Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мужское и женское от природы к культуре
.pdf
5. Социальные следствия трансформации отнологического статуса
Женщина-руководитель как новый социальный феномен
Выходя за рамки анализа дискурсивного, в частности фольклорного, осмысления гендерных аспектов менеджмента организаций, необходимо констатировать активное освоение женщинами руководящих
ролей в разного рода профессиональных сообществах. Как утверждает российская исследовательница гендерных аспектов менеджмента
Т.П. Хохлова, современность характеризуется активным проникновением женщин в управление экономикой, появлением целой когорты
деловых женщин», деятельно осваивающих руководящие позиции
«
различного уровня. «Особенно заметны эти процессы, – отмечает
Т.П. Хохлова, – в развитых странах. Например, в США женщинам
принадлежит более 50% денежных средств, обращающихся в стране,
на них выписаны 65% счетов, в их руках сосредоточены 57% ценных
бумаг, 74% домов, на них приходится 88% общей покупательной способности. В более сопоставимых
Восточной Европы женщины владеют более чем 30% бизнеса, нанимают 25% рабочей силы, составляют 55% обучающихся, около 25%
зарабатывают больше мужей в семьях с двумя работающими» [142].
В Российской Федерации наблюдаются те же тенденции включения женщин в управление. Однако здесь есть и своя специфика. Так, в
1996 г. руководящие посты
25% женщин, в 2009 г. средний менеджмент в России уже на 60–65%
представлен женщинами [151. С. 125]. А в 2014 г., по сообщению
агентства «Интерфакс» [108], Россия заняла первое место в мировом
рейтинге по количеству женщин – топ-менеджеров. В сообщении
приводятся данные об исследовании Grant Thornton International
Business Report for 2014, которые свидетельствуют о том, что 43%
топ-менеджеров
пола. Большая часть руководящих постов, занимаемых женщинами,
относится к социальной и образовательной сферам.
Однако данные отчета Global Wage Report за 2014–2015 гг., подготовленного Международной организацией труда (МОТ), свидетельствуют о том, что заработная плата российских женщин (топменеджеры здесь не составляют исключения) в среднем на 30%
меньше, чем мужчин на тех
объективно существующем «стеклянном потолке», но и в представлениях самих женщин. Зарплатные ожидания женщин в среднем на 20–
России являются представительницами женского
в крупных компаниях занимали примерно
с Россией странах Центральной и
же позициях. Причина здесь не только в
261
Хитрук Е.Б. Мужское и женское: от природы к культуре
30% ниже, чем у мужчин, следует из данных компании HeadHunter,
которая проанализировала 400 000 российских резюме с сентября по
ноябрь 2015 г. в Москве. По данным этого исследования, на старте
карьеры в зарплатных ожиданиях мужчин и женщин практически нет
различий. Однако на уровне топ-менеджмента асимметрия ожиданий
становится очевидной. В нефтяной сфере ожидаемая зарплата топменеджера-мужчины достигает в среднем 355 000 руб., а женщины –
чуть больше 200 000 руб., в финансах – 300 000 и 180 000 руб. соответственно. «Российская женщина легче соглашается на более низкий
уровень дохода и худшие условия труда, поскольку у нее есть семейные обязательства, она чувствует ответственность не только за работу, но и за остальные сферы жизни
, на которые нужно потратить время, констатируют эксперты», комментируют приведенные цифры
представители HeadHunter [44]. Вопреки распространенным представлениям о мужчине как кормильце семьи, количество матерейодиночек и мужчин, уклоняющихся от уплаты алиментов, таково, что
можно сделать вывод об обратной ситуации. Мужчина зачастую содержит себя самого, в то время как женщина заботится
о себе и детях.
Нередки ситуации, когда на попечении у женщины остаются «непутевый» муж и пожилые родственники.
Исследование Высшей школы экономики «Мониторинг рынка
труда топ-менеджеров в России (2000–2007 гг.)» также фиксирует, с
одной стороны, существенное улучшение позиций женщин в топменеджменте, однако с другой стороны, необходимость учитывать
целый ряд факторов
, препятствующих продвижению женщин на
управленческие позиции. Интересно, что к данным факторам авторы
исследования причисляют не только такие внешние причины, как
традиционная гендерная сегрегация различных секторов экономики,
«стеклянный потолок» и «стеклянные стены», но и личный выбор
самих женщин, которые не всегда обладают необходимыми для продвижения в карьере амбициями, предпочитают ведение
домашнего
хозяйства профессиональному росту и в конце концов недостаточно
осознанно подходят к выбору высшего образования [87. С. 52].
