Экономика. Учебно-методическое пособие-1

этом важно обратить внимание на подход, используемый в институционализме: существование теневой экономики (сверх допустимых пределов в 5—10% от ВВП) считается результатом неэффективности институтов государства. Для уяснения этой позиции целесообразно обратиться к трудам известного перуанского специалиста Эрнандо де Сото.

Постарайтесь проанализировать феноменальную устойчивость теневого сектора с точки зрения сочетания биологических, иррациональных (от лат. ratio — разум, irrationalis — неразумный) целей. Кроме того, причины существования теневых процессов желательно рассмотреть с позиций теории экономики публичного сектора и представить их как провал (несовершенство, изъян) рынка: ситуацию, при которой рациональное поведение людей, адекватно реагирующих на порождаемую рынком информацию, не обеспечивает достижения Парето-эффективной аллокации ресурсов. При этом надо учитывать, что традиционная классификация провалов рынка включает монополию (а также монопсонию), недостаток и ассиметрию информации, а также внешние эффекты.

Изучая эволюцию теневого сектора российского хозяйства,

следует проанализировать наиболее важные тенденции в трансформации теневой экономики. В силу информационной закрытости административно-командной системы серьезные научные исследования этой проблематики стали вестись в нашей стране лишь с конца 80-х гг. ХХ в. Подробное, детальное описание эволюционных процессов — задача экономисториков. Поэтому целесообразно сосредоточиться на рассмотрении общих черт гене-

зиса нашей теневой экономики, к которым относятся:

замещение теневого сектора советской экономики теневыми процессами и явлениями переходного периода;

создание монополизированного рынка, характеризуемого высокой степенью криминализации его сегментов;

частичная легализация сформированных в советском хозяйстве теневых капиталов и самой теневой экономики;

укрепление позиций теневой экономики в новой экономической системе, расширение ее масштабов и границ, проникновение в новые сферы экономической деятельности (негосударственную банковскую, биржевую, негосударственную инвестиционную

61

и др.), формирование мощного сектора нелегальной экономической деятельности (наркобизнеса, бизнеса на проституции, на незаконной торговле оружием и т. д.);

появление и широкое распространение экономической преступности в сфере легального частного бизнеса (сокрытие доходов от налогообложения, незаконное предпринимательство, мошенничество и т. д.);

масштабный рост коррупции, «бюрократического» вымогательства у бизнеса взяток — коррупционной ренты, сращивание интересов коррумпированных чиновников с интересами организованной преступности.

Изучение криминализации экономики и криминализации экономических отношений начните с уяснения определений этих двух понятий, имеющих тесную взаимную связь с понятием экономической преступности. Схема этой связи такова: экономическая преступность может рассматриваться как результат противоправной экономической деятельности, выступающей на поверхности явлений в превращенных формах, т. е. форме криминализации экономики и экономических отношений или еще более зрелой форме криминальной экономики.

Далее следует усвоить различия между криминализированной экономической деятельностью и криминальной экономической деятельностью. Криминализированная экономическая деятель-

ность — это связанная с совершением экономических преступлений экономическая деятельность, осуществляемая преимущественно легальными субъектами хозяйствования. Это деятельность преимущественно разрешенная и социально недеструктивная, связанная с поощряемым государством и обществом производством «разрешенных» экономических благ (товаров и услуг), но в рамках которой ее субъекты допускают совершение преступлений экономического характера. Причем совершение преступлений носит, как правило, систематический характер, превращаясь в некую систему, в имманентное свойство экономической деятельности. Характерный пример — систематическое совершение налоговых преступлений субъектами предпринимательства, для которых сокрытие доходов превращается в тради-

цию. Криминальная экономическая деятельность — это эконо-

мическая деятельность нелегальная и преимущественно социально деструктивная, связанная с производством запрещенных това-

62

ров и услуг. К ней относятся такие виды преступного бизнеса, как наркобизнес, порнобизнес, бизнес на проституции, работорговле, незаконной торговле оружием и т. п. Здесь, в отличие от криминализированной экономической деятельности, важным признаком которой выступает совершение преступлений легальными субъектами предпринимательства, сама экономическая деятельность запрещена законом и уголовно наказуема. Оба названных объекта представляют два класса криминальных явлений в сфере экономической деятельности и объединяются понятием преступ-

ной экономической деятельности.

Уголовно-правовое содержание феномена экономической преступности подробно изучается в курсе уголовного права (гл. 22 УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности»).

