композитором Спиросом Самарой. Рим восстановил традицию Афин, чуть было не утерянную. Эта торжественная песнь
Играм и атлетам впервые прозвучала на открытии Игр I
Олимпиады в 1896 году на Афинском стадионе. Она же была
музыкальным прологом Игр 1900 и 1908 годов. Но затем организаторы позволяли себе, как пишет Борис Базунов в книге
«Сенсации и скандалы спортивного века», «малопочтенную
самодеятельность, санкционированную, как ни странно,
Кубертеном». И олимпийский гимн заменяли тем, что нравится им. В Риме прозвучала возрожденная «Олимпийская
кантата» Самары и Паламоса в современной аранжировке
итальянца Доменико Фантини. И это санкционировал МОК
на своей сессии 1958 года, проходившей в Токио. Члены МОК
поддержали инициативу вдовы Спироса Самары Анны и греческого члена МОК Иоана Кецеаса. «Бессмертный дух античности», — этими словами начинается «Олимпийская
кантата» и ими же завершается.
А накануне на площади Святого Петра в Риме перед
огромным величественным собором развернулось исключительное зрелище. Тысячи спортсменов всех рас и цветов
кожи, атеисты и приверженцы различных религий, кто из
любопытства, кто искренне веруя, пришли за благословением папы. И папа благословил эти Игры, некогда уничтоженные церковью за их языческий характер. Воистину пути
истории трудны и запутанны!
Олимпиада в Вечном городе прошла относительно спокойно. Единственная неприятность произошла на трассе
велогонки. Во время 100-километровой шоссейной гонки 30
августа умер датский велосипедист Кнуд Йенсен. Сначала
официальные лица заявляли, что спортсмен скончался от сердечного приступа в результате солнечного удара. Однако специалисты не сомневались, что датчанин пал жертвой приема
чрезмерной дозы стимуляторов. По результатам вскрытия в
организме велосипедиста были обнаружены значительные
концентрации амфетамина и производных никотиновой кис-
143
лоты, допинговая версия смерти была официально подтверждена. Это был первый летальный исход в результате приема
допинга на Олимпиаде.
Через четыре года на Играх в Токио у спортсменов впервые были взяты пробы на применение стимуляторов. В мае
1967 года на сессии МОК в Тегеране учреждена медицинская
комиссия МОК, началась подготовка к составлению списка
запрещенных препаратов и введению правил обязательного
допинг-контроля на международных соревнованиях. В 1968
году на зимних и летних Играх медицинская комиссия МОК
впервые провела широкий антидопинговый контроль, который прошли 753 спортсмена.
НЕСОСТОЯВШЕЕСЯ ВЫДВИЖЕНИЕ
1962 году в Москве должна была состояться сессия
МОК. Эти заседания планируются задолго, вот и
В
Московская сессия была запланирована еще в 1960 году,
естественно, с согласия Москвы (разрешение на проведение
сессии в Москве дал 1 августа 1960 года ЦК КПСС). 12 мая
1961 года председатель Центрального Совета Союза спортивных обществ и организаций Николай Николаевич Романов, в
то время первый человек в советской спортивной иерархии,
фельдъегерской почтой отправил в Центральный комитет
партии письмо с грифом «Совершенно секретно». В нем
содержалось предложение отказаться от проведения в Москве
в 1962 году сессии МОК. Мотив отказа — просьба Национального олимпийского комитета Кении уступить столице
этой страны Найроби право провести сессию-62, поскольку в
ее повестке дня стоит вопрос об олимпийском движении в
странах Африки и Азии. Другой существенный аргумент —
перенос на следующую сессию выборов города летней
Олимпиады 1968 года, на которую претендует Москва.
