1. Положение в Западной Европе

Капитуляция Франции вызвала серьезную перегруппировку сил борющихся сторон. Германия расправилась со своим самым сильным в буржуазной Европе противником. Вследствие этого ее военно-стратегическое и эконо­мическое положение существенно изменилось в благоприятную для нее сторону. К услугам «рейха» оказалась вся развитая экономика Западной Европы. По свидетельству гатлеровского генералитета, «обладание западными областями Европы явилось во всех отношениях серьезной опорой для военных усилий Германии. Три высокоразвитые страны — Франция, Бельгия и Голландия — с их промышлен­ностью, полезными ископаемыми и сельским хозяйством значительно усилили военный потенциал Германии. Огромное количество захваченной военной техники, всех видов горючего п других материальных средств позволили намного увеличить производственную мощность немецкой военной промышленности, а подчинение промышленных предприятий западных стран экономике Германии позволило рас­ширить и масштабы последней»¹.

Французские капиталисты активно помогали гитлеровцам использовать эко­номику Франции. В оккупированной и неоккупированной зонах было налажено «деловое сотрудничество» промышленников с оккупантами. По словам крупного амери­канского дельца Кернана, гитлеровцы стремились создать «из оккупированной Фран­ции одну большую промышленную, торговую и сельскохозяйственную колонию» ². Им это удалось — «немцы добились невозможного, с точки зрения довоенных эконо­мистов: начали немедленно извлекать выгоду из завоеванного силой оружия» ³.

Политическое сотрудничество французских капиталистов с немецко-фашист-скими захватчиками, в котором трудно сказать, чего было больше — предательства или унижения, поощрялось правительством Петэна, чья власть распространялась на неоккупированную часть Франции и некоторые ее колонии. Своей резиденцией правительство избрало маленький курортный городок Виши. Здесь 10 июля 1940 г. депутаты французского парламента, из которого были изгнаны коммунисты и все

¹ Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 48.

² Thomas K e r n a n. Repoit on France. London, 1942, p. 15.

³ T а м же, стр. 67»

286

другие патриоты, приняли решение о ликвидации Французской республики. На смену республиканскому строю пришел режим военно-фашистской диктатуры по гитлеровскому образцу во главе с Петэном, провозглашенным единоличным главой французского государства. Престарелый маршал быстро, без особого труда вошел в свою роль: он давно стремился осуществить реакционную диктатуру в интересах французских империалистов. Сразу же после решения парламента Петэн выступил со следующим заявлением: «Мы, Филипп Петэн, маршал Франции, во исполнение Конституционного закона от 10 июля 1940 г. объявляем, что мы приняли функции главы французского государства. В соответствии с этим мы повелеваем отменить раздел второй Конституционного закона от 25 февраля 1875 г.»¹. Так была ликвидиро­вана конституция Франции и Декларация прав человека.

Французская буржуазия вела сложную политическую игру. Уверенная в могу­ществе Германии, она делала главную ставку на Гитлера. На всякий случай фран­цузские капиталисты хотели заручиться и поддержкой правящих кругов США и Анг­лии. 24 октября 1940 г. состоялась встреча Гитлера и Петэна в Моптуар-сюр-ле-Луара (Франция), во время которой обсуждались дальнейшие перспективы второй мировой войны. Тогда же английский король Георг направил личное послание Петэну ², а пра­вительство Петэна тайком от Германии командировало в Лондон профессора Безан-сонского университета Луи Ружье, имевшего личные связрт в британской столице. 22 октября начались переговоры. Ружье беседовал с английским дипломатом Кадо-ганом, лордом Галифаксом и, наконец, с премьером Черчиллем. В результате этих встреч 28 октября 1940 г. было заключено джентльменское соглашение (соглаше­ние, не фиксируемое в официальном документе) правительства Черчилля с правитель­ством Петэна.

По этому соглашению Великобритания обещала несколько ослабить морскую бло­каду неоккупированной части Франции, приостановить занятие генералом де Голлем французских колоний, оставшихся верными правительству Виши, и смягчить пропаганду против этого правительства. Последнее, по существу, обязалось не ока­зывать помощи Германии в войне против Англии, не передавать гитлеровцам фран­цузский военно-морской флот, а также военные базы в Африке, не требовать немед­ленного возврата занятых де Голлем колоний и вступить в войну против Германии в тот момент, когда англичане смогут высадить крупные силы во Франции ³.

