Испытание войной. Кировчане в 1941 году. К 70-летию начала Великой Отечественной войны. По материалам областной научно-практической конференции 22 июн

принимаемых на многочисленных митингах трудовых коллективов, одним из главных являлось решение о пополнении Фонда обороны страны (в первую очередь путем перечисления в него однодневного заработка всех работников ежемесячно)8, то в последующие осенне-зимние месяцы центр тяжести сдвигается на повышение производственных показателей (движение двухсотников, многостаночников и т. п.)9. Очевидно, не последнюю роль в этой метаморфозе сыграло осознание затяжного характера идущей войны.

Патриотические настроения подтверждались не только охарактеризованными выше коллективными действиями, но и индивидуальными свидетельствами. Так, в редакцию областной газеты поступило датированное 17 июля письмо рабочего-железнодорожника, составителя поездов станции Киров А. Шустова. В нем говорилось: «В своих исторических выступлениях по радио… товарищ Молотов и председатель Государственного комитета обороны, вождь, друг и учитель товарищ Сталин призывали проявлять максимум выдержки и организованности, инициативы и находчивости, героизма и самоотверженности в своей работе, чтобы обеспечить нашей доблестной Красной Армии и Военно-Морскому флоту все необходимое в их борьбе с фашистскими варварами. Эти призывы… глубоко запали в мою душу. Я стал прилагать все усилия к тому, чтобы работать как можно лучше на своем посту на железнодорожном транспорте, который является родным братом Красной Армии… Как железнодорожник и тем более как член партии, я отдам все свои силы и способности, а если потребуется, то и свою жизнь на то, чтобы разгромить и уничтожить кровожадные фашистские орды, нагло вторгшиеся в нашу страну»10.

Данный текст интересен тем, что он типичен и по содержанию, и по своеобразному стилю изложения, присущему подавляющему большинству устных выступлений, писем в средства массовой информации, в партийные и государственные органы, статей в прессе рассматриваемого периода. Приведем дополнительно пару примеров из множества подобных. Четыре месяца спустя, в декабре того же 1941 г., рабочий-сталевар Кирсинского завода Д. Осколков, извещая редакцию «Кировской правды» о значительном

повышении производительности труда работников предприятия (продолжительность каждой плавки сократилась с 9,5 часов до 7 часов 15 минут), свое письмо начинал в том же духе, что и Шустов: «Кирсинские металлурги делом отвечают на призыв товарища Сталина – работать не покладая рук, усилить помощь фронту»11. В августе работники Кировского мельзавода № 7 в принятой ими резолюции заявляли: «Наша доблестная Красная Армия, Красный Флот, наши отважные сталинские соколы под командным водительством председателя Комитета обороны и народного комиссара обороны товарища Сталина бьют вступившие на нашу священную землю вооруженные до зубов, кровожадные фашистские орды»12.

Нетрудно заметить, что стиль приведенных выше посланий отличают такие черты, как пафосность, некоторая лозунговость, культовое восприятие

11

руководителей Советского государства, использование не столь уж широкого набора словесных штампов. Естественны вопросы – в чем причина этого явления и насколько искренни в выражении своих мыслей и чувств были авторы подобных текстов? Вопросы эти тем более значимы, что речь идет о наиболее крупном массиве исторических источников по данной теме, включая сюда и немалую часть архивных материалов.

На наш взгляд, нет серьезных оснований подозревать в неискренности даже более или менее значимую часть, тем более большинство тех кировчан, которые имели отношение к рассматриваемым историческим документам. Их патриотический настрой и возвышенные слова в адрес советской Родины убедительно подтверждались названными выше практическими делами. Что же касается того, что в современной терминологии и современных понятиях могло бы быть названо славословиями в адрес И. В. Сталина, то, не ручаясь, естественно, за все тексты и их авторов, вместе с тем трудно обнаружить мотивы лицемерного восхваления государственного лидера большинством из них. Зачем нужно было бы лицемерить, скажем, цитируемому выше железнодорожнику А. Шустову, какой опасности избегал и какую личную выгоду мог извлечь из подчеркнутого почтения к партийному вождю человек, который, по его признанию, был готов пожертвовать даже собственной жизнью во имя победы? Приток тысяч добровольно уходивших на фронт кировчан – убедительное доказательство того, что подобные декларации были в ту пору не просто словами. С другой стороны, искренняя вера в высшее руководство страны, пусть в чем-то и наивная, являлась мощнейшим фактором сплочения советского общества перед лицом смертельной опасности; ее разрушение в тех условиях могло иметь самые роковые последствия.

