Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сложные проблемы молодежной политики
.pdf
Ассоциация
развития аналитического потенциала личности, общества и государства
«Аналитика»
117393, Москва, ул. Профсоюзная, д.78
association-analytics.ru, analytics.rus@mail.ru
С.Г. Кара-Мурза
Сложные проблемы молодежной политики
Серия «Библиотека аналитика»
Москва - 2016
2
УДК 32.019.5
ББК 60
К21
К21 Кара-Мурза С.Г. Сложные проблемы молодежной политики. – М.:
«Когито-Центр». 2016. – 56 с.
ISBN 978-5-89353-490-0
УДК 32.019.5
ББК 60
Для эффективной молодежной политики надо иметь верный образ:
объекта (молодежи в реальности России) как динамической системы;
воздействия ее среды; критических проблем и противоречий, порождающих
кризисы и разрывы. Этот образ сейчас неадекватен: из-за дефицита знания
нет четкого проекта ни функций политики, ни ее структур-исполнителей.
Вместо выбора векторов и ориентиров для целевого развития объекта
антикризисные службы подавляют или «замораживают» симптомы угроз и
проблем без лечения.
В книжке представлены несколько проблем молодежи, чреватых
кризисами. Было бы полезно выявить и подвергнуть анализу все ядро
подобных проблем и составить их «карту» в динамике изменений и их
взаимодействии. На этой основе можно будет провести полноценный
структурно-функциональный анализ молодежной политики.
Ассоциация «Аналитика» выражает благодарность
АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей»
за спонсорскую поддержку в издании данной брошюры
© Кара-Мурза С.Г.
3
ВСТУПЛЕНИЕ: СОВРЕМЕННАЯ МОЛОДЕЖЬ РОССИИ –
МАЛОИЗУЧЕННЫЙ ПРЕДМЕТ…………………………………………….
МОЛОДЕЖЬ В КРИЗИСНОМ ОБЩЕСТВЕ ……………………………….
ФОН ДЕМОГРАФИИ………………………………………………………...
КУЛЬТУРНЫЙ КРИЗИС……………………………………………………
МОЛОДЕЖЬ И ТРУД………………………………………………………..
ВОЗДЕЙСТВИЕ РЕФОРМЫ НА МОЛОДЕЖЬ……………………………
БЕДНОСТЬ МОЛОДЫХ……………………………………………………..
КРАЙНИЕ ФОРМЫ АНОМИИ МОЛОДЕЖИ…………………………….
КРИЗИС КАК ГЕНЕРАТОР «НЕОБЫЧНЫХ» ОБЩНОСТЕЙ……………
ЛИТЕРАТУРА……………………………………………………....................
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ ……………………………………………………
4
6
11
16
21
28
36
41
46
52
55
СОДЕРЖАНИЕ
4
ВСТУПЛЕНИЕ:
СОВРЕМЕННАЯ МОЛОДЕЖЬ РОССИИ
– МАЛОИЗУЧЕННЫЙ ПРЕДМЕТ
Много ведомств готовят и реализуют молодежную политику. На виду
усилия двух крайних типов: 1) оптимистические программы
(патриотизм, «наши», инновации, традиции); 2) контроль за группами с
девиантным или преступным поведением, нейтрализация протестных
движений.
Судя по литературе и практике, подспудные и обыденные массивные
процессы в молодежи оставлены в тени. Они учтены в молодежной
политике как постоянная инертная часть, которой занимаются другие
службы. Из-за этого образ (модель) объекта политики, – молодежь в
конкретной актуальной реальности России – не высвечивает тех
структур, в которых вызревают самые проблемные риски и угрозы.
Данная записка посвящена именно этой части молодежной политики.
Здесь даны несколько кратких («грубых») тезисов, аргументированных
эмпирическими исследованиями социологов. Совокупность их
публикаций можно считать весьма надежный срез реальности, хотя
политических доктрин в них не предлагаются. Тем они и ценны, их
данные объективны (с учетом подвижности объекта наблюдения).
