Американский экспорт металла в Японию1

(в тыс. фунтов стерлингов)

	Год	ы
	1940	1941
Металлический лом ........	47000	227000
Чугун и листовая сталь ......	1487	5614

Продолжавшееся увеличение американских поставок в Японию свидетель­ствовало, что правящие круги США по-прежнему лелеяли надежду разрешить свои противоречия с японским агрессором за счет его войны против СССР. Этому курсу отвечало стремление правительства США «не раздражать» Японию. Но с сентября 1940 г. Америка значительно усилила приготовления к войне. Ее прямые военные расходы на 1940/41 г. были утверждены в небывало высоком размере — 6,7 млрд. долларов², из которых 2,4 млрд. выделялось на развитие военно-воздушных сил. Конгресс принял решение о создании мощного военного флота «двух океанов». Соединенные Штаты приступили к строительству крупных военно-воздушных и мор­ских баз на Тихом океане — от Калифорнии и Аляски до Филиппин. Эти базы рас­сматривались в правящих кругах США как орудие империалистической экспансии.

В отношении Англии правительство США продолжало свою политику предо­ставления ей помощи на кабальных условиях, используя обстановку, сложившуюся

¹ История войны на Тихом океане, т. III, стр. 204.

² По данным ЦСУ СССР. См. ИМЛ. Документы и материалы Отдела истории Великой Отечественной войны, инв. № 8871, л. 13.

345

на Тихом океане. В первых числах октября 1940 г. в результате переговоров между государственным секретарем Хэллом, английским послом в США Лотианом и австралийским посланником Кэсейем был подписан англо-американский договор об объединенных действиях на Тихом океане. Соглашение включало следующие взаим­ные обязательства: Англия предоставляла США право всесторонне пользоваться син­гапурской военно-морской базой, австралийскими и новозеландскими портами; США обещали Англии оказать содействие в переброске войск из Австралии в Бирму и Малайю, а также сосредоточить на Тихом океане значительные силы своею флота. Решено было открыть сообщение с Китаем через Бирму, закрытое англича­нами в июле 1940 г., для доставки ему военного снаряжения.

Антисоветская политика правящих кругов США и на данном этапе борьбы империалистических держав за господство на Тихом океане открывала значительные возможности для правительства Японии. Вот почему оно выступило инициатором переговоров с США. В январе 1941 г. начались неофициальные переговоры. С япон­ской стороны в них участвовали лидер фашистской организации «Черный дракон» полковник Хасимото, имевший ряд бесед с представителями госдепартамента США, и католический деятель Японии Дроут. Во время предварительных встреч японских представителей с американскими дипломатами был подготовлен проект соглашения «О достижении взаимопонимания между Японией и Америкой» и решен вопрос о даль­нейшем ходе переговоров.

Вести переговоры с США правительство Японии поручило новому послу в Вашингтоне адмиралу Номура, лично знакомому с американскими деятелями. Офици­альные переговоры, продолжавшие носить секретный характер, начались в марте 1941 г. Правительство США уже знало о готовящемся нападении гитлеровской Гер­мании на СССР, поэтому оно хотело заключить такое соглашение с Японией, которое разрешало бы спорные вопросы взаимоотношений двух стран и способствовало напа­дению Японии на СССР. Этот замысел был разоблачен Коммунистической партией США. которая опубликовала в газете «Дейли уоркер» статьи, вскрывавшие всю подоплеку японо-американских переговоров ¹.

Переговоры осложнились вследствие заключения советско-японского договора о нейтралитете, который нанес удар политике США и Англии, направленной к про-воцированию военного столкновения между Советским Союзом и Японией. Коррес­пондент английской хазеты «Дейли теле) раф энд Морнинг пост» сообщал из Вашинг-¹ тона, что договор представляет собой подлинный провал американской дипломатии ². Американские публицисты Дэвис и Линдлей пишут: «Сообщение о заключении восточного пакта испугало западный мир... Политика американского правительства осталась неизменной, хотя соглашение явилось ударом для дипломатии США» ³.

В конце апреля правительство США придало своим предложениям форму японо-американского соглашения. Основным его содержанием было требование вывода японских войск из Китая, отказа Японии от аннексии Китая и осуществление по отно­шению к нему политики «открытых дверей». Взамен США соглашались на «объеди­нение» правительств Чан Кай-ши и Ван Цзин-вея и на признание Маньчжоу-го. По существу это была программа полюбовного раздела Китая.

