Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Linn_Endryus_Polet_sedmoy_lunyi.doc
Скачиваний:
4
Добавлен:
21.02.2015
Размер:
1.22 Mб
Скачать

Урсула Ле Гунн, «Трудные слова и другие поэмы»

Я решила, что пришло время для создания восточного щита. Когда Агнес вышла за дровами, я заглянула под ее кровать в поисках материала, который, по ее словам, мог пригодиться для создания следующего щита.

— Ах-а-ха, держи свои ручки подальше!

Я лристыженно поднялась на ноги. Повернувшись, я увидела силуэт Агнес в дверном проеме. Она грозила мне пальцем.

  • Какая ты шустрая, — выговаривала Агнес.

  • Разве я не могу хотя бы посмотреть?

— Гебе этого знать не нужно, — ответила она. — К тому же ты уже видела, как делаются щиты.

— Не представляю, как из всего этого можно смастерить щит. Мне это кажется просто кучкой мусора.

Восточный щит — это не шуточки. Это щит хейока, — ответила Агнес, направляясь к раковине.

— Звучит загадочно. А когда я смогу приступить к ра-

  • Возможно, ты уже готова. Однако сначала тебе необходимо определить свой хейока-барьер. Ты станешь пищей для эхо. Именно так приходит понимание восточного щита. Там ты отыщешь Великое Колесо Духа, в котором звук копирует сам себя. Звук связует все предметы, малейший шум многократно повторяется. Подобно тому, как водная гладь является первым зеркалом для взора, так и хейока-барьер является первым зеркалом для слуха. Но этот барьер не только зеркало, потому что он помогает открыть глаз видения, открыть его к вечносги. Подобно тому как четыре зеркала могут научить тебя простейшей конструкции вечности, звук может разбить иллюзию вокруг священного круга, проведя тебя внутрь.

  • Агнес я не поспеваю за тобой, — произнесла я, сжав руку Агнес. — Что такое «хейока-барьер»?

  • Это место, в котором звук издает и отражает эхо. Но не только. Оно сможет показать тебе вторую твою сторону. Это и есть хейока.

Агнес была одета в старенькую рубашку шоколадного цвета, из кармана которой она достала зеркальце и вручила его мне. Зеркальце было маленькое и круглое. Скорее всего, оно было от коробочки с компактной пудрой.

  • Я хочу, чтобы ты использовала его наподобие зеркала заднего обзора в твоем автомобиле. Вытяни руку с зеркалом перед собой и внимательно наблюдай, что происходит позади тебя. Сосредоточь на этом все свое внимание и бдительность.

  • Не представляю, зачем тебе понадобилось заставлять меня совершать сголь странные поступки.

  • Это собирание силы, и это поможет тебе преодолеть барьер. Можешь начать прямо сейчас.

Взяв меня за плечи, Агнес повернула меня на восток, затем подняла .мою руку с зеркалом на уровень глаз.

— Расскажи, что ты видишь позади себя?

  • Стены, окно, пучки травы, а если поднять зеркало немного выше, то видно кастрюли и тарелки на буфете.

  • Отлично. А теперь начинай обходить комнату, рассказывая, что ты видишь. Все свое внимание сконцентрируй на отражении в зеркале. А теперь пойдем со мной во двор.

Вместо обычного ощущения приближения к чему-либо, казалось, что все отодвигается от меня. Боковое зрение затуманилось от столь внезапного изменения перспективы, и я не имела ни малейшего представления, что находится впереди меня.

— Иди налево, Линн. А теперь направо. Отлично, л теперь я дам тебе задание. Отыщи белый камешек и принеси его мне.

Я двинулась вперед, но у меня возникло ощущение, что я стою на месте, потому что отражение постоянно отодвигалось от меня. Я подала камень Агнес.

— Больше внимания на зеркало, — сказала она.

Она попросила принести ей еще несколько камней. Вследствие необычного пространственного эффекта я забыла, что именно я делала, мне пришлось остановиться, чтобы вспомнить, какое именно задание я выполняла. Агнес отдавала приказания, а я их выполняла, что продол жалось довольно долго. Агнес все время находила для меня какое-то особенное задание: то она просила собирать ягоды, то набрать воды, то принести лучины для растопки печки. Этот процесс продолжался три дня. Каждую ночь мне снились очень странные сны. В первую ночь мне приснилась моя знакомая из Лос-Анджелеса, которая хотела сообщить мне кое-что очень важное. Казалось, ее слова пролетают мимо, и я никак не могу уловить их смысл. До моего сознания доходили лишь отдельные фразы. Я проснулась, а когда заснула, сон продолжился.

Следующие два дня я вновь выполняла все по дому, держа зеркало перед собой. У меня изменилось восприятие прост ранства. Было очень интересно, хотя все и казалось несколько странным и смещенным. В конце третьего дня Агнес сказала:

— Достаточно. Пойди насобирай немного ягод. Затем расскажешь мне о своих ощущениях.

Я отдала Агнес зеркальце. Возникло странное ощущение утраты. У меня даже заболели глаза. Я сделала пробежку на месте, несколько раз подпрыгнула, а затем в состоянии крайнего возбуждения уселась рядом с Агнес на крыльце. Агнес молчала, ожидая моей реакции.

  • Во-первых, я поняла, что вижу только что-то одно, но совершенно не осознаю, что в это же время происходит множество других событий. Теперь мир кажегся мне более круглым. Понятия не имею, что это значит, но я зачарована тем, как предметы отдаляются от меня. К чему все это, Агнес?

  • Я уже говорила, что это подготовка к созданию восточного щита. Это возможность собрать силу. Восток — единственный путь к центру, к самой сердцевине. Когда ты ходила и у тебя возникало ощущение, что мир замираег, остается неподвижным, это было правдой. Это разрушение известного тебе мира.

  • Это уж точно. Это опустошило и разрушило мое обычное линейное восприятие.

  • Теперь мир будет собираться совершенно иным способом. Но это будет всего лишь эхо, отголосок известного ранее.

Над головой каркнула ворона, откуда-то ей ответила еще одна.

— Глаза более тесно связаны с ушами, чем ты себе это представляла, что приводит к видению. Каждый предмет, каждое растение, животное, человек обладают индивидуальвой душой. Я тебе уже говорила, что Руби — это Хранителъ-Лика-Щитов. Каждый оберег, подобно человеку, обладает индивидуальным лицом. Каждое лицо производит неповторимый звук. Теперь я хочу, чтобы ты вошла в дом и немного отдохнула. Пронаблюдай за тем, что твой ум скажет тебе насчет звуков, издаваемых ликами. Когда я вернусь, расскажешь мне. Пока ты будешь наблюдать, я пойду поговорю с деревом и приготовлю все необходимое для твоего восточного щита.

Кивнув, я вошла в дом. Поудобнее устроившись на кровати Агнес я так расслабилась, что вскоре потеряла ориентацию во времени. Вздрогнув, я открыла глаза и увидела, что Агнес пристально смотрит на меня.

Было уже темно, и Агнес зажгла свечу. Мы сели за стол.

— Расскажи мне о лицах, — тихо попросила она.

— Мне кажется, — ответила я, — что в любви, политике, обычной жизни человеческое лицо проявляет неординарную часть нашего сознания. Возьмем, к примеру, Елену Прекрасную, по чьей вине началась Троянская война. История свидетельствует, что из-за ее лица затонули тысячи кораблей, погибло целое государство. Есть еще искусство. При взгляде на картину Рембрандта «Тайная вечеря» самое большое впечатление на нас производит лик Христа. — Я не была уверена, что Агнес понятны мои исторические сравнения, однако она ободряюще кивала головой. — Я никогда не переставала думать о значимости лиц. Скорее всего, они составляют большую часть нашей реальности.

  • А что бы произошло, если бы человек сменил свою внешность?

  • Разве можно изменить лицо?

  • Проще простого. Для этого нужно либо быть открытым, либо надеть маску. Создание масок является одним из древнейших навыков шаманов. Позже мы поговорим об этом, а теперь подумай хорошенько и скажи, все ли ты поняла. Существует множество видов масок. Есть маски людей-воинов, мертвых шаманов, маски, воплощающие дух животных и объектов охоты. Есть маски духов-охранников, например россомахи; есть маски, символизирующие дух солнца, луны или сердце великого охотника, например волка. Такие маски могут быть магическими и приносить силу в любом устремлении, будь то охота, танец с просьбой о дожде или урожае или мистическое целительство или сновидение. Подумай о возможности изменения своего лица — превращение в чуждое для твоего обычного восприятия создание — смогла быты стать, например, россомахой? — Агнес трижды довольно сильно хлопнула меня по руке. — Спокойно. Внимательно посмотри на меня и скажи, что ты видишь?

Мерцало пламя свечи, отбрасывая глубокие тени под глаза Агнес. Ее лицо внезапно стало мужским. Затем тени скользнули в сторону носа. Нос увеличился, вытянулся, и вместо Агнес передо мной сидел медведь.

  • Снова ты меня гипнотизируешь, — сказала я.

  • Я показываю тебе лики, — ответила она. — Кто я?

  • Медведь.

— Неужели? — В мгновение ока Агнес превратилась в рысь, глаза которой сверкали, подобно звездам.

Я отпрянула.

— Очаровательно, но перестань, пожалуйста. Ты испугала меня до смерти.

Рысь превратилась в темную массу, из которой возникла Агнес.

— Как это тебе удается, Агнес? Если бы здесь сидел еще кто-то, увидел бы он то, что видела я? Это же невероятно!

  • Все зависит от человека и от того, насколько сильно я передаю образ. Этому я тебя и обучаю. Я показала тебе, что любое воображение истинно. Представь, как ты меняешься, будучи влюбленной. Любовь — это слово для трансформации. Есть множество существ, достойных твоей любви. Вовсе необязательно, чтобы это был мужчина, которого ты ищешь. Когда человек говорит: «Я тебя люблю», тем самым он заявляет: «Я трансформирую тебя». Но так как человек никого не может менять, то в реальности он заявляет о том, что трансформирует себя и свое видение. Я постоянно живу в пространстве любви, и я разделяю свою любовь с тобой. При нахождении в определенных состояниях меняются даже звуки: например, когда человек влюблен. Я тебеужеговорила, что ящерица — это великий союзник. Тебе известно, что она способна отрастить оторванный хвост? Так происходит потому, что она умеетпроизводить свой собственный звук. Если ты знаешь, как произвести звук предмета, допустим, камня, то за звуком последует и сам камень. Великие шаманы знали об этом. Однако знание это опасно, поэтому прибегать к нему следует с великой осторожностью. Маски обладают силой изменять, трансформировать, подобно звукам.

  • Я понимаю, что ты имеешь в виду, Агнес. Но разве все мы не носим маски в той или иной форме?

  • Все мы обманщики, лжецы, это правда. Но мы обманываем самих себя. Возможно, та, которую ты знаешь, — всего лишь маска. Ты предполагаешь, что в той или иной ситуации я могу поступить тем или иным образом, однако тебе не известно, маска ли это. Только что я показала тебе медведя и рысь. Ты считаешь, что маска отличается от твоего видения меня в качестве женщины-мага, целительницы. Но откуда тебе известно, что я шаманка? Может быть, тебе это только кажется? Ты ничего не знаешь наверняка. Тебе остается лишь предполагать, поэтому ты и не знаешь, кто носит маски, а кто нет.

Когда встречаешь обманщика, знай, что всегда имеется основа, то, на что надевается маска. Это и есть истинное лицо человека, это хейока-маска.

Я задумчиво уставилась на Агнес. Никогда прежде не задумывалась я о таких вещах.

— А теперь отправляйся в постель и спи, — приказала она. — Ты устала.

Эту ночь я не сомкнула глаз. В уме кружились образы гротескных масок. Я попросила Агнес рассказать мне что-нибудь, подумав, что это поможет мне заснуть.

— Жил-был воин, — начала она. — Люди звали его Большой Глаз. Однажды он упал в полную змей яму. Он провел в яме несколько дней. Неоднократно змеи кусали его. Он умирал, но на самом пороге смерти он отправился в дом духа змей, где Великий Змей заговорил с ним.

«Ты останешься жить, Большой Глаз, если сделаешь то, что я велю тебе», — сказал Великий Змей.

«Я сделаю так, как ты скажешь», — пообещал Большой Глаз.

«Не будь столь поспешен, как бы тебе не забыть об обещанном», — предупредил его Великий Змей.

«Обещаю никогда не забывать тебя, — сказал Большой Глаз. — Я знаю, что происходит с теми, кто нарушаег данное тебе слово».

«И что же сними происходит?» — поинтересовался Змей.

«Тогда ты превращаешься в молнию небесную, а я не хочу, чтобы за нарушенное обещание в меня ударила молния».

«Правду говоришь, внучек, — произнес Дух Змей. — Именно так выражается мой гнев».

«Что же мне нужно сделать?» — поинтересовался Большой Глаз.

«В конце девятого года тебе необходимо смастерить четыре Приглашающие-Змей-мгски».

«Не беспокойся, Дедушка Змей, маски будут сделаны», — пообещал Большой Глаз.