В определенном смысле закономерным было и то своеобразие стиля письменных обращений в различные инстанции и средства массовой информации граждан, о котором говорилось выше. Совершивший мощный рывок из повальной дореволюционной неграмотности, главным образом за счет колоссальной работы по ликбезу для взрослых и первоочередному развитию системы образования для детей младшего школьного возраста, Советский Союз, тем не менее, и на рубеже 1930–1940-х гг. оставался страной, в которой 4-классное образование считалось вполне приличным не только для рабочего или колхозника, но и для служащего. В результате миллионы людей овладели письменной речью, но на уровне, мягко говоря, пока еще не изысканном. Отсюда стремление – дабы не попасть впросак ни в филологическом, ни в политическом плане – опереться на словесные штампы, наработанные официальной пропагандой, которая, в свою очередь, считаясь с реальным уровнем образованности общества, тяготела к простоте подачи материала. Да и среди занятых в органах пропаганды и агитации работников профессионалов высокого класса было в те годы тоже не слишком много. Все это вместе взятое означало, что за «штампованными», «суконными» фразами индивидуальных посланий и коллективных

12

резолюций сплошь и рядом билась живая человеческая мысль и прятались искренние чувства и стремления. На данном отрезке времени – в первую очередь чувства патриотические.

Каковы же были те факторы, которые питали эти чувства? В первую очередь, что, на наш взгляд, не нуждается в особых доказательствах, – это была традиционная любовь большинства советских граждан к родной земле – к своей большой и малой Родине. Во-вторых, немалое значение имело успешное социально-экономическое развитие как в целом Советского Союза, так и части его – Кировской области. Не относясь пока к числу промышленно развитых регионов страны, область тем не менее демонстрировала завидные темпы индустриального роста. Валовая продукция промышленности (в неизменных ценах 1926 г.) стоила в 1913 г. почти 59 млн руб., в 1932 г. – 215 млн, а в 1936 г. – уже 451 млн, т. е. превысила дореволюционный показатель более чем в семь с половиной раз13.

Определенные позитивные сдвиги имели место и в области сельского хозяйства. Если первые трактора появились на полях региона лишь в середине 1920 г., то в 1932 г. таковых уже там насчитывалось 656, а в 1940 г.

– без малого 5 тысяч, причем их суммарная мощность возросла за предвоенное десятилетие на порядок. В производственном процессе были задействованы сотни грузовых автомобилей, более тысячи (1191 на конец 1940 г.) комбайнов14. Механизация труда меняла содержание и качество труда, отношение к нему со стороны колхозников в лучшую сторону. Широкий размах приобрели мелиоративные работы – осушение болот, строительство искусственных водоемов. В одном лишь деле архивного фонда областной газеты за март – июнь 1941 г. таковым посвящены 47 материалов – сообщений с мест (из Зуевского, Малмыжского, Фаленского и других районов)15.

Экономика на подъеме задает, как правило, высокий градус социального оптимизма в данном обществе, открывает большие возможности для самореализации граждан, их карьерного роста, повышения качества жизни. В этом же направлении в 1930-е гг. действовала быстро прогрессировавшая система народного образования и подготовки кадров. Сумма в 145 млн руб., выделенных на систему народного образования в области в одном лишь 1939 г., в пятьдесят раз превышала аналогичные расходы Вятской губернии в 1913 г.16. Положительную тенденцию демонстрировали и прочие социальные показатели. Заметно росли доходы граждан. Рост доходов горожан опережал темпы развития процесса урбанизации. За период 1938–1940 гг. число рабочих и служащих в Кировской области увеличилось на 20%, а фонд заработной платы за это время вырос в полтора раза17. За годы второй пятилетки (1933– 1937 гг.) среднемесячная зарплата рабочих повысилась со 120 до 200 рублей. Стахановцы зарабатывали от 400 до 1100 руб. в месяц18.

