Экология. Практикум. Учебное пособие

ным орудием экономического производства или эксплуатации. Она не есть сама по себе, или отдельно взятая цель нашей деятельности, но она входит как особый самостоятельный член в эту цель. Ее подчиненное положение относительно Божества и человечества не делает ее бесправною: она имеет право на нашу помощь для ее преобразования и возвышения. Вещи не имеют прав, но природа или земля не есть только вещь, она есть овеществленная сущность, которой мы можем, а потому и должны способствовать в ее одухотворении. Цель труда по отношению к материальной природе не есть пользование ею для добывания вещей и денег, а совершенствование ее самой – оживление в ней мертвого, одухотворение вещественного. Способы (выделено здесь и дальше В.С. Соловьевым) не могут быть здесь указаны, они составляют задачу искусства (в широком смысле греческой τέχνη). Но прежде всего важно отношение к самому предмету, внутреннее настроение и вытекающее из него направление деятельности.

Без любви к природе для нее самой нельзя осуществить нравственную организацию материальной жизни».

Далее В.С. Соловьев еще раз подчеркивает необходимость того, чтобы «человек пользовался своим превосходством над природой не для своего только, но и для ее собственного возвышения».

Признавая, что мир составляет органическое единство, нельзя утверждать, что это единство настолько совершенно, что его нельзя улучшать. И в этом отношении, с моей точки зрения, на помощь человеку должна прийти не только любовь к земле как таковой, но и наука – настоящая наука, а не наукообразие и наукообразные решения на основе подогнанных умозаключений и фактов «под ответ».

Итак: Отношение к Земле, к Почве – то, которое существовало у потомственных крестьян и которое было основой не только их благополучия, но и их праздничных радостей.

Отношение к деревьям, эксплуатация которых (продуманная рубка лесов) должна обязательно сопровождаться не только «восполняющими» посадками, но и значительно расширяющими лесные массивы с учетом красоты восстанавливаемых и создаваемых вновь пейзажей.

Отношение к рекам, к озерам, к источникам, к воде вообще, при котором учитываются интересы и всего живого, обитающего в них, а также красота природы.

Отношение к памятникам культуры (историческим, архитектурным, музейным, библиотечным, архивным и т.д.) как к величайшей

11

ценности, оправдывающей существование мира, вселенной. Отношение к собственному дому…

И так далее.

Все это должно строиться на нравственной основе, на основе определенной философии экологии, научного изучения целостного мироздания, мира как органического и разумного целого.

Конечная цель человеческой деятельности – преображение мира. Преображение это следует понимать не в смысле изменения его лица – внешней переделки мира, а в смысле выявления в мире всего заложенного в нем разумного начала и освобождения этого разумного начала от мешающего ему зла, противоречащего этому разумному началу, его самовыявлению.

Разумное начало камня – быть строительным материалом для прекрасных архитектурных творений. Разумное начало земли – в растительности, на ней произрастающей. Разумное начало растительности – служить для превращения Земли в один цветущий сад, прообразом которого служил рай. И так далее.

Прообраз этой деятельности человека – художественное творчество. Само слово «техника» не случайно происходит от греческого слова, означающего искусство. Мир в результате деятельности техникиискусства или искусствa-техники должен стать полностью совершенным и совершенно полным в сохранении всего лучшего, что в нем было, то есть всего того, что входит в «кристалл единства».

Таков должен быть идеал человеческой деятельности и такова конечная большая (настоящая) цель техники.

Человечество не может жить сиюминутными заботами, без ясной цели впереди <...>.

В. Успенский. Математическое и гуманитарное: преодоление барьера2

<...> Никто не знает, сохранят ли грядущие века и тысячелетия нынешнее деление наук на естественные и гуманитарные. Но даже сегодня безоговорочное отнесение математики к естественным наукам вызывает серьезные возражения. Естественнонаучная, прежде всего физическая, составляющая математики очевидна, и нередко приходится

2 Успенский В. Знамя. 2007. № 12.

12

слышать, что математика – это часть физики, поскольку она, математика, описывает свойства внешнего мира. Но с тем же успехом ее можно считать частью психологии, поскольку изучаемые в ней абстракции суть явления нашего мышления и должны походить по ведомству математики. Не менее очевидна и логическая, приближающаяся к философской, составляющая математики. Скажем, знаменитую теорему Генделя о неполноте, гласящую, что какие бы способы доказывания ни установить, всегда найдется истинное, но недоказуемое утверждение – причем даже среди утверждений о натуральных числах, – эту теорему можно считать теоремой теории познания.