Однако в целом молодежная политика страдает от слабости ее научного
«сопровождения» и осмысления того, что происходит в процессе
переживаемой нами социальной катастрофы, которая в большей
степени форматирует современную молодежь.
Изъян молодежной политики проявляется уже в том, что ее
программные документы не имеют вводного «теоретического» раздела,
в котором было бы дано объяснение причин, которые заставляют
предпринять такую программу, а также изложение представлений о
предмете программы. Трудно сказать, зачем эта политика (ее функции)
и кто будет ее выполнять (ее структуры).
Любая программа должна указать, какие политические, социальные и
культурные механизмы создали угрозы и проблемы, которые должна
преодолеть или смягчить их, и какими средствами предполагается (если
предполагается!) остановить действие этих механизмов. Не определив
силы и структуры, которые порождают угрозы и проблемы, никакая
программа не будет эффективной.
В этой записке говорится именно о проблемах и угрозах.
Первая проблема: не создан образ современной молодежи,
непосредственного предмета молодежной политики. О молодежи
говорят как о гомогенной массе без структурирования. В
действительности молодежь – это скорее система большого числа
общностей, резко различающихся по демографическим,
5
экономическим, культурным и политическим признакам. Эта очень
динамичная система плохо изучена.
Например, молодежь в советском обществе претерпела несколько
более или менее глубоких разрывов непрерывности в преемственности
мировоззренческой матрицы, но между этими разрывами по 2-3
поколения составляли стабильные блоки, что упрощало практику
молодежной политики. Но с 1980-х гг. процессы формирования и
развития поколений стали крайне турбулентными. Наблюдения за
этими процессами стали сложной функцией, которая требует больших
усилий и обновления методологии.
Для начала уточним понятие поколение. В социологии с небольшими
вариациями понимают этот термин так: «Процесс формирования
поколения как чего-то уникального и самобытного тянется несколько
лет. Его нижняя граница — поздняя юность (17 лет), а верхняя —
ранний период взрослости (25 лет) Именно в этот момент у человека
формируются собственные взгляды на общественно-политические
явления. Характер поколения, сформированный событиями,
происходившими во времена юности, оказывает решающее влияние на
всю последующую — взрослую — жизнь людей» [13]. Иногда
расширяют рамки формирования поколения от 8 лет до 12: от 15 лет до
27 лет.
В данный момент проблемное состояние молодежной политики
определяют два разных поколения: ядро первого поколения –
пережившие подростками крах СССР (сейчас им за 30), ядро второго –
«постсоветские», рожденные в 1990-е годы (им 16-25 лет). На сцену
начали выходить подростки, выросшие в «тучные годы», сейчас
брошенные в кризис, – это третье проблемное поколение на подходе.
Различие поколений наши ученые и политики недооценивают. На
деле, поколения, которые формируются в ходе изменений главных
институтов и картины мира – почти разные народы. Полезно сравнить
молодежь Украины «Майдана-2004» и «Майдана-2014» – это
принципиальные молодежные общности.
В 1990-е общество раскололось на «благополучных» и «бедных», эти
общности расходятся и соединяются в разные «два народа». Их
молодежь – разные культурные типы. Еще линии разрыва: регионы,
типы поселений и «мобилизованная этничность». Отдельного изучения
требуют диаспоры и общность трудовых мигрантов. В ходе распада
больших общностей возник мультикультурализм молодежи:
атомизированные молодые люди стали группироваться «по стилям».
Сформировалось большое число молодежных субкультур. Наверху
видны их активные организованные группы, а внизу рыхлые массы
симпатизирующих. Они могут быть активированы.
6
Необходима «карта» структуры молодежи, связи между ее
элементами и с подсистемами общества (включая преступный мир) и
государства, а также с внешней средой. На ее основе можно сделать
«карту» актуальных и вероятных угроз, зарождающихся в молодежи.
