Объединенная нация. Феномен Беларуси. Монография

собственного производства кинескопов. Перед распадом СССР был завод «Коралл» в Гомеле, который поставлял относительно современные для того времени кинескопы, однако после распада СССР этот завод модернизировать и сохранить не удалось, производство кинескопов и мониторов на территории Беларуси утрачено (см. табл. 7, 8, рис. 1).

Таблица 7 Основные показатели работы промышленности

Рис. 1. Удельный вес продукции отдельных отраслей в общем объеме продукции промышленности в 2004 году, % к итогу

*Источник: сайт президента РБ А. Лукашенко. http://www.belstat.gov.by/homep/ru/indicators/ftrade.htm.

116 щдйзйеадД. лЗЦкпазСмлнкаДгабДсаь

Рис. 2. Товарная структура экспорта и импорта в 2004 году, % к итогу

Существует распространенная метафора: «Беларусь была сборочным цехом СССР». В чем-то это так. Но в принципе эта метафора неверно описывает сущность белорусской промышленности. Рядом с крупными белорусскими заводами была развита система подготовки кадров для этих производств, КБ, прикладных и фундаментальных исследований. Белорусские гиганты в большинстве случаев являлись не только сборочными цехами, но и центрами производства технологии и технического обслуживания своих сложных изделий. Правильнее говорить о Беларуси как стране базирования тех технологических цепочек, которые зацикливались на гиганты.

Интересы этих гигантов полностью определяли основные параметры экономического развития БССР. В свою очередь, именно благодаря развитию этих гигантов БССР получила ту политическую и административную силу, которая сделала возможным превращение разрушенной войною аграрной республики в третью по экономической мощи союзную республику.

Отношения между политическими структурами БССР и органами управления промышленными гигантами также напоминали отношения между крупными корпорациями и руководством страны их базирования. Директорат крупных промышленных предприятий, нуждаясь в поддержке и конструктивном сотрудничестве с республиканскими и местными

органами власти, обладал собственными позициями в Москве и иных союзных республиках и интересами, которые временами расходились с интересами республиканского руководства БССР. Тем более так, что их директорат относился к хозяйственной номенклатуре союзного уровня.

Отсюда и те проблемы, которые встали перед БССР в ходе распада Советского Союза. Беларусь не могла пойти на деиндустриализацию, но угроза закрытия крупных заводов была велика: в странах Балтии, Украине, России большинство заводов, однотипных тем, на которых покоилась индустриальная мощь Беларуси, в целом рухнули.

В Беларуси имелась и другая сторона той же проблемы: крупные заводы обладали политической мощью, способной обеспечивать их интересы перед республиканским руководством и тем более перед местными органами власти в случае, если бы республиканское руководство приняло курс на их сворачивание. Можно сказать и резче: в условиях, когда руководство СССР начало политику шоковых реформ, политику, которая влекла за собою крах крупных производств, директорат крупных белорусских заводов, социальные группы, связанные с этими заводами, руководство местных органов власти там, где были расположены эти заводы (а это практически вся Восточная Беларусь и значительная часть Западной Беларуси) — все эти структуры не могли не обратить свое внимание на Минск, на республиканский уровень управления.

Реформирование крупного промышленного комплекса Беларуси не могло быть осуществлено по стандартной схеме постсоветского реформирования: закрыть крупные заводы, оставить в основном сырьевой экспорт и те отрасли экономики, которые ориентированы на внутренний рынок, развернув массовую, малую и среднюю приватизацию этих отраслей. Белорусский путь реформ, с сохранением крупных производств, требовал иной политической формы и иных приоритетов реформирования:

Крупные заводы должны были адаптироваться на реформируемых экономических пространствах вне Беларуси, где они присутствовали традиционно, научиться работать в условиях рыночных реформ в России, Украине, странах Балтии и т. д.

118 щдйзйеадД. лЗЦкпазСмлнкаДгабДсаь

Внутри страны рыночные реформы требовалось подчинить интересам сохранения крупного экспортного производства. Крупные заводы должны были реально перейти в собственность и подчинение республиканским органам власти из прежнего союзного подчинения. Республиканская власть должна была обеспечить эффективную внутреннюю и особенно внешнюю политику в интересах обеспечения потребностей крупных экспортеров на своих традиционных рынках, в идеале завоевать новые рынки. Традиционным рынком белорусских гигантов была Россия, в меньшей степени — другие союзные республики. Отсюда внешняя политика Беларуси в интересах крупных производителей обязательно должна была включать в себя сближение с Россией и желательно с Украиной при обеспечении защиты крупных предприятий от тех форм реформирования хозяйства, которые инициировались в то время из Москвы, Киева и международных финансовых организаций, стимулировавших реформы в бывшем СССР.