В 50-х годах прошлого века, по возвращении с индийских научных конференций, мои московские коллеги с изумлением рассказывали, что в Индии математику – при стандартном разделении наук на естественные и гуманитарные – относят к гуманитарным. И на этих конференциях им приходилось сидеть рядом не с физиками, как они привыкли, а с искусствоведами.

Духовная культура состоит не столько в знаниях, сколько в нормах. Нормы проявляются, прежде всего, в противопоставлениях. Эстетика учит нас противопоставлению между прекрасным, безобразным, высоким и низким. Этика – между должным и недолжным, между нравственным, моральным и безнравственным, аморальным. Юриспруденция

– между законным, правовым и незаконным, внеправовым. Логика – между истинным и ложным. Но логика сама по себе не создает истин. Ее законы носят условный характер: если истинно то-то и то-то, то неизбежно то-то и то-то… Знаменитый силлогизм о смертности бедного Кая не утверждает, что Кай смертен, а лишь утверждает, что если все люди смертны и если Кай человек, то и Кай умрет.

Истину же поставляют конкретные науки, в том числе математика. Кажется, что математика становится тем самым на одну доску с другими науками. Но нет, это не так: ее и только ее истины могут претендовать на абсолютность, а если даже не абсолютны, то «почти» абсолютны.

Вообще образованность предполагает ведь знакомство не только с тем, что непосредственно используется в профессиональной деятельности, но и с человеческой культурой как таковой, чьей неотъемлемой частью – повторим это еще раз – является математика.

13

Однако образование состоит не только в расширении круга знаний. Не в меньшей степени оно состоит в расширении навыков мышления. Математик и гуманитарий обладают разными стилями мышления. И ознакомление с иным стилем обогащает и одного и другого. Скажем, изучение широко распространенного в математике аксиоматического метода, при котором в рассуждениях дозволяется использовать только ту информацию, которая явно записана в аксиомах, воспитывает привычку к строгому мышлению. А знакомство со свойствами бесконечных множеств развивает воображение. Потребуется ли когда-нибудь, скажем, историку аксиоматический подход или бесконечные множества? Более чем сомнительно. Но вот строгость мышления и воображение не помешают и ему? <...>

14

торая тянется вправо от дороги до самого горизонта и исчезает в лиловой дали; едешь-едешь и никак не разберешь, где она начинается и где кончается… Солнце уже выглянуло сзади из-за города и тихо, без хлопот принялось за свою работу. Сначала, далеко впереди, где небо сходится с землею, около курганчиков и ветряной мельницы, которая издали похожа на маленького человечка, размахивающего руками, поползла по земле широкая ярко-желтая полоса; через минуту такая же полоса засветилась несколько ближе, поползла вправо и охватила холмы; что-то теплое коснулось Егорушкиной спины, полоса света, подкравшись сзади, шмыгнула через бричку и лошадей, понеслась навстречу другим полосам, и вдруг вся широкая степь сбросила с себя утреннюю полутень, улыбнулась и засверкала росой.

Сжатая рожь, бурьян, молочай, дикая конопля – все, побуревшее от зноя, рыжее и полумертвое, теперь омытое росою и обласканное солнцем, оживало, чтоб вновь зацвести. Над дорогой с веселым криком носились старички, в траве перекликались суслики, где-то далеко влево плакали чибисы. Стадо куропаток, испуганное бричкой, вспорхнуло и со своим мягким «тррр» полетело к холмам. Кузнечики, сверчки, скрипачи и медведки затянули в траве свою скрипучую монотонную музыку.

Но прошло немного времени, роса испарилась, воздух застыл, и обманутая степь приняла свой унылый польский вид. Трава поникла, жизнь замерла. Загорелые холмы, буро-зеленные, вдали лиловые, со своими покойными, как тень, тонами, равнина с туманной далью и опрокинутое над ними небо, которое в степи, где нет лесов и высоких гор, кажется страшно глубоким и прозрачным, представлялись теперь бесконечными, оцепеневшими от тоски. <...>

Н.А. Заболоцкий. Я не ищу гармонии в природе4

Яне ищу гармонии в природе. Разумной соразмерности начал Ни в недрах скал, ни в ясном небосводе

Ядо сих пор, увы, не различал.

Как своенравен мир ее дремучий! В ожесточенном пении ветров

Не слышит сердце правильных созвучий, Душа не чует стройных голосов.

4 Заболоцкий Н.А. Столбцы и поэмы. Стихотворения. М.: Худ. лит. 1989.

С. 151–152.

16

Но в тихий час осеннего заката, Когда умолкнет ветер вдалеке, Когда, сияньем немощным объята, Слепая ночь опустится к реке. Когда, устав от буйного движенья. От бесполезно тяжкого труда, В тревожном полусне изнеможенья Затихнет потемневшая вода.

