Жанровые особенности в сопоставлении с «Путешествием»

• Дневниковая форма повествования от первого лица, эстетически близкая повествовательной манере записок о путешествии

• Типологическая общность образов героев-аналитиков, один из которых преимущественно рационален, а другой эмоционален

«Дневник одной недели» в своих эстетических очертаниях довершает методологический образ творчества Радищева как последовательного сторонника сенсуалистской философии и художника-сентименталиста.

Вольность

Ода была написана Радищевым около 1781 – 1783 гг.; это доказывается тем, что, в оде говорится об американской революции, о борьбе северо-американских колоний за независимость и за республику как о факте еще протекающем или во всяком случае современном:

Воззри на беспредельно поле,

Где стерша зверство рать стоит:

Не скот тут согнан поневоле,

Не жребий мужество дарит,

Не груда правильно стремится,—

Вождем тут воин каждый зрится,

Кончины славной ищет он.

О воин непоколебимый,

Ты есть и был непобедимый,

Твой вождь—свобода, Вашингтон.

Радищев начинает оду восхвалением вольности:

О! дар небес благословенный,

Источник всех великих дел,

О, вольность, вольность, дар бесценный,

Позволь, чтоб раб тебя воспел.

Радищев говорит, что вольность присуща человеку от природы (сентиментализм):

Я в свет изшел и ты со мною;

На мышцах нет моих заклеп;

Свободною могу рукою

Прияти данный в пищу хлеб.

Стопы несу, где мне приятно;

Тому внимаю, что понятно;

Вещаю то, что мыслю я;

Любить могу и быть любимым;

Творю добро, могу быть чтимым;

Закон мой – воля есть моя.

Для поддержания вольности народ создаёт власть и закон. Законность есть истинный Бог общества. Но она должна быть справедлива и беспристрастна, свободна от влияний лести, знатности, богатства. Нынешние же земные власти не таковы. Они действуют обманом, распространяют среди подданных невежество и суеверия. От этого народы вместо вольности подпали под иго рабства. Насаждать неправедную власть монархам-деспотам, по мнению Радищева, помогает церковь.

Власть царска веру охраняет,

Власть царску вера утверждает;

Союзно общество гнетут;

Одно сковать рассудок тщится,

Другое волю стерть стремится;

На пользу общую, – рекут.

.............

Чело надменное вознесши,

Прияв железный скипетр, царь,

На громном троне властно севши,

В народе зрит лишь пoдлу твaрь.

Рабство ввергло людей в бедность. Оно препятствует развитию наук и знаний. Но Радищев пророчит, что вскоре люди поднимутся на борьбу за свободу и начнут казнить своих нынешних владык.

Возникнет рать повсюду бранна,

Надежда всех вооружит;

В крови мучителя венчанна

Омыть свой стыд уж всяк спешит.

Меч остр, я зрю, везде сверкает,

В различных видах смерть летает,

Над гордою главой паря.

Ликуйте, склепанны народы,

Се право мщенное природы

На плаху возвело царя.

Народ призовёт монархов к ответу, говоря: «Порфира была вручена вам, чтобы блюсти равенство и защищать слабых, а вы, забыв данную в этом клятву, нарушили человеческие права, расчистили дорогу неправде и обогащали любимцев. Вы – первейшие преступники и должны за это умереть!».

Радищев хвалит Кромвеля, который во время английской революции осудил на казнь короля Карла I, хотя и оговаривается, что после смерти этого монарха Кромвель установил собственную жестокую диктатуру. В своей оде Радищев воспевает и зачинателя протестантизма Лютера, говоря, что он «подъял луч просвещения». Он сочувственно упоминает и вождя американской революции Вашингтона.

Радищев картинно изображает блага, которые доставит людскому роду свобода:

• крестьянскую нищету, «скупую ниву» времён тирании сразу заменят богатые урожаи.

• в семьях утвердится взаимная любовь и общее счастье.

• благодаря общественной справедливости людей будут ценить не по родству, а по заслугам.

Однако свободу надо будет неустанно поддерживать, ибо злые человеческие страсти извечно стремятся поселить среди граждан рознь и вернуть их назад к деспотизму. Так произошло, когда римская республика пошатнулась от распри Мария и Суллы – и превратилась в империю Цезаря и Августа. Радищев восклицает:

О! вы, счастливые народы,

Где случай вольность даровал!

Блюдите дар благой природы,

В сердцах что Вечный начертал.

Он выражает надежду, что потомство будет помнить его свободолюбие, что юноши будут приходить на его гроб, говоря: «Он нам вольность первый прорицал». Радищев свято верит, что заря свободы во всём мире и в России близка:

Мне слышится уж глас природы,

Начальный глас, глас божества;

Трясутся вечна мрака своды,

Се миг рожденью вещества.

Се медленно и в стройном чине

Грядет зиждитель наедине –

Рёкл… яркий свет пустил свой луч,

И ложный плена скиптр поправши,

Сгущенную мглу разогнавши,

Блестящий день родил из туч.