Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Корпоративный шантаж. Криминологическая характеристика и противодействие. Монография
.pdf
том числе исключение возможности наделения статусом частного охранника
или детектива лиц из криминальной среды;
– установление специальных требований по допуску частных охранных
структур к обеспечению охраны общественного порядка в местах проведения
массовых мероприятий, а также безопасности стратегических и иных жизненно важных объектов.
В целом идея совершенствования регулирования в данной сфере,
установление четких и ясных принципов и механизмов лицензирования заслуживает одобрения хотя бы в силу того, что в последнее время участились случаи
использования частных охранных предприятий в рейдерских захватах. Также
были законодательно открыты пути создания целых «частных армий» в области охраны транспортных и энергетических объектов, принадлежащих естественным монополистам
.
Совершенствование законодательства о государственной регистра-
ции юридических лиц и индивидуальных предпринимателей
Анализ уголовных дел, находящихся в производстве СК при МВД России,
показывает, что 90 % всех рейдерских захватов сопровождаются регистрацией фиктивных сведений об исполнительном органе или участниках юридического лица. Зачастую используются фирмы-«однодневки», созданные исключительно для совершения операций в
рамках рейдерского захвата. Причиной
этому является отсутствие в законодательстве о регистрации юридических
лиц механизма по обеспечению достоверности регистрируемой информации.
Аналогичный механизм действует практически во всех европейских странах
(Германия, Италия, Бельгия, Франция, Люксембург и др.).
В итоге рейдеры создают псевдоправовую базу для захвата, приобретают
права руководителя хозяйствующего субъекта и с момента
госрегистрации
распоряжаются уже не чужим имуществом, а активами возглавляемого юридического лица.
Противодействие данному явлению возможно путем проведения тщательных проверок полноты и достоверности сведений, представляемых в
ИФНС при регистрации предприятий. Вместе с тем действующее законодательство не позволяет ИФНС проводить подобные проверки.
Так, в соответствии с Федеральным законом от 8 августа
2001 г. № 129-ФЗ
«О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных пред-
принимателей» налоговые органы не проверяют достоверность поступающих
к ним сведений об изменениях, вносимых в учредительные документы юридических лиц. В течение 5 дней
1
они обязаны произвести госрегистрацию и
выдать заявителю на руки соответствующий документ.
По этому поводу в отчете о результатах социологического исследования
«Рейдерство как социально-экономический и политический феномен совре-
1
До 2002 г. срок составлял 30 дней.
61
менной России» (Центр политических технологий, г. Москва, май 2008 г.)
справедливо отмечается следующее: «налоговая инспекция в течение 5 дней
обязана зарегистрировать новую фирму. Мошенники приходят в регистрирующий орган с "липовым" протоколом о якобы прошедшем заседании акционеров, на котором, к примеру, произошло изменение статуса компании с
ООО на ОАО, и одновременно якобы
произошли изменения в составе руководства. Потом регистрируется новая фирма, документы на владение которой
мошенники представляют в частные охранные предприятия и заключают с
ними договор. После этого в сопровождении вооруженных людей в униформе проходят в здание компании и силой выгоняют ничего не понимающее
руководство и сотрудников. В подобном захвате
предприятия иногда участвуют до 200–300 частных охранников. И пока руководство компании обратится в суд, пройдет достаточно много времени для того, чтобы мошенники
распродали активы предприятия и бесследно исчезли»
1
.
Данный законодательный пробел активно используется рейдерами в достижении преступного замысла. К сожалению, злосчастный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» является предметом авторской гордости адепта рыночного либерализма
Г. Грефа и уже на протяжении многих лет подряд являет собой шедевр дебюрократизации порядка регистрации, внедрением которого
гордятся высшие
должностные лица государства. Видимо, именно поэтому закон до сих пор
никто не решался «пальцем тронуть» и пробелы в нем способствуют распространению коррупции и рейдерства.
Именно этот законодательный пробел позволяет регистрировать любые
изменения, касающиеся системы корпоративного управления в хозяйственном обществе, написав «липовый» протокол общего собрания участников
фактически на
ступеньках налоговой инспекции.
С момента регистрации «переназначенный» генеральный директор приобретает исполнительно-распорядительные полномочия и может отчуждать активы юридического лица. Это и является ключевым этапом рейдерской схемы.