Таким образом, можно утверждать, что, хотя объективные трансформации социальной реальности выводят женщин на рынок труда и
профессионального роста, бинарная система восприятия половых
различий продолжает посредством транслируемых в социальном дискурсе на различных уровнях
мифологем воздействовать на социаль-
262
5. Социальные следствия трансформации отнологического статуса
ное пространство. Причем активными носителями и распространителями «бинарных линз» являются и мужчины, и женщины.
Интересны в этом ключе данные исследования Л. Бургановой и
К. Ахмадеевой «Гендерные стереотипы в управлении (анализ дискурсивный технологий СМИ)». Данное исследование методом контентанализа выделяет публикации в СМИ, которые содержат описание
сферы управленческого труда (в
том числе государственного управления и «большой политики») и акцентируют внимание на гендерном
измерении управленческой профессии. Анализу подверглись «Российская газета» (выборка – 31 публикация), «Известия» (34 публикации) и «Независимая газета» (27 публикаций). В большинстве данных
публикаций исследовательницы фиксируют дискурс гендерной асимметрии, в рамках которого хотя по-разному трактуются причины дан-
явления, само оно представляется необходимой частью управ-
ного
ленческой реальности. Исследовательницы приводят также ряд цитат,
эксплицирующих данную дискурсивную модель в качестве смыслового каркаса современной политической и экономической реальности: «...как только в каком-либо секторе появляются деньги, он перестает быть феминизированным», «курица не птица, баба не человек»,
«партийцы в
юбках» и т.п. «Важнейшим фактором, – резюмируют
авторы, – препятствующим преодолению гендерной диспропорции в
отдельных отраслях, в том числе в сфере управленческого труда, являются гендерные стереотипы, воспроизводящие «традиционную»
схему распределения профессиональных ролей» [21. С. 65].
«Дискурс различий»: специфика женского менеджмента
Амбивалентное вхождение женщин в управленческую сферу провоцирует так называемый «дискурс различий», разделяющий мужские
и женские характеристики в качестве руководителей. Поиск специфики женского подхода к управлению, а также положительных и отрицательных последствий этой специфики становится значимой частью
проблематизации женского менеджмента в социальных науках.
О.В. Шевцова, пытаясь обобщить
существующие в современной
учебной и научной литературе тенденции спецификации мужского и
женского стилей руководства, приводит следующие данные. Современный «дискурс различий» соотносит с мужским стилем управления
следующие значимые характеристики: рассудочность решений, за-
263
Хитрук Е.Б. Мужское и женское: от природы к культуре
мкнутый характер, реалистичное и критичное отношение к внешнему
миру, сдержанное поведение, словесно-логическое мышление, внимание к содержанию, деловую ориентированность, агрессивную реакцию на критику, прямолинейное отношение к коллегам. К женским
особенностям в управлении относят такие характеристики, как чувственная основа принятия решений, открытый характер, идеализированное и интуитивное отношение к
внешнему миру, эмоциональное
поведение, наглядно-действенное мышление, повышенное внимание
к форме, личная ориентированность, гибкое отношение к коллегам,
спокойная реакция на критику [144]. В этом распределении ролей, с
одной стороны, отчетливо виден бинарный контекст интерпретации,
поскольку женское здесь в полном соответствии с традиционным
дискурсом ассоциируется в большей степени с чувственной, эмоциональной,
интуитивной стороной реальности. В этом плане женский
стиль руководства, безусловно, выступает как не вполне адекватный,
поскольку управление требует четкости и последовательности решений, самостоятельности и рассудочной трезвости. С другой же стороны, даже эта типология проявляет некоторые значимые преимущества
«женского» стиля – спокойное отношение к критике и нацеленность
на партнерские отношения.
Как отмечает О.В. Шевцова, «если мужчины руководители чаще всего используют агрессивный подход в
процессе управления организацией, подчиняя себе коллектив, и выступают основными явными лидерами, единолично сосредотачивая
властные полномочия; то женщины более склонны к социальному
партнерству, они стремятся к профессиональному развитию и повышению самооценки работников, разделяя власть» [Там
же].