Президент Рузвельт назначил своего ближайшего советника адмирала Леги послом во Франции. Результатом дипломатической деятельности этого представи­теля заокеанских монополий было подписание 26 февраля 1941 г. секретного согла­шения между французским генералом Вейганом и американским дипломатом-развед­чиком Мэрфи. По условиям этого соглашения Соединенным Штатам предоставлялись важные экономические позиции во французских колониях в Северной Африке. Правительство США обязалось поставлять в эти колонии и в неоккупированную часть Франции стратегическое сырье, промышленные изделия и продовольствие, хотя в госдепартаменте США хорошо знали, что стратегические материалы «попа­дали через вишистск^ю Францию в Германию» и что правительство Виши «разре­шило отправлять из Туниса для германской армии в Ливии снаряжение»⁴, посту­павшее из США.

Связи Англии и США с правительством Петэна крайне затрудняли деятель­ность генерала де Голля. Сразу же после капитуляции Франции он создал «француз­ский национальный комитет», который был признан правительством Англии. Но так как английское правительство продолжало тайные отношения с правительством Виши, это признание не был® полным и официальным.

¹ Raphaël L e m k i n. Axis Rule in Occupied Europe. Washington, 1944, p. 405.

² cm. Sumner W e 1 1 e s. Seven Decisions that Shaped History. London, 1951, p. 46.

³ cm. L. R o u g i e r. Les accords secrets franco-britanniques de l'automne 1940. Paris, 1954,

pp. 30—31.

⁴ Cordell Hull. The Memoirs, vol. II. Ne\\ York, 1948, pp. 1161 — 1162.

.287

7 августа 1940 г. между Черчиллем и де Голлем было заключено соглашение, дававшее последнему право формировать в Англии французские вооруженные силы из добровольцев всех родов войск. Британское правительство обязалось мате­риально оснащать эти войска всем необходимым. Де Голль назначался главно­командующим французскими войсками, но должен был действовать по указанию британского командования. Ему предоставлялось право создать гражданскую адми­нистрацию. Все расходы по содержанию администрации, а также французских военнослужащих, подчиненных де Голлю, британское правительство брало на себя. Казалось, что это соглашение благоприятно для французского национального комитета. В действительности же правящие круги Англии стремились поста­вить все деголлевское движение в зависимость от своих интересов и планов. Это вызвало недовольство США, которые сами рассчитывали добиться подобных результатов.

Несмотря на свои отношения с де Голлем, правительство Англии решило в тайне от него подготовить и предпринять операцию по захвату французского военно-морского флота, интернированного по условиям перемирия с Германией и сосредоточенного в определенных портах, принадлежащих Франции. Черчилль говорил, что Англия должна во что бы то ни стало завладеть французским флотом, даже если бы для этого пришлось «поцеловать Дарлана¹ в корму»². Для реализации* поставленной задачи был срочно разработан план операции «Катапульта», преду­сматривавший захват или уничтожение флота недавнего союзника.

Осуществляя свои далеко идущие планы, правительство Англии 3 июля 1940г. сделало попытку овладеть французской эскадрой в Оране (порт в Алжире). В этот день мощная английская эскадра под командованием вице-адмирала Соммервилла, покинув Гибралтар, блокировала ближние подступы к Орану. На ультиматум Сом­мервилла сдать корабли или потопить их французы ответили отказом. Дальнейшие переговоры ни к чему не привели, и на исходе дня английская эскадра открыла огонь по скученным французским кораблям. Действия британского флота поддерживались ударом тяжелых бомбардировщиков, поднявшихся в воздух с авианосца. Француз­ские корабли и береговые батареи открыли ответный огонь, но превосходство было на стороне англичан. Французский линкор «Бретань» взорвался и погиб со всей коман­дой. Вышел из строя линкор «Прованс», линкор «Дюнкерк» выбросился на берег.

Операция «Катапульта» была осуществлена также в Александрии, в Алжире, Касабланке и других местах. В результате значительная часть французского флота была либо уничтожена, либо сдалась англичанам в плен. Погибло 1300 французских моряков. Военно-морской флот Франции, занимавший четвертое место в мире, понес крупный урон.

8 сентябре 1940 г. правительство Англии и комитет де Голля пытались захва­тить важную военно-морскую базу Франции Дакар и стоявшие там суда. Но это им не удалось. В дальнейшем развернувшееся в значительной части французских колоний антифашистское движение привело к их разрыву с правительством Виши.

