15. Соотношение индивидуального и коллективного в научном познании

Тот факт, что исходной единицей организационного строения современной науки является именно научный коллектив (группа, лаборатория, кафедра, институт и т.п.), в рамках которого осуществляется деятельность отдельных исследователей, не вносит принципиальных изменений в процесс возникновения нового научного знания, которое, как и две тысячи лет назад, рождается в результате индивидуальных творческих усилий.

"Организационно-управленческим мифом" можно назвать надежды на то, что беспомощные в творческом отношении люди смогут, объединившись в коллектив, достичь значительных научных результатов, компенсируя отсутствие творческой индивидуальности и способностей к научному исследованию совместной безликостью. Возникновению и распространению этого губительного для науки мифа способствовало отчасти ее собственное превращение в непосредственную производительную силу и определяющую отрасль духовного производства, приведшее к качественным преобразованиям как в формах организации самой науки, так и в системе ее взаимосвязей с другими социальными институтами.

Огромные людские ресурсы, колоссальные материальные затраты, многообразие учреждений, характеризующие то, что именуется сегодня "большой наукой", создают впечатление, что производство научных идей "поставлено на поток", индустриализовано, стало делом коллективного творчества и с технологической стороны все больше приближается к производству вещей.

Между тем, различие между ученым 17 в. и представителем современной науки состоит отнюдь не в том, что первый якобы работал в одиночку от момента возникновения идеи до момента ее практического воплощения или законченной теоретической разработки, а второй - в лучшем случае лишь выдвигает идею, в то время как ее разработка и внедрение - дело многих работников науки.

Разделение труда существовало в научном познании всегда. Но если до конца 19 в. этот процесс был растянут в десятилетиях и даже веках, то с возникновением научных учреждений процесс разделения труда удалось сконцентрировать в пространстве и времени. Эта концентрация существенно укорила циркуляцию идей в научном сообществе, а также процесс движения от идеи к теории и от теории к ее практическому воплощению, так как позволила интенсифицировать обмен научной информацией и создать более благоприятные (в силу сокращения пространственно-временных интервалов) условия для восприятия результатов индивидуальной деятельности ученых членами научного сообщества.

Однако концентрация отдельных исследователей в пространственно-временных рамках единого научного коллектива не может устранить объективной необходимости субъективно-личностного начала в научном познании. Происходит это потому, что разделение труда в науке не затрагивает сущности научно-познавательной деятельности - процесса рождения новой идеи или принципа решения той или иной научной проблемы, ибо этот процесс в принципе неразложим на отдельные стадии и потому не может быть разделен между участниками научно-исследовательского поиска.

Каждый конкретный результат научно-познавательной деятельности, опредмеченный в тексте, всегда индивидуален, является продуктом творчества определенного ученого. Однако этот научный результат не только обусловлен деятельностью предшественников и современников своего создателя, но и получает признание "вклада" ученого в науку (а, возможно, - даже имя своего творца) лишь после того, как будет включен в систему научных коммуникаций и превратится в результат, признаваемый научным сообществом в качестве своего собственного. Только в этом смысле можно говорить о том, что индивидуальный вклад в науку является моментом "коллективного творчества", непосредственно выражающего социальную природу научного познания.

Что касается научного учреждения как социальной формы организации современной науки, то любое такое учреждение обретает реальную силу более мощного, нежели отдельный ученый, производителя научного знания лишь в том случае, когда собирает "под одной крышей" множество талантливых ученых, ни один из которых не утрачивает своей индивидуальности, но, напротив, в наибольшей степени раскрывает ее в общении и совместной научно-исследовательской деятельности с другими талантами.

Усложнение социальной формы организации науки, обусловленное как развитием материально-технической базы самого научного позна-ния, так и потребностями общественного производства в эффективном использовании научных знаний, породило еще одну иллюзию, развеять которую нам просто необходимо, если мы действительно хотим разобраться в сущности научно-познавательной деятельности.