Для нас же важно высветить социально-экономическое содержание экономической преступности как особого вида экономических отношений рыночного характера, выраженных в криминальной форме. Экономическую преступность в курсе «Экономика» следует рассматривать в качестве превращенной формы экономической деятельности, осуществляемой ее субъектами с целью достижения социально несправедливого обогащения за счет нарушения принципа эквивалентности обмена (В. В. Колесников).

Обратите внимание на наиболее опасные направления криминализации экономической деятельности в России, к которым, по мнению отечественных специалистов, относятся: преступления в сфере кредитно-денежных отношений и банковской деятельности; преступления на рынке ценных бумаг; преступления в сфере внешнеэкономической деятельности; преступления в сфере потребительского рынка; преступления в сфере приватизации государственного и муниципального имущества; налоговые преступления, совершаемые представителями бизнеса.

Кроме того, особые риски для граждан и развития свободной конкурентной рыночной экономики сегодня представляет тотальная коррупция, и в первую очередь, так называемая деловая коррупция, поражающая систему взаимодействия между властью и бизнесом, чиновниками (субъектами государственной и муниципальной службы) и предпринимателями. Именно в этой сфере годовая емкость коррупционного рынка, по некоторым оценкам, составила 300 млрд дол. США, превысив размеры федерального бюджета. При анализе экономических последствий коррупции

63

важно обратить внимание на то, что бизнес платит взятки не из «своего кармана» (как кажется многим). Рассчитываться за эти многомиллиардные взятки приходится всем простым потребителям, поскольку предприниматели включают взятки в качестве дополнительных издержек в цену своей продукции. Иными словами, тяжкое бремя платы за коррупцию ложится на плечи всего общества. Данное обстоятельство вскрывает истинную экономическую природу явления коррупции и ее деструктивные социальные последствия. Недаром авторитетная международная организация Transparency International подчеркивает однозначную жесткую связь между высоким уровнем коррупции в той или иной стране и столь же высоким уровнем бедности. Здесь причина и следствие очевидны.

Далее важно рассмотреть и понять, в чем состоят особенности

экономического подхода к изучению криминальных феноменов в национальном хозяйстве. Лауреат Нобелевской премии по экономике Герри Беккер достаточно лаконично сформулировал такой подход — он состоит в том, что субъект, намеривающийся совершить преступление, всегда для себя соотносит возможные выгоды (от преступления) и возможные издержки. Первые (выгоды) состоят в величине украденного и присвоенного имущества, денег, активов и т. п. Вторые издержки заключаются в том, насколько велика вероятность выявления совершенного преступления, задержания преступника и его наказания, включая тяжесть наказания, применяемого в виде штрафа, лишения свободы, конфискации имущества, ограничения в гражданских правах и т. п. Если выгоды очевидно перевешивают издержки, это приводит к росту преступности, и наоборот.

Экономический подход к преступности имеет широкий спектр применения в юриспруденции: от анализа причин роста преступности (факторов ее детерминации) до определения эффективности уголовно-правовой политики и действия отдельных норм уголовного права. Если для западных стран применение экономического подхода стало делом привычным и обыденным, то России еще только предстоит его освоить. Важную роль в этом должны сыграть юристы, осваивающие в стенах нашего Института современный курс «Экономики», а также спецкурс «Экономический анализ права», содержащий разделы, рассматривающие коррупцию и иные виды преступности в качестве экономических институтов (феноме-

64

нов), а также посвященные характеристике экономического анализа криминальных явлений в экономике и экономического обоснования уголовно-правовой политики противодействия им.

Роль правоохранительных органов в вытеснении теневого сектора и сокращении уровня криминализации в российской экономике станет понятной, если изучать ее в контексте публич-

ного интереса в экономике как объекта защиты со стороны вы-

шеуказанных государственных институтов и в первую очередь органов прокуратуры. Такой подход представляется важным, так как эффективная правоохранительная деятельность в этой сфере повышает экономическую эффективность, которая сама является главным инструментом снижения удельного веса теневой экономики и экономической преступности. Особое внимание следует уделить рассмотрению объектов прокурорской защиты публичного интереса в экономике, к которым относятся:

интересы российского хозяйства в сфере обеспечения национальной безопасности;

интересы общества в сфере добычи и эксплуатации природных ресурсов, в первую очередь углеводородного сырья;

интересы общества в эффективном распределении и использовании государственной и муниципальной собственности;

государственные (общественные) интересы в расходовании бюджетных средств;

публичный интерес при осуществлении фискальной политики; публичный интерес в обеспечении естественных прав и свобод

граждан в сфере экономической деятельности.