Гендиректор заключает сделку купли-продажи активов (как правило – недвижимости), которая регистрируется в органах ФРС РФ. Затем совершается
ряд сделок с целью
создания добросовестного приобретателя, у которого
собственник (на этот момент времени уже бывший) вряд ли сможет отсудить
похищенное здание, помещение или иное имущество.
Таким образом, роль органов государственной регистрации в этих ситуациях является ключевой. Согласно Федеральному закону «О государственной
регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» основанием для осуществления государственной регистрации
юридических лиц
является предоставление заявителем соответствующих документов, по кото-
1
См.: Филимонова B. Указ. соч. С. 101–139; Рейдерство как социально-экономический и полити-
ческий феномен современной России // Неотложная правовая помощь: информ.-аналит. бюл. М.,
2008. С. 13–26.
62
рым регистрирующий орган не вправе проводить правовую экспертизу на
предмет их достоверности. Это приводит к тому, что при отсутствии формальных оснований для отказа в государственной регистрации регистрирующий орган обязан произвести такую регистрацию независимо от того,
соответствуют ли действительности сведения в представленных документах.
По мнению председателя Совета Федерации С. Миронова
, «данное положение позволяет недобросовестным заявителям представлять для государственной регистрации недостоверные и подложные документы, что способствует
мошенническому хищению имущества, в том числе в рамках так называемых
"корпоративных войн", "недружественных поглощений" при переделе собственности»
1
. Нормы упомянутого Федерального закона дают возможность осу-
ществлять легальную государственную регистрацию так называемых фирмоднодневок в целях ухода от налогообложения, использования незаконных
схем возмещения из бюджета налога на добавленную стоимость. Кроме того,
Единый государственный реестр юридических лиц в значительной степени
теряет свое значение, поскольку не обеспечивает достоверности содержащихся
в нем
сведений. Изложенное свидетельствует о необходимости внесения в указанный Федеральный закон изменений в части предоставления регистрирующему органу права отказывать в регистрации в случае недостоверности сведений в документах, представленных на государственную регистрацию.
В постановлении Совета Федерации ФС РФ от 19 марта 2008 г. № 86-СФ
указано, что, «законодательство, регулирующее вопросы, связанные с
оспариванием записей в Едином государственном реестре юридических лиц, в
том числе по делам, касающимся так называемых "корпоративных захватов"
(рейдерства), не содержит ответов на вопросы об основаниях и порядке оспаривания таких записей»
2
.
С учетом изложенного следует согласиться с позицией СК МВД России о
необходимости незамедлительного внесения изменений в Федеральный закон
«О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»
3
.
Полагаем, что изменения, подлежащие внесению в Федеральный закон
«О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных пред-
принимателей», должны заключаться в реализации следующих предложений
по совершенствованию процедуры регистрации юридических лиц и преду-
1
См.: Постановление Совета Федерации Федерального Собрания РФ от 19 марта 2008 г. № 86-СФ
«О докладе Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации 2007 года "О состоя-
нии законодательства в Российской Федерации"» // СПС «Консультант Плюс».
2
См.: Постановление Совета Федерации Федерального Собрания РФ от 19 марта 2008 г. № 86-СФ
«О докладе Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации 2007 года "О состоя-
нии законодательства в Российской Федерации"».
3
См. подробнее о предложениях СК при МВД России: Сычев П. Г. Эффективное противодейст-
вие рейдерским захватам – защита системы корпоративного управления // Корпоративные споры. 2009. № 1.
63
преждению внесения в ЕГРЮЛ недостоверной информации: введение обязательной явки заявителя в ИФНС и удостоверения его личности; отказ от пересылки документов по почте; обязательное уведомление постоянно действующего исполнительного органа юридического лица о производстве регистрационных действий (а также участников, имеющих долю в уставном капитале более 50 %); обязательное нотариальное удостоверение протокола общего собрания участников (акционеров) и заявления о производстве регистрационных действий, представляемых в налоговый орган; увеличение срока
регистрации до 30 дней, а при нахождении участников (акционеров) в другом
субъекте Российской Федерации – до 45 дней; обязательное направление в
орган внутренних дел материалов, содержащих признаки фальсификации.
Кроме того, целесообразно дополнить п. 1 ст. 23 («Отказ в государственной регистрации») Закона подпунктами «ж», «з», «и», указывающими на следующие случаи:
ж) установлен факт нарушения порядка создания юридического лица,
установленного действующим законодательством;
з) установлен факт недостоверности предоставляемых для государственной регистрации сведений);
и) установлен
факт несоответствия учредительных документов требо-
ваниям действующего законодательства.