Исследование С.А. Коцалап и В.Ю. Припотень «Влияние гендерных отношений на культуру персонала предприятия» также исходит
из необходимости спецификации женских и мужских подходов к
управлению. Выводы данного исследования фиксируют наличие
определенных преимуществ в женском стиле управления предприятием. Так, например, данные исследования демонстрируют, что с
должностью управленца
женщины справляются не хуже мужчин, и
необходимые для данной работы качества ярко выражены у обоих
полов. Однако «здоровье» коллектива и его сплоченность более выражены в коллективах, руководимых женщинами. Но, что еще интереснее, при равенстве исходных способностей и возможностей и даже
при определенных существенных преимуществах женского руковод-
264
5. Социальные следствия трансформации отнологического статуса
ства, исследователи делают вывод о том, что «на более высокие
должности предпочтение всё же следует отдавать мужчинам, которые
более заинтересованы в карьерном росте и элементе соревновательности в процессе работы» [75. С. 410]. Парадоксальность последнего
вывода вполне коррелирует с отмеченной выше противоречивостью и
смысловой амбивалентностью образа женщины-руководителя, а также подтверждает высказанное
выше замечание о том, что субъективные установки, транслируемые в том числе женщинами, например,
незаинтересованность в руководстве предприятием, оказывают влияние не меньшее, чем объективно сложившиеся обстоятельства.
В исследовании Н.Н. Ярушкина и Н.Н. Сатониной «Психологические особенности женщин-руководителей», напротив, высказывается
позиция преодоления «дискурса различий» в представлениях о
мужской и женской управленческих ролях. Абсолютизированное противопоставление мужского и женского стилей руководства основано на
устаревших психологических теориях, биологизировавших исторически сложившиеся различия. «Современная наука, – утверждают
Н.Н. Ярушкин и Н.Н. Сатонина, – все больше склоняется к тому, что
различия в поведении женщин и мужчин формируются главным обра-
процессе их социального обучения и идентификации с опреде-
зом в
ленным полом» [151. С. 132]. У женщин действительно больше развиты вербальные навыки, меньше развита соревновательность, в значительно мере ниже самооценка (в том числе и оценка своих компетенций руководителя), что приводит к формированию своеобразной
стратегии «избегания неудач» вместо ориентации на успех. Тем
не
менее эти различия нужно рассматривать динамически, избегая ловушки биологического эссенциализма. Трансформация классической
модели женской социализации, включающей отказ от профессиональных амбиций, на самом деле может привести к изменению привычной картины специфически мужских и специфически женских
«черт характера».
Подводя итог этому небольшому обзору концептуализации жен-
ского менеджмента в
современном дискурсе, необходимо отметить,
что завоевание женщинами управленческих позиций, с одной стороны, уже неоспоримый факт социальной реальности, с другой же стороны, очевидно, что этот факт соотносим с необратимым глобальным
процессом трансформации гендерных ролей. Современное общество
меняется существенным образом, однако схемы репрезентации этих
265
Хитрук Е.Б. Мужское и женское: от природы к культуре
изменений зачастую сохраняют традиционное бинарное основание,
давно уже исчерпавшее свои эвристические возможности. Это фундаментальное разобщение «теории» и «практики» воплощается в вопросе о женском руководстве самым ярким образом.
Так или иначе современные исследования признают положительный потенциал развития женского менеджмента. Так, например, в
работе Д. Борисовой и О. Стерховой «Женщины
как ценный актив»
фиксируется позитивная корреляция между долей женщин в руководстве компаний и организационной и финансовой успешностью этих
компаний. «Если компании, – утверждают исследовательницы, – присмотрятся к опыту организаций, которым удалось создать у себя корпоративную культуру, ориентированную на установление гендерного
баланса, и вовремя примут меры по привлечению женщин на
руководящие посты, они смогут обеспечить себе серьезное преимущество в
конкурентной борьбе» [17. С. 50].
266
Заключение
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В данной работе представлены результаты исследования фундаментального процесса денатурализации категорий «мужское» и «женское» в современном социально-философском дискурсе.
На основании детального анализа способов концептуализации пола
в античной, средневековой и нововременной философии были сформулированы значимые элементы «натуралистической» теории половых
различий, к которым относятся эссенциализм (представление о том, что
бытии укоренены некие мужская и женская сущности), поляризация
в
полов (представление о том, что эти сущности противоположны друг
другу) и субординация полов (представление о том, что мужской пол
обладает онтологическим, гносеологическим, аксиологическим и другими преимуществами по отношению к женскому полу).