Итак, Великий Дух спас воина, позволив ему стать великим ведуном. Большой Глаз много и успешно помогал людям.

Когда девятый год стал близиться к концу, Большой Глаз, как и было обещано, принялся мастерить маски. В честь Дедушки Змея было устроено празднество. Четверо танцоров-мужчин надели маски и принялись танцевать.

Большой Глаз сказал, что плохо себя чувствует, и попросил друга отвести его в вигвам, задернув при этом полог входа. Очутившись внутри, Большой Глаз затрясся в конвульсиях, в него вошел дух змея. Превратившись в змею, он выскользнул из-под полога вигвама и свернулся кольцами. Увидевшие его женщины приветствовали его. Один из мужчин, танцевавших танец масок, увидев змею и подумав, что его жена в опасносги, схватил палку и ударил его. Змея пыталась ускользнуть, и женщины указали ему укромное местечко. Избитый и истекающий кровью, он забрался в свое жилище.

Когда избивший его мужчина перевернул все вокруг, пытаясь отыскать змею, Большой Глаз уже принял свой человеческий облик, дух змеи покинул его. На нем не было ни малейшей царапины. Как ни в чем не бывало он вышел из своего вигвама и присоединился к танцующим.

Занималось ясное, прохладное утро. Агнес распахнула окно и дверь, позволяя войти в комнату прохладному ветру. Солнце — или «домашний свет», как Агнес часто называла его, — вливалось через дверной проем. Агнес нежно провела рукой по рисунку скатерти, словно это были ее домашние животные.

— Возьми, — Агнес передала мне небольшой ткацкий станочек. — Сегодня мне нужно кое-что сделать. Постарайся закончить пояс, который ты начинала плести.

Взяв незаконченный поясок, я вышла на крыльцо. Почти рядом со мной на лугу паслась олениха. Она подняла голову, перестав на мгновение жевать. Из уголков рта свисала трава. Она внимательно посмотрела на меня, затем вновь принялась пощипывать травку.

Размышляя о масках и о том, сколь неуловимы различные способы защиты, мне действительно хотелось разобраться и понять то, чему меня обучает Агнес. По мере того как я переплетала нити пояса, во мне возрастала сила земли. В последнее время я сильно изменилась, ушли многие из моих сграхов. Я проработала почти до самого вечера, почти не заметив, как пролетело время.

Наконец я подошла к тому месту, где Агнес занималась своим плетением.

— Вот, — я передала ей незаконченный пояс. Вообще-то мне не удалось сделать слишком много.

— М-м-м, — издала Агнес изучая то, что я успела сделать за день — не больше дюйма. — А ты учишься. Это хорошо. Она вернула мне пояс.

— Что мне делать теперь? — поинтересовалась я, присаживаясь рядом с нею на землю.

Некоторое время Агнес размышляла, не прерывая свою работу. Затем она взглянула вверх и сказала: — Теперь тебе необходимо стать беременной.

  • Беременной? — Я даже онемела от удивления.

  • Да. Гебе нужно воплотить определенные нерожденные вещи, прежде чем ты сможешь приступить к созданию щита. Забрав свадебную корзинку у Рыжего Пса, ты научилась развивать матку таким образом, чтобы она могла стать достойным приемником для твоей добычи. Ты сконцентрировала свою силу в матке так, что смогла справиться с заданием. Теперь твоя матка непорочна и готова для посева следующего щита. Семена необходимо носить внутри себя. Для следующей встречи с Хранителями ты должна быть беременна. Почему ты гак смотришь на меня?

  • Агнес но я не могу забеременеть...

  • Не волнуйся, сможешь.

Суровое лицо Агнес расплылось в улыбке, когда она увидела мое замешательство.

  • Нет, ни в коем случае, — запротестовала я.

  • Для того, чтобы быть беременной в глазах Хранителей, существует несколько способов. Не волнуйся, это всего лишь возможность провеста их. Это как танец — их способ игры. И с тебя, и с меня уже хватит детей.

Агнес снова рассмеялась.

— Будь внимательна. Нужно сделать так, чтобы ты выглядела беременной: мы привяжем к твоему животу несколько нерожденных предметов. Я хочу, чтобы ты отыскала яйцо определенной птицы в определенном гнезде и принесла его сюда. Затем мы завернем его в кусок волчьей шкуры вмесге с другими священными предметами и сорока четырьмя семенами. Все это мы привяжем к твоему животу вмесге с тыквой и перьями. Крайне важно тайком достать это яйцо до завтрашней ночи, когда наступит новолуние. Лучше нам заранее отыскать это гнездо, поэтому сейчас мы отправимся в овраг.

— Но Агнес уже темнеет, — нервничая, возразила я. — Не могу же я в кромешной тьме разыскивать яйца.

— Это единственно возможное время. Я тебе помогу. Мы перекусили на скорую руку и отправились в ночь, направляясь на север в овраг-, идущий вдоль ручья. В темноте я ничего не видела и часто спотыкалась. Агнес посоветовала воспользоваться ночным видением, над развитием которого она долго со мной работала. Я дважды падала, но Агнес сказала, чтобы я шла впереди нее. Вскоре я привыкла к темноте, и мы припустили чуть ли не вприпрыжку. Меня поражала скорость ее передвижения. Она двигалась словно молоденькая девушка.

Когда мы спустились в овраг, я удивилась остроте своего зрения. Противоположная сторона оврага была скалистой, почти отвесной. Но порода была пористой, в ней очень легко можно было вырыть ямку. Мне было известно, что здесь есть несколько лисьих нор. Агнес замедлила шаг, затем внезапно остановилась. Мы одновременно рухнули на землю и долго наблюдали за молчаливыми скалами. Еще в домике Агнес сообщила, что это обитель «неуловимой зимней птицы», как она ее называет. В конце весны самочка закапывается в мягкую породу высоко в скалах, чтобы отложить яйца вне досягаемости зверей. В темные ночи, особенно в новолунье, она ненадолго вылетает из гнезда в поисках еды.

Агнес внимательно рассматривала скалы справа от нас. Я тоже внимательно изучала каждый шорох и тень. Скалы в том месте были высокие и менее доступные. Отвесные скалы казались вполне подходящим месгом для безопасного и тихого птичьего рая. Я неподвижно пролежала в ожидании дальнейших событий около часа. Совершенно неожиданно некая тень молнией пролетела низко над землей и скрылась из виду. И вновь она мелькнула высоко над скалами. Я подумала, что это летучая мышь, но Агнес сказала, что это зимня я птичка, и пояснила, что если я отыскала ее скрытое место меньше чем за два часа, значит, я действительно вхожу в силу Востока.

— Теперь я тебя оставлю, а ты отыщи гнездо. Я подожду тебя в доме. — Она передала мне какой-то предмет, который на ощупь напоминал шкурку с мехом. — Надень вот эту маску, когда направишься к гнезду. Она послужит тебе в качестве проводника.

Маска была мне абсолютно неизвестна. В темноте я провела рукой по поверхности. В некоторых местах мех был выщипан, чтобы придать ей некую форму. Я легко надела маску, словно специально сделанную для меня.

Без единого звука Агнес будто растворилась среди деревьев. Самое главное в выслеживании, как говорила Агнес — это хитрость. Нельзя, чтобы добыча догадалась, что ты преследуешь ее. На мгновение я увидела себя крадущейся в потемках по оврагу с меховой маской на голове — неужели я действительно это сделаю? Затем я вновь отцентрировала свое внимание. Мне стало интересно, смогу ли я забраться на такую высоту так бесшумно, чтобы зимняя птичка не услышала меня. Моим единственным желанием было, чтобы птица летала достаточно долго, позволив мне незаметно забрать у нее одно яйцо и убраться восвояси. Было очень важно проделать это так, чтобы не потревожить птицу. Я натерла руки и тело листьями, отбивая запах человека, чтобы птица-мать приняла оставшиеся яйца.

У меня занемели мускулы. Я не осмеливалась даже повернуть голову. Звериная маска нагрелась, запах кожи стал слабее. Щеки у меня горели, словно от загара, возникло странное ощущение, будто маска принимает мои черты. Я уже не могла провести четкую грань между тем, где заканчивается маска, а где начинается мое лицо. Было жарко. Внезапно изменилось моезрение. Разнообразныеаспектыокружающе-го вдруг стали более четкими, словно проявленными.

Линн, охотница за зимней птицей, — подумала я. Я все больше ощущала себя четвероногим зверем, который живет, припадая брюхом к земле. Я поползла вперед, все больше и больше ощущая себя животным. Чувство это возбуждало меня, обостряя все органы восприятия. Тело пользовалось собственным умом.

Ни один звук не ускользал от моего внимания. Было уже очень поздно, я не имела ни малейшего представления, сколько времени я находилась в засаде. Однако я точно знала, когда пришло время двигаться. Придерживаясь тени, отбрасываемой скалой, на четвереньках я подползла почти к самому гнезду. Находясь в десяти шагах от цели, я все еще не осмеливалась пошевелиться. Замерев на месте, чуть дыша, я ждала, когда еще раз промелькнет молниеносная тень птицы. Тень промелькнула справа. Если бы мне удалось преодолеть два валуна, я добралась бы до гнезда одним рывком.

Внезапно из другого гнезда выпорхнула еще одна птица и последовала за своими товарками. Крадучись, я метнулась к одному валуну, затем к другому. Я знала, что маска каким-то непостижимым образом изменила меня, но мне и на ум не приходило, что моя осознанность тоже обострилась. Странный звук вырвался из моей груди, когда я добралась до гнезда. В гнезде было три яйца. Я взяла одно.

На меня накатила волна неописуемой радости, восторга. Я действовала чисто инстинктивно, без рационального размышления. С невероятной скоростью я выпрямилась и прильнула к скале, полностью слившись с ее тенью, а уже через мгновение я уверенно неслась по лесу, крепко держа добытое яйцо в обеих руках. Это походило на бред. Незнакомый, рычащий звук вырвался из моей груди. Перед тем как выйти на поляну, я остановилась, неуверенно оглядываясь по сторонам. Положив яйцо на мягкую траву, я попыталась снять маску. Лицо словно застыло. Я запаниковала, казалось, что маска вросла в мою кожу. Я попыталась снять маску со стороны подбородка, но мне это не удалось. Возникло такое чувство, что, начиная с плеч, я превратилась в животное. Улегшись на землю, я свернулась клубочком вокруг яйца, защищая его, но не прекращая попыток освободиться от маски, потому что хотела избавиться от странной иллюзии, которую она навевала на меня. Но я продолжала рычать, всеми силами сдерживая желание съесть яйцо. На ум пришла мысль, что Агнес дала маску силы именно для этой возможности. Суждения мои не отличались особой четкостью, но каким-то образом я знала, что мне следовало учиться у маски, а не воевать с ней. Я оказалась заключенной в сознание волчицы. Я даже не сомневалась, что повстречай я сейчас волка или рысь, то смогла бы общаться сними. Интересно, сколько раз я рождалась зверем в своих прошлых жизнях? Почему люди считают животных менее сознательными?

Словно маленькое пушистое животное, я лежала на земле, защищая запретное яйцо. Я тихонько рычала, но инстинкт голода и самосохранения становился все сильнее. Осторожно, мягко касаясь языком скорлупы, я стала облизывать яйцо. Внезапно веемой чувства пришли в боевую готовность. Внимательно глядя по сторонам, я осторожно передвинула яйцо поближе к животу. Я чувствовала опасность, хотя и не слышала ничего подозрительного. Внезапно неподалеку от меня сверкнули удивительно ярко горящие глаза. Затем из тени ко мне метнулась некая неопределенного вида фигура. С меня сорвали маску, исчезло и яйцо. Было нарушено некое инстинктивное правило самозащиты. Я потеряла сознание.

Придя в себя, я обнаружила, что лежу на крыльце домика Агнес. Я попыталась открыть глаза, но веки были словно налиты свинцом. Рядом со мной сидела Агнес. Она положила одну руку мне на голову, а вторую на солнечное сплетение.

— Лежи спокойно, — сказала она.

Ужасно болела голова. Я попыталась встать, но Агнес вновь уложила меня.

— Расслабься, — приказала она. — Я хочу поговорить с тобой.

Агнес взяла с колен маску и показала ее мне. Это была рысь.

— Это твоя смерть — одна из многих, — сказала она. — Все, что осталось от жизни. Некогда ты была духом этого животного — рыси. Атеперья держу ееперед тобой — тобой, которая взирает на эту маску через надменные глаза человека. На этом месте могла оказаться маска камня, света или зеркала, но все равно это был бы учитель, посредством которого приходит истина. Ты износила столько масок! Ты научилась сливаться, незаметно переходить из одного качества в другое, научилась приманивать добычу. Мало кто догадывается, что каждую минуту ты собираешь все новые и новые знания. Ты великая актриса.

Эта маска очень древняя, она наделена огромной силой. Она может провести тебя за пределы всех отождествлений, Может забрать в прошлое, в то время, когда она была живая. Этой ночью она пришла к тебе. И ты ее приняла. Ты была готова к путешествию. Я не знала, что маска хочет забрать тебя, но я видела множество угрожающих знаков, поэтому и поспешила назад к тебе. Я пришла как раз вовремя. Если бы ты съела яйцо в том состоянии, в котором я нашла тебя, ты бы никогда не вернулась.

