Горокхов Основы културологии 2015

пишет об огромной роли законов, которые имеют целью благо всех людей, поддержание мира, согласия, процветания, справедливости. Возрожденцы осуждают тиранию, насилие, говорят и пишут о преимуществах республиканского строя и свободах ему присущих, гражданском гуманизме, новой социальности. Основа свободы – равенство граждан, выражающееся в равных правах каждого в рамках порядка, установленного законом (Ринуччини, Пальмиери, Манетти). Знания тесно увязываются с экономикой, социальной жизнью, политикой, искусством, моралью. Существенную роль в человеческой жизни возрожденцы отводят материальной культуре,

технике, архитектуре, скульптуре, музыке, культуре быта, обра-

зования и воспитания. Вместе с тем, несмотря на некоторые пристрастия и предпочтения, возрожденцы почти единодушно в каче-

стве высших ценностей признают красоту, знания, свободу, здо-

ровье, индивидуализм. Они чётко осознают единство различных областей культуры, их взаимную обусловленность.

Идея историчности, преемственности и прогресса культуры

Одним из новаторских культурологических открытий Возрождения является факт осознания и признания культуры (пусть пока не в отчётливой форме) как общечеловеческого, бесконечного, необратимого, взаимосвязанного движения вперёд. Историческое развитие человечества рассматривается возрожденцами как развитие культуры и культур. Не случайно именно они формулируют идею культурных периодов. Впервые появляются такие обозначения, как Античность, Средние века, да и само понятие Ренессанс, вводят М. Фичино, Витербо, Дж. Вазари, хотя называют его поразному (модерновый век, золотой век, новый век и т.п.). Античную культуру они рассматривали как источник европейской культуры, как феномен достойный не только уважения и почитания, но и активного культивирования, реставрирования, восстановления, запечатления. П. Верджерио считает необходимым передать потомкам достояние древности. Он и многие другие, заботясь о будущих поколениях, осознают великую духовную значимость культурной традиции. Чтобы сделать древнегреческую культуру работающей на современников, доступной, общеевропейской, даже

71

общемировой, они переводят на латынь, которая является реальным языком культуры, многие произведения древнегреческих авторов (Д. Боккаччо переводит, например, гомеровские «Илиаду» и «Одиссею»). К тому же сами сочиняют на латыни. А чтобы значимое было доступно широким массам, они также пишут и делают переводы на новоитальянский язык. Тем самым сближают элитарную культуру с народной, высказывают мысль о многообразии языков культуры и существовании общечеловеческих, причём светских ценностей. Как уже отмечено выше, возрожденцам не чужды идеи византийской и арабской культур и даже время средневекового «темного варварства», которые, казалось, несовместимы с греко-римской культурой, были ими творчески осознаны, а лучшие достижения этого периода реформированы с учётом специфики и потребностей своего времени. Они предприняли небезопасную попытку снять противоречия между христианской религией, средневековым мировоззрением и культурой, указывая на то, что святость сама по себе ничего не стоит, и что культура не противоречит, а способствует религиозности (Галатео). Л. Валла, не стесняясь, заявляет, что церковь не имеет права на руководство всей духовной жизнью, поскольку сфера религии – это сфера эмоций, интуиции, а сфера культуры - это сфера разума вообще.

Возрожденцы не только гордятся прошлым, но и ценят настоящее, сделанное «здесь и теперь». Они наблюдают и изучают современную культуру. Дж. Вазари пишет знаменитые «Жизнеописания», ставшие энциклопедией культуры эпохи Возрождения. Он утверждает, что созданное современниками имеет непреходящую культурную ценность. В таком же духе размышляет и С. Кваттромани, считая, что XVI век не должен «завидовать» даже будущим эпохам. Д. Кардано радуется, что появился на свет в веке, когда, наконец, был открыт весь земной шар. Создаётся впечатление, что Ренессанс ощущает каждый день своей жизни; он прекрасно понимает свою культурную роль и то, что находится в общем потоке культурных событий, в том пространстве, где встречаются и разворачиваются мировые культуры. В этом потоке есть и старое, и новое, и чужое, и наше, оно интегрируется, сближается и сливается. Подобно Данте, считавшему, что его родина – весь мир, многие деятели Возрождения находят «свою родину» в философии, в языке, в культуре. Ф. Петрарка скромно заявляет, что он не говорит

72

ничего нового, ничего своего, но, впрочем, и ничего чужого, ибо всё, что мы где-либо говорили – наше!