Важным условием успеха программирования политики является
умение представить объект политики в каком-то чувственном образе в
процессе его развития (шире, изменения). Обычно для этого прибегают
к «визуализации», составляя образ изучаемой системы в каких-то
знаках. Без этого трудно сформулировать цели, покольку предмет
«молодежь» – гетерогенная и изменчивая система. Подходы к каждому
элементу этой системы преследуют разные цели и используют разные
средства.
В данный момент почти нет разработок по визуализации образов
больших общественных систем, из-за чего качество политических
доктрин очень ухудшилось. Политики не видят большую систему в
целом, особенно в динамике. Они не имеют ее образа и готовы
рассуждать лишь о конкретных элементах системы или представляют
ее бесструктурной массой – как, например, молодежь.
В среде обществоведов большее внимание молодежи уделяют
социологи. За последние 30 лет они накопили огромный массив
эмпирических данных. Если сохранять чувство меры и делать скидку на
то волнение, с которым социологи формулируют свои выводы из
исследований социального самочувствия разных молодежных групп, то
массив статей главного профессионального журнала «Социологические
исследования» («СОЦИС») за 1989-2016 годы можно принять за
выражение экспертного мнения большого научного сообщества.
Важным качеством этого коллективного мнения служит и длинный
временной ряд – динамика оценок за все время реформы.
В своих оценках сообщество социологов России практически
единодушно. Статьи различаются лишь в степени политкорректности
формулировок. Эта записка составлена в основном на выводах
исследований социологов, автор лишь сделал отбор этих выводов из
большого массива и сделал акцент на небольшом перечне проблем
молодежной политики. Расширить этот перечень при необходимости
можно очень быстро.
МОЛОДЕЖЬ В КРИЗИСНОМ ОБЩЕСТВЕ
Социологи говорят: молодежь – это «группа риска в кризисном
обществе». Такой предмет не описан в учебниках, у нас нет опыта в
обращении с ним, не помогут нам и западные эксперты. Нужна научная
программа с системной методологией. Ни советское, ни нынешнее
7
обществоведение за такие задачи не брались и не берутся. Предмет как
целостность делится на кусочки, ход массивных процессов не виден.
Здесь важно понятие кризисное общество, в котором обитает
молодежь. Кризис – это особый тип бытия. Это – болезнь общества
(хозяйства, государства). Как и при болезни человека, в этот период
необходимо создать особый тип жизнеустройства, качественно
отличный от образа жизни стабильного времени. Это значит, надо
создавать новые социальные формы и нейтрализовать те социальные
формы, которые провоцируют или усиливают болезнь.
Очевидно, что перед государством и обществом возникли
совершенно новые задачи, которых не было ни в царской России, ни в
СССР, но возможности составить объективную и системную картину
состояния и процессов в сфере российской молодежи неадекватны.
Потенциал рационального изучения этой сферы очень низок, но еще
тревожен тот факт, что и тот эмпирический материал, который
поставляют научные и ведомственные службы социологии, ни
государство, ни общество не используют.
В обзоре недавнего международного симпозиума социологов о
проблемах молодежи сказано: «Участники отмечали, что несмотря на
пристальное внимание со стороны социологов, комплексное
осмысление и открытое научное обсуждение того, что происходит с
молодыми на постсоветском пространстве, все еще редкость».
Очевидно, что молодежная политика (МП) должна исходить из
объективных условий, в которых существует множество общностей,
составляющих молодежь, и из восприятия реальности (объективных
условий) каждой общности. Ведь сытый голодного не понимает, а
здоровый равнодушен к реформированию здравоохранения.
В принципе, срочная и чрезвычайная задача молодежной политики –
анализ состояния здоровья молодежи в целом и по группам, а затем
представление этой проблемы как пункта национальной повестки дня.
Пока что эта проблема замалчивается политиками, обществом и СМИ.
Даже медицинское сообщество старается обходить систему причин
бедственного состояния, констатируя факты.
