Тюремная субкультура в России

подразумевающая готовность постоять за себя; справедливость, которой нет в большом обществе, но которая якобы существует в сообществе заключенных.

Заключенные российских тюрем создают оригинальные культурные артефакты, позволяющие составить более полное представление о тюремной субкультуре. К ним относятся блатная песня, устная проза в различных жанровых разновидностях, письма на волю, тюремные альбомы, самодельные открытки и марочки – носовые платки или лоскуты простыней, подарочно оформленные, раскрашенные карандашами и фломастерами. Данные артефакты выполняют, с одной стороны, интегративную функцию – объединяют заключенных в сообщество, с другой – репрезентативную функцию – создают представление о тюремной субкультуре у достаточно широких слоев населения.

Тюремная мифология России представлена двумя типами мифов: «естественными», возникающими спонтанно в местах лишения свободы и выполняющими адаптивные и консолидирующие функции, и «искусственными», то есть целенаправленно создаваемыми мифами о тюрьме, призванными способствовать экспансии тюремной субкультуры и легитимации насилия в обществе.

В тюремной мифологии проявляются такие свойства мифа, как структурирование действительности с использованием принципа бинарных оппозиций, использование архетипических образов, восприятие времени, основанное на принципе повторения, круговорота, хронология, основанная на календаре памятных дат, сопряженность с ритуалом. Тюремная субкультура строится вокруг смысловой оси сакральное-профанное, верх-низ, тотем-табу.

Мифы в местах лишения свободы выполняют социальнопрактическую и регулятивную функции. Они консолидируют заключенных с целью противостояния работникам пенитенциарных учреждений, способствуют утверждению неформальных норм, действующих в тюрьме, поддержанию порядка, утверждению авторитета отдельных категорий осужденных.

Тюремный миф неразрывно связан с ритуалом и проявляется в нем. Сам процесс перехода человека из «вольной жизни» в жизнь тюремную ритуализирован и мифологизирован, причем эти ритуалы вырабатывались не только самими заключенными, но и работниками пенитенциарной системы, с целью

111

противопоставления преступников другим людям и нивелирования различий между самими осужденными. Ритуалы «приобщения» к тюремной субкультуре выполняют консолидирующие функции, способствуют утверждению иерархии заключенных и «освящают» нормы, действующие в тюремной среде. Мифическое значение приобретают в тюрьмах совместная трапеза, особенно преломление хлеба и чифирение, символизирующие высшую форму доверия друг к другу. Функцию поддержания единства заключенных выполняют мифы об идеализированных тюремных сидельцах – «бродягах», олицетворяющих образ мученика, страдальца, и мифы о легендарных ворах прошлого, олицетворяющие благородство и честь воровского мира.

Одним из средств распространения влияния тюремной субкультуры является мифологизация тюрьмы, которая целенаправленно осуществляется криминальными авторитетами для привлечения на свою сторону молодежи, деятелями «теневой» экономики, тесно связанными с криминалом, а также недобросовестными политиками. Заинтересованные в мифологизации тюрьмы лица целенаправленно финансируют политтехнологов, журналистов, представителей искусства, которые, даже не всегда осознавая последствия своих действий, способствуют экспансии тюремной субкультуры.

Мифологизации тюрьмы в России способствуют глубокие традиции правового нигилизма, сформировавшийся в течение веков приоритет нравственного, а не правового регулирования общественных отношений, представление о несправедливости законов, в связи с чем наказание лиц, их нарушивших, зачастую не одобрялось, а осуждалось обществом, и, следовательно, заключенные вызывали не презрение и осуждение, а сочувствие. Преступление рассматривалось не столько как вина человека, сколько как его беда, связанная с его несчастной судьбой, сложившимися обстоятельствами, влиянием сатанинских сил.

Мифологизация тюрьмы в настоящее время осуществляется средствами массовой информации, авторами литературных произведений и кинофильмов, романтизирующих заключенных, героизирующих или идеализирующих представителей криминалитета, пропагандирующих воровскую идеологию, «справедливость» тюремных норм и обычаев. Произведения искусства, убеждающие общество в том, что преступный мир

112

монолитен и устойчив, что криминальное сообщество прогрессивно, способствуют распространению принципов, действующих в тюремной среде, в «вольный» мир. Причем если мифологизированное изображение мест лишения свободы в кинофильмах и телепередачах оказывает более сильное, но кратковременное воздействие на зрителя, то литература способна оказывать серьезное воздействие на нравственные и философские установки читателя, ее влияние более глубоко и продолжительно. Мифологизация мест лишения свободы осуществляется и с привлечением музыкального шоу-бизнеса, через так называемую блатную лирику и «русский шансон».

Следствием экспансии тюремной субкультуры становится «призонизация», то есть распространение в обществе традиций, обычаев, ценностных установок, принятых в тюремной среде. Об успешной экспансии тюремной субкультуры в настоящее время свидетельствуют широкое распространение уголовного жаргона, следование «понятиям», а не закону в различных сферах общественной жизни, репрезентирующие тюремные традиции и нормы, рост насилия и жестокости в социуме, формирование толерантного отношения законопослушных граждан к преступлениям и преступникам.

113