Регламент (ЕС) Европейского Парламента и Совета ЕС 11072009 от 21 октября 2009 года о размещении на рынке продукции для защиты растений и отмене Дирек

ÿăĂõĈõāĂòøõ ò ĂďýČ ĈðýČ

очень привольно. Притом же такие альпийские пастбища, на абсолютной высоте своей не менее 3000 метров, проходят широкой, хотя местами прерванной глубокими ущельями полосой от склонов Тенгри-Тага до Памира (Крыши мира), на которую они свободно взбегают отсюда, прыгая, где возможно, через пропасти или спускаясь в них своими характерными прыжками, бросаясь с отвесных скал головой вниз и безвредно падая на свои несокрушимые рога, стук которых оглашает нередко тишину горных ущелий.

С места интересной нашей встречи мы могли хорошо ориентироваться в сарыджасских ледниках. За широкой долиной мы ясно видели еще два прекрасных ледника, живописно спускавшихся в короткую поперечную, по отношению к нашему пути, долину. Очень ясно можно было различить у подножья двух отдельных групп снежных белков Тенгри-Тага белоснежные фирновые поляны, дающие начало ледникам, каменные гряды их боковых морен и, наконец, их оконечности грязного цвета. Но всего более нас интересовал тот ледник, который замыкал нашу долину и величественно спускался с обширных фирновых полей Тенгри-Тага, падая, наконец, крутым уступом в нашу долину. Кошаров особенно тщательно срисовал этот ледник с высоты, на которой мы находились.

Уже начало смеркаться, когда мы полезли еще далее в гору, для того чтобы с еще большей высоты насладиться неописуемым зрелищем «мерцания Альп» (Alpenglühen) Небесного хребта, когда вся обширная долина

351

я я āхьхэют Ăďэ Ĉрэāъшщ

уже оделась ночным покрывалом, а снежные вершины Тенгри-Тага, со своим величественным царем ХанТенгри во главе, блистали еще своими рубиновыми цветами в лучах невидного уже из долины солнца. Когда, наконец, начало блекнуть и это магическое мерцание, мы спустились в объятия ночи к приветливым огонькам нашего привала. Ночь, проведенная нами здесь вблизи ледника Сары-Джаса, получившего впоследствии мое имя, не была особенно холодна: термометр в 9 часов вечера показывал +8,5o C.

29 июня я встал в 5 часов утра и отправился налегке, в сопровождении только Кошарова, трех казаков, двух богинских проводников и одной вьючной лошади, в направлении к главному леднику, который мы скоро увидели непосредственно перед собой. Он спускался с громадной группы вершин Тенгри-Тага, как бы широким, замерзшим внезапно потоком, заслуживающим, по альпийской терминологии, название ледяного моря (Meer de glase). Нижняя, спустившаяся в долину его часть сопровождалась высокой грядой боковой морены, а оконечность ледника характеризовалась своим цветом, уподоблявшимся цвету почерневших мраморных статуй. К этой оконечности я и подошел, перейдя через передовую ее морену.

Ледяная масса, составлявшая оконечность ледника, имела метров 100 высоты. Лед ее трещин имел светлозеленый цвет, уподобляющийся цвету лучших забайкальских бериллов. В нем не было заметно того игольчатого раздробления, какое я замечал во льду знакомых

352

ÿăĂõĈõāĂòøõ ò ĂďýČ ĈðýČ

мне альпийских ледников, и хотя местами были видны пузырьки, но все-таки сложение льда было так плотно, что когда я отбивал его глыбу, то мой молоток звенел об него, как о каменную породу. Из-под ледника с силой вырывался один из горных истоков Сары-Джаса. Гипсометрическое определение оконечности ледника дало мне 3220 метров.

От оконечности ледника я свернул вправо, для того чтобы выйти на его левую морену, которая поднималась довольно высокой грядой. Морена содержала в себе и большие каменные глыбы, но большей частью состояла из мелких камней. Местами эта морена так сближалась с ледниками, что мне удалось взобраться на самый ледник, на поверхности которого я встретил большие каменные глыбы на ледяных подставках, так называемые «ледяные столы».