Когда огромный мир противоречий Насытится бесплодною игрой, Как бы прообраз боли человечьей Из бездны вод встает передо мной.

Ив этот час печальная природа Лежит вокруг, вздыхая тяжело,

Ине мила ей дикая свобода, Где от добра неотделимо зло.

Иснится ей блестящий вал турбины,

Имерный звук разумного труда,

Ипенье труб, и зарево платины,

Иналитые током провода.

Так, засыпая на своей кровати, Безумная, но любящая мать Таит в себе высокий мир дитяти.

Чтоб вместе с сыном солнце увидать.

Э. Бауэр. Извержение Кракатау5

<...> Двадцать седьмого августа 1883 года, после 200 лет покоя, одновременно взорвались три смежных кратера вулкана Кракатау. Грохот извержения был слышен за 3,5 тысячи километров в Алис-Спрингс, в сердце Австралии, и даже за 4,8 тысячи километров на острове Родригес в Индийском океане. Капитаны находившихся поблизости судов наблюдали столб вулканического материала и пара высотой около 30 километров. Частицы пепла были подняты в стратосферу, на высоту 80 километров. Через час после взрыва город Джакарта, в полутораста километрах от вулкана, погрузился в мрак. Через четыре дня затмилось солнце над Иокогамой в Японии. И несколько лет закаты в Европе были алыми из-за вулканической пыли, которую выбросил в атмосферу Кракатау.

5 Бауэр Э. Чудеса Земли. М.: Детская лит. 1978. С. 51–52.

17

В радиусе 50 километров вокруг вулкана сыпался град пемзы; она образовала плавучие островки на поверхности моря. Вулканическая пыль осела на всех близлежащих островах.

Тридцать шесть тысяч человек погибли ужасной смертью, когда кровля 800-метрового вулкана обрушилась в опустевшую лавовую камеру, вызвав моретрясение и, как следствие, чудовищную волну. Стена воды высотой до 30 с лишним метров, обрушившись на острова, затопила леса, плантации, деревни, после чего схлынула, унося с собой обломки.

В 90 километрах от вулкана, у маяка Флакке-Хук, высота волны ровнялась 15 метрам. Даже на Шри-Ланка наблюдались волны высотой от двух до пяти метров.

Количество перемещенной воды и горной породы позволяет приблизительно представить себе мощь вулкана. Энергия извержения Кракатау равна 200 миллиардам киловатт-часов. Это можно сравнить с энергией взрыва 400 водородных бомб. <...>

Я.Н. Гонзак. Миграция птиц6

<...> На первый взгляд, птицы – вольные создания, которые без ограничений могут перемещаться по воздуху над поверхностью земного шара. На самом же деле они гораздо прочней, чем это кажется, привязаны к определенному ограниченному району. Прежде всего, они привязаны к гнездовому участку, который окружен невидимыми, но порой непреодолимыми границами. Неперелетные оседлые виды не покидают окрестностей гнездовой территории даже во внегнездовой период. Кочующие – после гнездования перемещаются на строго определенные расстояния от гнездовой территории. И, наконец, перелетные птицы покидают свои гнезда в конце лета или осенью, когда закончено воспитание молодых. Как правило, они летят в места, весьма удаленные от их родины. К перелетным птицам относятся не только насекомоядные виды, которые «бегут» от голодной смерти, но и другие птицы, а потому нельзя утверждать, что только недостаток пищи стимулирует их отлет. Многие виды в северных частях своего ареала – перелетны, в южных – оседлы. Место зимовки с экологической точки зрения обычно приближается к гнездовой области, тем не менее птицы здесь не размножаются. <...>

6 Гонзак Я.Н. Иллюстрированная энциклопедия птиц. М.: Атрия,1963.

С. 96.

18

Власть безграничная природы Нам потому не тяжела, Что чувство видимой свободы Она живущему дала.

Библия8

<...> Глава 1.

26.И сказал Бог: сотворим человека по образу нашему, по подобию нашему; и да владычествуют они над рыбами морскими и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

27.И сотворил Бог человека по образу своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их.

28.И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и птицами небесными, и над всяким живым, пресмыкающимся по земле.

Глава 2.

21.И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребер его и закрыл то место плотно.

22.И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку. <...>

Коран9

<...> 21. Люди! Поклонитесь вашему Господину, который землю создал для вас ковром, а небо – зданием и низвел с неба воду и вывел ею плоды пропитания для вас. И тогда вы станете богобоязнен-

ными <...>.

8Библия. Книги священного писания Ветхого и Нового завета. Канонические. В русском переводе. С параллельными местами. Библейские общества. Перепечатано с синодального издания. Первая книга Моисеева. Бытие Глава 1. 26–28 и глава 2. 22–23.

9Коран. Сура 2. Корова.

20