Для того чтобы более глубоко с позиций экономической науки осмыслить роль и значение правоохранительных структур государства в противодействии коррупции и экономической преступности, вытеснении и минимизации теневого сектора хозяйства, а

также найти концептуальные подходы к разработке соответ-

ствующей государственной стратегии (а значит, и формированию уголовно-правовой политики), следует обратиться к инструментарию нового научного направления. Оно имеет два названия:

«Экономическая теория преступности» или «Экономическая теория преступлений и наказаний». Его основателем считают лауреата Нобелевской премии по экономике Герри Беккера. В соответствии с теоретическими императивами этого научного направления в ведущих мировых державах вырабатывается эф-

65

фективная практика борьбы с криминалом и наказания преступников. В частности, считается, что криминологически наиболее продуктивен подход, при котором к субъектам «беловоротничковой преступности» («богатым» экономическим преступникамбизнесменам и коррупционерам-чиновникам) применяют наказание в виде лишения свободы, а к субъектам общеуголовных корыстных преступлений, совершающим кражи, грабежи, разбои и т. п. («бедным» преступникам) — наказание в виде выплаты штрафа. Такой подход, согласно Г. Беккеру, используют исходя из принципиальной разницы между двумя названными категори-

ями граждан: у первых в дефиците ресурс «время», у вторых — ресурс «деньги». Как показывает практика применения такой концепции в ряде развитых стран, сдерживающий, превентивный эффект названной политики наказания значительно выше по сравнению с иными подходами, при которых, например, «богатые» преступники могут откупиться штрафом от наказания с лишением свободы, а «бедным» преступникам всегда уготована тюрьма. Однако применение беккеровской концепции возможно лишь при условии

независимости и некоррумпированности судебной системы и действия принципа равенства всех граждан перед законом.

Всвязи с этим особое значение приобретает задача формирования законодательства, отвечающего коренным интересам общества и способного эффективно противостоять преступности. Джозеф Шели в учебнике «Криминология» во второй главе «Формулируя определения преступности» подчеркивает прямую связь между «конструированием» законов, в которых прописано, что и кого считать преступным, и интересами властных элит (Криминология : пер. с англ. / под ред. Дж. Ф. Шели. 3-е междунар. изд. СПб., 2003. С. 77—100). По мнению цитируемого в этой главе Р. Куинни, законы, налагающие запрет на определенные формы поведения и обязывающие граждан поступать иначе, принимаются законодателями, которые получили место при поддержке лоббирующих свои интересы групп; возможность претворять свои интересы в общественную политику является наиглавнейшим показателем обладания властью. В результате преступность можно определить как действия, воспринимаемые находящимися у власти людьми как прямая или косвенная угроза их интересам (Криминология. С. 86).

Вэкономической теории преступлений и наказаний существует еще ряд важных императивных подходов. Например, Г. Беккер

66

считает преступников людьми, склонными к риску (risk takers), но этот риск распределяется неравномерно. Так, доказано, что тяжесть наказания имеет меньший сдерживающий эффект по сравнению с вероятностью наказания. Поэтому, например, на склонных к риску «белых воротничков» (предпринимателей или госслужащих) вероятность наказания будет оказывать более сильное сдерживающее влияние, чем тяжесть приговора. Однако, для того чтобы данный подход реализовать, необходимо иметь высокоэффективные некоррумпированные правоохранительные структуры, способные оперативно выявлять совершенные преступления, результативно расследовать и доводить до суда уголовные дела о них, а независимые суды, в свою очередь, должны полноценно выполнять свою функцию — тогда, при прочих равных условиях, будет соблюдаться принцип неизбежности уголовного наказания.

Учебное издание

Э К О Н О М И К А

Учебно-методическое пособие

2-е издание, переработанное

Редактор Н. Я. Ёлкина Компьютерная верстка Т. И. Павловой

Подписано в печать 04.09.2012 г. Бум. Тип. № 1. Гарнитура “Times New Roman Cyr”. Печ. л. 4,25.

Уч.-изд. л. 4,25. Тираж 100 экз. Заказ 2064.

Редакционно-издательская лаборатория Санкт-Петербургского юридического института (филиала) Академии Генеральной прокуратуры РФ

Отпечатано в Санкт-Петербургском юридическом институте (филиале) Академии Генеральной прокуратуры РФ

191104, Санкт-Петербург, Литейный пр., 44

68