  • А яйцо? — прошептала я, пытаясь встать.

  • Вот. — Агнес протянула мне желтовато-коричневое ЯЙЦО. — Будь осторожна.

Яйцо было теплым, я держала его в руках, не в силах поверить в действительность событий прошлой ночи. Все происходило словно во сне. И лишь ощущение нежности кожи лица и это яйцо доказывали истинность происшедшего.

  • Маска была очень сильной. Каким образом она могла меня так изменить? Ты должна была предупредить меня.

  • Это обеднило бы твой опыт. Советы можно давать после переживания. Тебе повезло — хороший знак. Пойдем. Больше никаких разговоров. Думаю, тебе надо поспать.

День уже был в самом разгаре, когда я проснулась и поела. Я чувствовала сильное давление на уши, мне не хотелось разговаривать. Агнес предложила немного пройтись.

Выйдя из дома, я увидела, что Агнес держит в руке небольшую тыквенную трещотку. Она провела ею по моей голове. Трещотка звучала совсем не так, как другие.

  • Почему у нее такой забавный звук?

  • Потому что в ней находятся маленькие кусочки драгоценных камней, — пояснила Агнес, улыбаясь и встряхивая трещоткой. — Драгоценные камни разговаривают с миром кристаллов, если ими правильно пользоваться. Драгоценные камни удерживают силу; полудрагоценные камни посылают силу. Послушай, как трещотка разговаривает с тобой. Она заберет все неприятные ощущения.

Агнес поднесла трещотку к правому уху и встряхнула. Ощущение было такое, словно у меня стало потрескивать в с нами стоят Руби и Джули. Я не знала, когда они пришли и как долго находятся здесь. Я хотела было что-то сказать, но Руби жестом приказала мне сохранять молчание, пока Агнес складывает свои вещи. Когда все было закончено, Агнес похлопала меня по руке.

Мы двинулись вперед. Руби несла что-то большое, завернутое в покрывало. Неподалеку от того места, где мы раскуривали трубку, Руби положила свою ношу на землю. Развернув меня к востоку, Руби провела рукой по моему животу.

— Она готова, — сообщила Руби.

Агнес и Руби раздели меня, передав одежду Джули и попросив ее отнести вещи в дом. Джули ушла. Агнес расстелила на земле покрывало. Содержимое свертка произвело на меня тревожное впечатление. Тело напряглось, когда я увидела некий меховой предмет. Я даже попятилась, но не столько от страха, сколько от удивления. Живот наполнился теплом.

  • Защити ее слева, — сказала Агнес. Руби обошла вокруг меня и встала слева.

  • Что это такое? — поинтересовалась я.

— Это называется Громовой Пояс, — пояснила Агнес. — Это твой помощник. Держи и молись.

Вернулась Джули. Я внимательно присмотрелась к странной меховой вещице. Она была того серовато-коричневого цвета, который ассоциировался у меня с осенью. По форме она напоминала грушу с выемками под грудь. Агнес и Руби завязали бандаж вокруг меня. Я почувствовала замешательство. Джули с особой внимательносгью наблюдала за процессом. Ветер откинул прядь темных волос с ее лица. Когда я взглянула на Джули, та улыбнулась мне в ответ.

— Я действительно чувствую себя странно, как-то иначе, — сказала я.

— Ты беременна, — отозвалась Агнес. В ееголосе не было и тени насмешки. — Это называется материнским способом обмана Хранителей. Мы хорошо провели все необходимые ритуалы и знаем, что тебя ждут. Когда ты надела маску рыси, то осознала прошлые жизни внутри себя, это было хорошим знаком.

  • А зачем обманывать Хранителей7. Неужели нет иного способа?

  • Им нравится быть обманутыми. Если тебе удастся провести их, они будут чтить тебя.

  • Для светящихся существ, — сверкая глазами, сказала Руби, — ты беременная. Они видят ложное свечение — ложную жизнь внутри тебя.

  • И для этого мне нужно было раздобыть яйцо, а ты, Агнес, с таким трудом разыскивала сорок четыре семени?

  • Мы делали это для создания светового обмана, для того, чтобы пришли Хранители и пропустили тебя сквозь барьер.

  • Разве ты не чувствуешь себя беременной? — поинтересовалась Руби.

Прислушавшись к внутренним ощущениям, я обнаружила, что чувствую себя очень странно, меня слегка подташнивало. Даже если бы я и смогла забыть, как чувствовала себя в последние месяцы беременности, то моментально вспомнила бы. Я была сверхчувствительной огромной бочкой.

— ' Я чувствую себя очень беременной. У меня будет двойня?

Все рассмеялись. Руби надела мне на шею бусы, состоящие из разнообразных кусочков морских раковин, бусинок, старинного бисера, клыков животных. Я потянулась к бусам, чтобы получше рассмотреть их, но Руби перехватила мою руку:

— Нет, — непререкаемо сказала она. — Джули, накинь на Линн покрывало.

Джули взяла сгаренькое покрывало, в которое был завернут Громовой Пояс, и накинула его мне на плечи. Если бы меня могли увидеть сейчас мои знакомые из Калифорнии! Агнеспояснила, что это покрывало рожениц, что многие дети пришли в мир на этом самом покрывале.

В довершение ко всему Агнес дала мне кувшин из красной глины, в котором находилось нечто, что она назвала «скребком, поднявшимся из открывания», сказав, что мне, возможно, понадобятся и кувшин, и скребок, когда я захочу собрать что-то для своего щита. Я поинтересовалась, что означают ее слова. Однако Агнес сказала, что это я должна выяснить лично.

Мы отправились к священному месту, в котором давным-давно проводили церемонию. Обогнув домик справа, мы шли через развалы черных скал, которые невозможно увидеть, если только не подойти к ним справа. Тропка была узкой и почти незаметной. Я шла очень осторожно, прижимая огромный живот к гладкой поверхности камней, чтобы сохранять равновесие. Мы оказались на самом краю глубокого ущелья. Внизу виднелась почти круглая поляна, которую с востока защищала массивная каменная стена. Сверху поляна казалась античным амфитеатром. Дальше наши пути разошлись — Агнес Руби и Джули пошли по другой тропинке. Когда я достигла подножия скал, они взобрались на вершину и заняли три ключевые точки: Джули на юге, Агнес на севере, а Руби на западе. Мне же нужно было обратиться на восток, стоя рядом с россыпью камней. Обратиться к Вос-току значило смотреть на сплошную стену из камня — бордового, розового, серого и черного. Взглянув на массивную стену, освещенную лучами заходящего солнца, я ощутила собственную незначительность и преходящесть. Западный ветерок прильнул к моему телу.

Поставив глиняный кувшин под ноги, я нарисовала вокруг себя священный круг и посыпала его табаком, вложив в круг силу произнесением молитвы, которой выучила меня Агнес. Начальная церемония заняла много времени. Я чувствовала тонкие изменения, происходящие с моим телом,

раскрыте, расширение — словно оно готовилось к родам. Я запела песню рождения и, обращаясь к Хранителям, просила их показаться.

Неожиданно с севера Агнес выкрикнула мое имя.

  • Привет, Линн. — Слова завибрировали, расколов тишшгу. Эхо многократно повторило приветствие, а затем постепенно затихло. С юга откликнулась Джули, которой вторила с запада Руби. Каждый из этих голосов по-разному воздействовал на меня, затрагивая разные части тела. Внезапно их голоса выкрикнули мое имя в унисон.

  • Привет, Линн.

В ушах стоял ураган звуков: «Привет, привет, Линн, Линн». Слова повторялись вновь и вновь. Я попыталась проскользнуть внугрь, скрыться от оглушающего эхо, но каждая клеточка моего тела дрожала и вибрировала в созвучии со словами. Эхо превратилось в сводящую с ума субстанцию, полотно моего имени окутывало меня, как кокон. И вдруг я почувствовала, что тело вдребезги разбилось и разлетелось искорками во все стороны, напоминая фейерверк.

Звук не затихал и, становясь лишь глубже и громче, проникал в меня. Похожие на птиц тени вышли из меня, словно некие разделяющие барьеры. Понятия не имею, кем были эти существа, но они явно убегали. Промелькнула мысль, что я, возможно, умираю и возвращаюсь к Единству, поэтому эти существа потеряли свое транспортное средство.

— Какое ты имеешь право на рождение? — раздался громовой голос. — Ты была тем, чем являлась. Никто другой не может быть тобой, но ты забрала и это. Почему ты должна родиться, когда столь многие несправедливо умирают?

Каменная стена, находящаяся передо мной, казалось, раскололась, раскрывая клубящийся свет. Впечатление было такое, словно раскололась раковина, внутри которой скрывалось солнце. Свет был так ослепителен, что на него невозможно было смотреть. Пришло ошеломляющее понимание, что этот свет исходит изнутри меня, я видела свое собственное существо, вырванное из великой мистерии света в этот мир тьмы и мрака.

— Прощай, Линн, прощай. — Казало сь, что звук и сходит сзади, сливаясь с вечностью, живущей собственной жизнью, сплавляется с моими мыслями, рассеивая их. Услышав голоса, я быстро развернулась. В голове мелькнула мысль, что это Лгнес и Руби спустились с вершины скалы и стоят позади меня за пределами очерченного круга. Однако моему взору открылись две светящиеся колонны.

  • Кто вы такие? — спросила я. На ветру стыли слезы страха, катившиеся по щекам.

  • Мы твои наставники с другой стороны. Ты была принята Хранителями. Мы учим ненависти, а не любви. Это истина. Мы — левая сторона силы. Мынеможемобманывать тебя. Мы учим слабости, а не силе. Это истина. В нашем кругу мужчины обладают силой, они несут в себе пустоту. Мы маги, отдавшие свою силу женщинам-магам. Это истина. Мы заклинатели боли и обмана. Здесь нет никаких преград, никаких барьеров. Здесь мы нашли суть.

Откинула ли я свое тело и чувства? Я была напугана, ужас превратился в невыносимую боль в животе — продолжительные, разрывающие ощущения, словно при родах.

— Я разговариваю с Агнес и Руби? — задала я свой вопрос.

Светящиеся колонны стали растворяться. Формы, которые я приняла за Агнес и Руби, закружились, а затем просто исчезли. Их больше не было. На меня молча смотрели двое молодых мужчин. Они казались агрессивными, сильными, но худыми; от них исходил некий сатанинский дух. Одеты они были в джинсы, ковбойские сапоги и рубашки с длинными рукавами. Походили они на более юную версию моих целителышц. Я внимательно изучила каждую пору на их темных лицах, каждый мускул на их руках. Меня захватила эта реальность. Неужели подобное возможно? Наконец я робко спросила:

  • Какой силой обладаете вы? — Я не была вполне уверена, что произнесла вопрос вслух.

  • Нам известны все тайны, но мы ничего не знаем об открытом. Мы обладаем хейока-силами, к которым столь стремилась ты, преодолевая барьер. Мы перевернутая противоположность мужчин-женщин. Наши дороги извилисты и всегда возвращаются к истоку. Мы — это злой койот, познавший покой и мир. Мы одурачили тебя и сможем проделать то же и в будущем. Поверь в нас, или мы умрем, как и мы должны верить в тебя, потому что иначе умрешь ты. Мы отступники силы. Эта магия будет жить внутри тебя и делать свое дело.

  • Привет, Линн. — Я услышала голоса, говорившие в унисон и отражаемые скалами. Звук был сголь устрашающ, что я утратила любую способность к связному мышлению. Слово следовало за словом похоронным маршем, оставляя глубокий шрамвмоем восприятии. — Привет,Линн. Привет, Линн. Привет, Линн.

Я видела, как Агнес и Руби умирают, растворяясь во внутреннем мужчине. Они пятились от меня, исчезая в темноте. Затем меня ослепил серебряный свег и спалил последовавший взрыв. Я была отброшена назад, но траектория по-лега неким образом изменилась, и я полетела вперед. Меня несло по ребристому тоннелю, словно я действительно переживала мистерию рождения. Следующим связным воспоминанием было то, что я стою на коленях внутри круга. Дул легкий ветерок. Меня слегка подташнивало. Я выпрямилась, подняв с земли глиняный кувшин, и вышла из круга. Я знала, что больше не беременна. Я дала рождение самой себе. Плача, я подошла к каменной стене и стала скрести розовую поверхность при помощи скребка. Появилось свечение. Небольшие кусочки, падавшие в кувшин, казались частью плоти Бога — субстанцией Бога.