Романов предлагал партийному руководству альтернативу:
уступить сессию-62 Кении и просить при этом МОК, чтобы
144
он дал НОК СССР право провести сессию-63, на которой
будет избираться столица Игр 1968 года. Но эти идеи не поддержал МОК. Найроби остался без сессии-62. Ее провела
Москва, обсудив афро-азиатские дела, а столицу Олимпиады68 избрали в Баден-Бадене на сессии 1963 года. Москва тогда
свою кандидатуру не выдвигала.
ОЛИМПИЙСКАЯ РАДУГА НАД ТИРОЛЕМ
ителям Австрии хотелось, чтобы «их» Игры были
самыми представительными, с самой полной про-
Ж
Поэтому они продумывали каждую деталь, обсуждали каждую
мелочь. Тем более что Инсбрук стал вторым большим городом
после Осло, в котором прошли зимние Олимпийские игры.
женный на подступах к перевалу Бреннер. Это — административный центр земли Тироль. Кроме того, Инсбрук
считается признанным центром туризма и зимних видов
спорта. Природные условия в Австрийских Альпах превосходны: зима мягкая, но в меру, снегу — сколько душе угодно,
высокие стены гор надежно охраняют эти места от коварного
«фёна» — лютого врага конькобежцев и лыжников.
в главный город австрийского Тироля связаны теснейшим
образом с мостом через реку Ин. В 1180 году на северном
берегу Ина возник поселок. Тогда же был построен первый
мост через эту реку. В 1238 году Инсбрук стал городом. Мост
через Ин, который дал свое название городу (Инсбрук по-русски означает «Мост через Ин»), стал частью городского герба
и по сей день является символом города. Силуэт инсбрукского моста вписан и в эмблему IX зимних Олимпийских игр.
выросли оборудованный по последнему слову техники
Ледяной стадион и новый трамплин для прыжков на лыжах,
граммой, с хорошей технической организацией.
Инсбрук — большой город в Восточных Альпах, располо-
Возникновение Инсбрука и постепенное превращение его
Инсбрук отлично подготовился к Белой Олимпиаде. Здесь
145
гостеприимно распахнули двери новые домики Олимпийской
деревни. Специально к Играм были проложены отличные
трассы для горнолыжников и бобслеистов, сооружена искусственная конькобежная дорожка. Организаторы Игр сделали
все от них зависящее, чтобы обеспечить олимпийцам отличные условия для состязаний.
Соревнования по некоторым видам спорта проходили не
в самом Инсбруке, а в городках-спутниках, расположенных
на расстоянии до 25 км от центра города. Слалом прошел в
долине Лицум, лыжные гонки — в Зеефельде, бобслей и санный спорт в Иглсе.
Большой трамплин на горе Бергизель был хорошо знаком
большинству прыгунов еще до Игр в Инсбруке. Это сооружение, воздвигнутое в 1961 году, дважды было ареной состязаний
сильнейших прыгунов мира. Расчетная мощность трамплина 81
метр. Но он позволяет совершать прыжки за 90 метров.
Благодаря удобному географическому положению,
Инсбрук смог пригласить рекордное число участников. Да и
зрителей было не меньше миллиона! Проблемы вызвали только транспортные вопросы и коммуникации. Но и они были
решены усилиями и предприимчивостью организаторов.
Это были первые полностью компьютеризированные
Игры. Если, например, в Кортина д'Ампеццо подсчет результатов по фигурному катанию занял восемь часов, то в
Инсбруке это было сделано в считанные секунды на компьютерах Ай-Би-Эм. Стоимость операций на этих машинах
составляла примерно 700 тысяч долларов, но это не пугало
организаторов: общий бюджет, выделенный австрийскими
властями на проведение Игр, был около 15 миллионов.
Казалось, было учтено все. Но в самый последний момент
Игры чуть не сорвались: недостающим звеном оказалась
самая элементарная вещь — снег! Накануне открытия подул
теплый фён и дул не прекращая. А снег не выпадал.