Стремясь к сделке с США на наиболее выгодных для себя условиях, правитель­ство Японии решило сыграть на антисоветских и антидемократических чувствах аме­риканских правящих кругов. Вот почему свои контрпредложения оно назвало пред­ложениями о «совместной политике борьбы против коммунизма». Япония предлагала заключить японо-американский договор на следующих условиях: предоставление Японии неограниченных прав на получение ею военно-стратегического сырья в стра­нах юго-западной части Тихого океана, широкое экономическое содействие со

¹ См. «The Daily Worker», March 1, 1941.

² См. «Правда», 19 апреля 1941 г.

³ F. D a v i s ana E. L i n d l e y. How War Came, p. 218.

346

стороны США, их согласие на «нейтрализацию» Филиппин, признание Манъчжоу-ю, отказ США от поддержки правительства Чан Кай-ши¹.

Используя антисоветскую направленность политики правящих кругов США, Япония хотела довести до конца захват Китая и получить от США такое экономиче­ское содействие, которое значительно подняло бы ее военно-экономический потенциал, чтобы потом использовать его в борьбе против США. Со своей стороны Япония соглашалась дать «обязательство» не предпринимать никакого вооруженного нападе­ния в Юго-Восточной Азии или в южной зоне Тихого океана и перевести свои войска из Южного Индокитая в его северную часть.

Японские предложения были переданы правительству США 12 мая. Уже 16 мая последовал предварительный ответ. Хэлл сообщил японскому представителю, что предложения Японии могут быть приняты «с известными поправками», а именно: без японской монополии на Китай и без ограничения интересов других держав в Китае. В американском ответе ничего не говорилось о выводе японских войск из Китая. Правительство США, хотя и не без некоторых колебаний, склонялось все же к тому, чтобы использовать японские войска против национально-освободительного движения китайского народа. Хэлл дал также понять Японии, что США готовы про­вести соответствующие секретные переговоры с Чан Кай-ши.

По существу речь шла об осуществлении «дальневосточного Мюнхена», усло­вия которого подготовлялись в империалистической борьбе США и Японии. Шан­тажируя друг друга, правящие круги этих стран вели между собой самый неприкры­тый торг.

Центральный Комитет Коммунистической партии Китая разгадал смысл этою торга и своевременно предупредил о нем народные массы. В директиве ЦК, напи­санной Мао Цзэ-дуном для партийных организаций 25 мая 1941 г., говорилось: «Япо­ния, США и Чан Кай-ши вынашивают новый коварный план — план «восточного Мюнхена», заключающийся в том, чтобы путем компромисса между Японией и США за счет Китая создать условия для борьбы против коммунистов и против Советского Союза. Мы должны разоблачать этот план и бороться против него»².

Директива ЦК Коммунистической партии Китая была свидетельством того, что китайский народ не признает никакой сделки между США и Японией за его счет и будет продолжать мужественно сопротивляться империалистическим за­хватчикам.

21 июня 1941 г., накануне нападения 1итлеровской Германии на СССР, прави­тельство США сообщило японским представителям свой официальный ответ на сде­ланные ему предложения. В нем содержались некоторые возражения против япон­ских претензий на экономические преимущества в Китае и странах Южных морей и ставился вопрос о необходимости вывести со временем японские войска из Китая. Правительство США настаивало также на своем участии в выработке условий мира между Японией и Китаем. Одновременно оно заявляло, что не считает эти условия окончательными и готово продолжить обсуждение вопроса о «совместной политике борьбы против коммунизма», в частности вопроса о пребывании японских войск в Китае и о признании Маньчжоу-го³.

Накануне нападения Германии на СССР правительство США в интересах «вос­точного Мюнхена» было готово пойти на некоторые уступки Японии, лишь бы развя­зать ей руки для агрессии против СССР. Нона Дальнем Востоке продолжался тот же процесс, который можно было наблюдать на определенном этапе и в Европе. Чем большие уступки Соединенные Штаты делали Японии в надежде вызвать ее напа­дение на Советский Союз, тем больше в правящих кругах Японии зрело намерение

¹ См. Peace and War. United States Foreign Policy 1931 — 1941. Washington, 1943, pp. 656—659.

² Мао Ц 3 э - д у н. Избранные произведения. Т. 4. M., Изд-во иностранной литературы, 1434, стр. 39.

³ См. Papers Relating to the Foreign Relations of the United States. Japan: 1931 — 1941, vol. II, Washington, 1943, pp. 486—490.

347

напасть на Соединенные Штаты. Военная развязка все более приближалась. Экспан­сионистская политика США наталкивалась на такую же политику других империа­листических держав и на растущее сопротивление народных масс, выступавших против захватчиков.