Сложнее судить о жизненном уровне колхозников, поскольку в деревне, в отличие от города, отсутствовали фиксированные ставки оплаты труда в денежном выражении, а натуральное содержание трудодня как

13

единицы воздаяния за проделанную работу могло быть совершенно разным в различные годы, а также при сравнении колхозов между собою, в зависимости от производственных и ряда других показателей. Тем более трудно судить о реальных доходах сельских жителей, получаемых с личных подсобных хозяйств, но важен тот факт, что с середины 1930-х гг. существование последних было официально санкционировано властями. Разумеется, в смысле потребления и комфорта большинство жителей и города, и деревни жили гораздо скромнее их сегодняшних потомков. Иными были возможности государства, но вместе с тем иными, более скромными, были и их материальные запросы. К тому же люди чувствовали и понимали, что улучшение условий труда и быта во многом зависит от них самих, делая из этого практические выводы.

За полторы недели до начала Великой Отечественной войны председатель колхоза «Чулпан» Малмыжского района М. Мухамадеев прислал в «Кировскую правду» заметку о том, как члены этого хозяйственного объединения, демонстрируя не потребительскую, а здоровую трудовую этику, сдвинули с места застарелую проблему своего поселения. Большое село Ирюк, на базе которого и был в свое время создан колхоз, страдало от нехватки воды: летом ближайшие мелкие речки пересыхали, зимой – замерзали. Было решено построить пруд. Желание колхозников сделать это нужное всей общине дело, – писал председатель, – было столь велико, что они, «как только высвобождаются от полевых и других работ, сразу же выходят на строительство водоема. С 3-го июня работает на строительстве в среднем 77 человек в день»19. Следует заметить, что получившая свое продолжение и дальнейшее развитие в колхозной жизни общинная коллективистская психология, важнейшим компонентом которой выступала ориентация на «общее дело», в условиях войны, когда главным общим делом станет победа над лютым врагом, сыграет колоссальную роль в

ееисходе.

Ажизнь в стране в предвоенный период действительно менялась к лучшему, становилась более насыщенной, содержательной, что особенно остро ощущалось молодежью. Системы народного образования, здравоохранения развивались не только в городе, но и в селе: так, из двадцати родильных домов, построенных в области за 1939–1940 гг., девятнадцать принадлежали колхозам. Самодеятельные художественные,

театральные коллективы, наряду с городскими, появились и в отдельных деревнях20. Развитие физкультуры и спорта разумно сочеталось с патриотическим воспитанием, с подготовкой к грядущей войне. До двухсот тысяч членов Общества содействия авиации и химическому строительству (ОСОАВИАХИМ) занимались стрелковым спортом, учились летать на планерах и прыгать с парашютом, девушки овладевали навыками сандружинниц. На сдачу норм комплекса «Готов к труду и обороне СССР»

выходили целыми комсомольскими организациями и трудовыми коллективами21.

14

В числе важнейших факторов, способствовавших формированию и укреплению патриотических чувств советских людей, следует назвать и предвоенную агитацию и пропаганду, выделив ее содержательную сторону. Анализ областной прессы последнего предвоенного полугодия позволяет сделать на сей счет ряд принципиальных выводов.

Львиную долю своего внимания региональная пресса уделяла вопросам мирного труда советских граждан, проблемам экономического, социального, культурного развития региона. Демонстрация реальных достижений формировала уверенность в завтрашнем дне, внушала чувство гордости за державу. Особый акцент делался на задачах хозяйственного строительства. Но вместе с тем большой объем печатаемых материалов был связан с духовной жизнью страны и региона. В частности, в отобранных к публикации редакцией «Кировской правды» статьях и заметках на протяжении первой половины 1941 г. немалая их часть была посвящена работе областного краеведческого музея, а также различным страницам истории Вятского края22.