Я знала, что рискованно окунулась в непостижимую реальность экстаза и боли, захватившую мою чувствительность. Непостижимым образом эта реальность отражалась в красоте камня и моем взаимодействии спим. Любовно касалась я поверхности камня. Гладкая красная поверхность смягчалась и отсоединялась под легким давлением. I [а ощупь она напоминала эластичную кожу. По мере того, как камень поддавался, нечто внутри меня тоже уходило. Я чувствовала, как перестраиваются мои мускулы, словно я была музыкальным инструментом, который настраивают в гармонии новой тональности. С каждым новым прикосновением к камню я все больше чувствовала себя во внутреннем центре. Весь обман, мысли и ложные эмоции были вымыты из моей системы. Внезапно пришло понимание, что черная магия основывается на реакции против любви, а этот камень своей открытостью и незащищенностью каким-то непостижимым образом учит меня заботе и любви. Соединение камней, звуков, эмоций и любви слало для меня неким алхимическим сплавлением. Я знала, что это принесло смерть моему разрушительному потенциалу, потому что ради подобного переживания мне пришлось отбросить очень многое.

По щекам текли слезы. Я чувствовала, что стою в великой усыпальнице и что Божественная субстанция неким непостижимым для человеческого разумения образом заботится о всем сущем. Опустившись на колени, я плакала от радости, пока не почувствовала, что рука Агнес опустилась мне на плечо.

Вернувшись в дом, Агнес отказалась обсуждать со мной мое видение, сказав, что слова отрицают и искажают истину, мне же следует постараться пронести это видение через всю свою жизнь.

— Самое главное, — сказала Агнес, — это то, что ты слилась с дьяволом и освободилась в любовь. Отрази переживание и любовь на своем щите. Восточный щит — это щит возвращения к истоку, поэтому поверхность оберега дол /К на быть обращена вовнутрь.

Агнес сказала, что восточный щит не имеет формы, поэтому я могу сделать его так, как сочту нужным. Необходимо лиі пь осознанно і іередать і іереживание видения. Она сказала, что мне не нужно думать о себе, как я это обычно делаю, но лишь позволить хейока-наставникам направлять мои действия, позволить своему духу создать этот щит. Агнес сказала, что хейока-щит — и не щит вовсе, а познание и принятие духа.

Хейока-щиты, висящие в музеях, всегда были загадкой, мистерией, — сказала она. — Об их силе рассказывают неимоверные истории — некоторые из них правдивы, другие выдуманные. Хейока-щиты кажутся сплошным безумием для белых людей: безвкусица, сделанная дикарями, не способ-

иыми защитить себя. Но когда я вижу такой щит, то знаю, что перед моим взором находится нечто, недоступное пониманию обычного человека. То, что я вижу, приветствует меня, потому что я вижу щит хейока, и я познала великую радость. Этот щит говорит: «Я не обману тебя. Я встретился с парадоксом. Меня ничто не удивит, но я знаю, что все сущее есть воля Великого Духа».

— Если уж ты не хочешь говорить о моем переживании, может быть, ты расскажешь, что происходит на самом деле, когда я делаю свой хейока-щит\ — спросила я.

  • Ты пытаешься завершить свой круг.

  • Что это значит?

— Каждый рождается в принадлежности какому-либо кругу.

— Не понимаю.

— Пока человек не завершит свой круг, для него нег силы.

— Ты имеешь в виду круг людей?

— Да. В твоем случае это круг женщин. Задачей охотницы, женщины-воина является собрать достаточно личной силы, чтобы отыскать свой круг и соединиться с ним.

— И как мне это сделать?

— Ты сможешь отыскать свой круг, только когда будешь готова к этому. Ни одному человеку не удалось отыскать свой круг, не будучи близким к самореализации. Твой круг взывал к тебе с самого твоего рождения. Но у тебя не хватало личной силы, чтобы услышать его зов. В прошлом ты встречалась со многими людьми из этого круга, но они оставались для тебя невидимыми. Это твоя личная ответственность — никогда не сомневаться в существовании братства по духу. Многому следует научиться, прежде чем войти и быть признанным своим кругом. Когда ты соединишься с ним, твои сестры одарят тебя подарками, их сила станет твоей силой.

Больше Агнес ничего не стала говорить о восточном щите. Я вспомнила, как однажды мой друг сказал, что после встречи с Божественным все кажется смешным до истерики. Во время создания восточного щита меня охватило сходное чувство. Глядя на странный подбор подсобного материала — кучку осколков камня, кусок старой ослиной кожи, деревянные палочки, перья совы, пластмассовую цепочку, тыквенную трещотку, охотничий нож со ржавым, поломанным лезвием, несколько деревянных кружочков с изображением голов индейцев, не говоря уже о куриных косточках и искрив ленной стреле хейока, наконечник которой указывал внутрь, — я была поражена абсурдностью человеческой дилеммы. Собирая все эти предметы в единое целое, я смеялась без всякой причины. С каждым шагом процесса все очевиднее становилась нелепость происходящего, я громко рассмеялась. Я знала, что можно выполнять и глупую работу, и это понимание тоже было замечательно. Щит стал напоминать коллекцию индейского китча мира магов.

Казалось, возникла одна важная проблема в ходе создания щита: я не знала, каким образом использовать то, что я соскребла с хейока-барьера. Смочив собственной слюной каменную пыль, я размазала ее, использовав в качестве краски, по всей поверхности ослиной шкуры. Я как раз пристраивала последнее перышко совы к ободу, когда появилась Агнес и вырвала его у меня из рук. Она улыбнулась.

— Тебе никогда не закончить щит хейока. Сейчас необходимо быть особенно бдительной. Помни, что этот щит привлекает врагов. Это незавершенный оберег, но сила его значительна и неотразима для тех, кто понимает. Наблюдай за каждым споим шагом. Теперь ты уверенно идешь по пути. Ты получила'инициацию в мой мир хейока.

На следующее утро, закончив щит, я поехала в Кроули купить Руби несколько пачек сигарет. Купив сигареты, я решила заехать перекусить в небольшой городишко неподалеку от резервации. Меня тешила идея купить подарки для Лгнес, Руби, Джули, Бена и Драма. Местные жители с интересом разглядывали меня. Для них я была заезжей незнакомкой. Мне понравились чистенькие, опрятные домики. Движения на улицах почти не было, а центр городка состоял всего из нескольких кварталов. Припарковав машину, я перекусила. Выйдя из кафе, я повстречалась со старенькой индианкой, державшей стопку пожелтевших журналов. Эту старушку я уже встречала в магазинчике Кроули.

  • Тебя зовут Фиби? — поинтересовалась я.

  • Думаю, что да. — На Фиби было надето то же самое платье, в котором я видела ее в предыдущий раз. В пачке, которую держала старушка, было не меньше тридцати журналов. Подбородок Фиби упирался в фотографию Мерлин Монро.

  • Помоги нести, — сказала она, передавая мне журналы. Мне ничего не оставалось, как только принять стопку.

  • Я живу неподалеку, — сказала она.

Я начала раздражаться. Вероятно, Фиби была уверена, что я буду сопровождать ее до самого дома.

  • Я тороплюсь.

  • Я тоже, — сказала она, подтолкнув меня к машине. Стало абсолютно понятно, что мне придется позаботиться о старушке. Фиби быстренько подошла к моей машине и уселась на заднее сиденье. Я удивилась, откуда она знает, что это именно моя машина. Чтобы открыть дверцу, мне пришлось положить стоику журналов на капот. Фиби не сделала ни малейшей попытки помочь мне, когда я располагала журналы рядом с ней. Я села за руль.

  • Итак, куда ехать, Фиби?

  • Ты найдешь, — ответила она. — По дороге.

Не имея ни малейшего представления, куда ехать, я начала злиться по-настоящему. Неровным, высоким голоском Фиби затянула песенку. Песня была бессмысленной и казалась сложенной с точки зрения ребенка, вырезающего бумажных кукол. Я подумала, что эта женщина, должно быть, выжила из ума. Я продолжала задавать вопросы по поводу местонахождения ее дома. Мы объездили каждую улицу городка. Фиби продолжала отвечать, что ее дом не здесь.

  • Поверни сюда, — сказала она, указывая на проселочную дорогу, по бокам которой выстроились деревья.

  • Это пустынное место, — сказала я. — Ты не можешь здесь жить.

— Я жила здесь раньше, — возразила Фиби.

— Ну же, Фиби, мне наплевать, где ты жила раньше. Мне нужно возвращаться. Скажи мне, где ты живешь сейчас. Старушка вновь затянула свою песенку.

— Пожалуйста, Фиби. — Я положила голову и руки на руль. — Где ты живешь?

Она посмотрела на меня так, словно мои слова проходили мимо нее. Она указала рукой на один из свалившихся на пол журналов.

  • Я внаю, что ты была послана сюда моей бумагой, — сказала она, поднимая журнал и пролистывая его в поисках картинок.

  • Кажется, у меня появилась идея, — сказала я, развернув машину и поехав обратно в городок. Старушка, скорее всего, страдает безумием. Только я приняла решение отвезти

ее в то место, в котором повстречала, как Фиби передала мне веер, сделанный из листка, вырванного из журнала.

  • Это мне? Спасибо, Фиби. Я его сохраню. Но, пожалуйста, вспомни, где ты живешь. Разве ты не помнишь дорогу?

  • Остановись около того зеленого дома на углу, — сказала она, продолжая пролистывать журнал.

Подъехав к дому, я остановилась, не выключая двигатель. Фиби выпрыгнула из машины и быстренько направилась вдоль подъездной дорожки к дому.

— Фиби, подожди. А как же журналы?

Заглушив мотор, я вышла из машины, вытащила журналы и поспешила вслед за старушкой. Входная дверь была еще открыта. Войдя внутрь, я положила журналы на кофейный столик и повернулась, готовая уйти, но вместо этого замерла на месте, потому что оказалась лицом к лицу сРыжим Псом.

— Мне нужно поговорить с тобой. Присядь.

Меня пробрала холодная дрожь. Шок был столь велик, что я даже не могла понять, как очутилась в такой ситуации. Казалось, мои глаза отказываются принимать его присутствие. Рыжий Пес закрыл дверь на замок.

— Присаживайся, — сказал он. — Чувствуй себя как дома.

Я медленно соскользнула в кресло. Рыжий Пес приблизился и уставился на меня тяжелым, немигающим взглядом, излучая подавленную ярость. Я знала, что он готов выцарапать мне глаза и бросить в пучину.

Он был одет в небесно-голубую рубашку, джинсы и дорогие ковбойские ботинки. Выглядел он моложе, чем мне помнилось. В камине горел огонь, бросающий блики на его рубашку. Помимо своей воли я начала дрожать. Взглянув на его ноги, я оглядела комнату в поисках коляски. Рыжий Пес словно прочитал мои мысли.

  • Кресло-коляска всего лишь обман. Успокойся, Линн. Хочешь чего-нибудь выпить? — Его голос был полон сарказма.

  • С удовольствием, — удалось выдавить мне, хотя я и знала, что не сделаю ни глотка, но я хотела выиграть время.

Рыжий Пес направился в кухню. Я окинула комнату взглядом в поиске возможного выхода, но на каждом окне, каждой двери висели замки. Комната являла собой сплошной хаос: пластмассовые цветы, стопки цветной бумаги, газеты, полки, заваленные куклами (современные пластмассовые куклы вперемежку со старинными, индейскими), и тому подобный хлам. Здесь же находилась клетка с двумя длиннохвостыми попугаями, начинавшими тревожно кричать, как только к ним приближалась одна из многочисленных кошек. Вскоре вернулся Рыжий Пес, неся два стакана и то, что показалось мне вином со льдом. У меня так дрожали руки, что кусочки льда чуть ли не выпрыгивали из стакана, хотя я и пыталась не подать виду, что отчаянно боюсь. Судя по сладкому запаху, налиток был малиновым соком.

— Я не одобряю алкоголь, — сказал Рыжий Пес, вновь уловив мои мысли. Он явно наслаждался моим ужасом.

Я поставила стакан на столик. Фиби принесла тарелку с горячими бутербродами. Поставив тарелку рядом с моим стаканом, она направилась к допотопной швейной машинке и принялась крутить педаль. Остановившись, она стала яростно обмахиваться одним из превеликого множества бумажных вееров, лежавших на столе. Веера были украшены изображениями Иисуса Христа, Девы Марии и Иосифа. Рыжий Пес, не обращая ни малейшего внимания на Фиби, принялся за бутерброды.

— Очень жарко, — пожаловалась Фиби. — Мухи сведут меня с ума.

Она вновь принялась крутить педаль машинки. Насколько я могла судить, в доме было довольно прохладно. К тому же не было ни одной мухи. Фиби строчила пустоту, потому что в машинке не было ни материала, ни ниток. Комната, наполненная шумом швейной машинки, возней хомяков, попугаев и кошек, напоминала локомотив, готовый вот-вот отправиться в путь. Однако казалось, что ни Рыжий Пес, ни Фиби не замечают этого. У меня возникло ощущение, что я попала в бедлам, и неизвестно, удастся ли мне выбраться из него живой.

Рыжий Пес откинулся на спинку кресла, доедая последний кусок бутерброда.

  • Знаешь, твои насгавники неправильно учили тебя, Линн, — сказал он.

  • Неужели?

  • Чертовски неправильно, — Рыжий Пес покачал головой. — Они сказали, что я твой враг, что мы не подходим друг другу. Как ты думаешь, зачем они учат тебя искусству щитов?

— Для приобретения силы. Рыжий Пес иронично рассмеялся.