Справедливая, освободительная борьба китайского народа, которая велась под руководством коммунистов, сыграла большую роль во время второй мировой войны. В ходе национально-освободительной войны с японским империализмом выросли и возмужали народно-революционные армии, из которых впоследствии сформиро­валась Народно-освободительная армия Китая.

* * *

Политические и военные события первого периода второй мировой войны имели большое поучительное значение. Они свидетельствовали о полном банкротстве всей предвоенной политики правительств Франции, Англии и США. Именно эта политика, политика поощрения немецко-фашистской агрессии, поставила народы многих стран перед величайшей опасностью фашистского порабощения, культурной деградации и физического истребления. Под гнетом немецко-фашистских захватчиков уже томи­лись почти все страны буржуазной Европы.

В обстановке полного банкротства буржуазных и сотлашательских партий капиталистических стран, оказавшихся неспособными противостоять захватниче­ской политике германского империализма, скатившихся в пропасть национального предательства и преступных сделок с врагом, только коммунисты повсеместно остава­лись непоколебимо верны своим народам, интересам национальной независимости, свободы и демократии. В развернувшемся во многих странах патриотическом движе­нии Сопротивления руководящая и организующая роль принадлежала коммуни­стам. Они в первых рядах бесстрашно шли на бой с враюм, увлекая своим примером всех тех, кто не хотел сдаться на милость 1ерманского фашизма.

В то время как политика капиталистических государств Запада обнаружила свою полную несостоятельность, политика Советского Союза приобрела еще больший авторитет и влияние. Народы европейских стран на своем собственном жизненном опыте могли убедиться в правоте этой политики, в справедливости прогнозов Комму­нистической партии Советского Союза, в правильности ее курса. Социализм, побе­дивший в СССР, стал надеждой народов Европы и Азии, сознававших, что только СССР может обеспечить победу национальной независимости, свободы и демо­кратии над фашистским варварством. Существование Советского Союза вдохновляло народы на борьбу за свое национальное и социальное освобождение в дни войны в еще большей мере, чем в предшествовавшие годы.

Сознавая значение СССР, германские империалисты уже нацеливали против него свой удар. В их политической и военной деятельности все было теперь подчи­нено одной задаче: подютовке и осуществлению вероломного и внезапного нападе­ния на Советский Союз.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПОДГОТОВКА

ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИЕЙ

НАПАДЕНИЯ НА СССР.

СОСТОЯНИЕ ОБОРОНЫ

СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Глава восьмая

ПОДГОТОВКА ГИТЛЕРОВСКОЙ ГЕРМАНИЕЙ

НАПАДЕНИЯ НА СССР. ВНУТРЕННЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ГЕРМАНИИ

I. Разработка плана «Барбаросса» и оккупационного режима для советских территорий

планах 1ерманских империалистов по завоеванию мирового господства центральное место отводилось порабощению СССР.

Даже подписывая договор о ненападении с СССР, руководители Герма­нии ни на минуту не забывали о своих агрессивных намерениях. 23 ноября 1939 г., т. е. через три месяца после подписания договора, Гитлер говорил: «Я долго сомневался, не начать ли мне с нападения на Восток, а затем уже на Запад... Вынужденно получилось так, что Восток на ближайшее время выпал... У нас имеется договор с Россией. Однако договоры соблюдаются лишь до тех пор, пока они выгодны. Мы можем выступить против } осени лишь в том случае, если мы освободимся на Западе»¹.

Территориальными захватами на европейском континенте гитлеровская Герма­ния существенно увеличила свой военно-экономический потенциал и изменила в свою пользу соотношение сил в Европе. Легкие победы на Западе породили у руко­водителей фашистской Германии необычайную самоуверенность. Гудериан указы­вает на «непонятную заносчивость», которая «привела немцев к убеждению, что, подобно кампаниям в Польше и Франции, война на Востоке будет также молние­носной»². Начальник германской военной разведки и контрразведки адмирал Кана-рис в беседах со своими ближайшими помощниками отмечал, что немецко-фашист-ский генералитет, включая самых видных его представителей — Браухича, Галь-дера, Кейтеля и Йодля, с исключительным рвением поддерживал планы войны против СССР³.

В нападении Германии на Советский Союз наиболее полно проявилось стрем­ление мировой империалистической реакции уничтожить социализм. Германские

¹ ЦГАОР, ф. 7445, оп. 1, д. 1666, л. 3.

² Итоги второй мировой воины. Сборник статей, стр. 117.

³ См. Walter Schellenberg. The Labyrinth. Memoirs. New York, 1956, p. 198.