Чем более я подвигался вверх по леднику, тем чаще

явстречал глубокие трещины, сначала настолько узкие, что можно было через них переходить, но когда они сделались шире, я принужден был вернуться на морену, потому что мои спутники, по своей неопытности, не могли служить мне надежными помощниками при переходе через ледник. Цвет льда в глубоких трещинах был не голубой, как в европейских ледниках, а тот же зеленый цвет лучших забайкальских бериллов. Высота, которой

ядостиг, поднимаясь по леднику, оказалась по гипсометрическому измерению 3285 метров.

Выбравшись с ледника снова на левую его морену,

яспустился в долину, которую достиг в 2 часа пополуд-

353

я я āхьхэют Ăďэ Ĉрэāъшщ

ни, при температуре воздуха +12,5o C. Здесь я занялся

ввысшей степени интересным сбором тяньшанских альпийских растений с пастбищ баранов Марко Поло (Ovis polli) и добрался к вечеру до бивака своего каравана, где температура воздуха в 7 часов вечера оказалась +7o C.

Огни были разведены, чай и ужин скоро приготовлены, а я, при свете своей лампады, записал свой дневник и уложил в листы пропускной бумаги свои сокровища — никем еще не виденные растения Тенгри-Тага. Ужин наш везде, где не было киргизских аулов и нельзя было достать киргизских баранов, состоял из размоченных сухарей черного хлеба, изжаренных в курдючьем сале.

Между собранными в верхней Сарыджасской долине 29 июня растениями оказались 4 новых вида. Одно из них была еще и доныне неописанная робиния, похожая на Caragana jubata, но отличающаяся большей густотой своей светло-серого цвета зелени, большей длиной своих игол и своими светло-розовыми, а не желтыми цветами. Я собрал и высушил очень тщательно этот интересный род растений, который каракиргизы называли тюйэ-уй- рюк (верблюжий хвост), но описывавший собранные мной растения директор Ботанического сада доктор Регель проглядел это растение, смешав его с очень отличным от него видом Caragana jubata, распространенным во всем алтайско-саянском нагорье, имеющим желтые цветы и принадлежащим другому виду рода Caragana. Остальные три новых вида, найденные мной 29 июня

вСарыджасской долине, принадлежали к семейству

354

ÿăĂõĈõāĂòøõ ò ĂďýČ ĈðýČ

сложноцветных; они получили впоследствии, при их описании, следующие названия: Saussurea semenovi, S. glacialis и Cirsium semenovi.

Из растений, уже мне знакомых, всего более бросились в глаза светло-голубые ковры обыкновенных, распространенных и на лугах нашей родной сарматской равнины незабудок (Myosotis silvestris) золотисто-жел- тые ковры того рода лука, который дал китайское название Цун-Линя (луковые горы) центральной части ТяньШаня, где я впервые открыл эти растения (Allium semenovi), и, наконец, темно-синие ковры высокоальпийских пород генциан (Вот полный список собранных мной 29 июня в Сарыджасской долине 60 растений: Thalictrum alpinum, Anemone micrantha, Ranunculus cymbalariae, R. altaicus, R. gelidus, Oxygraphis glacialis, Callianthemum rutaefolium, Hegemone lilacina, Isopyrum grandiflorum, Aconitum rotundifolium, Coridalis gortchacovii, Parrya stenocarpa, Draba pilosa, D. lactea, D. stellata, D. incana, Thlaspi cochleariforme, Erysimum cheiranthus, Taphrospermum altaicum, Hutchinsia pectinata, Viola grandiflora, Lychnis apetala, Alsine villarsii, Cerastium trigynum, Caragana jubata, Oxytropis kashmiriana, Ox. oligantha, Astragalus brachytropus, Hedysarum polymorphum, Spiraea oblongifolia, Potentilla sericea, Saxifraga flagellaris, Chrysosplenium nudicaule, Galium soongoricam, Aster alpiftus, A. flaccidus, Calimerisaltaica, Erigeron uniflorus, Richteria pyrethroides, Tanacetum ledebourii, T. pulchrum, Gnaphalium leontopodium, Saussurea pygmanea, S. semenovi, S. gla-

355

я я āхьхэют Ăďэ Ĉрэāъшщ

cialis, S. sorocephala, Cirsium nidulans, С semenovi, Alfredia acontholepis, Taraxacum caucasicum, T. steveni, Crêpis multicaulis, Primula cortusoides, P. nivalis, Gentiana falcata, G. aurea, G. prostrata, G. kurroo royle, G. frigida, Swertia marginata, Myosotis sylvatica, Salix sibirica, Allium semenovi, Festuca altaica, Poa alpina, Koeleria cristata, Deschampsia coelerioides, Ptilagrostis mongolica, Phleum alpinum.).