Вот выжимка из докторской диссертации (2014). В ней кратко
очерчен образ состояния здоровья особой группы молодежи –
студентов. Объяснить причины этого состояния и предложить варианты
выхода из этого состояния – обязательная функция молодежной
политики. Без этого не преодолеть отчуждение студентов от
государства.
Вот что пишет автор диссертации: «К концу XX века в РФ
произошли крупные социально-экономические преобразования,
которые сопровождались значительным ухудшением состояния
8
здоровья как населения в целом, так и отдельных социальных групп, в
1991
1998
На 100 000 подростков
Все болезни
57770,9
78409,5
в том числе:
инфекционные и паразитарные болезни
2124,7
4188,1
новообразования
67,3
189,2
болезни эндокринной системы, расстройства
питания, нарушения обмена веществ
и иммунитета
523,0
2013,3
болезни крови и кроветворных органов
111,0
404,3
из них анемии
77,3
338,3
болезни нервной системы и органов чувств
3320,9
6592,5
болезни системы кровообращения
389,3
802,4
болезни мочеполовой системы
1061,7
3425,8
болезни кожи и подкожной клетчатки
3175,4
5087,0
болезни костно-мышечной системы
и соединительной ткани
1098,6
3141,5
том числе молодежи. В большей степени негативные тенденции в
состоянии здоровья молодежи отмечаются в процессе их
профессионального обучения: во многих регионах РФ наблюдается
рост заболеваемости среди студентов, расширяется спектр
“студенческих” болезней; увеличивается число студентов-инвалидов.
Практически здоровыми признаны лишь 16,5% студентов.
Причинами сложившейся ситуации являются нездоровый образ
жизни, неблагоприятные социально-экономические, экологические,
санитарно-гигиенические условия обучения и жизнедеятельности
(режим труда и отдыха, нерациональное питание, жилищные условия и
т.д.), а также высокий уровень психического напряжения…
Положение усугубляется тем, что реформирование здравоохранения
в РФ в последние годы привело к разрушению системы диспансерного
наблюдения студентов вузов, сокращению числа профилактических
осмотров студенческой молодежи» [16].
Вот бесстрастная статистика:
ЗАБОЛЕВАЕМОСТЬ ПОДРОСТКОВ В ВОЗРАСТЕ 15-17 лет
в 1990-1998 гг. [15]
(зарегистрировано больных с диагнозом, установленным впервые в жизни)
По данным ежегодной диспансеризации, опубликованным
Министерством здравоохранения и социального развития РФ, в 2009
году среди 13,58 млн. детей, обучающихся в школах, только 20,8% (в
2008 году – 21,4%) имеют I группу здоровья, более 53,8% имеют
различные функциональные отклонения, 28–37% – хронические
9
заболевания. Среди выпускников школ более 76% не являются
абсолютно здоровыми [14].
Приведем констатации медиков.
Вот «Итоги XII Конгресса педиатров России. 2008»: «По данным
НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подростков, полученным при
углубленных обследованиях за последние 5 лет, прослеживается почти
двукратное увеличение распространенности хронической патологии за
период пребывания детей в образовательных учреждениях Москвы. В
2005-2007 гг. по сравнению с 1998-2000 гг. I группа здоровья
уменьшилась в 3 раза...
По мнению участников конгресса, важным фактором, влияющим на
здоровье учащихся, является модернизация системы образования,
связанная с повышением учебных нагрузок, использованием новых
педагогических технологий без учета возрастных
психофизиологических особенностей и функциональных
возможностей».
На ХV Конгрессе педиатров России (2011 г.) было заявлено, что
только 10% выпускников школ совершенно здоровы, 60% юношей
призывного возраста больны. Ухудшилось физическое развитие:
средний рост мальчиков за 20 лет уменьшился 2 сантиметра, вес – на
1,3 килограмма, девочек – на 1,6 килограмма. Подростки стали слабее:
динамометрия правой кисти у мальчиков уменьшилась на 10
килограммов, у девушек – на 6 в сравнении со сверстниками 1990-х
годов.