351

империалисты рассматривали войну против СССР как решающий этап в их борьбе за мировое господство. В лице Советского Союза они усматривали главное препят­ствие на этом пути. Готовя войну против СССР, «фашизм преследовал не только империалистические, захватнические цели, но и цели классовые—уничтожение первого в мире социалистического государства. Гитлер хотел сыграть роль палача по отношению к революционному движению рабочего класса, к нашему социалисти­ческому государству»¹.

Разумеется, подлинные причины нападения агрессоры тщательно скрывали от общественного мнения. Захватническая война против СССР изображалась герман­ской фашистской пропагандой и пропагандой реакционных кругов Англии и США — да и до сих пор изображается — как «превентивная», как война в защиту Запада от мнимой «советской опасности». «Судьба, — пишут западногерманские генера­лы,— сделала Германию своеобразным хранителем Европы и всего Западного мира и барьером против распространения коммунистического панславизма»².

Несостоятельность версии о «превентивном» характере немецко-фашистского нападения на СССР раскрывается всей фактической стороной подготовки этого напа­дения. 29 мая 1940 г. германское министерство иностранных дел информировало свои дипломатические миссии, что Советский Союз не предпринимает ника­ких шагов, которые могли бы помешать германо-советским отношениям быть «очень хорошими»³.

21 июля 1940 г. главнокомандующий сухопутными войсками Германии фельд­маршал Браухич получил приказ подютовить план войны против СССР, учиты­вая, что нападение будет предпринято через 4—6 недель после окончания сосредо­точения войск. Не дожидаясь плана, германское командование начало немедленно перебрасывать войска на восток, в Польшу, намеренно размещая их на некотором удалении от советской 1раницы. В конце июля в Познани уже находилась вся группа армий фон Бока. По словам Типпельскирха, «зто был первый шаг к стратегическому развертыванию сил против Советского Союза, которое, проходя в течение длитель­ного времени, должно было быть проведено по возможности незаметно»⁴. Одновре­менно в Германии формировались новые дивизии.

Несмотря на решение изменить направление очередного удара, перенеся его с Англии на СССР, немецкое командование продолжало для вида готовить вторже­ние в Англию, как якобы первоочередную операцию. «...Все эти приготовления,— признают германские генералы,— проводились только в целях маскировки гото­вившейся Восточной кампании, которая в ту пору являлась для верховного главно­командования уже решенным делом»⁵. Черчилль также отмечает, что «для Гитлера продолжение воздушной войны против Англии было необходимым и удобным при­крытием концентрации сил против России»''.

К генеральному штабу сухопутных войск специально для разработки плана нападения был прикомандирован с 29 июля 1940г. генерал Эрих Маркс, начальник штаба 18-й армии. Эта армия располагалась у советских границ, а ее штаб занимался вопросами ведения войны против СССР ⁷.

31 июля 1940 г. в Бергхофе состоялось совещание руководящих военных дея­телей Германии. На этом совещании Гитлер, повторяя доводы генералитета, гово­рил о том, что англичане все свои надежды связывают с Советским Союзом как един­ственной силой, способной противостоять Германии, что сопротивление Англии опирается на существование Советского Союза и поэтому победа над ним будет и

¹ Н. С. X p у щ е в. За прочный мир и мирное сосуществование, стр. 172.

² Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 494.

³ См. Documents on German Foreign Policy 1918—1945. Series D, vol. IX, pp. 470—471. ⁴K. Типпельскирх. История второй мировой войны, стр. 166.

⁵ Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 56. /

⁶ W. Churchill. The Second World War, vol. Ill, p/37.

⁷ cm. The German Campaign i,n Russia.Departement of the Army.Washington, 1955, p. 4.

352

победой над Англией. «Если Россия будет разбита,— подчеркивал Гитлер,— у Англии исчезнет последняя надежда. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия. Вывод: на основании этого заключения Россия должна быть ликви­дирована. Срок — весна 1941 года» ¹. На этом совещании уже были рассмотрены первые варианты оперативных решений. Присутствующие солидаризировались в том, что война против СССР должна быть «молниеносной», т. е. чтобы ее стратеги­ческая цель была достигнута в результате одной быстротечной кампании.

