Трудные вопросы истории. Революция 1917 г. и Гражданская война в России. 1917–1922 гг. Вып.3. Учебное пособие

о наказаниях, предусматривающую уголовную ответственность за превышение власти [17].

Те, кто отвечал за контрразведку в Главном управлении Генерального штаба, подготовили проект обращения к войскам А.Ф.Керенского, сменившего Гучкова на посту военного и морского министра. Данное обращение было оформлено в виде несекретного приказа по армии и флоту и 17 мая 1917г. подписано министром. В нем говорилось об усилившейся активности шпионских центров противника и опасности их деятельности для страны. «Для борьбы со шпионами, – отмечалось в приказе, – существуют особые секретные учреждения, именуемые контрразведывательными отделениями. Не смешивайте служащих этих отделений с агентами политическо­го сыска старого режима... и оказывайте им полное содействие» [19].

этой связи стоит упомянуть доклад главы французской военной миссии генерала А. Нисселя своему парижскому руководству о развитии ситуации в России. Он прямо отмечал, что «русской контрразвед­ки больше не существует» [20]. Это обстоятельство, кстати говоря, побудило разведывательные службы союзных России государств (Англии и Франции) приступить к форсированному укреплению своих официальных представительств и созданию связанных с ними нелегальных групп. Наблюдая стремление контрразвед­ки ГУГШ уклониться от работы по сторонникам прекращения во­енных действий из оппозиционных Временному правительству политических сил, союзники сами развернули активные опера­ции против большевиков, опираясь лишь на КРО Петроградского военного округа. Вся эта деятельность строилась исходя из ут­верждения, что многие из руководящего звена РСДРП(б) связаны с немецкими спецслужбами, действуют в их интересах, при их фи­нансовой поддержке.

войти в контакт с МВД и решить вопрос об организации КРО во всех губернских и областных центрах на базе общественной ми­лиции, однако с непосредственным подчинением начальнику шта­ба соответствующего округа [21].

ВГК в лице опытных обер-офицеров; 2)комплектование должно­стей начальников контрразведывательных отделений всех уровней исключительно офицерами, причисленными к Генеральному штабу либо имеющими высшее юридическое (военное или гражданское) образование; 3) устранение всех сотрудников, ранее служивших в Отдельном корпусе жандармов, органах политической и крими­нальной полиции, и воспрещение зачисления в штат КРО указан­ной

Комиссия начала свою работу 7 апреля 1917г. [27]. К этому вре­мени проекты всех необходимых документов уже имелись и пред­стояло их обсудить постатейно. Поскольку серьезных изменений никто из присутствовавших на заседаниях не внес, то с незначи­тельными поправками проекты и были единогласно приняты. 23апреля 1917г. помощник военного министра генерал Новицкий утвердил «Временное положение о контрразведывательной службе во внутреннем районе» [28].

примечании к параграфу первому «Временного положения», объектом деятель­ности контрразведывательных органов становился довольно не­определенный круг лиц, поскольку понятие «благоприятствовать» могло трактоваться практиками с огромным числом вариаций.

В виде Контрразведывательной части (КРЧ) ГУГШ был создан центральный аппарат контрразведки, а сама система приобрела более стройный характер. Органы контрразведки получили статус самостоятельных подразделений и в Главном управлении геншта­ба, и в окружных штабах.

«Временные положения» (как для ТВД, так и для внутреннего района) содержали специальное указание на необходимость на­значать на должности начальников КРО и их помощников только офицеров Генерального штаба, либо лиц, имеющих высшее юриди­ческое образование. Причем указанные категории руководителей должны были окончить специальные курсы по контрразведыва­тельной службе [32].

Не лучше обстояло дело и с гражданскими юристами, призван­ными в армию по мобилизации. Даже опытные следователи из их числа не поднимались в звании выше прапорщика и не знали в до­статочной степени военное дело [37].

Этим же приказом были созданы штатные контрразведыватель­ные пункты (КРП) в корпусах, а их начальники одновременно явля­лись помощниками руководителей КРО штаба армии. Штаты КРП приравнивались к армейским [39].

Генерал-квартирмейстер ГУГШ Потапов доложил военному ми­нистру, что к указанному времени во всех органах контрразвед­ки закончен процесс реорганизации, осуществлено два выпуска специальных курсов при ГУГШ, изданы необходимые инструкции и можно считать аппараты КРО окончательно сформированны­ми как на ТВД, так и во внутренних округах [40]. При этом генерал указывал на почти полное увольнение контрразведчиков царского времени.

Выше я показал, какие организационные и кадровые изменения произошли с военной контрразведкой с февраля по октябрь 1917г. Практически весь этот период высшие представители армейского командования и сами контрразведчики пытались убедить обще­ственность в том, что КРО не имеют никакого отношения к органам политического розыска, а занимается исключительно борьбой со шпионажем противника. Заявления об этом от имени Генерального штаба не раз помещались в газетах в виде воззваний за подписью Гучкова и Керенского, распечатывались в тысячах экземпляров и расклеивались на улицах и в казармах.

ки, а также и более мелкие исполнители в случае подозрительных действий или тенденций, дающих основание подозревать в их деятельности – руководство и снабжение денежными средства­ми из враждебных нам стран, подлежат безусловному обследо­ванию... Необходимо обратить внимание на деятельность наибо­лее активных и крайних агитаторов в «больных частях войск, будь то солдаты

Иначе обстояло дело в Петрограде. Руководитель КРО ПВО ка­питан Никитин расходился по принципиальным вопросам с гене­рал-квартирмейстером ГУГШ Потаповым и считал необходимым активно вести работу против большевиков, расценивая их действия как способствующие военному противнику в подрыве боеспособ­ности русской армии. Следует отметить, что, будучи участником комиссии по выработке «Временного положения о контрразведы­вательной службе», он был одним из тех, кто настоял на расшири­тельном толковании основной задачи контрразведки, что, несом­ненно привело к политизации ее деятельности.

успешной. В частности, доведение до представителей воинских частей Петроградского гарнизона неко­торых материалов о якобы причастности сторонников В.И.Ленина и его самого к германской разведке, использование отделением воз­можностей прессы в дни июльского выступления большевиков по­зволило Временному правительству удержаться у власти [46].

Министр юстиции 3 июля 1917г. утвердил положение об указан­ном отделе. Его задачи определялись следующим образом: 1) борь­ба со шпионажем воющих с Россией держав; 2) борьба с попытками насильственного восстановления старого строя.

В Главном управлении Генерального штаба поначалу отнеслись к инициативе Переверзева нейтрально. На присланном в ГУГШ по-