— Чепуха. Ты учишься щитам и собираешь силу, чтобы защищаться от меня. И вот я здесь. А что можешь сделать ты, чтобы не позволить мне сделать с гобой все, что я ни пожелаю? Однако я не рок и не возмездие. Я лишь хочу поговорить с тобой. Не надо так меня бояться.

Он взял еще один бутерброд с тарелки, осмотрел его со всех сторон и положил обратно.

— Я никогда не смогу доверять тебе.

Мне показалось, что Рыжий Пес в приступе бешеной ярости разорвет меня на кусочки, и пожалела, что открыла рот.

  • Глупая ты женщина, — сказал он. — Агнес учит тебя быть видимой. А она видима? А Руби? А я? Конечно, я могу привести тебя к ним, а они могут направить тебя ко мне, но попробуй отыскать кого-нибудь из нас помимо нашей собственной воли. Мне жалко на тебя смотреть. Видимость, доступность — вот твоя Немезида, твой рок. Истинный человек силы скрывается на задворках — его невозможно увидеть. Именно так нам удается оставаться самими собой, удерживая то, чем обладаем. Ты стремилась к силе и отыскала ее, возможно, когда-нибудь ты станешь подобна мне, что несет с собой огромное одиночество. Ты — белая женщина, выпавшая из своей среды, совсем как я. Люди не понимают тебя. Агнес провела тебя сквозь магию, ты уже не сможешь принять участие в массовом сне. И что ты собираешься делать теперь? Куда направишься?

  • Я отправлюсь домой и буду вести нормальную жизнь, как обычно.

Рыжий Пес словно блокируя мои слова, поднял руку в жесте протеста.

— Никто тебя не узнает. Они будут использовать любые методы, заставляя пойти на компромисс требуя, чтобы ты вновь стала такой, какой была прежде. Ты не сможешь использовать свои знания, потому что, воспользовавшись ими, ты станешь опасной для толпы. Они станут бояться тебя. В соприкосновении с твоей силой они лишь ощутят отсутствие собственной. Они не увидят, что ты изменилась, они не поймут, кем ты стала. Всю свою жизнь ты потратишь на поиск своего круга. Неужели ты думаешь, что отыщешь сестер? Никогда. Никакие щиты в мире не дадуг тебе возможности отыскать братство, потому что его не существует. Если бы оно существовало, кому, как не мне, знать об этом? Я бы украл его силу. Но мне всегда приходилось черпать женскую энергию из таких священных предметов, как свадебная корзинка. Я объехал весь мир в поиске женщины, которая могла бы дать мне силу того уровня, который мне необходим. Ни одна из них не оправдала моих надежд. А разве ты повстречала достойного себя мужчину? В данный момент я пользуюсь силой Фиби. Не следует недооценивать ее. Она чрезвычайно сильна.

  • Фиби? — Я не могла представить себе Рыжего Пса вместе с этой странной маленькой старушкой. — Какой же силой может обладать она?

  • Сюда тебя привела ее бумага. Она может убить тебя в любой момент. Я не собираюсь убивать тебя, потому что хочу, чтобы ты получила силу. Уничтожить тебя сейчас не сделает мне чести, потому что ты еще так слаба и глупа. Фиби, подойди на минутку. Я хочу, чтобы ты заглянула в Линн и рассказала об увиденном.

Фиби подошла. Склонившись, она посмотрела мне в глаза безумным взглядом.

— Женщина в зеркале, какой она себя считала, ничего не знала. Ее голос спрашивал, что отражается в нем, но там отражался лишь дом с углом, в котором мышка скреблась, наблюдая за тем, что делалось рядом и в нем. Там еще были формы, хотевшие все понять, но отражение времени в зеркале не могло им ответа дать. Свет атомов вещества отражался от форм, отбрасывающих тени, но где ночная романтика и игра? Да, нечего было сказать: женщине по имени Линн, которая некогда была. Отражало зеркало ум и мыслей шурум-бурум, но пусто было оно, потому что в прошлое все ушло. Она двигалась посреди своего добра, не задумываясь о том, что она приносит в дом, протирая мебель и не зная, что правило золотое есть, которое может порядок принесть. Какое смирение! Как жесток был дурак, не сказав ей того, что хотела услышать она от него. Нужно еще посмотреть, будет ли в отражении честь. О, как растет ребенок! Ставят отметки в драме, прожитой задолго перед нами. Это длилось столь долго, сколько? Усталая, двигаясь в сплошном тумане, она питалась пирогами. К чему баклуши бить, когда знаешь, как жить? Я буду писать, рисовать, вас услаждать. Нет для меня ни времени, ни пространства, ни причин, к чему грустить? Не существует радость для меня, вот только гордость есть одна. Не в чем меня обвинять, я образцовая мать... Что еще знать хотите? Подождите. Следует долго ждать, пока мне будет что сказать.

— Достаточно, Фиби, — прервал старушку Рыжий Пес. — Возможно, Линн поняла, что ты видишь ее гораздо лучше, чем она себе представляла.

Слова этой песенки заставили меня содрогнуться. Фиби подошла к полке, уставленной старыми круглыми шляпными коробками.

— Где я оставила свои ножницы? — произнесла она, поднимая крышки коробок и роясь в их содержимом. — А, вот они, голубчики. — Старуха вытянула руку с ножницами к свету, щелкая концами. — Мне не нравится, как та белая дама посмотрела на меня вчера в магазине.

Рыжий Пес внимательно наблюдал за движениями Фиби.

  • Почему бы тебе не подрезать ей хвост, Фиби? Почему бы тебе не скрестить ей руки на груди и не уложить в землю?

  • Женщина из магазина отыщет дверь в небытие, я уложу ее в могилу, чтоб впредь неповадно было. — Из шляпной коробки она достала плотную черную бумагу и принялась вырезать. Постепенно бумага стала принимать форму куклы с воздетыми вверх руками. Затем она вырезала глаза и рот, добавила черную юбочку до колен, затем вырезала две ноги. Словно в поиске одобрения Фиби передала фигурку Рыжему Псу.

— Я вырезала ее из черной бумаги, что означает болезнь! — выкрикнула Фиби.

Не имея ни малейшего представления, что они делают, я все же почувствовала, что в их дейсгвиях содержится нечто дьявольское. Я не осмеливалась задавать вопросы. Некая могущественная сила, окружавшая этих двух, стала черной. Теперь Фиби вырезала прямоугольник из коричневой бумаги, затем она положила куклу на прямоугольник, словно в кровать. Она запела на языке индейцев, а Рыжий Пес вышел из комнаты, довольно посверкивая глазами. Вскоре он вернулся, принеся с собой дымящуюся травку с едким, одуряющим запахом.

Злобное действо продолжалось. Они положили бумажную куклу и «ложе» на небольшой алтарь у стены. Расставляя пластмассовые цветы и зажигая свечи, Фиби что-то бормотала себе под нос. Вновь и вновь она окуривала куклу едким дымом. Рыжий Пес передал ей небольшой пузырек с красной жидкостью, напоминающей кровь. Фиби сбрызнула ею куклу. Затем она взяла стручок в форме загнутых рогов (возможно, это была акация) и проткнула с его помощью куклу в районе желудка. Вновь и вновь она дула на куклу, не прерывая своего напева. Я с ужасом наблюдала за происходящим безумием. Так вот чем занимался Рыжий Пес с этой женщиной! Они занимаются черной магией. Маленькую сгарушку окружало столь много наводящей ужас силы, что доносилось потрескивание. В эксцентричной невинности Фиби свалилась в огромный дьявольский резервуар и теперь пользовалась им с эмоциональной зрелостью семилетнего ребенка.

Я больше не могла вынести этого и стала продвигаться к кухне в надежде на открытую дверь. Рыжий Пес одним прыжком подскочил ко мне и вновь усадил меня в кресло. Не спуская с меня глаз, он одобрительно кивал Фиби. Затем Фиби свернула все дары, куклу и другие предметы, приказав Рыжему Псу взять лопату и похоронить куклу, чтобы с ней было покончено раз и навсегда. Лицо старушки искажал гнев. Ее глаза, наполненные черной силой, которую можег вызвать только беспричинная ненависть, остановились на мне. Я почувствовала, как содрогнулась внутри.

Наблюдая за отвратительным ритуалом, я поняла, что Рыжий Пес в своем стремлении к силе просто безумен. В своем заблуждении во мне он видел то, что считал собой. Не развив в себе женскую сторону, он не мог видеть меня достаточно четко и ясно. Мне показалось, что я смогу выскользнуть от этого безумца живой, если мне удастся изобразить такую уязвимость и глупость, какую я ощущала внутри, и такую слабость, какую он видел во мне.

Рыжий Пес вышел и, очевидно, захоронил все, что они использовали в церемонии. Вернувшись, он уселся в цветастое кресло перед камином. Фиби вышла из комнаты и больше не вернулась. Рыжий Пес опять направил все свое внимание в мою сторону.

— Возможно, тебе интересно узнать, что произошло с Фиби. Будучи молодой, она сошлась с одним очень жестоким магом. Он не был таким хорошим человеком, как я. Вскоре он ей надоел, а когда она попыталась уйти, он превратил ее ум в ум ребенка. Сейчас она рабол-аег с магией Юга, которой он научил ее в ее простой вере и наивности. Она до сих пор обладает силой, которой ее научил бывший друг, но она является женщиной, чья память и история принадлежит ее забытому возлюбленному. Думаю, ты поняла, что с нами лучше не шутить, — закончил он, поудобнее устраиваясь в кресле. Кошка, лежавшая у него на коленях, мяукнув, убежала прочь. Для меня эти двое занимались уничтожением земли, убегая от любви, доверяя лишь одиночеству и хаосу. Для них жизнь была смятением, борьбой и стремлением к мести, отметиной боли на поверхности священного сна.

Взглянув на него, я разрыдалась, закрыв лицо руками.

— Я рад, что ты понимаешь свое положение. Черт, бумажный ритуал — всего лишь первый шаг. Если я захочу, то могу причинить тебе гораздо больше неприятностей.

Я сделала вид, что не могу остановить рыдания. Он передал мне платок утереть слезы.

— Черт побери, прекрати скулить. Ты же все-таки шаманка.

— Не могу ничего сделать. Я так боюсь.

— И чего же ты боишься? Конечно же, меня. Вряд ли ты изменилась, — с презрительной усмешкой произнес Рыжий Пес. — Посмотри на себя. Потребуются годы, чтобы ты была готова противостоять мне. Я для тебя слишком опасен. Без Агнес ты ничто.

К этому моменту я уже полностью не могла контролировать себя и рыдала во весь голос.

— Я отпущу тебя. Вообще-то это не входило в мои планы, но я изменил решение. Л сейчас прекрати ныть. Я собираюсь сделать тебе небольшой подарок, чтобы поднять настроение.

Если бы не охвативший меня ужас, я немедленно почувствовала бы подвох в его поведении. Рыжий Пес, взяв ножницы Фиби, принялся вырезать красивый круглый узор, напоминающий снежинку. Он использовал черную бумагу и работал очень быстро. Положив законченный узор мне на колени, он сказал:

— Она представляет дух воздуха. Передай ее Агнес и скажи, что я наполняю каждый ваш вздох угрозой. А теперь убирайся к своей драгоценной наставнице. Гош ты еще хоть раз попробуешь встать на моем пути, Фиби будет Альбертом Эйнштейном по сравнению с тем, во что превратишься ты.

Что есть мочи я бросилась прочь из этого сумасшедшего дома. Не знаю, как мне удалось добраться до резервации. Направляясь по дорожке к домику Агнес, я все еще рыдала. Агнес сидела в окружении всех моих щитов. Она крикнула, чтобы я остановилась и не подходила ближе.

  • Я посылала тебе силу. Я знала, что тебе угрожает великая опасность. Сила щита хейока привлекла его. У тебя есгь нечто предназначенное для меня. Что это?

  • Он дал мне бумажную снежинку.

  • Это магия Рыжего Пса, которая содержит семена вреда. Он тебя обманул. Его дар убил бы меня. Таков его способ уничтожить тебя. Унеси бумагу подальше, разорви на кусочки и закопай в четырех местах, а затем быстренько возвращайся.

Выполнив указание, я примчалась к Лгнес и рухнула около нее, рыдая от пережитого ужаса и наступившего облегчения. Я рассказала ей о происшествии во всех подробностях. Она поглаживала меня по спине, а затем рассмеялась. Отпрянув, я встревоженно взглянула на нее.

  • Ты почему смеешься?

  • Ты его тоже обманула. Тебе это удалось. Твоя уязвимость — самый надежный щит. Ты была столь широко открыта, что он не смог увидеть твою силу. Ты ослепила его своей невинностью.

  • Тогда зачем я делала все эти щиты?

  • Это совсем другое. Щиты спасли тебя, потому что представляют твою силу. Они определяют тебя и твою мощь.

Вскоре ты научишься объединять их и пользоваться как единым целым. Рыжий Пес отпустил тебя, потому что он сумасшедший. Он думает, что ты такая же, как он, что для силы тебе необходим кто-то со стороны. Но ты другая. Он считает, что каждый человек стремится быть магом. — Агнесзалилась смехом. — Ты хорошая ученица. Думаю, на некоторое время ты освободилась от него.