На совещании в Бергхофе было заслушано сообщение фельдмаршала Кейтеля, возглавлявшего/штаб верховного главнокомандования, о нецелесообразности напа­дения на СССг осенью 1940г., как планировалось ранее, ввиду тех трудностей, кото­рые могут встретиться в зимней кампании. Кейтель ссылался также на недостаточ­ность сети шоссейных и железных дорог в Восточной Польше ². К мнению штаба прислушались: нападение на СССР решено было осуществить в середине мая 1941 г. Это решение поддержали все участники совещания. «Россия,— самонадеянно заявил Гитлер,— должна быть уничтожена весной 1941 г. Советское государство должно быть разрушено одним ударом». Мнение Гитлера разделял и весь немецко-фашистский генералитет. Генерал артиллерии Йодль заявил, вторя Гитлеру: «Через три недели после нашего наступления этот карточный домик развалится» ³. Но для подобных прогнозов не было никаких оснований.

Признавая роковые просчеты гитлеровского командования, Гёрлитц писал после войны, что германская разведка неправильно оценивала силы Советского Союза и возлагала большие надежды на ослабление боеспособности Красной Армии вследствие репрессий, осуществленных в отношении ее командного состава ⁴. Гит­леровцы считали Советское государство «колоссом на глиняных ногах». Гёрлитц указывал, что «полное неведение отмечалось со стороны Германии и в вопросе о производственной мощности русской индустрии»⁵. Все это лишний раз сви­детельствует об авантюристичности планов германского командования.

1 августа 1940 г. Эрих Маркс представил первый вариант плана войны против СССР. В основу этого варианта была положена идея быстротечной, «молниеносной войны», в результате которой намечался выход германских войск на линию Ростов — Горький—Архангельск, а в дальнейшем —до Урала. Решающее значение отво­дилось захвату Москвы. Эрих Маркс исходил из того, что Москва — «сердце совет­ского военно-политического и экономического могущества, ее захват приведет к прекращению советского сопротивления»⁶.

По этому плану предусматривалось нанесение двух ударов — севернее и южнее Полесья. Северный удар намечался как главный. Его предполагалось нанести между Брест-Литовском и Гумбиненом через Прибалтику и Белоруссию в направ­лении на Москву. Южный удар планировалось осуществить из юго-восточной части Польши в направлении на Киев. Кроме этих ударов, намечалась «частная опера­ция по овладению районом Баку»⁷. На осуществление плана отводилось от 9 до 17 недель.

План Эриха Маркса был разыгран в штабе верховного главнокомандования под руководством генерала Паулюса. Эта проверка выявила серьезный недостаток пред­ставленного варианта: он игнорировал возможность сильных фланговых контрударов советских войск с севера и юга, способных сорвать продвижение основной группировки к Москве. Штаб верховного главнокомандования решил пересмотреть план.

¹ Служебный дневник Гальдера. «Военно-исторический журнал», 1959, № 2, стр. 67.

² См. там же.

³ Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 597.

⁴ См. W. G о г l i t z. Der Zweite Weltkrieg 1939—1945, B. I, S. 260.

⁵ T a m же, стр. 261.

⁶ The German Campaign in Russia, p. 6.

⁷ Служебный дневник Гальдера. «Военно-исторический журнал», 1959, № 2, стр. 67,

23 История Великой Отечественной войны, т. 1 353

В связи с сообщением Кейтеля о плохой инженерной подготовке плацдарма для нападения на СССР гитлеровское командование 9 августа 1940 г. издало приказ под названием «Ауфбау Ост». В нем намечались мероприятия по подготовке театра военных действий против СССР, ремонт и сооружение железных и шоссейных дорог, мостов, казарм, госпиталей, аэродромов, складов и т. д.¹. Все интенсивнее прово­дилась переброска войск. 6 сентября 1940 г. Йодль отдал распоряжение, в кото­ром говорилось: «Приказываю увеличить численность оккупационных войск на востоке в течение следующих недель. По соображениям безопасности в России не должно создаваться впечатление, что Германия готовится к наступлению в восточ­ном направлении»².

5 декабря 1940 г. на очередном секретном военном совещании был заслушан доклад Гальдера о плане «Отто», как первоначально был назван план войны против СССР, и о результатах штабных учений. В соответствии с итогами проведенных учений намечалось до взятия Москвы уничтожить фланговые группировки Крас­ной Армии путем развития наступления на Киев и Ленинград. В таком виде план был утвержден. Сомнений в его реализации не возникало. Поддержанный всеми присутствующими, Гитлер заявил: «Следует ожидать, что русская армия при первом же ударе немецких войск потерпит еще большее поражение, чем армия Франции в 1940 г.»³. Гитлер требовал, чтобы в плане войны было предусмотре­но полное уничтожение всех боеспособных сил на советской территории.