Старожилы говорили, что вот уже сто лет не было так мало
снега зимой. Солдатам австрийской армии пришлось натаскать со склонов гор на высоте до 2500 м около двадцати тысяч
146
кубометров снега. Им приходилось неоднократно проделывать путь в 35 км. Это была поистине титаническая работа. В
итоге соревнования гонщиков и горнолыжников прошли в
соответствующих условиях.
Больше всего радовались отсутствию снега зрители.
Бесснежье облегчило им возможность передвигаться вдоль
всех трасс. Нет худа без добра, ибо благодаря отсутствию
снега, количество зрителей на всех состязаниях превысило
самые оптимистичные ожидания. Ежедневно лавина болельщиков (в основном это были приезжие туристы) поднималась
в горы. Австрийская экономика, в большой степени зависящая от туризма, извлекла из этих Игр, а вернее, из коммерческой рекламы необыкновенную прибыль. Противники
зимних Игр, а среди них и сам Президент МОК Эвери
Брэндедж, не преминули указать на чрезмерный интерес
некоторых участников к коммерческой стороне дела.
Крайне возмущали Брэндеджа горнолыжники, которые
демонстрировали свои лыжи, украшенные эмблемами и логотипами известнейших фирм-производителей инвентаря. Едва
завидев любого фоторепортера, горнолыжники старались так
поставить лыжи, чтобы было ясно видно, что на них написано или наклеено.
Кстати, до Инсбрука ни одна Белая Олимпиада не получала такой рекламы. На Играх было аккредитовано столько
представителей пишущей братии и радиожурналистов, что их
количество впервые превысило число самих участников
соревнований. Только телевидение было представлено 34 различными компаниями.
Для многих зрителей гвоздем программы Белой
Олимпиады в Инсбруке стали соревнования горнолыжников:
яркие цветовые пятна на девственно белом снежном склоне —
это лишь внешняя картина соревнований. Главное — эмоции,
которые стала вызывать захватывающая борьба на слаломных
трассах. Большие финансовые вливания в горнолыжную
индустрию со стороны производителей инвентаря, костюмов,
147
ботинок, шлемов вызвали к жизни колоссальные рекламные
кампании и программы. И это, естественно, не могло не отразиться на возросшем интересе болельщиков со всех концов
мира, ну а особенно — альпийских стран.
Перед всевидящим оком телекамер в Инсбруке должна
была развернуться захватывающая интрига горнолыжных
баталий. Дело в том, что на смену знаменитым спортсменам
пришла талантливая молодежь, которой предстояло выдвинуть своего лидера.
У мужчин лишь один ветеран — австриец Йозеф Штиглер —
сумел улучшить свои результаты. В Скво-Вэлли он стал серебряным призером в гигантском слаломе, а в Инсбруке сумел
победить в слаломе и завоевать бронзовую медаль в гиганте.
Все остальные даже не смогли приблизиться к тройке призеров.
Перед началом соревнований горнолыжников произошла трагедия. Австралийский спортсмен Росс Милн во время
тренировки соскользнул с трассы и на полной скорости врезался в дерево. Его гибель произвела угнетающее впечатление на всех спортсменов. Милн, всегда улыбающийся, был
симпатичен всем. Эта страшная смерть напомнила о том, что
горнолыжный спорт, благодаря техническим усовершенствованиям, стал чрезвычайно опасным. Более чем когда-либо он
требовал серьезной физической подготовки, безупречной техники и полного самообладания. Росс Милн погиб, трассу
назвали «спуском смерти», организаторы приняли все возможные меры безопасности: окружили деревья соломенными
подушками, в опасных местах поставили сетки... Игры продолжались.
До Белой Олимпиады в Инсбруке фигурное катание на
коньках оставалось единственным зимним видом спорта, в
котором у советских спортсменов не было ни одной медали.
Не считая, естественно, бобслея, который в те годы в стране
вообще не культивировался. В Инсбруке выступали две советские пары: серебряные призеры мировых и европейских пер-
148
венств Людмила Белоусова и Олег Протопопов и обладатели
нескольких бронзовых медалей Татьяна Жук и Александр
Гаврилов.