Также внутри страны должна была бы проводиться политика мобилизации всех ресурсов нации в интересах сохранения крупного экспортного производства: малая приватизация замедлена, внутренняя инфляция повышена, приватизация крупных предприятий — только под контролем государства, роль государства усилена в целях перераспределения всех имеющихся даже у самих крупных экспортеров

ресурсов в интересах всего крупного производства.

Заинтересованность в высокой степени консолидации вокруг государства была естественной для крупных предприятий. Советский Союз рухнул, и иного способа сохранить себя в условиях постсоветского коллапса у этих заводов не было. Во многих регионах бывшего

СССР крупные предприятия и связанные с ними группы хозяйственников, политиков, населения были социальной базой противников радикальных реформ, но именно в Беларуси им удалось победить. Крупные промышленные предприятия стали социально-экономиче- ской основой совершенно неожиданного для постсоветских реалий пути реформ. Предприятия по сути потеряли даже ту самостоятель-

ность, которую имели во времена существования СССР и превратились

вединый производственный комплекс, управляемый из республиканского центра.

Разумеется, защита интересов крупных производителей повлекла за собою усиление политической централизации в Беларуси. Политическая централизация, пока она обеспечивает устойчивость крупных заводов, не может не быть поддержана всеми социальными группами, связанными с крупными производствами. Однако обязательно надо иметь в виду, что поддержка сильной центральной власти социальными группами, связанными с крупным производством, не обусловлена какими-либо идеологическими соображениями. Поддержка рабочими крупных заводов сильного государства, местными органами власти, директоратом заводов, руководством отраслей обусловлена прежде всего прагматическими соображениями.

Отсюда изначально невысокое значение собственно идеологической борьбы в постсоветской Беларуси. Государство должно обеспечивать интересы крупного производства, но эти интересы не включают в себя духовных ценностей. Это обычные интересы предприятий, которые могут рухнуть. Промышленному комплексу Беларуси

впринципе не очень важно, под какими лозунгами будут обеспечены его интересы. Идеология в данной ситуации была вторична, и стабильность власти вполне могла и может опираться в Беларуси на не слишком идеологизированную власть. Достаточно одного рационально понятого и рационально одобренного социальными группами, связанными с крупным производством, политического курса республиканского руководства, чтобы власть была устойчивой и стабильной.

Белорусская власть не нуждалась в «приводном ремне» сильной политической партии для того, чтобы иметь прочную поддержку на местах. Достаточно было набора административных мер, осуществляемых властью и понятных массам городского населения, близкого к крупным заводам, доверия к способности власти последовательно эти меры осуществлять.

120 щдйзйеадД. лЗЦкпазСмлнкаДгабДсаь

Сверхиндустриализированная Восточная Беларусь просто экстраполировала на все государство ту систему власти, которая существует на крупном заводе в момент его кризиса. И эта система власти оказалась устойчивой в основном в силу сверхиндустриализации Беларуси, где оказалось невозможно выдвинуть никакую политику, противостоящую интересам крупного производства. В тех республиках бывшего СССР, где значение крупного производства было меньшим, реформирование пошло иным путем. Беларусь — это объяснимое исключение из правила.

Беларусь — это прежде всего собравшийся в кулак крупный промышленный комплекс, который сумел сплотиться с органами республиканской власти в единый иерархически выстроенный организм, вокруг которого мобилизовалось все общество.

Однако всякая мобилизационная система не может существовать постоянно. У белорусской мобилизации есть рациональное объяснение: крупная промышленность должна была пережить крах СССР и найти себя на рыночных пространствах, формирующихся на месте советской централизованной экономики. Белорусский путь не был путем противостояния рыночным реформам. Это был иной, исключительный путь, но объяснимый путь именно рыночных реформ. Просто к рынку адаптировались в Беларуси не через малые предприятия и шоковую терапию, а через адаптацию крупных заводов к реформируемым внешним рынкам. Если бы крупные заводы и действующая в их интересах Беларусь могли остановить рыночные реформы в бывшем

СССР, они бы, разумеется, это сделали. Но политической мощи Беларуси изначально не было достаточно для того, чтобы реанимировать

СССР, а потому и суть белорусского пути — не противостояние рыночным реформам, а специфичная форма адаптации к ним, особая исключительная форма реформирования.

Белорусский путь оказался успешным (см. табл. 14, 15, 16, 17). Промышленность РБ в 2004 году на 40% превзошла уровень 1990 года.

В середине 1994 года большинство крупных заводов работало один — два — три дня в неделю, темпы падения промышленного производства составляли примерно по 10% в год. Угроза потери крупного производства становилась очевидной обществу. Всплеск поддержки мобилизационной программы, предложенной А. Лукашенко, со стороны тех социальных структур, которые хотели сохранения заводов, кажется абсолютно объяснимым.