Данные предложения неоднократно нами формулировались, но, к сожалению, они до сих пор не реализованы. Тем временем ежемесячно в различных
регионах страны происходит не менее десяти рейдерских захватов недвижимого имущества, и практически все они сопровождаются регистрацией в органах ФНС фиктивных
сведений об исполнительных органах или участниках
юридических лиц.
Необходимо также законодательно закрепить обязанность нотариуса проверять полномочия заявителя на подписание заявления о государственной
регистрации юридического лица при нотариальном свидетельствовании подписи на таком заявлении. Кроме того, предусмотреть, что данное нотариальное действие должно совершаться нотариусом лишь по месту нахождения
регистрируемого
юридического лица.
Целесообразно ввести норму, указывающую, что при внесении в Реестр
изменений, касающихся сведений об участниках юридических лиц, заявление, помимо подписи заявителя, должно удостоверяться подписью со стороны лица, чья доля уменьшается. А при внесении в Реестр изменений, касающихся сведений о юридическом лице или ином лице, уполномоченном действовать
от имени юридического лица без доверенности, заявление должно дополнительно удостоверяться подписью со стороны одного из участников юридического лица, уполномоченного на это компетентным органом управления
данной организации, принявшим решение о смене руководителя. Также дополнительно должна быть предоставлена нотариально удостоверенная копия
документа, на основании которого изменяются сведения о юридическом
64
лице.
Для тех случаев, когда почтовый адрес, указанный в заявлении о регистрации юридического лица, отличается от зафиксированного в Реестре адреса
постоянно действующего исполнительного органа этого лица, необходимо
установить обязанность регистрирующего органа направлять в оба адреса
расписку о получении документов, представленных на регистрацию. Тем самым будут исключены случаи, когда владелец фирмы
последним узнает, что
собственность у него «уведена».
Чрезвычайную актуальность имеет обеспечение эффективного взаимодействия между ОВД и федеральными инспекциями по налогам и сборам.
В настоящее время, несмотря на достаточную скрупулезность регламентации порядка взаимодействия ОВД и федеральных инспекций по налогам и
1
сборам
, ряд проблемных вопросов, непосредственно относящихся к рассматриваемой теме, остается не разрешенным до настоящего времени. Перечислим некоторые.
Первая проблема вызвана тем, что Налоговым кодексом Российской Федерации (ч. 3 ст. 32) определена обязанность налоговых органов направлять
сообщения о преступлениях, выявленных в ходе налоговой проверки, в строго ограниченных случаях. Сообщения в
ОВД (для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) в обязательном порядке (в течение 10 дней со дня
выявления) направляются только при наличии признаков преступлений, связанных с невыполнением налогоплательщиком требования об уплате налога
(сбора) (по истечении двух месяцев со дня истечения срока исполнения названного требования) или когда налогоплательщик (плательщик
сбора) полностью не погасил указанную в данном требовании недоимку, размеры которой позволяют предполагать факт совершения нарушения законодательства о
налогах и сборах, содержащего признаки преступления.
Сказанное относится к признакам преступлений, предусмотренных
ст. 198, 199, 199.1, 199.2 УК РФ, при совершении нарушения законодательства о налогах и сборах.
В то же время практика показывает, что
налоговые органы в ходе выполнения своей функциональной деятельности сталкиваются с более широким
кругом правонарушений, подпадающих под действие УК РФ, но при этом не
относящихся непосредственно к налогам и сборам. Здесь мы имеем в виду, в
том числе, и преступления, составляющие общественно опасное явление –
рейдерство.
Однако в отношении этих общественно
опасных деяний, содержащих
признаки преступления, налоговым органам обозначено только право направлять материалы по выявленным нарушениям, т. е. обозначен принцип
дискретности (целесообразности, личного усмотрения).
1
См.: Приказ МВД России и Федеральной налоговой службы от 30 июня 2009 г. № 495/ММ-7-2-
347 «Об утверждении порядка взаимодействия органов внутренних дел и налоговых органов по
предупреждению, выявлению и пресечению налоговых правонарушений и преступлений» //
Российская газета. 2009. 16 сент.