Капитуляция Франции поставила Англию в трудное положение. Она осталась один на один с фашистским хищником и была вынуждена п.ротив обыкновения вести войну своими собственными силами. Оккупировав Норвегию и Данию, северное и западное побережья Франции, Германия заняла выгодные стратегические позиции. Базы германской авиации приблизились к Англии и широкой дугой расположились против ее юго-восточной части. Французские, голландские и норвежские порты были превращены в базы немецко-фашистского подводного и надводного флота, действовавшего на английских коммуникациях.

После эвакуации войск из-под Дюнкерка Англия фактически осталась безо­ружной, так как не располагала достаточными запасами для возмещения брошен-

¹ Дарлан — министр правительства Виши.

² Harry Butcher. Three Years with Elsenhower. London, 1946, p. 151.

288

ной e Северной Франции материальной части, а производство вооружения продол­жало отставать от потребностей войны. Единственным преимуществом Англии был ее мощный военно-морской флот — становой хребет обороны мировой империи Великобритании. Германия собиралась компенсировать неравенство во флоте широ­ким использованием авиации и дальнобойных береговых батарей.

Трудное положение Англии было логическим следствием всей ее политики, проводившейся накануне и в первые месяцы второй мировой войны. Видный аме­риканский политический деятель Икес так характеризовал эту политику: Англия длительное время «продолжала обманывать себя иллюзией, что ей удастся столкнуть Россию и Германию друг с другом, а самой выйти сухой из воды. Она стала жертвой собственных интриг и потеряла уважение и сочувствие всего мира»¹.

Отказавшись летом 1939 г. от сотрудничества с Советским Союзом, Англия оказалась после капитуляции Франции в трагическом положении, одна, без друзей и союзников. В этих трудных условиях английский народ начал осознавать все значение внешней политики СССР и стал возлагать свои надежды на Советский Союз, существование которого связывало руки немецко-фашистским претендентам на миро­вое господство. Эту роль СССР поняли и гитлеровские главари. 13 июля 1940 г. Гальдер сделал следующую многозначительную запись в своем дневнике: «Фюрер крайне озабочен вопросом о том, почему Англия не хочет идти на мир. Причину этому он, подобно нам, видит в том, что Великобритания надеется на Россию» ². Американ­ские историки отмечают, что оборонительная политика Советского Союза облегчила катастрофически тяжелое положение Великобритании и решительно помогла ей противостоять темным силам стран оси ³. Однако руководители фашистской Германии не сразу разобрались в обстановке. Вначале они рассчитывали на то, что разгром Франции вынудит Англию капитулировать. Итальянский министр иностранных дел Чиано сравнивал Гитлера с азартным игроком, которому удалось сорвать банк п который стремится отказаться от продолжения игры в этом казино ⁴. Но все ожидания гитлеровцев оказались напрасными: Англия не сделала тех предложений, которых с таким нетерпением ожидало правительство Германии.

Вторжение гитлеровской Германии на британские острова готовилось с сентяб­ря 1939 г. 2 июля 1940 г. верховное командование вооруженных сил Германии инфор­мировало войска о своем решении осуществить высадку десанта в Англии⁵. Были разработаны планы военных операций: план вторжения в Англию — ('Морской лев», испано-германский план по захвату Гибралтара — «Изабелла-Феликс».

План «Морской лев» предусматривал вторжение германских войск в Англию с целью ее оккупации и подчинения. Предполагалось, что вторжение будет осущест­влено тремя наступающими группами. Группе «Кале» ставилась задача из района Остенде — устье Соммы переправиться на английское побережье между Маргетом и Гастингсом, группе «Гавр» из района Дьепп — Кан — на побережье Англии между Брайтоном и Портсмутом, группе «Шербур» — к Уэймуту⁶. К побережью Ла-Манша стягивались переправочные средства. Немецко-фашистская печать открыто обсуж­дала планы вторжения под крикливыми, устрашающими заголовками: «Жребий брошен», «Вы получите войну», «Положение Англии безнадежно» и т. п.⁷.

16 июля 1940 г. германское военное командование издало директиву № 16, подписанную Гитлером, в которой говорилось: «Так как Англия, несмотря на свое безнадежное военное положение, не проявила до сих пор никаких признаков

¹ Harold L. I с k e s. The Secret Diary, vol. II, p. 705.

² Дж. Б а т л е р. Большая стратегия. Сентябрь 1939 — июнь 1941, стр. 491.