Интеллектуальными усилиями возрожденцев культурологиче-

ская картина мира приближается к оригиналу, к подлинной дейст-

вительности. Она понимается как каузальная, подчиняющаяся универсальным законам детерминизма. В ней культурноисторический процесс необратим, в нём одновременно присутст-

вуют прошлое, настоящее и будущее.

Главная проблема культуры и основной предмет культурологических изысканий – человек

По единодушному убеждению исследователей ренессансной культуры, ключевой проблемой, вокруг которой строились поэтические, философские, риторические, политические, художественные и иные изыскания этой эпохи, – был человек. Центр поискового интереса переносится с мира на человека, его внутренний мир, возможности, духовную природу. Не случайно культуру Возрождения (в целом, а иногда раннего периода) называют гуманистической. В своей основе культура Возрождения, начиная с Петрарки и заканчивая Микеланджело, есть теория и практика гуманизма, т.е.

стремление по-новому понять, раскрыть суть человеческого микрокосма во всём многообразии его сторон и показать его достойнейшее место в макрокосме, нравственно реабилитировать чело-

века. Впрочем, не все возрожденцы, например Леонардо, считали себя гуманистами.

Родоначальником гуманизма, несомненно, является Ф. Петрарка. Решительно выступая против натурализма, особенно арабского, где есть место всему кроме человека, он пишет: «Ведь какую пользу, спросил бы я, принесёт знание природы зверей, и птиц, и рыб, и змей, если не знать или презирать природу людей, не знать, для чего мы рождены, откуда мы пришли и куда идём?» [7, c.321]. Ф. Петрарка подобно Сократу призывает человека познать себя, вернуться к себе, к собственной душе, к своему внутреннему миру, поверить в свои силы, способности и ценность, требует изгонять из себя раба. Другой гуманист К. Салютати в противовес средневековому аскетизму, отшельничеству, абстрактной созерцательности формулирует концепцию примата деятельной жизни, активного

73

самосовершенствования. Подобные идеи развивают Л. Бруни и П. Браччолини. В своих письмах и трактатах они рассуждают о важности человеческой добродетели, благоразумия, мудрости, честности, умеренности, свободы. Истинное благородство, полагают они, завоёвывается в действии, в гражданской, политической и художественной активности. Это – одно из ключевых положений гуманизма.

Л. Б. Альберти пишет о «homo faber» – человеке деятельной и производительной жизни. Ссылаясь на платоновское, «люди рождаются, чтобы быть людьми», он утверждает, что человек появляется для того, чтобы работать над великим и грандиозным делом, а не для того, чтобы умереть или влачить жалкое существование. Человек может извлечь из себя всё, что пожелает. Бог, т.е. природа, вложил в человека элемент небесный и божественный, несравненно более прекрасный и благородный, чем что-либо смертное. Божественность человека проявляется в великих и прекрасных деяниях. Но не только в них. Ф. Петрарка высоко ценит всякую позитивную созидательную деятельность человека.

Д. Руччелаи благодарит Бога за то, что он создал его человеком. М. Пальмиери рассматривает человека в качестве творца своего земного бытия, восхищается всеобъемлемостью природы человеческого духа. Кастильоне рассматривает человека как изящное изваяние, сделанное руками какого-нибудь бога. Мирандола уверен в неограниченных возможностях человека, который становится тем, чем желает быть, владеет тем, чем хочет. «По одному знаку человека, – утверждает он, – готовы служить ему земля, элементы, животные, небеса...».

Возрожденцы постоянно рассуждают о доверии человеческому разуму, духовной автономности, красоте, силе, воле, неограниченных возможностях, превосходстве человека над всем остальным.

Они считают необходимым наслаждаться жизнью, наукой, искусством, активно участвовать в практических делах. Человек рас-

сматривается как земное, сильное, здоровое, целостное, гармонич-

ное единство. Д. Понтано пишет о неразделимости человеческих разумных, нравственных и поведенческих начал. Возрожденцы не устают повторять об исключительном положении человека в мире, его царственности, богоподобности. Дух ставит человека в равные отношения с божеством. Именно он является высшей ценностью,

74

центром Вселенной, её связующим звеном. Мирандола, размышляя о человеке как высшей цели творения, восклицает: «Я ставлю тебя в центр мира!» Леонардо идёт дальше, заявляя: «Я – есть мир!»