65
Налоговые органы часто являются источником информации о фактах мошенничества, связанных с изменениями, вносимыми в учредительные документы юридического лица и внесениями изменений в сведения о юридическом
лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ. При этом целью предоставления подложных
документов является криминальное присвоение прав на владение и управление юридическими лицами и пользование результатами
их деятельности.
В соответствии со ст. 17 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» для соответствующих изменений в налоговый орган представляются документы:
а) подписанное заявителем заявление о государственной регистрации по
форме;
б) решение о внесении изменений в учредительные документы юридического лица; изменения, вносимые в учредительные
документы юридического
лица.
При этом от инициатора требуется всего лишь подтверждение того, что
изменения, вносимые в учредительные документы юридического лица, соответствуют установленным законодательством требованиям; что сведения,
содержащиеся в этих учредительных документах и в заявлении, достоверны;
соблюден установленный законом порядок принятия решения о внесении
изменений в учредительные документы юридического лица. Следует
признать, что указанное требование формально. Факты мошенничества периодически визуально устанавливаются сотрудниками налоговых органов, занимающихся регистрацией документов.
Сказанное подтверждается результатами опросов сотрудников налоговой
инспекции. Так, на вопрос: «Что Вы делаете в случае обнаружения сфальсифицированных документов?» 74 % опрошенных ответили, что материалы
возвращаются обратно инициатору изменений с требованием оформить документы надлежащим образом. 16 % опрошенных пояснили, что в наиболее
очевидных случаях подделки документов уведомляют руководство по собственной инициативе. При опросе руководства инспекций выяснилось, что в
ОВД для проверки информации направлялось лишь 5 % от сообщенной сотрудниками-регистраторами информации. На вопрос о причинах ненаправления в ОВД сообщений по фактам представления в налоговые
органы недоброкачественных материалов ответом было отсутствие обязанности осуществлять данную функцию (т. е. уже упомянутый нами принцип дискретности).
О большом потенциале взаимодействия, связанного с такой его формой,
как своевременное сообщение в ОВД о фактах представления в налоговые
органы фальсифицированных документов, направленных на внесение изменений в учредительные документы, свидетельствуют
немногочисленные случаи представления налоговыми органами в ОБЭП соответствующей информации. Так, в 2005 г. сотрудниками инспекции Федеральной налоговой службы России № 15 по г. Санкт-Петербургу был выявлен факт представления
подложных документов о смене генеральных директоров в обществах с огра-
66
ниченной ответственностью «Пушкинская» и «Магазин "Смольнинский"».
При проведении оперативных мероприятий по проверке обстоятельств данного факта была установлена организованная преступная группа в составе
семи человек: Г. Индоита, Н. Павлова, А. Гнутова, В. Холопова, А. Бурылева,
П. Гаврилова, Д. Смекалова и В. Шишкиры. В ходе расследования возбужденного уголовного дела было установлено
, что указанные лица вступили в
преступный сговор с целью завладения недвижимым имуществом обществ с
ограниченной ответственностью «Пушкинская» и «Магазин "Смольнинский"». Данные лица привлечены к уголовной ответственности и городским
судом Санкт-Петербурга признаны виновными в совершении преступлений,
предусмотренных ч. 4 ст. 159 (мошенничество, совершенное организованной
группой) и ч. 4 ст. 174.1 (легализация (отмывание) денежных
средств или
иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления) УК РФ.
Сказанное подтверждает ранее сформулированный вывод о целесообразности законодательного закрепления (хотя бы в рамках упомянутого Приказа) обязанности налоговых органов направлять в орган внутренних дел материалы (документы, представленные для регистрации), содержащие признаки
фальсификации.
Другая проблема заключается
в необходимости решения на нормативном
уровне задачи по созданию более благоприятных условий для наиболее полного выявления сотрудниками налоговых органов фактов фальсификации
документов. Суть проблемы заключается в том, что регистратор документов
не всегда с уверенностью может утверждать, что на регистрацию представлены подложные документы. Возникает необходимость проведения исследования документов,
вызывающих сомнение в их подлинности. И здесь обнаруживается серьезный пробел в действующем законодательстве: у сотрудников налоговых инспекций не предусмотрена не только обязанность, но и возможность документы, вызывающие сомнение в их достоверности, направлять
на исследование в экспертно-криминалистические центры и лаборатории
судебных экспертиз на предмет выявления фактов фальсификаций.