Очень аккуратной и взвешенной была оценка событий международной жизни, а большинство соответствующих материалов местных газет представляли собой перепечатки из центральной прессы. Официальная пропаганда подчеркнуто демонстрировала строгий нейтралитет Советского Союза в условиях начавшейся ранее Второй мировой войны. Вопреки нередким сегодня досужим рассуждениям, жителям Кировской области отнюдь не навязывалась повышенная агрессивность, пресса не занималась поисками внешних врагов и не создавала «образов» таковых. Вместе с тем ее читателям давалось понять, что за границами СССР бушует мировая война и страна может в любой момент быть втянутой в нее вопреки собственному желанию, в силу чего «порох надо держать сухим». Строка из популярной советской песни – «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути» – вполне могла бы рассматриваться девизом советской предвоенной пропаганды, не слишком назойливо, но достаточно выразительно звучавшим ее лейтмотивом23.

Примечания

1См.: Очерки истории Кировской организации КПСС. Горький, 1969. Ч. 2. 1918– 1968. С. 297; Очерки истории Кировской области. Киров, 1972. С. 353; Козлов П. Е. Хлеб победы // Энциклопедия Земли Вятской. Т. 3. Кн. 2. Крестьянство. ХХ век. Киров, 2005.

С. 213.

2Очерки истории Кировской организации КПСС. Ч. 2. С. 297.

3Жаравин В. С. Могли ли немцы подойти к Кировской области // Вести. 2011. 9 мая.

С. 6.

4Там же.

5Очерки истории Кировской области. С. 353; Дубовцев В. А. История нашего времени. ХХ век. Киров, 2010. С. 307.

6Козлов П. Е. Указ. соч. С. 215.

7Энциклопедия Земли Вятской. Киров, 2008. Т. 10. Кн. 2. Промышленность. Энергетика. Строительство, Транспорт. С. 411.

15

8См.: ГАСПИКО. Ф. Р-6777. Оп. 7. Д. 4. Л. 3, 5, 8, 10 и др.

9См.: ГАСПИКО. Ф. Р-6777. Оп. 7. Д. 4. Л. 45, 46, 47, 49 и др.

10ГАСПИКО. Ф. Р-6777. Оп. 7. Д. 4. Л. 125, 126.

11Там же. Д. 4. Л. 60, 61.

12Там же. Д. 4. Л. 5, 6.

13Вятский край на рубеже тысячелетий. История и современность: историко-стати-

стический сборник. Киров, 2002. С. 75.

14Там же. С. 113, 114.

15ГАСПИКО. Ф. Р-6777. Оп. 7. Д. 3.

16Очерки истории Кировской организации КПСС. Ч. 2. С. 293.

17Там же. С. 292.

18Загвоздкин Г. Г. Триумф и трагедия 30-х годов // Энциклопедия Земли Вятской.

Киров, 1995. Т. 4. История. С. 387.

19ГАСПИКО. Ф. Р-6777. Оп. 7. Д. 3. Л. 54.

20См.: Энциклопедия Земли Вятской. Т. 3. Кн. 2. С. 195–201; Очерки истории Кировской организации КПСС. Ч. 2. С. 293.

21Очерки истории Кировской области. С. 349–350.

22ГАСПИКО. Ф. Р-6777. Оп. 7. Д. 2. Л. 23, 23об., 43, 77–83об., 84, 85, 95–101, 103–114.

23Подробнее об этом см.: Бакулин В. И. Кто на кого нападал // Судьба России и Великая Победа: фальсификация истории Великой Отечественной войны как антироссийская стратегия: материалы межрегион. науч.-практ. конф. Ульяновск, 2010. С.

67–70.

У. С. Вихарева студентка I курса исторического факультета ВятГГУ (науч. руководитель – кандидат исторических наук П. Н. Шарабаров)

РЕАКЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ НА НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Великая Отечественная война была самой тяжелой и кровопролитной из всех войн, когда-либо пережитых Советским Союзом. Однако она была не только драматическим, но и героическим периодом истории советского народа и не случайно названа Великой Отечественной. Летопись войны полна примеров мужества и героизма миллионов людей, самоотверженно защищавших свою Родину.