³ См. Gh. Haines and R. Huffman. The Origins and Background of the Second World War. INew York, 1943, pp. 581-582.

⁴ cm. W. Görlitz. Der Zweite Weltkrieg 1939 —1945, В. I, S. 149.

⁵ См. К. Klee. Das Unternehmen «Seelöwe». Göttingen, 1958, S. 62.

⁶ См. там же, стр. 82.

⁷ См. там же, стр. 158.

19 Истооия Великой Отечественной воины, т. 1 . 2.О7

^

готовности к ведению переговоров, я решил подготовить и, если понадобится, осуществить десантную операцию против Англии. Целью этой операции является устранить британскую метрополию как базу для продолжения войны против Германии и, если это потребуется, оккупировать ее полностью» ¹.

Таким образом, германские империалисты решили завоевать Англию и оккупи­ровать ее. Все приготовления к нападению было приказано закончить к 15 сен­тября 1940 г.². Германское правительство не спешило с осуществлением плана «Морской лев», рассчитывая предварительно устрашить и деморализовать про­тивника. В соответствии с этим в гитлеровской директиве № 17 от 1 августа 1940 г. говорилось: «Чтобы создать предпосылки для окончательного поражения Англии, я намерен продолжать воздушную и морскую войну против Англии более энергично, чем это было до сих пор... Немецкая авиация со всеми имеющимися в ее распоряжении силами должна как можно скорее уничтожить английскую авиацию. Удары должны быть направлены в первую очередь против авиационных частей, их аэродромов и баз снабжения, а также против военной промышленности, включая промышленность, выпускающую зенитное вооружение... После достижения прево­сходства в воздухе в отношении времени и места необходимо продолжать воздушную войну против портов и особенно против складов продовольствия внутри страны»³.

Для ведения войны против Англии были выделены 2-й и 3-й воздушные флоты, насчитывавшие 2200 боевых самолетов: 1100 бомбардировщиков, включая пики­рующие, 900 одномоторных истребителей, 120 тяжелых двухмоторных истреби­телей и др.

Налеты начались на другой день после издания директивы № 17. Первое время широко практиковались не только ночные, но и дневные налеты крупных сил авиации. В соответствии с указанием Гитлера об уничтожении продовольственных складов в первом воздушном налете на британскую столицу главный удар был нане­сен по лондонским докам, в районе которых хранились крупные запасы продоволь­ствия для всей страны, а также имелись большие резервы военно-стратегических материалов. Сброшенные немецкими самолетами зажигательные бомбы вызвали грандиозный пожар: горело зерно, сахар вытекал огненной лавой, яркое пламя подымалось над складами с чаем, горел каучук, окутывая пожарище удушливым черным дымом, взрывались бочки с красками и спиртными напитками. Мест­ная противовоздушная оборона оказалась неподготовленной, пожарные команды не могли проехать к охваченным пламенем складам, ощущался острый недо­статок воды, несмотря на близость Темзы. Спасти склады не удалось, они по­гибли в огне.

От налетов германской авиации пострадали многие английские города: Бир­мингем, Манчестер, Ливерпуль и др. С 7 сентября 1940 г. гитлеровская авиация 65 ночей подряд бомбила Лондон. 14 ноября 1940 г. налетом 500 немецких бомбарди­ровщиков был разрушен город Ковентри. Английская истребительная авиация и зенитная артиллерия оказывали более упорное сопротивление, чем вначале, нанося вражеской авиации значительный урон. Противник был вынужден ограничиться ночными налетами. Всего немецкая авиация сбросила на английские города с августа 1940 по май 1941 г. (налеты были прекращены 12 мая 1941 г.) около 100 тыс. фугасных и зажигательных бомб.

12 октября 1940 г. верховное главное командование вооруженных сил Германии отдало секретный приказ, гласивший, что операция «Морской лев» переносится на весну—лето 1941 г.⁴. К этому времени предполагалось завершить войну против СССР. Однако Гитлер продолжал запугивать англичан угрозой вторжения⁵.

¹ Dokumente zum Unternehmen «Seelöwe», Göttingen, 1959, S. 310.

² См. там же, стр. 333.

³ T а м же, стр. 325-

⁴ См. там же, стр. 441.