Участники совещания не сомневались, что война против СССР будет завершена быстро; указывался и срок—8 недель. Поэтому зимним обмундированием намечалось обеспечить только пятую часть личного состава. Гитлеровский генерал Гудериан признает в своих воспоминаниях, изданных после войны: «В Верховном коман­довании вооруженных сил и в главном командовании сухопутных сил так уверенно рассчитывали закончить кампанию к началу зимы, что в сухопутных войсках зимнее обмундирование было предусмотрено только для каждого пятого солдата». Герман­ские генералы пытались впоследствии переложить вину за неподготовленность войск к зимней кампании на Гитлера. Но Гудериан не скрывает, что в этом был повинен и генералитет. Он пишет: «Я не могу согласиться с распространенным мнением, что только один Гитлер виноват в отсутствии зимнего обмундирования осенью 1941 г.»⁴.

Гитлер выражал не только свое мнение, но и мнение германских империали­стов и генералитета, когда он со свойственной ему самоуверенностью говорил в кругу приближенных: «Я не сделаю такой ошибки, как Наполеон; когда я пойду на Москву. я выступлю достаточно рано, чтобы достичь ее до зимы»⁵.

На другой день после совещания, 6 декабря, Йодль поручил генералу Варли-монту составить директиву о войне против СССР на основе решений, принятых на совещаниях. Шесть дней спустя Варлимонт представил текст директивы за № 21 Йодлю, который внес в него несколько исправлений, а 17 декабря ее вручили Гитлеру на подпись. На следующий день директива была утверждена под назва­нием операция «Барбаросса» ⁶.

При встрече с Гитлером в апреле 1941 г. германский посол в Москве граф фон Шуленбург пытался высказать свои сомнения в реальности плана войны против СССР. Но он добился лишь того, что навсегда попал в немилость.

Немецко-фашистский генералитет разработал и ввел в действие план войны против СССР, отвечавший самым разбойничьим вожделениям империалистов. Военные

¹ См. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 483. /

² «The Times», December 5, 1945. /

³ H. G r e i n e r. Die Oberste Wehrmachlfuhrung 1939—1943. Wiesbaden, 1951, S. 326.

⁴Г. Гудериан. Воспоминания солдата, стр. 144—145.

⁶ W. Root. The Secret History of the War. Vol. II. Ne\v York, 1945, p. 520.

⁶ Барбаросса — в переводе на русский язык — «рыжая борода». Таким прозвищем Оыл наделен за свою бороду немецкий император Фридрих I, осуществивший в период своего царство­вания (XII век) ряд завоевательных походов на Востоке. Германские шовинисты прославили имя Фридриха I Барбароссы, создав вокруг него немало легенд в интересах своей агрессивной политики.

354

руководители Германии единогласно высказались за осуществление этого плана. Только после поражения Германии в войне против СССР битые фашистские полковод­цы для самореабилитации выдвинули фальшивую версию, будто бы они возражали про­тив нападения на СССР, но Гитлер-де, несмотря на оказанное ему противодействие, все же развязал войну на Востоке. Так, например, западногерманский генерал Блю-ментрит, в прошлом активный гитлеровец, пишет, что Рундштедт, Браухич, Галь-дер отговаривали Гитлера от войны с Россией. «Но все это не принесло никаких результатов. Гитлер настаивал на своем... Твердой рукой он взялся за штурвал и повел Германию на скалы полного поражения» ¹. В действительности же не только «фюрер», но и весь германский генералитет верил в «блицкриг», в возмож­ность быстрой победы над СССР.

В/директиве № 21 говорилось: «Немецкие вооруженные силы должны быть готовй к тому, чтобы еще до окончания войны с Англией победить путем быстро­течной военной операции Советскую Россию» ². Основная идея плана войны определя­лась в директиве так: «Находящиеся в западной части России войсковые массы рус­ской армии должны быть уничтожены в смелых операциях с глубоким продвижением танковых частей. Следует воспрепятствовать отступлению боеспособных частей в просторы русской территории... Конечной целью операции является отгородиться от азиатской России по общей линии Архангельск — Волга» ³. (См. карту № 17).

31 января 1941 г. ставка главного командования сухопутных войск Германии издала «Директиву по сосредоточению войск», которая излагала общий замысел командования, определяла задачи групп армий и армий, а также давала указания по дислокации штабов, разграничительным линиям, взаимодействию с флотом и авиа­цией и т. д. Эта директива, определяя «первое намерение» германской армии, ста­вила перед ней задачу «расколоть фронт главных сил русской армии, сосредоточен­ных в западной части России, быстрыми и глубокими ударами мощных подвижных группировок севернее и южнее Припятских болот и, используя этот прорыв, уничто­жить разобщенные группировки вражеских войск» ⁴.