Проведенное за несколько недель до зимних Игр первенство Европы в Гренобле показало, что первая советская пара
вполне может рассчитывать на олимпийское золото.
Белоусова и Протопопов, хотя и проиграли снова чемпионам
мира немцам Марике Килиус и Гансу-Юргену Боймлеру, как
никогда прежде были близки к победе. И перед Инсбруком
настроение у них было боевое.
По сути дела сражение началось еще за день до выхода на
лед. На жеребьевке участников Боймлеру достался второй
номер, и он не смог скрыть досады. Но напряжение достигло
апогея, когда пришла очередь Протопопова. К этому времени в ящичке оставалось лишь два номера: первый и девятый.
Первый номер снижал до минимума шансы на победу, девятый приносил надежды на успех. Он и достался Протопопову.
В Западной Германии победа немецкой пары ни у кого не
вызывала сомнения. Газеты сообщали, что в одном из отелей
Гармиш-Партенкирхена баварское правительство заранее разработало церемониал торжественного приема олимпийских
победителей в Инсбруке Килиус и Боймлера. Чемпионы мира
из Германии начали выступление уверенно, но затем последовала серия легких накладок. Марика несколько раз царапнула коньком лед, Ганс-Юрген временами терял спокойствие.
Они катались очень осторожно, избегая всякого риска.
Оценки судей были предельно высокими — средний балл 5,8.
Теперь все ждали выступления советской пары. Оно проходило под музыку Листа, Бородина, Чайковского, Рахманинова. Французская газета «Экип» писала: «Один любитель классической музыки не переставал восхищаться композицией Белоусовой и Протопопова. «Я никогда не
поверил бы, — говорил он, — что можно кататься на коньках под произведения великих композиторов». Несомненно,
выбор музыки советской парой повлиял на решение некоторых судей».
149
Свою программу Л. Белоусова и О. Протопопов исполнили с редким вдохновением и поразительным мастерством.
Оценки за композицию программы у советской пары были
такими же, как у главных конкурентов, но за исполнение
Белоусова и Протопопов получили лучшие баллы, что и
решило исход поединка. Агентство ЮПИ сообщало:
«Похожая на балерину белокурая Белоусова и элегантный
Олег Протопопов, выступавшие с грацией солистов Большого
театра, оттеснили на второе место фаворитов этих соревнований, более молодых М. Килиус и Г.-Ю. Боймлера».
А спустя два года немецкие фигуристы были дисквалифицированы и лишены наград, так как выяснилось, что до начала Олимпиады спортсмены заключили профессиональный
контракт, хотя правилами МОК запрещалось участие в соревнованиях профессиональных спортсменов. Спустя еще 21 год
спортсменам удалось доказать, что до Олимпиады-64 они ни
разу не выступили на профессиональных турнирах. В декабре 1987 года решением МОК медали им были возвращены.
Впервые в Инсбруке были включены в олимпийскую программу соревнования по санному спорту. Лучшими на одноместных санях были спортсмены Объединенной германской
команды: среди женщин Ортрун Эндерляйн, а среди мужчин —
Томас Кёлер. В заездах на двухместных санях первыми чемпионами стали австрийские спортсмены — Йозеф
Файстмантль и Манфред Штенгль.
Оттепель затруднила проведение соревнований саночников. Ряд заездов пришлось перенести на другой день, причем
на ранние утренние часы. Так, финальные заезды на двухместных санях, проводились в 7 часов 30 минут, что, впрочем,
не помешало присутствию многочисленных зрителей.
Соревнования по санному спорту были омрачены трагической гибелью во время тренировок 50-летнего английского
спортсмена польского происхождения Кэя Скшипецкого, а
также несколькими несчастными случаями в ходе соревнований. Газеты резко критиковали и тех, кто проектировал трас-
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]