30 июня весь мой отряд, в полном своем составе, снялся с лагеря в б часов утра при температуре +3,5o C, и мы пошли вниз по долине Сары-Джаса, по правой стороне реки, до тех пор, пока ее течение не вышло в продольную долину и не повернуло по ней к западу. С этого места начали подниматься в 10 часов утра на высокий перевал, разделяющий параллельные между собой продольные долины Сары-Джаса и Кок-Джара, и, достигнув вершины перевала около часа пополудни, спустились в долину Кок-Джара, а затем, выйдя на свою старую дорогу, добрались к вечеру до Туз-Кок-Джара и здесь, поднявшись верст на пять выше соляного источника, остановились на ночлег.

Около этого ночлега я, к своему особенному удовольствию, нашел обнажения горных известняков с их характерными окаменелостями каменноугольной системы (Productus giganteus, Pr. semireticulatus, Spirifer sp. Bellerophon, Pleurotomaria и другие). Эта находка была тем интереснее, что она определяла глубокую геологическую древность поднятия Тянь-Шаня, который, несо-

356

ÿăĂõĈõāĂòøõ ò ĂďýČ ĈðýČ

мненно, уже с конца каменноугольного периода составлял остов великого азиатского материка.

1 июля мы вышли со своего ночлега на Туз-Кок- Джаре в 8 часов утра, через два часа достигли верховьев этой речки, откуда начали подниматься крутым, но доступным для наших верблюдов подъемом до вершины горного перевала, на котором были видны пятна еще нерастаявшего снега. Везде, где на нашем подъеме нам попадались обнажения горных пород,они состояли из красного песчаника, имеющего почти вертикальное падение (85o к С). Высота перевала, по моему гипсометрическому измерению в 2 часа пополудни, оказалась 3320 метров. Растительность на всем горном перевале оказалась высокоальпийской (вот список растений, собранных мной 1 июля на Текесском перевале: Anemone narcissiflora, Ranunculus cymbalariae, Ran. altaicus, Ran. gelidus, Calliantemum rutaefolium, Isopyrum anemonoides, Isopyrum grandiflorum, Viola grandiflora, Draba rupestris, Lychnis apetala, Alsine villarsii, Geranium saxatile, Caragana jubata, Potentilla multifida, Gnaphalium leontopodium, Serratula nitida, Scorzonera austriaca, Taraxacum steveni, Joungia flexuosa, Myosotis sylvatica, Eritrichium villosum, Arnebia perennis, Pedicularis rhinantoides, Ped. versicolor, Dracocephalum altaiense, Dr. nutans, Orithya heterophylla, Allium semenovi. All. atrosanguineum, All. alataviense, Carex atrata. Кроме перечисленного 31 растения найдено мной здесь в этот день еще и одно новое, из сложноцветных, получившее впоследствии название Serratula procumbens). Виды с пере-

357

я я āхьхэют Ăďэ Ĉрэāъшщ

вала на Хан-Тенгри и часть Тенгри-Тага хотя и более ограниченные, чем с Кокджарского горного прохода, тем не менее очаровательны. С другой стороны вид на север, на врезанную глубокой щелью долину Кокпако, обширен и величествен.

По одному из истоков этой реки мы и начали спускаться с перевала прямо к северу, но через полчаса пути свернули к северо-востоку и по безводной долине скоро вышли на исток реки Текеса. Сначала мы шли по безводной части долины, а дальше в ней начали собираться источники Текеса. Красные песчаники заменились здесь известняками, а затем брекчиями. По слиянии своих истоков Текес сделался значительной рекой; направлявшейся сначала к северу, а потом к северовостоку.

По мере нашего спуска по Текесу мы вошли в лесную зону. Высокоальпийские растения начали изчезать, и стали появляться высокогорные кустарники тюйэ-куй- рюк (Caragana jubata), apra (Juniperus sabina), черганак (Berberis heteropoda), жимолость (Lonicera hispida, L. microphylla, L. karelini, L. coerulea), облепиха (Hippophaë rhamnoides), ивы (Salix nigricans, S. sibirica), и, наконец, более высокие деревья: рябина (Sorbus aucuparia), береза (Betula alba), тополь (Populus suaveolens) и ель (Picea schrenkiana).