⁵ См. W. G ö r l i t z. Der Zweite Weltkrieg 1939—1945, B. I, S. 221

290

Действия германских подводных лодок были успешными, несмотря на их неболь­шую численность. В течение лета и осени 1940 г. в море находилось одновременно всего лишь 10—15 подводных лодок ¹. Однако на долю подводных лодок приходилось примерно 55 процентов от общего количества потопленных Германией судов. На минах подрывалось до 12 процентов из числа потопленных кораблей, авиацией уни­чтожалось до 15 процентов.

Для участия в борьбе на английских морских коммуникациях германское коман­дование направило надводные рейдеры (корабли-охотники), которые, уклоняясь от боя с превосходящими силами британского флота, нападали на торговые суда. В качестве таких рейдеров действовали три линкора —«Бисмарк», «Шарнгорст» и «Гнейзенау», три крейсера — «Принц Евгений», «Хиппер» и «Шеер», а также девят­надцать вспомогательных крейсеров. На долю рейдеров всех типов с весны 1940 г. приходилось 16—18 процентов потопленных судов ². Некоторые из этих «пиратов» были настигнуты авиацией и флотом Великобритании. Еще в декабре 1939 г. в водах Южной Атлантики был потоплен немецкий карманный линкор «Адмирал Шпее». Линкоры «Шарнгорст» и «Гнейзенау» в июне 1940 г. получили повреждения в бою с английскими кораблями. Только в январе следующего года они вышли из ремонта и снова стали действовать как рейдеры. Преследуемые крупными силами англий­ского военно-морского флота, оба линкора в конце марта 1941 г. укрылись в Бресте, оккупированном гитлеровцами. Здесь, как и в порту Лапалис (Франция), куда вскоре переместился «Шарнгорст», они подвергались сильным и внезапным ударам английской авиации, наносившей немецким кораблям все новые повреждения. (См. карту № 15).

Во второй половине мая 1941 г. из Бергена (Норвегия) в открытое море вышел новейший германский линкор «Бисмарк» водоизмещением около 53 тыс. тонн, сопровождаемый тяжелым крейсером «Принц Евгений». Английская эскадра навя­зала германским кораблям бой, в котором 24 мая погиб английский линейный крей­сер «Худ». Но п «Бисмарк» не уцелел. Он был сильно поврежден британскими само­летами-торпедоносцами, действовавшими с авианосца «Викториес». 27 мая 1941 г. английские военно-морские и воздушные силы потопили «Бисмарк» в 450 милях к юго-западу от Бреста. Германскому военно-морскому флоту был нанесен тяже­лый урон.

Но эти некоторые успехи Англии в Атлантике не могли изменить общего поло­жения на ее морских коммуникациях, которое становилось все более неблагоприятным для Англии. Она несла большие потери в торговом флоте, увеличившиеся более чем вдвое после поражения Франции. Весной 1941 г. потери Великобритании в тор­говых судах достигли своего максимума. К июню 1941 г. общая численность по топленных Германией английских транспортов достигла 1448 общей грузовмести­мостью около 5 700 тыс. регистровых брутто-тонн, что составило одну треть тоннажа торгового флота Англии накануне второй мировой войны. Судостроительная промышленность Англии была не в состоянии справиться со все возраставшими потерями на море, так как они в три раза превышали максимальные возможности судостроения.

Над Англией, вся экономика которой зависела от ввоза, нависла серьезная угро­за: ее морские коммуникации, несмотря на огромную помощь со стороны США, оказались частично нарушенными. Теперь в полной мере выявились результаты той политической слепоты, которую проявили реакционные правящие круги Анг­лии, помогая вооружению гитлеровской Германии. Только благодаря отпору на­падению Германии со стороны Советского Союза, начиная с июля 1941 г., положе­ние Великобритании круто изменилось к лучшему: тиски германской блокады разжались. (См. табл. на стр. 292).

¹ См. Ф. Руг е. Война на море 1939—1945 гг., стр. 137.

² См. Дж. Б а т л е р. Большая стратегия. Сентябрь 1939 —июнь 1941, стр. 522—523.

19* 291

Потери в торговых судах на морских коммуникациях Британской империи¹

(В сводку включены суда Англии, ее союзников и нейтральных государств)

Месяцы и годы	Всего потоплено		Месяцы и годы	Всего потоплено
	количество судов	водоизмеще­ние в брутго-тоннах		количество судов	водоизмеще­ние в брутго-тоннах
1939 г. Сентябрь .... Октябрь .....	53 46 50 72 73 63 45 58 101 140 105 92	194845 196355 174269 189923 214506 226920 107009 158218 288461 585 496 386913 397 229	i 1940 г. Сентябрь .... Октябрь .....	100 103 97 82 76 102 139 195 139 109 43	448 621 442 985 385715 349 568 320 240 403 393 529 706 687901 511042 432 025 120975
Ноябрь .....			Ноябрь .....
Декабрь .....			Декабрь .....
1940 г. Январь .....			1941 г. Январь .....
Февраль .....			Февраль ..... Март ......
Март ......
Апрель .....			Апрель .....
Май .......			Май .......
Июнь ......			Июнь .......
Июль ......			Июль ......
Август .....