Утерев слезы, я улыбнулась, а затем и рассмеялась. Мы разговаривали до самого ужина. Агнес окружила меня необычайной заботой и любовью, зная, сколь аїльно я в них ігуждаюсь.

На следующий день я решила отправиться к Руби пешком. Физическая нагрузка помогла бы мне выровнять энергии. Я взяла с собой пакет с сигаретами и моим «незаконченным» щитом. Во мне бурлило беспокойство, по дороге к Руби я вела непрестанный внутренний диалог. Я до сих пор чувствовала подавленность после всгречи с Рыжим Псом. Многое из сказанного им было правильным. Несмотря на то что он воспринимал реальность в искаженном свете его слова ослабили мою уверенность в принятом решении. Видения, посетившие меня у хейока-барьера, также смущали меня. Действительно ли я видела Агнес и Руби в образе молодых мужчин? Я была уверена в этом, но какое это имело отношение ко мне и моей жизни в Лос-Анджелесе? Я понимала, что мир не таков, каким кажется, но что делать мне? Мое поведение покажется глупым и лишенным смысла всем моим знакомым из прошлой жизни. Помню, как впервые вернулась домой из Канады. Мне было очень трудно, потому что я не могла дать вразумительные объяснения того, что же со мной случилось. Дочь чувствовала себя покинутой, а друзей смущала моя отдаленность.

Мне было чрезвычайно трудно вернуться к оплате счетов, зарабатыванию на жизнь, не говоря уже об участии в прочих играх социума. Понимание пути хейока было еще более трудным. Я не могла понять, каким образом эта философия приложима ко мне поэтому решительно намеревалась получить ответы от Руби, показав ей свой направленный внутрь щит. Я надеялась, что именно этого ожидает от меня Агнес раз сама она отказалась давать какие-либо пояснения. Однако вполне возможно, что Агнес хочет, чтобы эти ответы пришли ко мне в нужное время. В результате таких размышлений меня переполняло чувство подавленности и неуверенности. Мне действительно необходимо прочистить голову. Меня преследовал образ бумажной куклы Фиби. Неужели это произошло на самом деле?

Когда я приблизилась к домику Руби, небо затянуло тучами, легкий ветерок шевелил вершины деревьев. Руби стояла на крыльце, вытирая руки полотенцем.

  • Привет, Руби. Это я.

  • Вижу. Ты принесла щит?

— Да, — ответила я, протягивая оберег. Руби приняла щит, и лицо ее озарилось удовлетворенной улыбкой. Столь редко я видела это выражение на ее лице, что на мгновение Руби показалась мне незнакомкой.

— Хо, — сказала она, — вот это щит!

Она внимательно исследовала каждый дюйм поверхности оберега. Сканируя ладонью поверхность щита, она видела цвета, использованные мной, и комментировала их значение. Во всех деталях Руби объяснила значение каждого использованного мной элемента. Затаив дыхание, я стояла, пораженная ее способностью видеть без глаз.

— А где Джули, Бен и Драм? — поинтересовалась я.

— Я отправила каждого в собственное путешествие. Они вернутся к понедельнику, через три дня.

Жестом Руби пригласила меня войти и сесть за стол. С особой осторожностью она положила между нами щит. Затем она сделала и вовсе непривычную для нее вещь: она передвинула стул поближе к моему.

— Хочу быть рядом с тобой, — пояснила она, — чтобы лучше тебя видеть. Я собираюсь сказать тебе нечто очень важное. Ничего не записывай. Просто слушай. Я постараюсь рассеять твое смущение. Я знаю, что сейчас у тебя крайне трудный и тяжелый период.

Руби закурила сигарету и быстро подняла ее вверх. Я знала, что это было ее способом вознесения молитвы.

  • Я хочу направить тебя по нужной дороге, — произнесла она. — Эта дорога находится там, где растворяются, сливаясь, все дороги. Путь хейока обладает множеством обличий. Твой лик хейока очень необычен. Человечество знает хейока в образе нищего, юродивого, койота, глупца, обманщика. Лгнес передала мне твой рассказ о Будде. Если я правильно поняла, Будда был великим хейока. — Руби вошла в состояние транса и тщательно выговаривала слова, но ее английский по-прежнему оставался ломаным.

  • Во-первых, существует Дедушка Солнце, бывший некогда молодым, а теперь он является прародителем великих сил. Но однажды солнце уйдет в пустоту. Такова сила хейока — пустота. Во что ты веришь, Линн?

  • Я пытаюсь быть в настоящем.

  • Х-м-м. Помнишь, кто ты есть?

— Да, — ответила я, не вполне понимая, что именно Руби имеег в виду.

Она продолжила:

Хейока не придерживается ни ритуалов в любых их проявлениях, ни философских систем или верований. История содержится внутри этой силы. Ввести тебя в историю и заставить жить — вот сила хейока. Стать Безумной Лошадью или Джорджем Вашингтоном. Это сила смерти — растворение тела пламенем и возвращение на землю. В женщине, в мужчине хейока проявляется огромной любовью к детям, исцеляя и защищая их. Тому, кто не является частью этой традиции, тщеец-хейока покажется чудаком. Во время церемоний люди-хейока могуг просить подаяния. Шаман не дерзнет помешать им, потому что сила хейока может разрушить ритуал. Хейока всегда смутитель ритуала, обманщик, он проверяет твою веру, ее реальность. Для того чтобы быть хейока, необходимо быть просветленным. Стать хейока — значит стать направленной назад женщиной или мужчиной, потому что ты начинаешь видеть отражение жизни, подобно тому как ты видела отражение в зеркале. Я хочу передать тебе медитацию, данную мне много лет назад.

Представь, что ты склонилась над водной гладью — первое зеркало. Ты ныряешь в воду, и твое отражение бросается тебе навстречу. Что произойдет с твоим отражением на водной глади? Подумай.

Это напоминает перекресток дорог — если тебе удастся разгадать его смысл, ты выйдешь за пределы перекрестка. Это всего лишь символ. Идти за пределы известного означает неизвестное. В просветлении ты переживаешь истинную смерть — такова одна из множества мистерий. Конец наступает там, где семь до рог разрывают сон. Еслитебенеобходима сила, выбери одну из дорог. Можно вернуться назад, сказав, что зашел слишком далеко. Когда смотришь вниз, видишь семь аур — выбери извилистые, скрюченные руки хейока и познай любовь и доверие.

Хейока обладает силой холода и тепла. Она может взять из кипящего варева кусок мяса, съесть и не обжечься. Мир нуждается в понимании этого пути, потому что это сила

пустоты, женщины. Мужчины учат женщин — женщины мужчин. Ни одна из других традиций не учит противоположный пол. Всем нам необходимо исцелить свою внутреннюю женщину.

Мы подобны воде. Хейока работает с первобытным эросом, исходящим из самой сути жизни, из каждой клеточки. Наши клетки сжимаются и расширяются, производя восстановление и жизнь. Мы, как живые формы, воспроизводим это же действие в любви и знании. Иногда для прорыва через барьер ума мы используем растения. И все для того, чтобы феномен сжатия и расширения мог быть понят с позиции любви. Потому что хейока связан с любовью. Это утроба, пустота. Мы — всего лишь зеркала. Мы не что иное, как отражение друг друга. Если бы рядом никого не было, я определяла бы себя только через себя.

— Черные дыры вселенной весьма символичны. В понимании хейока все возвращается назад, к истоку. Жизнь плоха, а смерть хороша, потому что мы обмануты собственной иллюзией. Жизнь парадоксальна: выражение «я люблю тебя» на каком-то уровне означает, что я тебя ненавижу. Ты понимаешь? — Руби не стала ждать моего ответа.

— Помнишь тот сон, в котором я тебе приснилась? Когда тебе показалось, что ты видишь то, что находится у меня в голове — сотканную вручную ткань — увиденные тобой узелки были моими учителями хейока. Очень легко можно обмануться, приняв хейока за черных магов, потому что они имеют дело с пустотой: смертью и перерождением. Но это не так. Одна из причин могущественности этого пути заключается в том, что он разрушает героев, кумиров. Герои панически бояться хейока, потому что хейока видят их насквозь, видят глиняные ноги этих колоссов. Люди, определяющие себя только собой, нередко обладают огромной силой, но у них нет матки. Для того чтобы иметь сестер и братьев, необходима матка.

— Я могу ввести в смуту огромное скопление людей — я могу проникнуть в твои мысли и развернуть их на сто восемьдесят градусов, а ты и не догадаешься об этом. Если я могу смутить тебя, знай, что тебе не хватает силы. Вся моя жизнь — это учение. Для меня лучше оставаться незаметной. Я не честолюбива. Хейока всегда поступает по-новому, его поступки всегда неожиданны. Конечно, это звучит странно, но хейока — самый сильный и могущественный путь, если присутствует понимание. Это путь красоты и любви. Когда человек встречает хейока, ему хочется закрыть глаза и пробежать мимо, потому что любое соприкосновение с хейока навсегда изменит его жизнь. — Руби замолчала, взяла меня за руку, проникая в мои мысли.

— Я знаю, что не вполне ясно объяснила их странное поведение. Все происходит из следующей шем: хейока — это просветленный, он пятится назад, потому что знает, что Бог находится сзади. Доверие и прыжок назад — они знают, что Великий Дух подхватит их. Они заставляют тебя смотреть на себя и свои иллюзии. Во время войны они исполняют танец мира.

Затем Руби потянулась ко мне и крепко поцеловала меня в щеку. От неожиданности и удивления я чуть не свалилась со стула.

— А сейчас немного отдохни, пока я буду возносить молитвы над твоим щитом.

Руби вышла, а я прилегла на ее кровать. То, о чем она говорила, переполняло мои мысли. Я чувствовала себя гораздо лучше замешательство рассеивалось. Я начинала любить эту странную женщину!

ПОКРОВ, СДЕЛАННЫЙ ИЗ ТЕНЕЙ: СУЩНОСТЬ

Когда луна сияет в полноте, |

Мы возвращаем свое виденье. Мы следуем циклам. За неприятием охотясь, Теряемся на корабле, И не можем найти свое море.

Не светят больше звезды, Когда кулак небес

таит в себе земли угрозы.

Нет возврата.

Если при свете луны

Расслабишь свой взор ты, Откроешь возможность проникнуть за грани мечты.

Не ослабляя одиночества, Мы попадаем в сущность.

Жизнь слишком хрупка. И наши разбитые части Являют вселенной узор.

Джек Кримминс

Я с особой тщательностью перетирала вымытую посуду. Агнес положила руку мне на плечо. Кожа на ее остроконечных пальцах была блестящей и тонкой, словно брюшко ящерицы. Мы долго смотрели друг на друга.

— За домом пасется лось, — сказала она и посмотрела в сторону. — Они несчастны. Эта страна уже больше не испытывает счастья, как в прежние времена.

Я внимательно посмотрела на Агнес, потому что не привыкла слышать печальные нотки в ее голосе. Неожиданно ее настроение изменилось.

— Мне так жаль, — сказала я. — Я имею в виду животных, я тоже это чувствую.

Агнес застыла на месте, словно ее мысли унеслись далеко-далеко. Мне даже показалось, что по ее щекам вот-вот скатятся слезы. Но когда она повернулась ко мне, в ее глазах сверкал задорный девичий огонек — хитрый, огненный взгляд под старыми, морщинистыми веками. Я отступила в тень.

— Все мы изменились, — сказала она. — Думаю, мы понимаем друг друга.

Она расстегнула карман рубашки, достала небольшой шаманский мешочек и передала его мне. Взяв этот дар, я зажала его крепко в ладони, чувствуя острые углы находящегося внутри кристалла. Агнес сказала:

  • Тебе придется обзавестись змеей и жить с ней. Вы будете обмениваться силой.

  • Со змеей? — Я замерла от неожиданности.

  • Да. Гремучая змея — отличная защита для женщины.

  • Но мне не очень-то улыбается идея совместной жизни со змеей.

— Тебе и со мной приходится несладко. Ты привыкнешь жить с сестрицей гремучей змеей. Невелика разница.

Лгнес часто смущала меня перед тем, как мне предсгояло выйти в ночь и встретиться с очередной ситуацией жизни и смерти. У меня возникло чувство, что она хочет встряхнуть меня. В прошлом она достаточно пугала меня, чтобы я чему-нибудь удивлялась. Сегодня я даже не могла на нее смотреть. Мне хотелось поскорее начать свое восхождение. Сложив все четыре щита и положив на них сверху магический сверток, я прижала их к животу. Мы вышли в ночь.

— Луна всходит на востоке. Звезда, магическая звезда, говорящая, что все готово, уже загорелась. — Агнес указала на ничем не примечательную звездочку. — Некоторые индейцы называют ее Звездой, вызывающей дельфина из морской пучины.

— А ты все шутишь, — раздраженно сказала я.

  • Я серьезна, как никогда. Эта звезда внушает страх. — Агнес несколько раз передернула плечами, взяла меня под руку и в ритме танца подвела к машине.

  • Машину поведу я, — сказала Агнес и стала устраиваться на сиденье водителя, пока я располагала щиты на заднем сиденье.