Таким образом, намечались два основных направления для наступления гер­манских войск: южнее и севернее Полесья. Севернее Полесья наносился главный удар двумя группами армий: «Центр» и «Север». Их задача была определена следую­щим образом: «Севернее Припятских болот наступает группа армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала фон Бока. Введя в бой мощные танковые соединения, она осуществляет прорыв из района Варшава и Сувалки в направлении Смоленска; поворачивает затем танковые войска на север и уничтожает совместно с группой армий «Север», наступающей из Восточной Пруссии в общем направлении на Ленинград, советские войска, находящиеся в Прибалтике. Затем она совместно с финской армией и подброшенными для этого из Норвегии немецкими войсками окон­чательно лишает противника последних оборонительных возможностей в северной части России. В результате этих операций будет обеспечена свобода маневра для выполнения последующих задач во взаимодействии с немецкими войсками, насту­пающими в южной части России.

В случае внезапного и полного разгрома русских сил на севере России поворот войск на север отпадает и может встать вопрос о немедленном ударе на Москву» ⁵.

Южнее Полесья намечалось развернуть наступление силами группы армий «Юг». Ее задача определялась следующим образом: «Южнее Припятских болот группа армий «Юг» под командованием генерал-фельдмаршала Рундштедта, исполь­зуя стремительный удар мощных танковых соединений из района Люблина, отрезает советские войска, находящиеся в Галиции и Западной Украине, от их коммуникаций

¹ Роковые решения. Сборник статей. М., Воениздат, 1958, стр. 66—67.

² Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 559.

³ Т а м же, стр. 559—560.

⁴ «Военно-исторический журнал*, 1959, № 1, стр. 87.

⁵ Т а м же.

23* 355

на Днепре, захватывает переправы через реку Днепр в районе Киева и южнее его и обеспечивает таким образом свободу маневра для решения последующих задач во взаимодействии с войсками, действующими севернее, или же выполнение новых задач на юге России» ¹.

Важнейшая стратегическая цель плана «Барбаросса» заключалась в том, чтобы уничтожить основные силы Красной Армии, сосредоточенные в западной части Советского Союза, и захватить важные в военном и экономическом отношении райо­ны. В дальнейшем немецкие войска на центральном направлении рассчитывали быстро выйти к Москве и овладеть ею, а на юге — занять Донецкий бассейн. В плане большое значение придавалось захвату Москвы, что должно было, по замыслу немец­кого командования, принести Германии решающий политический, военный и эко­номический успех. Гитлеровское командование полагало, что его план войны против СССР будет осуществлен с немецкой точностью.

Директива № 21 и директива по сосредоточению войск были дополнены новыми указаниями, приказами и директивами. В специальной «Директиве по дезинформа­ции противника» говорилось: «Несмотря на значительное ослабление приготовле­ний к операции «Морской лев», необходимо делать все возможное для того, чтобы внутри вооруженных сил сохранить впечатление, что подготовка к высадке в Англии ведется в совершенно новой форме и что подготовленные ранее для этого войска отво­дятся в тыл до определенного момента. Необходимо как можно дольше держать в заблуждении относительно действительных планов даже те войска, которые пред­назначены для действий непосредственно на Востоке»². Директива требовала пред­ставить «стратегическое развертывание сил для операции «Барбаросса» в виде величайшего в истории войн дезинформационного маневра, имеющего целью отвлечь внимание от последних приготовлений к вторжению в Англию» ³.

«Специальные указания» к директиве № 21 определяли систему мероприятий на оккупированной советской территории. Немецким командующим, а также специально назначенным гаулейтерам предоставлялись неограниченные права на про­ведение жесточайшего террора в отношении населения. Руководство террором воз­лагалось на Гиммлера, который должен был также подготовить и политическое управ­ление оккупированной территорией, исходя из идеи «окончательной и решительной борьбы двух противоположных политических систем» ⁴.

В январе 1941 г. каждая из трех групп армий получила предварительную задачу согласно директиве № 21 и приказ провести военную игру, чтобы проверить предполагаемый ход боев и получить материал для детальной разработки опера­тивного плана.

В связи с намеченным нападением Германии на Югославию и Грецию начало военных действий против СССР было отложено на 4—5 недель. 3 апреля главное командование отдало приказ, в котором говорилось: «Время начала операции «Бар­баросса» вследствие проведения операции на Балканах переносится по меньшей мере на 4 недели» ⁵. 30 апреля верховное командование вооруженных сил Германии при­няло предварительное решение напасть на СССР 22 июня 1941 г. ⁶. Усиленная пере­броска германских войск к советской границе началась' с февраля 1941 г. Танко­вые и моторизованные дивизии подтягивались в последнюю очередь, чтобы не раскрыть преждевременно плана нападения ⁷.