В рамках данного исследования впервые были обозначены, сформулированы и
ции категорий «мужское» и «женское» в современной философии и
социальной теории. Было продемонстрировано, что значимым условием тематизации мужского и женского в современном социальном
дискурсе является преодоление логики «от биологического к социальному», которое теснейшим образом связано с трансформацией онтологического статуса пола в философской традиции.
Исследование
скую эффективность концепта «денатурализации» относительно
осмысления таких острых социальных вопросов, как отцовство и
мальчишество, необходимость организации социально-психологической поддержки мальчиков и мужчин.
Основные выводы работы могут быть сформулированы следующим образом:
1. Процесс денатурализаии категорий «мужское» и «женское»
представляет собой базовую трансформацию в экспликации онтологического статуса половой дифференциации и как таковой коррелирует с более фундаментальным процессом смены философских парадигм, преодолением метафизического и эссенциального способов философствования.
систематизированы основные стратегии денатурализа-
также убедительно демонстрирует методологиче-
267
Хитрук Е.Б. Мужское и женское: от природы к культуре
2. Социально-философский процесс денатурализации категорий
«мужское» и «женское» коррелирует также с процессом преодоления
логики «от биологического к социальному» в рамках современной
социальной теории. Следствием данной корреляции является рассмотрение классического эталона маскулинности в качестве основного нормативного канона культуры, фундирующего как разнообразные
практики маскулинности, так и субординированные по отношению
к
ним фемининные социальные практики.
3. Философские стратегии денатурализации категорий «мужское»
и «женское» представляют собой значимую причину «обозначения» в
современной социальной реальности целого комплекса острых «мужских» проблем («мужского вопроса»).
4. Рассмотрение «мужского вопроса» в контексте смены философских парадигм натурализации и денатурализации категорий «мужское» и «женское» является эффективной методологией
осмысления и
разрешения таких значимых вопросов современности, как деструктивные нормы и практики отцовства и мальчишества, социальнопсихологическая поддержка мальчиков и мужчин.
268
Литература
ЛИТЕРАТУРА
1. Августин Аврелий. О супружестве и похоти // Трактаты о любви: сборник тек-
стов. М. : Институт философии РАН, 1994. 187 с.
2. Акулич М.М., Ливенских И.А. Социологическое изучение отцовства // Вестник
Тюменского государственного университета. 2009. № 4. С. 106–111.
3. Американский профессор Дейдра Макклоски объясняет, как возродить эконо-
мику России. Интервью Дейдры Макклоски Наталье Шанецкой в
«Шанецкая» на телеканале «Дождь». 18 апреля 2016 г. URL:
https://tvrain.ru/tele-show/shanetskaja/intervju_s_makksloski-407682/ (дата обра-
щения: 09.02.2017).
4. Андреев Ю.В. Мужские союзы в дорийских городах-государствах : (Спарта и
Крит) / [науч. ред. С. Р. Тохтасьев] ; Гос. Эрмитаж, Ин-т истории материальной культуры Рос. акад. наук. СПб. : Алетейя, 2004. 334 с.
5. Аристотель. Этика. Политика. Риторика. Поэтика. Категории
ра, 1998. 1392 с.
6. Бадентэр Элизабет. Мужская сущность / пер. с фр. И.Ю. Крупичевой,
Е.Б. Шевченко. М. : Новости, 1995. 304 с.
7. Батлер Дж. Гендерное беспокойство // Антология гендерной теории / под ред.
Е. Гаповой. Минск : Пропилеи, 2000. С. 297–346.
8. Батлер Дж. От пародии к политике // Введение в гендерные исследования. Ч. II:
Хрестоматия / под
тейя, 2001. С. 164–173.
9. Батлер Дж. Присвоение телом гендера: философский вклад Симоны де Бо-
вуар // Женщины, познание и реальность: Исследования по феминистской
философии / сост. Э. Гарри, М. Пирсел ; пер. с англ. М. : РОССПЭН, 2005.
С. 292–303.
10. Батлер Дж. Психика власти: теории субъекции / пер. Завена Баблояна
ков : ХЦГИ ; СПб. : Алетейя, 2002. 168 с.
11. Батлер Дж. Случайно сложившиеся основания: феминизм и вопрос о «пост-
модернизме» // Введение в гендерные исследования. Ч. II: Хрестоматия / под
ред. С.В. Жеребкина. Харьков : ХЦГИ ; СПб. : Алетейя, 2001. С. 235–257.