Представляется
, что разрешение перечисленных проблем не представляет
большой сложности, если внести в акты о ФНС РФ обязанность выявлять
любые правонарушения, влекущие уголовную ответственность, с направлением материалов, содержащих признаки преступлений, в ЭКЦ по субъектам
федерации или лаборатории судебных экспертиз.
В свою очередь, следует на федеральном уровне обязать руководство ука-
занных ведомств
проводить предварительные исследования с уведомлением
инициатора о результатах такого исследования, а в случаях подтверждения
факта фальсификации направлять информацию в ОВД для решения вопроса о
возбуждении уголовного дела.
Закрепление в законодательстве требований к месту проведения соб-
раний акционеров
67
Следующая не менее актуальная проблема касается того, что законодательство не устанавливает каких-либо требований к месту проведения собраний акционеров. Этот пробел используется для обеспечения «нужного» состава таких собраний, для чего они назначаются в труднодоступных местах,
на охраняемых объектах, даже в других субъектах России. Конечно, отсутствовавший акционер может обжаловать решение совета директоров о проведении, но этим он вряд ли изменит положение дел. К тому же для признания
решений собрания недействительными необходимо соблюдение слишком
многих условий и главное – наличие большого количества времени. Безусловно, такое положение дел требует внесения соответствующих изменений в
Федеральный закон «Об акционерных обществах».
Внесение изменений в уголовно-процессуальное законодательство в
части совершенствования механизма наложения ареста на имущество,
добытое преступным путем
Актуальной проблемой является отсутствие действенных правовых механизмов по обеспечению возврата имущества законным владельцам и собственникам путем своевременного наложения ареста на недвижимое имущество.
В результате этого захваченное
имущество, как правило, легализуется путем совершения множества сделок по его отчуждению, участниками которых
являются фиктивные юридические лица (в т. ч. фирмы-«однодневки») либо
компании, зарегистрированные в оффшорных юрисдикциях, получить информацию из которых весьма затруднительно. После совершения ряда таких
сделок захваченное имущество приобретается новым собственником, считающимся, в соответствии с
гражданским законодательством, законным пра-
воприобретателем (добросовестным приобретателем).
Поскольку по фактам рейдерских захватов гласные мероприятия могут
осуществляться правоохранительными органами, как правило, после заявления владельца или руководителя предприятия о совершенном захвате, до
возбуждения уголовного дела проходит значительное количество времени.
Предприятие, чье имущество захвачено, оказывается ликвидированным или
преобразованным путем слияния с другими
организациями, поставлено на
налоговый учет в других регионах и т. п.
Потерпевший в такой ситуации должен оспаривать каждую сделку и в
каждом случае доказывать факт осведомленности покупателя о том, что
имущество выбыло из законного владения собственника в результате преступления. Поскольку в отношении фиктивных организаций это фактически невыполнимо, законный собственник
лишается возможности возвратить иму-
щество в свою собственность.
При этом следователь, по сути, не обладает реальной возможностью пресечь совершение указанных сделок. Статья 115 УПК РФ не позволяет наложить арест на имущество при отсутствии подозреваемых и обвиняемых, даже
если будет установлено, что оно получено в результате совершения преступления. В
конечном счете это приводит к тому, что имущество переходит в
68
собственность добросовестного приобретателя, что осложняет его возврат
прежнему собственнику.
Анализ судебной практики по рассмотрению ходатайств о наложении
ареста на имущество также показывает, что большинство судов формально
подходят к применению ч. 3 ст. 115 УПК РФ, согласно которой арест может
быть наложен на имущество, находящееся у третьих лиц, если есть достаточные основания полагать
, что оно получено в результате преступных действий
подозреваемого, обвиняемого.
Отсутствие в уголовном деле процессуальной фигуры обвиняемого (подозреваемого), по крайней мере на ранней стадии расследования, дает основания некоторым судам отказывать в наложении ареста на похищенное имущество. В результате у злоумышленников есть время (до появления указанной процессуальной фигуры (
если таковая вообще будет установлена)) на то,
чтобы провести серию сделок по отчуждению активов (с целью их перехода в
собственность добросовестного приобретателя).
Так, в 2008 г. и первом полугодии 2009 года на основании отсутствия в
уголовном деле подозреваемого или обвиняемого отказано в удовлетворении
ходатайства следователям СК при МВД России в 52 случаях
1
.