Не будет большим преувеличением, если скажем, что культура, культурологическая мысль Возрождения пронизаны идеей антропоцентризма, десакрализации и реабилитации человека, триумфа человеческой жизни, новой религией человека. Возрождение не просто создаёт новую картину мира, а именно культурологическую картину, в которой человек и его культура занимают достойнейшее место, где человек рассматривается как принципиально «иное» культурное существо и познаёт себя таковым.

Роль индивидуального и творческого начала в культуре. Открытие личности

Для возрожденцев человек – не абстрактное существо, а лич-

ность, конкретная, индивидуальная активно действующая субстанция, гармонично сочетающая телесно-душевно-творческие элементы и общественные идеалы. Это определённая социальная реальность. Ценность личностного, индивидуального начала необычайно высока. «Я» становится чуть ли не основополагающей категорией культуротворчества. Хотя культура создаётся усилиями многих, в ней всегда заметен индивидуальный вклад, автономное,

авторское начало. В отличие от Античности, которая больше ценила творение, чем творца, Возрождение идёт вперёд, отдавая предпочтение последнему. Если древние эллины больше ценили Агамемнона, Ахилла, Одиссея, а римляне Энея, Ромула, Августа, то возрожденцы – Гомера, Гесиода, Софокла, Вергилия, Овидия, Ливия. Возрождение, как в теории, так и на практике сделало резкий поворот от корпоративной, сословной деревенской культуры Средневековья в сторону свободной индивидуальной городской культуры, где решающее значение имел отдельный индивид, его разносторонние интересы и цели. А. Пандольфини в своём сочинении «О домоводстве» создаёт своего рода программу сложившегося частного существования. Чтобы подчеркнуть в человеке индивидуальность, самобытное начало, Петрарка требует от всех сменить обращение с «Мы» и «Вы» на «Я» и «Ты». «Я» звучит везде и

75

во всём – в поэзии Петрарки, в новеллах Боккаччо, в картинах Леонардо, в статуях Микеланджело, в трактатах Валлы. Последний рассматривает личностную деятельность и индивидуальный интерес как высшую цель. Он надеется достичь того, чего никто ещё не достигал. Он абсолютно не сомневается в собственной правоте, значимости и считает, что шесть книг, написанных им, имеют большую ценность, чем всё то, что было написано в течение последних шестисот лет по грамматике, риторике, гражданскому и каноническому праву о значении слов. Валла стремится быть господином, хотя бы над самим собой. Челлини считает себя гениальным, достойным признания славы и похвалы. Недалёк от него, в оценке собственной персоны, и Леонардо.

В человеческом «Я» возрожденцы ценят, прежде всего, творческое преобразующее начало. Для них человек – художник, созидатель. Причём конкретный человек – поэт Данте, художник Рафаэль, скульптор Микеланджело. В смысле творчества человек равен Богу, природе, а то и выше их. В человеке Леонардо видит созидателя, который ценой своих собственных деяний должен превзойти своего учителя – природу, дополнить её творчество, завершить дело творения мира. Для него, как и для Мирандолы, и многих других, нет незыблемых авторитетов. «Кто спорит, ссылаясь на авторитеты, – утверждал великий мастер, – применяет скорее память, чем дарование». В этом высказывании явно слышатся отголоски Данте, требовавшего следовать своим путём, чтобы об этом не говорили. Леонардо не любит эпигонов, тех, кто слепо подражает другим. Художнику следует пользоваться только первоисточниками, доходить в своём поиске до основ и причин, быть учёным, исследователем и изобретателем, свободно порождать новые формы. Основой культуротворчества являются опыт, непосредственная личностная практика, влюблённость, внимание ко всему окружающему, изобретательность, размышления, индивидуальный поиск, опора на самого себя. «Плох тот ученик, который не превосходит своего учителя», – любил повторять Леонардо [8, c.103]. Истинный художник, мастер, есть своё собственное (самое лучшее!) произведение, причём всегда незаконченное. Главное – в нём самом. Однако творчество не должно быть эгоистичным, оно обязано учитывать общественные интересы и суждения, если творящий хочет получить признание. Деятельность индивида должна быть по-