¹ «Военно-исторический журнал», 1959, № 1, стр. 87.

² ИМЛ. Документы и материалы Отдела истории Великой Отечественной войны, инв. № 682, л. 12.

³ Т а м ж е, л. 10.

⁴ Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 566—567.

⁵ ИМЛ. Документы и материалы Отдела истории Великой Отечественной войны, инв. № 682, л. 24.

⁶ См. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 538. 'См. W. G о г l i t z. Der Zweite Weltkrieg 1939—1945, B. I, S. 257.

256

С целью обеспечить внезапность нападения гитлеровцы усилили воздушную разведку приграничных районов СССР только с февраля 1941 г. В марте Гальдер на основе данных аэрофотосъемки отметил в своем дневнике, что система путей сообще­ния в СССР оказалась в значительно лучшем состоянии, чем предполагало немецкое командование. За две недели до вторжения немцы стали посылать самолеты-развед­чики далеко в глубь советской территории¹.

10 мая 1941 г. немецко-фашистская авиация совершила последний налет на Англию. Штабы военно-воздушных сил Германии и самолеты спешно перебрасыва­лись на восток.

Уверенное в непогрешимости своих военных планов и точном их выполнении, германское командование заблаговременно, 11 июня 1941 г., подготовило дирек­тиву о дальнейшей борьбе за мировое господство после завоевания Советского Союза. Эта директива под № 32, названная «Подготовка к периоду после осу­ществления операции «Барбаросса», планировала захват Гибралтара, овладение английскими опорными пунктами в бассейне Средиземного моря и на Ближнем Вос­токе, продвижение моторизованных соединений через Закавказье к Персидскому заливу, Ираку, Сирии, Египту с одновременным встречным продвижением войск из Ливии в Египет, из Болгарии через Турцию в Сирию, Ирак и Иран. Был пред­решен в директиве № 32 и вопрос о вторжении в Англию. В ней говорилось, что под­готовка к высадке в Англию будет иметь двоякую цель — сковать английские вой­ска в метрополии и нанести Британской империи смертельный удар. Единст­венным обстоятельством, способным воспрепятствовать или задержать вторжение в Великобританию, могла явиться, по мнению составителей директивы, небла­гоприятная погода ².

6 и 14 июня состоялись два последних перед нападением на СССР совещания высшего командного состава вооруженных сил Германии. Были заслушаны сооб­щения командующих группами армий о готовности их войск. Затем Гитлер от имени германского правительства и генералитета напутствовал руководителей войск, раз­вертываемых против Советского Союза. Центральным пунктом его выступления было утверждение, что Советский Союз — это главное и последнее препятствие на пути Германии к мировому господству. Нападение на СССР Гитлер назвал «последним великим походом войны»³, предпринимая который не следует останавливаться ни перед какими соображениями морального или этического порядка. Несколько ранее он говорил на одном из совещаний: «Когда начнутся «операции Барбаросса», мир затаит дыхание и не сделает никаких комментариев...»⁴.

17 июня 1941 г. верховное командование вооруженных сил Германии отдало окончательный приказ, в котором указывалось, что осуществление плана «Барба­росса» должно начаться 22 июня. Ставка главнокомандования была немедленно пере­несена на командный пункт «Вольфсшанце», оборудованный в Восточной Пруссии вблизи Растенбурга. Главное командование сухопутных войск разместилось в под­земных сооружениях в районе Ангербурга, главное командование военно-воздушных сил — в районе Гольдапа.

Готовясь к походу против СССР, фашисты выдвинули далеко идущие планы захвата Советского Союза и порабощения советских людей. Они стремились не толь­ко захватить территорию СССР, но и уничтожить Советское государство. Выступая на совещании высшего генералитета немецко-фашистской армии 30 марта 1941 г., Гитлер сказал, что война против России — это «идеологическая война с целью унич­тожения большевизма» и что задача Германии в отношении России состоит в том, чтобы «разбить вооруженные силы, уничтожить государство». «Речь идет о борьбе на

¹ См. Л. д е И о н г. Немецкая пятая колонна во второй мировой войне. М., Изд-во ино­странной литературы, 1958, стр. 354.

² См. «Wehrwissenschaftliche Rundschau». März 1956, Heft 3, S. 134—135.

³ W. G ö r l it z. Der Z\veite Weltkrieg 1939—1945, B. I, S. 262.