Вот данные «Итогов XVIII Конгресса педиатров России. 2015». Здесь
надо внимательно читать каждую фразу: «За период с 2000 по 2013 гг.
общая распространённость нарушений здоровья и развития среди детей
в возрасте до 14 лет увеличилась на 27,5%. Среди детей старшего
подросткового возраста (15-17 лет) – на 50%. Среди детей всех
возрастов отмечается преимущественный рост хронической патологии.
Её доля в структуре всех нарушений здоровья в настоящее время
превышает 30%.
По данным Минздрава России, в течение последних ряда лет среди
детей уже в возрасте 1 – 4 лет внешние причины занимают первое
ранговое место в структуре причин смерти. Их доля с возрастом
прогрессивно возрастает, достигая в возрасте 15-17 лет 75%. Следует
отметить, что влияние медицинских факторов на формирование
внешних причин смерти, особенно в старших возрастах, достаточно
невелико. Здесь ведущую роль играют другие факторы, прежде всего –
социальные и экономические.
Не более 10% детей в полном объёме справляются с требованиями
школьных образовательных программ. Среди 85% старшеклассников,
10
имеющих хронические болезни, выявляются признаки социальной и
психологической дезадаптации. По данным специальных исследований
65,9% детей старшего подросткового возраста по состоянию здоровья
имеют ограничения в выборе профессии и трудоустройстве. Ежегодно
по состоянию здоровья до 30% юношей в возрасте 16-17 лет
признаются негодными к военной службе.
Снижается репродуктивное здоровье молодёжи. По данным
эпидемиологических исследований, до 40% бесплодных браков
являются результатом мужского бесплодия, 45% - женского бесплодия
и 15% - бесплодия обоих супругов. В большинстве случаев корни
бесплодия лежат в детском и подростковом возрасте».
На Конгрессе в 2016 г. приведены близкие данные.
Культурный кризис вызвал упадок морали, в том числе в форме
«сексуальной революции» 1990-х гг. Например, произошел взрывной
рост заболеваемости сифилисом. Заболеваемость подростков
сифилисом стала расти с 1991 г. а у девочек в возрасте 15-17 лет
увеличилась в 1996 г. относительно 1985 г. в 74 раза. Но спектр
болезней, связанных с упадком морали, широк, и некоторые из таких
болезней гораздо опаснее сифилиса.
Вот что сказано в Государственном докладе «О состоянии здоровья
населения Российской федерации в 1999 г.» (М., 2000): «Среди причин,
приведших к увеличению заболеваемости инфекциями, передаваемыми
половым путем, следует указать, прежде всего, на происшедшие
изменения социально-экономических отношений, приведших к
расслоению населения, повлиявших на поведенческие, в том числе
сексуальные, реакции людей… Регистрируемый уровень инфекций,
передаваемых половым путем, не отражает истинной заболеваемости
населения страны, так как коммерческие структуры и организации, а
также частнопрактикующие врачи не заинтересованы в полной
регистрации и сообщении сведений в органы здравоохранения о числе
принятых ими больных…
Начиная с 1994 г. в РФ складывается принципиально новая
эпидемическая ситуация по гепатиту В (ГВ). Резко изменившиеся
социальные условия, искажение представления о жизненных
ценностях, снижение нравственного уровня среди молодежи привели к
резкому росту заболеваемости ГВ. Эти негативные процессы резко
превысили успех в борьбе с ГВ, достигнутый к началу 90-х годов. Рост
заболеваемости обусловлен двумя возрастными категориями: 15-19 и
20-29 лет, вовлекаемыми в наркоманию и неупорядоченные
сексуальные контакты».
Вот оценка эксперта в 2011 г.: «По данным заболеваемости и
распространенности гепатита В в России носителями инфекции вируса
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]