76

лезна не только ему самому, но и семье, друзьям, родине, человеческому обществу. Ведь человек не только единичное, но родовое, социальное существо. Творец культуры мыслится возрожденцами как неисчерпаемая, свободная, волевая, решительная, раскованная, самостоятельная личность. Всякие ограничения и принуждения наносят ей вред и порождают несовершенные произведения. «Нет ничего выше свободы суждения, – отмечает Ф. Петрарка, – и как я требую её для себя, так и не отрицаю для других». Цуккаро говорит о ясности и свободе интеллекта, полагая, что суждения не могут быть связаны правилами. Настоящему художнику, мастеру, должны быть присущи как профессионализм, так и культурный универсализм. Он не может не обладать широким кругом знаний, а именно: талантом рисовать, знать историю, мифологию, религию, поэзию, математику, анатомию, астрономию, т.е. обязан владеть высшими культурными ценностями, быть их носителем и распространителем. Важно быть интеллектуалом, знатоком, социально полезным деятелем, открытым, свободно философствующим и предлагающим, но не пророком, доктринёром или единственным наставником. Претендовать на абсолютную истину не может никто. Её поиск должен быть свободным и бескорыстным. Истина есть глубоко личное, автономное, сокровенное. Художник может отстаивать свои интересы и ценности, стоять на «своём», но можно засомневаться и поступиться собственными принципами, принять и иную точку зрения. Убеждённость для возрожденцев – это тоже творческий акт. Критериями творчества рассматриваются честь, слава, хвала, почёт, т.е. общественное признание. Ложная скромность и лицемерие уходят в прошлое. Почти все возрожденцы творчески не удовлетворены, эмоционально переживают, постоянно ищут, борются как за свой собственный престиж, так и престиж культуры в целом. Они творят легко, понятно, с благородным любопытством, воодушевлением, радостью и восхищением. Они, с одной стороны, достойнейшие мужи, а с другой, словно бы дети, радующиеся личному успеху.

Идеал культурного человека

Разносторонний анализ различных элементов культуры и культурологических идей Ренессанса показывает, что возрожденцы по-

77

стоянно искали и пытались дать ответ на вопрос: «Каким же должен быть культурный человек?» Суммируя их взгляды и творческие результаты, по большому счёту, можно утверждать – идеал (модель) культурной личности они видят в универсально развитом человеке, способном достойно проявить себя в самых различных сферах созидающей деятельности. Этот человек многомерен, мно-

гоплановый, титаничен, в своей сути равный миру, пространству и времени. Он неповторим, индивидуален и социален, рационален и эмоционален, психологичен и эстетичен, обладает волей и жизнеутверждающим началом, знанием и пониманием, глубокими чувствами и способностями. Он постоянно ищет и преобразовывает, мыслит, творит и воспроизводит значимое. Такой человек раскрепощён, свободен от оков, безмерен, постоянно следует неизведанным собственным путём. Он хорошо осознаёт себя, свою роль, ценность и предназначение, смело декларирует свои индивидуальные права. Культурный человек не является божественной субстанцией, а наделён природой и социумом, к тому же творит себя сам, смело ищет жизненный смысл и всё сокровенное. Творчество, знание и понимание культуры – вот высшие критерии культурности человека. Подобный индивид не только носитель культуры, он культурный универсал, в культуре равный Богу. Культурный человек не просто слово, а понятие, субстанция, обозначать которую следует большими буквами. Идеальный образ такого человека складывается в философских трактатах, социальных утопиях, поэтических творениях, новеллах, письмах, в живописи, скульптуре, и даже в научных трудах. Он портретен. В нём живёт Беатриче Данте и Лаура Петрарки, Джоконда Леонардо и Сикстинская мадонна Рафаэля, Давид Микеланджело и Язон Бандинелли. Но ещё больше в нём присутствуют сами создатели этих образов. О нём возрожденцы не только говорят и пишут, его рисуют, ваяют, утверждают собственной практикой. Такой идеал складывается из идей, образов и реальной деятельности. Соответствующую модель, пожалуй, и не следовало изобретать. Она была здесь, рядом. Многие её составляющие олицетворяли Данте, Петрарка, Бруни, Альберти, Леонардо, Микеланджело.