Население Кировской области с особым рвением встало на защиту Родины. Материалы газеты «Кировская правда» свидетельствуют об этом: «Наглые фашистские разбойники напали на нашу Родину, напали воровски, тайно. Они хотели посеять панику и смятение в ряды советского народа, но они глубоко ошиблись. Организованно и сплоченно люди собираются на митинги, заявляют о своей готовности вступить на защиту страны социализма. Настал момент показать на деле любовь к своей Родине. Берегитесь же, гады, мы будем бить вас по-суворовски, по-буденовски, похасановски! Народ свернет голову каждому, кто посягнет на наши границы!»1

16

С таким настроением, полным патриотического подъема, народ приступил к работе. В стране началась стремительная мобилизация, не стала исключением Кировская область. По сведениям, сохранившимся в Государственном архиве социально-политической истории Кировской области, данные о проведении мобилизации были получены довольно рано. Так, подобная телеграмма была доставлена в один из райкомов Кирова в 19:30 ч. 22 июня2, после чего незамедлительно началось оповещение секретарей парторганизаций, докладчиков и агитаторов. Для этого привлекались сотрудники партийного аппарата и учащиеся педучилища3. В большом количестве проводились собрания и митинги на предприятиях и в учреждениях города, которые, согласно партийным отчетам, проходили с большим патриотическим подъемом4. Рабочие заявляли о добровольном уходе на фронт, что еще раз подчеркивает дух патриотизма в настроении людей. Однако прослеживались недисциплинированные поступки со стороны секретарей партячеек, например выпивки5.

Вответ на оповещение о начале мобилизации последовали доклады от райкомов ВКП(б) со всей Кировской области. В частности, из Белохолуницкого района поступило сообщение о том, что на проведенных митингах и собраниях обсуждались вопросы о мобилизации. В целом,

согласно указанным отчетам, паники среди населения не было, общественная атмосфера была пронизана духом патриотизма6.

Согласно политинформации о настроении населения в связи с войной, райком Верхошижемья проинформировал горком о том, что митинги по району были проведены в 6 ч. вечера 22 июня. В центре района были организованы пункты для отправки солдат на фронт. На митингах выступили

122 человека, речь которых была проникнута большой любовью к родине и партии. Что касается колхозных собраний, то их было проведено 80.7 В Вятских Полянах прошло партийно-комсомольское собрание, на котором присутствовали 180 человек. По его итогам были подобраны и посланы в сельсоветы района политуполномоченные для проведения агитационно-пропагандистской работы. Население отнеслось с пониманием

кданной ситуации и высказало желание трудиться на благо Родины8. В то же время как отрицательный факт в магазинах отмечался ажиотаж на отдельные виды продуктов. В магазинах Вятскополянского района появились большие очереди за солью. Возникли трудности в выполнении заданий по

обеспечению фронта автотранспортом. Данный район смог выполнить наряд по машинам только на 50%9.

ВКотельниче 22 июня бюро райкома ВКП(б) провело заседание, на котором обсуждались дальнейшие работы по уплате за заем, по

милиоративному строительству, по повышению производительности труда в районе10. В 21 ч. этого же дня на городском митинге присутствовало 9000

17

впечатление, благодаря которому настроение населения было особенно проникнуто духом патриотизма11.

Но все же со стороны населения Кировской области имели место упаднические настроения, которые не вписывались в общий патриотический подъем. Встречались люди, настроенные против указов правительства Советского Союза. Среди грузчиков велись явно антисоветские разговоры. Например, грузчик фабрики «Игрушка» Росляков на работу явился в нетрезвом состоянии, участнику советско-финской войны Ренжину он заявил: «Это тебе не с финнами геройство проявлять! Подождите, вам еще нахлопают!»12 Грузчик Караулов заявил: «Указы правительства выпускаются на вред рабочим»13.