Отсутствие ареста на имущество дало возможность неустановленным лицам заключить и зарегистрировать сделки купли-продажи недвижимого
имущества, похищенного в результате рейдерского захвата ООО «Арбат-28»,
ЗАО «На Ильинке» и др., чем существенно осложнился возврат имущества
законному собственнику
2
.
Таким образом, вынужденное промедление может привести к необратимым юридическим последствиям – здание или помещение перейдет в собственность лица, являющегося добросовестным приобретателем, а в такой ситуации возвратить собственнику (потерпевшему и гражданскому истцу)
имущество практически невозможно. Только наложение ареста в первые дни
после незаконного выбытия недвижимости из правообладания собственника
может
предотвратить эти последствия. Вправе ли следствие возбуждать ходатайство о наложении ареста на похищенное имущество в такой ситуации?
Единого подхода к решению данного вопроса нет. Следственно-судебная
практика в последние годы идет двумя путями. Первый заключается в том,
что отрицается возможность наложения ареста на имущество, находящееся у
третьих лиц, если в
уголовном деле не установлен подозреваемый или обвиняемый. Второй допускает возможность наложения ареста, и в его пользу
приводится следующий аргумент: если в уголовном деле не установлено лицо, совершившее преступление, это не означает, что такого лица нет вообще
и что оно не совершало преступных действий.
1
См.: Школов Е. Борьба с противоправными захватами объектов собственности, имущественных
прав и финансовых средств предпринимателей // Профессионал. 2009. № 6. С. 18.
2
См. подробнее: Там же. С. 18.
69
Суды также не придерживаются единого мнения.
Так, в надзорном определении от 6 сентября 2005 г. (дело № 74-Д05-11)
Верховный Суд РФ по жалобе об отмене ареста на денежные средства на
расчетном счете юридического лица
1
указано, что согласно требованиям
ст. 115 УПК РФ в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий возможно наложение ареста на
денежные средства и иное имущество подозреваемого, полученное в результате преступных действий либо нажитое преступным путем. Если эти средства находятся на счете юридического лица и
не являются собственностью по-
дозреваемого, арест на них не может быть наложен.
Однако суды субъектов РФ в ряде случаев (что обнадеживает) принимают
и другие решения. Так, по уголовному делу по факту хищения долей в уставном капитале ООО «С» суд в обеспечение гражданского иска наложил арест
на морские суда, находящиеся в
собственности ЗАО «В», в котором контрольный пакет акций принадлежал ООО «С». Лица, совершившие хищение
доли в уставном капитале, были допрошены в качестве подозреваемых в
2003 г., после этого производство по уголовному делу неоднократно приостанавливалось, т. е. фактически подозреваемыми они быть перестали. Однако
Московский городской суд признал наложение ареста обоснованным
2
.
Также Тюменский областной суд признал обоснованным решение районного суда г. Тюмени о наложении ареста на 26 объектов недвижимости, находящихся в собственности ООО «С-В» по уголовному делу, возбужденному
по факту уклонения от уплаты налогов. При этом генеральные директора
ООО «С-В» в период неуплаты налогов периодически менялись, т. е.
реваемый по уголовному делу установлен не был
3
.
подоз-
Важным моментом представляется установление обстоятельств того, что
имущество выбыло из законного владения и перешло в собственность третьих лиц в результате преступных действий. Указание законодателя о том, что
это должны быть действия подозреваемого или обвиняемого, вносит «разнобой» в правоприменительную практику.
Судья Верховного Суда РФ Н. А. Колоколов полагает, что «
закон допускает
наложение ареста на имущество любого лица, если будет установлено, что оно
в свое время приобретено пусть даже не им, но преступным путем. Например,
в последние годы участились случаи приобретения гражданами автомобилей,
угнанных многие годы назад и сменивших впоследствии нескольких хозяев. В
таких случаях по закону арест на спорный автомобиль
несмотря на то, что последний владелец является добросовестным приобрета-
4
телем»
1
2
цессуальные и криминалистические особенности. М., 2009. С. 64.
3
4
. Данное суждение может быть применено к иному, в том числе и не-
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. № 12. С. 27.
См., подробнее: Сычев П. Г. Расследование преступлений с участием юридических лиц: про-
См., подробнее: Там же. С. 65.
Колоколов Н. А. Судебный контроль в стадии предварительного расследования. М., 2004. С. 167.
70
должен быть наложен,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]