Ещё точнее можно сказать, что идеальный культурный человек есть не что иное, как синтезированный групповой портрет деятелей эпохи Возрождения. Подобный идеал был мифологизированным,

78

героическим, но побуждающим, стимулирующим к саморазвитию, и, ориентированным на земное предназначение.

Итак, Ренессанс произвёл своего рода культурную революцию; он не только возродил, актуализировал наработанный грекоримскими мыслителями материал, сделал его близким по времени и духу, но и породил новый взгляд на мир и человека, сформировал открытый, светский тип мышления, новую умственную культуру, ставшую составной частью новой модели культуры. «Возрожде-

ние, – отмечал француз кий исследователь культуры И. Тэн, – единственный в своём роде момент, занимающий переход от средневекового к новому времени, от культуры недостаточной к культуре, можно сказать, чрезмерной, от царства голых совсем инстинктов к царству вполне вызревших идей» [9, c.92].

Несмотря на то, что культурологическая мысль Ренессанса не была представлена выдающимися философами-теоретиками, уровня Демокрита, Платона, Аристотеля, невзирая на некоторую некритичность, эклектизм, художественность, метания между язычеством и христианством, возрожденцы (будучи своего рода единораздельным культурологическим разумом), дали мощнейший исследовательский импульс, направив вектор культурного движения и научного поиска в будущее, оживив человеческий дух во всей его полноте.

2.4. Культурологическая мысль эпохи Просвещения

Следующей за Возрождением важной эпохой в развитии культурологических идей стало Просвещение, расцвет которого приходится на XVIII – первую половину ХIХ вв. Ответ на вопрос «Что такое Просвещение?» дал немецкий философ И. Кант: «Просвещение – это выход человека из состояния своего несовершеннолетия, в котором он находится по собственной вине. Несовершеннолетие есть неспособность пользоваться своим рассудком без руководства со стороны кого-то другого. Несовершеннолетие по собственной вине – это такое, причина которого заключается не в недостатке рассудка, а в недостатке решимости и мужества пользоваться им без руководства со стороны кого-то другого. Sapare aude! – Имей мужество пользоваться собственным умом! – таков, следовательно, девиз Просвещения» [10, c.27].

79

Одной из важнейших предпосылок Просвещения являлось изменение социальной ситуации в Европе. Начиная с эпохи Возрождения, на историческую арену выходит новый класс – буржуазия, благодаря которой происходит быстрое экономическое развитие в европейских странах. В XVI – XVII вв. этот процесс охватывает Италию, Англию, Германию, Францию, Голландию, Бельгию. Ремесленное производство перерастает в мануфактурное, основанное на наёмном труде; активно развивается торговля, банковское дело. Интересы нового класса не совпадают с интересами феодалов, крестьян и королевской власти. Буржуазия движется вперёд, требуя социальных, политических и духовных перемен, адекватных её экономическому положению. Старые классы ожесточённо сопротивляются. В этих условиях возникает потребность в идеях, которые поддержали бы устремления буржуа, способствовали установлению иного общественного порядка и сформировали бы принципиально новые духовные ценности, новую культуру, свободную от оков церкви и религиозного мировосприятия, культуру для народа. Не случайно некоторые исследователи рассматривают Просвещение как культурно-идеологическое движение, новое культурное самосознание, не только оказавшее важное влияние на развитие культуры, но и по-новому её осмыслившее. Культурологическая мысль Просвещения явление многоплановое и разноречивое как с ценностной, так и содержательной точек зрения. В нем есть много общего и глубоко различного, противоречивого. В силу сказанного, сначала рассмотрим общие установки просветителей на культуру, а затем исследуем воззрения трёх наиболее видных мыслителей этого времени – Ж. Ж. Руссо, И.Г. Гердера, И. Канта.

Прежде всего, обозначим наиболее важные проблемы культурологического характера, ставшие общим предметом исследовательского поиска просветителей.

1. Мыслители Просвещения первыми стали использовать поня-

тие «культура» как универсальную самостоятельную категорию.

Можно сказать, что культура становится специфическим предметом философской рефлексии наряду с природой. Она трактуется весьма широко. Для просветителей культура – это разумное нравственное поведение, разумность вообще, торжество разума, духа, знаний, культ самого человека. Это то, что удовлетворяет потребности и жизненно необходимо народу. Просветители, особенно

80