Сведения архивного дела обкома партии свидетельствуют о слабо поставленной партийно-массовой работе в такой организации, как Водоканалтрест, в которой большинство агитаторов к работе не приступали на тот момент, как получили оповещение на выполнение своей работы14. Особо беспокоила плохо организованная военная учеба, которой совсем не охвачены были женщины. По райкомам ВКП(б) в связи с данным вопросом проводились беседы с секретарями парторганизаций15. В целом, несмотря на отрицательные моменты, дальнейшие работы проходили в соответствии с указами и постановлениями, поэтому большинство населения, относясь к этому с пониманием, делало все, чтобы обеспечить перевыполнение планов на заводах, обеспечить тыл, находиться в бодром расположении духа. Даже спустя месяц после объявления мобилизации фабрики и заводы выдерживали взятые темпы работы и показывали дальнейший рост производительности труда16.

Таким образом, желание трудиться на благо Родины, любовь к ней, сильный дух патриотизма противостояли упадническим явлениям среди населения области. Организованность и сплоченность помогли народу и в дальнейшем выдерживать трудности в борьбе с фашистами.

Примечания

1Кировская правда. 1941. 24 июня. С. 1.

2ГАСПИ КО. Ф. П-1290. Оп. 7. Д. 44. Л. 39.

3Там же. Л. 39об.

4Там же.

5Там же.

6Там же. Л. 1.

7Там же. Л. 5.

8Там же.

9Там же. Л. 7.

10Там же. Л. 15.

11Там же.

12Там же. Д. 45. Л. 73.

13Там же.

14Там же. Д. 66. Л. 39.

15Там же.

16Там же. Д. 46. Л. 6.

18

Разработанные военно-мобилизационные планы военные округа выполняли, опираясь на местные органы власти, которым были предоставлены широкие полномочия. 29 июня 1941 г. СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли директиву, которая обязывала партийные и советские органы обеспечить организованное проведение мобилизации запасных7. Бюро Кировского обкома партии решило направить во все районы области политуполномоченных по проведению мобилизации в установленные правительством сроки8.

По решению ГКО СССР в октябре 1941 г. в 46 городах страны были созданы местные комитеты обороны, в т. ч. был создан Кировский городской комитет обороны, объединявший под своим руководством гражданскую и военную власть в г. Кирове. Возглавил комитет первый секретарь обкома и горкома ВКП(б) В. В. Лукьянов.

Основным структурным звеном, без которого невозможно представить действие военно-мобилизационного механизма, были военные комиссариаты. В Кировской области головным был Областной военный комиссариат (облвоенком Г. В. Зубчанинов). В годы войны значительно расширился круг выполняемых Областным военкоматом задач, главными из которых были: изучение, учет и всесторонняя подготовка военнообязанных запаса; проведение призыва; своевременное и высококачественное укомплектование воинских частей лошадьми, обозами и мехтранспортом; подготовка населения к противовоздушной и противохимической обороне; всеобщее военное обучение; обеспечение и проверка состояния воинских частей; помощь семьям военнослужащих и др.

Кировский областной военкомат руководил районными военкоматами, осуществлявшими основные мероприятия по подготовке районов к военной мобилизации. Райвоенкоматы вели учет военнообязанных запаса, лошадей, обоза и контролировали работу учетных органов; занимались разработкой мобилизационного плана; подготовкой граждан через систему всеобщего военного обучения; следили за состоянием дорог, мостов, переправ, особенно по маршрутам движения мобилизуемых и т. д.9

В подготовке и реализации мобилизации принимали участие не только военные, но и гражданские органы управления. Они способствовали проведению призывов и мобилизации, обеспечивали райвоенкоматы политическим, культурным, санитарным и другим обслуживанием сборных и сдаточных пунктов.

Настроения граждан в связи с началом мобилизации были достаточно противоречивыми. Любая война несет страх, горе и смерть. Участники Первой мировой, осознавая всю тяжесть предстоящей войны, «поговаривали, что Германия очень сильна»10. Некоторые откровенно заявляли, что «лучше сядут в тюрьму, чем пойдут в армию»11. Для предупреждения паники в условиях быстрого продвижения фашистов в первые месяцы войны Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «Об ответственности за распространение в военное время ложных слухов, возбуждающих тревоги

20