По мере нашего спуска по долине Текеса травы, мной встречаемые, все более и более принадлежали уже к культурной зоне и имели характер самой обыкновенной европейско-русской флоры (вот список растений,

358

ÿăĂõĈõāĂòøõ ò ĂďýČ ĈðýČ

найденных мной в лесной и культурной зоне Текеса 1 и 2 июля 1857 г.: Thalictrum minus, Th. simplex, Ranunculus acris, Ran. polyanthemus, Trollius altaicus, Aquilegia vulgaris, Delphinium caucasicum, Aconitum lycoctonum, Berberis heteropoda, Papaver alpinum, Turritis glabra, Draba nemorosa, Capsella; bursapastoris, Parnassia laxmani, Polygala vulgaris, Dianthus crinitus, Gypsophila acutifolia, Silene inflata, Alsine villarsii, Cerastium vulgatum, Cer. alpinum, Geranium pratense, Thermopsis lanceolata, Medicago platycarpa, M. foliata, Trifolium repent, Tr. pratense, Oxytropis ochroleuca, Coronilla varia, Vicia cracca, V. sepium, Lathyrüs pratensis, Geum strictum, Sanguisorba alpina, Potentilla scricea, P. recta, Alchemilla vulgaris, Pyrus aucuparia, Carum carvi, Archangelica decurrens, Anthriacus sylvestris, Lonicera hispida, L. coerulea, L. microphylla, L. karelini, Galium verum, Valeriana officinalis, Achillea millefolium, Tanacetum vulgare, Artemisia dracuncalus, Gnaphaliurru leontopodium, Senecio sibiricus, Jurinea chaetocarpa, Taraxacum officinale, Crepis sibirica, Campanula glomerata, С. patula, Adenophora polymorphe, Gentiana falcata, Polemonium coeruleum, Myosotis sylvatica, Veronica spicata, Euphrasia officinalis, Pedicularis comosa, P. rhinantoides, Lycopus exaltatus, Origanum vulgare, Thymus serpyllum, Nepeta nuda, Nepeta ucranica, Dracocephalum altaiense, Scutellaria orientalis, Lamium album, Phlomis tuberosa, Goniolimon speciosum, Plantago major, Eurotia ceratoides, Rumex acetosa, Rumex aquaticus, Polygonum bistorta, Hippophaë rhamnoides, Euphorbia

359

я я āхьхэют Ăďэ Ĉрэāъшщ

esula, Salix nigricans, S. sibirica, Urtica cannabina, Betula alba, Picea schrenkiana, Juniperus sabina, Alisma ranunculoides, Orchis latifolia, Iris guldenstadtiana, Orithyia heterophylla, Gagea liottardi, Allium atrosanguineum, Al. alataviense, Al. obliguum, Veratrum, album, Phleum boehmeri, Lasiagrostis splendens).

Что же касается горных пород, встреченных мной при спуске по Текесской долине, то в альпийской зоне осадочные породы заменились кристаллическими, а именно гранитами и сиенитами, которые тянулись по нашему пути часа полтора. Затем пошли опять осадочные породы, сначала сланцы, потом песчаник, наконец,

игорные известняки с их характерными окаменелостями каменноугольной системы — Productus semireticulatus

ит. д. Известняки эти имели падение 50o к З. За ними пошли тонкослоистые некристаллические (глинистые) сланцы, похожие на известные в геологической номенклатуре под названием Brandschiefer, в которых нередко

встречаются пласты каменного угля. Такое развитие в верховьях реки Текеса пластов каменноугольной системы объясняет обилие ниже по реке (в китайской Кульджинской провинции) богатых месторождений каменного угля. Перейдя на левую сторону Текеса, мы выбрали себе здесь место для ночлега в ночь на 2 июля при впадении в Текес небольшого ключика между кустами арчи (Juniperus sabina).

2 июля мы вышли с нашего ночлега на Текесе в 7 часов утра, сначала, слустились вниз по реке по расширяющейся долине, которая ниже зоны хвойных лесов по-

360