  • Агнес ты ведь не собираешься запугать меня до смерти. К тому же моя страховка не распространяется на тебя. Пожалуйста, позволь мне вести машину самой.

— После сегодняшней ночи тебе вообще никогда не понадобится страховка. — Агнес медленно соскользнула на соседнее сиденье. — Машины, подобные этой, забирают энергию. Давай, поехали.

Мы ехали молча, я продолжала думать о странном поведении Агнес. Святости во мне было столько же, сколько и в машине. Я думала, что предстоящая мне сегодня церемония — самая важная. Бывают моменты, когда все утрачивает смысл. Затем я вспомнила переживание, которое произошло у меня с Агнес год назад. У меня была дизентерия, я бредила. Взглянув на Агнес я вдруг поняла, что знание подобно стене, которую следует разрушить, чтобы пережить просветление. Я увидела великую простоту и рассмеялась. Я преодолела трудный поворот на своей дороге и смеялась два дня подряд. Все было так очевидно, но так недоступно. Каждый раз, когда понимание возвращалось, я заливалась смехом. Учитель удерживает тебя именно от того, к чему ты так стремишься. «Что есть истина?» — спросил Понтий Пилат, умывая руки.

Теперь, когда мы ехали по пустынной грунтовой дороге, направляясь к серым горам, Агнес посмеивалась, словно ей были известны мои мысли. Потом мы обе смеялись до слез, а потом вновь молчали. Лишь изредка Агнес давала мне указания относительно дороги. Смех сделал меня немного сильнее, я чувствовала себя уравновешенной. Я избавилась от суегности — еще одного массового наваждения.

Мы ехали мимо отрогов гор, затем Агнес резко наклонилась вперед и попросила повернуть влево, подъехать к деревьям и остановиться. Мы вышли из машины, я забрала свои щиты.

Эта местность была мне абсолютно незнакома. Легкий туман спускался с гор, клубясь на вершинах. Чем дольше я смотрела, тем выше казались горы. Агнес сказала, чтобы я положила щиты на капот машины и пошла с ней. Она подвела меня к основанию массива. Достав кисет, она отсыпала мне немного табака. Мы рассыпали приношение для духов гор на плоский камень. После выполнения формальности Агнес сказала, чтобы я завернула все свои четыре щита в покрывало и следовала за ней. Мы пробирались вверх по едва заметной тропке.

Я постоянно спотыкалась и соскальзывала, пытаясь не повредить щиты. Временами я карабкалась вверх почти на четвереньках. Восхождение было очень трудным и долгим. Наконец мы добрались до вершины. Задыхаясь, я повалилась на землю рядом с Агнес стараясь успокоить дыхание. В небе висел тоненький серпик молодой луны. Где-то тявкали, словно щенки, койоты. Тявканье койотов доносилось с запада, и я внимательно огляделась по сторонам. Поверхность горы была плоской, ярдов сто в ширину. Здесь же находились три кучки камней пирамидальной формы. Вокруг нас простиралась бесплодная равнина, разнообразие вносили л ишь редкие россыпи камня. Я подошла к одной из пирамид, поросшей мхом. Пирамида казалась очень древней, сглаженной временем и ветром. Только теперь я заметила, что нас окружает широкий каменный круг, а три пирамиды расположены почти в самом центре круга. Я поняла, что стою в центре гигантского магического колеса. Повернувшись к Агнес я задрожала, почувствовав, как мощные эманации горы стали проникать в меня.

— Дедушка-Гора очень стар, — сказала Агнес. — Предки особенно почитали его. Он здесь с незапамятных времен и многое повидал на своем веку. Прежде чем прийти сюда, всегда оказывай ему честь, подноси табак. Он взывает ко многим силам, многие силы отвечают ему. Здесь, внутри древнего круга, зарождаются новые силы. Этот круг — земной щит небесных существ. Пусть их вегры и любовь овевают тебя многие годы, которые тебе еще предстоят. Пусть они воспламенят твои щиты.

Мы немного помолчали, затем Агнес помогла мне расстелить покрывало немного южнее трех пирамид. Агнес очень тщательно смела гальку и сухие ветки. Она сказала, что я должна сесть на покрывало.

— Чего мне ждать этой ночью? — спросила я.

— Это невозможно передать словами, — ответила Агнес. — Ты можешь увидеть сияющий дух горы и отправиться в невообразимое путешествие. А можешь увидеть магическую птицу, койота или собаку. Ты можешь полететь на Сскуан и никогда не вернуться с этой священной горы. Теперь ты — великолепное отражение трех находящихся перед тобой пирамид. — Агнес указала на них. — Как вверху, так и внизу. Самое главное — быть серьезной, внимательной и позволить своему знанию находиться в равновесии с субстанцией. Магическое колесо — прекрасная форма для любого содержания.

В начале начал была Вакан, а Вакан — это великая пустота. Она — это великий круг. Она всеобъемлюща — хорошее, плохое, время, пространство, все сущее находится в ней. Затем появился Сскуан, сверкающая молния. Он осветил Вакан с двух сторон. Он — великое зеркало. Вакан посмотрела внутрь и отыскала своего мужчину. Затем они поженились, танцевали и стали одним — солнцем. Откуда нам это известно? Здесь вверху мы пересекаемся с другим миром, миром небесных существ. Там все меняется, все находится позади, все другое и противоречивое.

Агнес тихонько запела, ее лицо, словно у волка, обратилось к лунному серпику. Я почувствовала давление на спину, словно камни древнего магического круга давили на меня. Казалось, пирамиды засветились сначала сероватым светом, а затем необычно белым свечением.

  • Прежде чем уйти, я хочу курить с тобой здесь, на Дедушке-Горе, трубку, — произнесла Агнес. Затем она рассказала, каким образом следует достать трубку. Выложив содержимое магического свертка, я привязала шаманский мешочек Агнес себе на талию. Мы воскурили табак в честь предков, четырех сторон света, Матери-Земли и Отца-Неба. Мы помолились и окурили себя ароматическими травами. Закончив церемонию, я разъединила свою трубку и убрала ее, предложив табак камням, так как поблизости не было деревьев.

  • Сохраняй бдительность, — напомнила Агнес, беря меня за руки. — Что бы ни случилось, оставайся в центре и работай сэнергиями этой ночи. Не пытайся дать определение происходящему. Не ограничивай свое восприятие. Каждый посетивший это место обладал всеми способностями, иначе силы не допустили бы его. Ты — посланник силы. Не позволяй себя захватить или испугать, иначе тебя заберут. Если ты все еще будешь в этом мире и тебя не заберут, спускайся вниз на рассвете. Я буду ждать. Если ты не спустишься, я пойму, что ты сделала дар силам, и здесь наши пути расходятся.

Агнес обняла меня, а затем мгновенно растворилась в ночных тенях. Временами доносился звук осыпающихся под ее ногами камней.

С уходом Агнес на меня обрушилась паника. Удивительно, но присутствие Агнес делало любую ситуацию переносимой. Что она имела в виду под «заберут»? Внезапно мое сознание ощутило присутствие каменных пирамид. Затем в голову пришла странная мысль, что это три собеседника, я же — четвертый. Жаль, что я не спросила Агнес об этих пирамидах, но теперь уже было поздно. Казалось, излучение магического круга давит на меня, мне приходилось быть очень бдительной к малейшему своему движению. Я откинула волосы со лба и поняла, что движения мои излишне торопливы и резки. Здесь пребывают первобытные силы, поэтому любое ложное движение не пройдет незамеченным. Казалось, огромные камни по внешнему периметру круга дышат, увеличиваясь в размерах.

Я начала молитву. Вновь раздались завывания койотов, хотя вполне возможно, что это было завывание ветра. Камни под покрывалом холодили тело. С особой осторожностью я развернула щиты и, испытывая гордость, разложила их по сторонам света, сконцентрировавшись на символизме, вложенном в каждый оберег. Мои сны и видения стали аспектами самой формы и материи, из которой они были сделаны. Щиты являли собой концепцию того, кем я являюсь в своей завершенности. Вместе они представляли предельный магический круг, дорожный указатель от моего внепшего существа к внутреннему. Постигнуть их было равнозначно постижению мистерии моего единства.

Никогда прежде я не раскладывала их в таком порядке. ■Меня переполнила красота щитов и то, каким образом они заставили меня познать себя. Они были тождественны мне. Пятым щитом была я сама, пустота, бабушка, сущность. Сев перед южным щитом, я запела его песню доверия и невинности. То же самое я проделала и перед остальными щитами, молилась и пела, прося у западного щита пророческих видений и перерождения духа. У северного щита я просила, чтобы понимание и мудрость исполнили мои мечты и видения. У восточного щятг-хейока в песне я просила просветления, озарения. Сделав подношение каждому из щитов, я вновь раскурила трубку, сидя по центру, на месте Вождей Радуги, месте невидимого щита, на которое со всех сторон сходятся знание и дух.

Я простерла руки к небу. Агнес сказала, что в этот момент церемонии мне следует открыться и удерживать образ моих щитов, словно они являются частями разбитого зеркала, соответствующие друг другу, дополняющие и составляющие единое целое. Я сосредоточилась на образе, и он становился все более четким и ярким, а затем разбитое зеркало вновь стало целым, опутанным временем и материей иллюзорной субстанции под названием жизнь, которая при нагревании испаряется, превращаясь в метафору, и которую время от времени приходится дистиллировать через любовь, превращая в новую форму. Затем я поняла, что оно должно быть передано другому, написанное на ветре четырех направлений сердца.

Неожиданно раздался треск где-то в спине или голове, и зеркальный круг стал кружиться вокруг меня и во мне, словно многоцветный круговорот, втягивая меня, поглощая. Ощущение было такое, словно я была втянута внугрь себя, а затем вывернуга наизнанку. Казалось, все небо наполнилось вспышками разноцветного огня — красного, золотого, белого, голубого. Порывом сильного ветра мне выгнуло спину, и я опрокинулась назад, словно на меня навалилась огромная тяжесть. Земля под покрывалом стала горячей, волнами вздымаясь и опадая в пульсирующем ритме. Надо мной в воздухе кружились серебряные предметы, появилось еще больше огней, вспыхивающих на черном небе. Двигаться я не могла.

Приложив всю свою силу, я пыталась встать. Дул такой ветер, что волосы на моей голове вставали дыбом. Я подумала, что вместе со мной с плоской поверхности земли поднялись вверх и мои щиты, потому что они находились на уровне моих плеч. Конечно, их унесет ветром, но я не могла пошевелиться, чтобы спасти их. Казалось, они вращаются с неимоверной скоростью. На мгновение мне показалось, что я пребываю в разных мирах. Теперь мои щиты разъединились, увеличиваясь в размерах и кружась надо мной. Невозможно было сказать, на каком расстоянии от меня они находятся. Вспышки света отражались от щитов. Они парили надо мной на различных уровнях. Не мигая, взирала я на происходящее. На меня упал луч света; затем еще один, образуя круг. Казалось, свет вибрирует с неимоверно высокой частотой. Свет давил на мой мозг, вызывая головокружение. Я стала терять сознание, и в этот момент все скрылось из виду.

Очнувшись, я поняла, что наступает рассвет. Лежа на спине, я осторожно огляделась по сторонам, не совсем понимая, где именно нахожусь. Мои щиты исчезли. Обойдя круг, я поискала их за пирамидами. Скорее всего, их сдуло ветром. Затем пришла мысль о том, действительно ли мои щиты кружились в воздухе. Какой неимоверный сон мне приснился. Я чувствовала, что у меня побаливает кожа, словно при солнечном ожоге, но не могла понять, как такое могло произойти ночью.

Свернув покрывало, я собрала все свои вещи. Чувствовала я себя просто отлично. Чуть ли не бегом я спустилась с горы. Я торопилась к Агнес желая получить объяснение. Мой мозг чуть не лопался от невероятности случившегося.

Она сидела на капоте машины, накинув на плечи покрывало. С серьезным видом она посмотрела на меня и еще плотнее закуталась в покрывало.

  • Агнес не могу поверить, что все это происходило на самом деле!

  • Знаю. Ты видела многое. Перекуси, пока будешь рассказывать о случившемся. Я принесла немного еды. Думаю, ты проголодалась.

Обычно я могу есть, даже если перепугана до смерти. Меня обрадовала предусмотрительность Агнес

Мы устроились поблизости сосны. Я рассказала Агнес обо всем и попросила разъяснений.

— Они забрали твои щиты, — сказала она. — Я касаюсь земли в благодарности. Ты видела летающие небесные щиты.

— А что это такое?

  • Летающие щиты. То, что ты видела, называется Полет Седьмой Пуны.

  • Ты хочешь сказать, что мои щиты по-настоящему летали по воздуху?

  • Нет, Линн. Небесные существа спустились вниз, чтобы приветствовать тебя и твои щиты. Они пришли, потому что ты обладаешь силой призвать их.

Очень долго я не могла произнести ни слова.

— Ты хочешь сказать, что эти летающие щиты сходны слетающими тарелками?