12. Бауман З. Индивидуализированное общество / пер. с англ. ; под ред. В.Л. Ино-
земцева. М. : Логос, 2002. 390
13. Бем С. Линзы гендера: Трансформация взглядов на проблему неравенства
полов / пер. с англ. М. : РОССПЭН, 2004. 336 с.
14. Берд Ш. Теоретизируя маскулинности: современные тенденции в социальных
науках // Наслаждение быть мужчиной: западные теории маскулинности и
постсоветские практики / под ред. Ш. Берд, С. Жеребкина. СПб. : Алетейя,
2008. С. 7–37.
ред. С.В. Жеребкина. Харьков : ХЦГИ, 2001 ; СПб. : Але-
с.
программе
. Мн. : Литерату-
. Харь-
269
Хитрук Е.Б. Мужское и женское: от природы к культуре
15. Бовуар С. де. Второй пол. Т. 1, 2 / пер. с фр. ; общ. ред. и вступ. ст. С.Г. Айва-
зовой, ком. М.В. Аристовой. М. : Прогресс ; СПб. : Алетейя, 1997. 832 с.
16. Бодрийяр Ж. В тени молчаливого большинства, или Конец социального. Ека-
теринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2000. 96 с.
17. Борисова Д., Стерхова
Review. 2011. № 10. С. 40–50.
18. Бородина Е.М. Элементы мужских обрядов в традиционной культуре казаче-
ства Западной Сибири // Сибирское казачество: история и современность:
сборник научных статей. Омск, 2011. С. 68–75.
19. Брайсон В. Политическая теория феминизма / пер. с англ. О. Липовской,
Т. Липовской. М. : Идея-Пресс, 2000. 304 с.
20. Буравой
ситете Витвортерсренда (ЮАР), март 2010 г.) // Социологические исследования. 2012. № 3. С. 128–133.
21. Бурганова Л., Ахмадеева К. Гендерные стереотипы в управлении (анализ дис-
курсивных технологий СМИ) // Власть. 2010. № 3. С. 65–69.
22. Бурдье П. Мужское господство // Социальное пространство: поля и практики /
пер. с фр. ;
экспериментальной социологии ; СПб. : Алетейя, 2005. С. 286–365.
23. Бутовская М.Л. Гомосексуализм и эволюция. Фрязино : Век 2, 2005. 64 с.
24. Бутовская М.Л. Тайны пола. Мужчина и женщина в зеркале эволюции. Фря-
зино : Век 2, 2004. 368 с.
25. Вавренюк Р. Секс в истории человечества. Величайшие заблуждения
стификации. СПб. : Питер, 2005. 304 с.
26. Вейнингер О. Пол и характер. М. : ТЕРРА, 1992. 480 с.
27. Вейнингер О. Пол и характер. Мужчина и женщина в мире страстей и эроти-
ки. М. : Форум XIX – XX – XXI, 1991. 191 с.
28. Вестермарк Э. Половые вопросы / пер. и предисл. О. Норвежского. 2-е изд.
М. : Либроком, 2011. 96 с.
29. Виндельбанд
30. Гегель Г.В.Ф. Собрание сочинений. Т. 7 / пер. Б. Столпнера. М. ; Л. :
Соцэкгиз, 1934. 380 c.
31. Гендерные тетради. СПб. : Филиал Института социологии РАН, 1997. Вып. 1.
128 с.
32. Гендерный калейдоскоп: курс лекций / под общ. ред. М.М. Малышевой. М. :
Academia, 2002. 520 с.
33. Гидденс Э. Ускользающий мир: как глобализация
англ. М. : Весь мир, 2004. 120 с.
34. Гилмор Д. Становление мужественности: культурные концепты маскулинно-
сти / пер. с англ. М. : РОССПЭН, 2005. 264 с.
35. Гилмор Дэвид Д. Загадка мужественности // Введение в гендерные исследова-
ния. Ч. II: Хрестоматия / под ред. С.В. Жеребкина. Харьков : ХЦГИ ; СПб. :
Алетейя, 2001. С. 880–904.
М. Восемь бесед с Пьером Бурдье (конспект выступления в универ-
отв. ред. перевода, сост. и послесл. Н.А. Шматко. М. : Институт
В. Платон. СПб. : Образование, 1904. 200 с.
О. Женщины как ценный актив // Harvard Business
и ми-
меняет нашу жизнь / пер. с
270
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]