— Послушай меня. Я расскажу тебе старинную легенду. Давным-давно магические круги обитали во внешнем космосе. Они были очень красивы и обладали всеми видами силы. Но они не могли ничего потрогать. Взглянув вниз, магические круги увидели Матушку-Землю, по которой ходило много существ: они могли трогать, но не имели чувств. Магические крути сказали себе: «Почему бы нам не спуститься вниз и не войти в тела этих созданий, чтобы их эго могло чувствовать, а мы трогать? Посмотрите, сколько внизу ходит существ, по они не могут узнать даже друг друга». Итак, магические круги спустились вниз и вошли в тела земных созданий. Момент спускания магических кругов называется зачатием. В момент зачатия магический свет становится сверкающим, а затем выбирает свой определенный цвет и тональность. Я всегда могу распознать беременную женщину по определенному свечению, означающему, что в ее тело сошла сила. В момент смерти магические круги возвращаются во внешний космос а ограниченное временем и пространством тело возвращается Матушке-Земле.

— Мы — два существа и две женщины. В данный момент наши тела и наши круги находятся рядом. Даже если бы мы были глухонемыми, «я» все равно хотело бы обладать верховной властью. Пока «я» получает желаемое ему абсолютно все равно, что оно причиняет боль другим. Мы должны использовать свое «я» для обучения на дорогах земли, — сказала Агнес. — Наши магические круги создают настроения и чувства, дарующие нам баланс.

Теперь я действительно молчала, не произнеся ни слова по дороге домой. Добравшись до хижины Агнес я моментально рухнула в посгель, несмотря на то что был уже полдень. Я всегда считала разговоры об НЛО сущей чепухой и продолжала считать, что все это мне просто приснилось.

Я проспала до оіедующего утра, но сон мой был очень тревожен: мне снились разноцветные огни. Я рассказала о своем сне Агнес, и она объяснила, что наше тело и умподобны антенне и радиоприемнику. Я поинтересовалась, можем ли мы принимать короткие и длинные частоты.

— Можем, конечно. Короткие и длинные волны окружают нас в течение всей жизни, вот только мы не слышим их, пока не научимся настраивать свои чувства или радиоприемники. Только после такой настройки мы способны настроиться на прием множества миров, сосуществующих одновременно с нами. Некоторые люди содержат в себе определенное количество кристаллов. Они похожи на радиоприемники. Информация существует для всех. 11о сути своей мы антенны. Некоторые из нас хорошо настроены. Знание доступно всем. Для обладающих внутренним кристаллом жизнь становится слишком трудной, потому что они видят то, чего не видят другие.

Я поделилась с Агнес своей тревогой по поводу исчезновения моих щитов.

— Я вижу твое беспокойство. Ты даже не помнишь, сколько времени провела на горе. Может, ночь, а может, и целую неделю. Кто может сказать?

Это было чистейшей правдой, я почти полностью утратила ощущение времени с тех пор, как приехала к Агнес, однако точную дату могла сказать.

  • Я провела на горе всего одну ночь, — непререкаемым тоном произнесла я. — Ты меня ждала.

  • Линн, ты вошла в утробу великой тайны. Ты многое видела, но в тебе останутся лишь смутные воспоминания, потому что такое знание до сих пор находится за пределами твоей личной силы. Ты вышла из этого великого чрева. Посредством такого рождения ты познаешь великую тайну, потому что ты вышла из нее, ты ее дитя. Благодаря этому рождению ты достигла бессмертия. Ты будешь вспоминать детали по мере твоего отождествления с пустотой, которая есть женщина. Ты сидишь в центре щита сущности на месте бабушек. Ты отбросила все обманы. Мы все проживаем жизнь во лжи и обмане, пока не родимся посредством пустоты. Когда ты все вспомнишь, то станешь шаманкой, показывающей другим, что смерти не существует.

Я почувствовала такую печаль, что разрыдалась. А может быть, я плакала от счастья? Не знаю. Агнес осторожно обняла меня за плечи, и я затихла. Бросив взгляд через окно на осенний лес я поняла, что осталось совсем немного теплых дней.

— Давай усгроим пикник, — предложила Агнес.

— С удовольствием. А где? — поинтересовалась я, утирая слезы.

— Где хочешь. Сейчас везде красиво. Давай приготовим бутерброды.

Минут тридцать мы тряслись по грунтовой дороге, распевая во весь голос. В песне говорилось о глухаре и кроте. Слова мы сочиняли сами.

— Какое великолепное озеро, — сказала я, останавливая машину. Депрессию как рукой сняло.

— Неподалеку отсюда в озеро впадает река, — отклик-ігулась Агнес. Водную гладь застилал клубящийся туман. — Мы проплывем на каноэ пару миль вверх по реке.

Пройдя немного вперед, мы вышли на песчаную косу, где к кусту было привязано каноэ.

— Никогда прежде не видела березовой лодки-долбленки, — удивленно воскликнула я. Я помогла Агнес столкнуть лодку на воду. — Где ты ее достала?

  • Она у меня уже очень давно. Ее сделали для меня друзья-индейцы. Надеюсь, ты умеешь грести. Течение не слишком быстрое.

  • В Калифорнии у меня тоже есть лодка, — сказаная. — Думаю, что справлюсь.

  • Тогда поплыли. — Сложив покрывала и провизию, Агнес осторожно запрыгнула в лодку, оттолкнулась от берега и быстрыми, уверенными движениями весел вывела лодку на чистую воду. Темные волны плескались о борт, когда мы разворачивали лодку, направляясь к устью реки. Было тихо и холодно. Густой туман оседал на верхушках сосен. Все было похоже на сказочный сон. Туман сначала раходился, а потом окружал лодку белой стеной. Сквозь серые тучи иногда пробивался сверкающий луч солнца. Вода была словно масляная. Звук, издаваемый веслами, был приглушенным и ритмичным. Вскоре мы уже плыли вверх по течению реки. Я рассмеялась.

  • Над чем ты смеешься? — поинтересовалась Агнес.

  • Я подумала, что всю свою жизнь я плыву против течения в тумане.

Туман рассеялся, воздух был влажный и холодный. Я потуже затянула парку. Вода пенилась под ударами весел. Плыли мы довольно-таки быстро. Река текла медленно, лениво. Мне приглянулась небольшая уютная полянка на берегу.

  • Давай остановимся здесь, — предложила я.

  • Здесь небезопасно, — резко ответила Агнес. — Это страна индейцев.

Мы поплыли дальше, но я чувствовала себя счастливой и сильной, мне казалось, что я могу грести целую вечность. Над головой каркали вороны, отбрасывая на воду серо-голубые тени. Время от времени я поглядывала на затянутое облаками небо. Я ощущала себя растворившейся в иной, неземной реальности. Агнес стала треста в другую сторону.

— Ты заметила, насколько быстрее мы плывем, когда гребем вместе? — спросила Агнес. — Посмотри, что происходит с лодкой, когда я гребу в обратную сторону. — Лодку стало швырять из стороны в сторону. — Такова разница между белой женщиной и индианкой, если они следуют протоптанной дорожкой. В вашем обществе женщины собираются небольшими группами и начинают бороться друг с другом вместо того, чтобы давать друг другу силу и указывать направление. Для всего мира является огромной трагедией то, что ваши женщины не имеют кланов и традиций. Заручившись поддержкой других женщин, можно горы свернуть.

Лодка плавала по кругу.

— Хватит, Агнес, я умираю с голоду.

Вместо ответа Агнес быстрыми, четкими движениями весла выровняла лодку и направилась вверх по течению. Стало совершенно очевидно, что она собирается показать мне какое-то определенноеместо. Впереди нас расстилался туман, почти ничего не было видно уже на расстоянии вытянутой руки. С берега свисала сухая трава, виднелись переплетения корней. Мы проплыли сквозь заросли водяных лилий так близко от берега, что при желании можно было коснуться укрывавшего берега мха. Затем мы сделали поворот, и впереди что-то сверкнуло. Сначала туман был такой густой, что я ничего не видела, затем выглянуло солнышко, я разглядела пятнадцать лодок, выстроенных в ряд на берегу. Мы быстро подплыли к берегу. Туман полностью окутал деревья, когда мы причалили рядом с остальными лодками.

  • Чьи это лодки? — спросила я.

  • Они принадлежат охотникам, — ответила Агнес.

— Мы ведь не собираемся проводить пикник с кучкой охотников?

— Это особые охотники, — ответила Агнес.

Я шла за Агнес по тропинке вдоль берега. Агнес свернула направо, и теперь в тумане я лишь смутно различала очертания ее фигуры. Мы шли по осиновому лесу. Взяв меня за руку, Агнес буквально тянула меня за собой. Чем дольше мы шли, тем непроходимее становились заросли. Видимость упала почти до нуля.

Мы вышли на огромную, окутанную туманом поляну. Над клубами тумана виднелись несколько щитов, установленных на треноги. Видение было столь удивительно, что я, словно в трансе, приросла к земле, не понимая, действительно ли я это вижу или же это ум играет со мной. К этому моменту туман заволок всю поляну.

— Это был мираж? — поинтересовалась я.

Агнес взяла меня за руку, и мы шагнули прямо в молоко тумана. От росы моя одежда промокла. Я ничего не видела; даже присутствие Агнес шагавшей рядом со мной, скорее угадывалось. Туман казался жемчужно-серым веществом, а редкие лучи солнца, прорывавшиеся с небес превращали его в сверкающее молоко.

— Сюда, — внезапно сказала Агнес. — Встань здесь, посмотри вверх и скажи, что ты видишь.

Словно при наступлении рассвета, стена тумана разорвалась лучом света. Я увидела прямо перед собой поляну; из тишины и неподвижности тумана, подобно золотым солнцам, сверкающим при полном свете дня, проявились яркие, многоцветные магические щиты. Я сосчитала количество: их было сорок четыре — ошеломляющее количество.

— Внимательно посмотри на каждый щит, — сказала Агнес наблюдая за моей реакцией.

Теперь я поняла, что стою в круге щитов. Это были неимоверной красоты обереги, раскрашенные в разнообразнейшие цвета: желтый, красный, пурпурный, белый, коричневый, голубой, фиолетовый и черный. Серебристо-черные перья орла, ястреба и совы колыхались на ветру. Щиты были украшены бисером, мехом, бахромой. Прямо передо мной на шесте висел мой северный щит.

От предчувствия, смешанного с радостью, я задрожала, как осиновый листок. Откуда появился мой щит, откуда взялись все остальные щиты? И только в этот момент, я заметила, что мой щит окружен Щит ом-Левой-Руки, принадлежавшим Агнес и Щитом-Духа-Оленя, который сделала Руби. Я попыталась припомнить все, что Агнес рассказывала мне о братстве щитов. На память пришли слова Рыжего Пса о том, что такого братства не существует. А как же небесные щиты? Мысли мои и вовсе смешались.

— Я не понимаю.

И тут сильный по рыв ветра прижал туман к земле, а затем и вовсе рассеял его. За треногами, поддерживающими щиты, я заметила огромный вигвам и некое каменное сооружение, напоминающее охотничий домик. Я и представить себе не могла, почему он находится здесь. Повернувшись назад, я удивилась еще больше. Агнес стояла справа от меня перед своим щитом. Руби стояла слева. Круг состоял еще из сорока одной женщины. Каждая из них стояла перед своим щитом. В основном этим женщинам было за пятьдесят. Не все из них были индианками. Казалось, все внимание сосредоточено на мне. Я не знала, что и сказать, и нужно ли говорить. Я даже не знала, почему я оказалась здесь.

Сердце выскакивало из груди. Очень древняя старуха с длинными белыми косами, одегая в темно-синее платье с шалью на плечах, выступила в центр круга. Она сказала:

  • Меня зовут Грейс Шагающий Посох. Мы приветствуем тебя. — Она посмотрела мне прямо в глаза. Это было все равно что смотреть в бездну. — Ты помнишь, кто ты? — спросила она.

  • Да, — ответила я.

  • Тогда внимательно посмотри на каждую из нас.

Я посмотрела на всех женщин и со слезами невыразимого счастья поняла, что нечто во мне узнало каждую из них. Здесь, на земле, я увидела воплощение женской мечты. Одновременно пришел мощный поток знания, и я увидела необъяснимое совпадение поступков. Меня поглотило это видение — мистическое переживание радости сущесгвования, отражение радостных и тяжелых событий жизни и смерти, боли и удовольствий. Мой ум следовал по лабиринту символов, образов, первобытных идей, каждое новое проявление захватывало с еще большей силой, чем предыдущее, за всем этим стояло ужасное, болезненное одиночество. Как мало людей сдалось чувству любви, познало ее, дышит ею. Из темноты стало проявляться кармическое колесо, мост. Я знала, что сэтого момента мое единство с этими женщинами вечно.

— Существует одно правило, — сказала Грейс. — Ты никогда не должна называть наши имена людям.

Я поняла справедливость требования, удивившись, что многих из них я уже знала и встречала. Каждая из них была особенной. В их лицах я видела целостность, завершенность. Каждая из них была реализованной, любящей женщиной, просветленной женщиной. Они были моими сестрами. Я отыскала свой круг.

www.e-puzzle.ru

102

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]