В правящих кругах Англии наблюдался разброд. Одни склонялись к тому, что­бы капитулировать перед Германией. Де Голль рассказывает в своих мемуарах, что в эти дни в Англии «осведомленные люди шепотом называли имена политических дея­телей, епископов, писателей, дельцов, которые в случае вторжения постарались бы договориться с немцами, чтобы осуществить под их эгидой управление страной»². Другие, к которым принадлежал и глава правительства, выступали против капиту­ляции, но сомневались, сможет ли Англия сколько-нибудь длительное время проти­востоять Германии.

Черчилль невысоко оценивал оборонительные возможности Англии. На закры­том заседании палаты общин 23 апреля 1942 г. он говорил, что «в 1940 г. армия втор­жения примерно в 150 тыс. отборных солдат могла бы произвести смертельное опусто­шение в нашей среде»³. Английское правительство намеревалось последовать примеру правительства Польши — поспешно эвакуироваться. Оно уже договорилось с канад­ским правительством о своем переезде в случае германского вторжения.

В эти критические для Англии дни большую выдержку, стойкость и мужество проявили английские трудящиеся, хотя они-то больше всего и страдали от воздушных налетов и недостатка продовольствия. Простые люди Англии категорически высту­пали против всяких сделок с Германией и требовали от своего правительства мобили­зации всех сил Британской империи для отпора врагу. Их решимость сыграла важную роль в развитии событий.

Буржуазные историки драматически описывают «битву за Англию», хотя сра­жения между основными вооруженными силами обеих сторон не произошло. Но они умалчивают о том, что так называемая «битва за Англию» произошла в другом, морально-политическом плане. Действия Германии преследовали цель нанести прежде всего психологический удар; они были рассчитаны на то, чтобы сломить

¹ Дж. Б а т л е р. Большая стратегия. Сентябрь 1939—июнь 1941, стр. 522—523.

² Шарль д е Голль. Военные мемуары, т. 1, стр. 130.

3 «The Daily Telegraph», January 28, 1946.

292

волю английского народа и облегчить мюнхенцам в Англии очередные преступные сделки с гитлеровцами. Это была психологическая атака на устрашение. Но Герма­ния потерпела здесь серьезное поражение; тяжелые испытания не только не сломили, а, наоборот, еще больше закалили английский народ.

Правящие круги Англии были поставлены перед дилеммой — либо подчинение Германии и потеря своих позиций на мировой арене, либо борьба против фашист­ского блока за свободу и независимость страны. Несмотря на сильные профашист­ские тенденции, правящие круги Англии в конечном счете не капитулировали, а встали на путь упорной борьбы против немецко-фашистских претендентов на миро­вое господство. Одним из важнейших факторов, обусловивших это решение, яви­лась борьба народных масс, которые выступали против фашизма в защиту нацио­нальной независимости страны. При создавшемся политическом положении открыто противопоставить себя народу значило бы для правящих кругов Англии оказаться перед перспективой утраты своего классового господства. Более того, этим кругам было выгодно использовать ненависть народа к фашизму, чтобы под знаменем «демо­кратии» возглавить открытый бой со своим смертельным конкурентом на попри iee империалистической экспансии и даже выступить в качестве защитников демократии, которую они, разумеется, понимали по-своему, как сохранение традиционных в Анг­лии форм господства империалистической буржуазии. На первый план они выдви­нули задачу защиты национальной независимости.

Германское правительство взвешивало шансы на успех двух своих планов даль­нейшей борьбы за мировое господство. Оно располагало необходимыми материально-техническими предпосылками для вторжения в Англию, разожгло среди части нем­цев ненависть к ней. Но это вторжение не могло принести Германии окончательного успеха, так как главным препятствием в ее стремлении к мировому господству оставался Советский Союз. Германские империалисты опасались дальнейшего укреп­ления СССР и не только спешили с нападением на него, но и стремились сберечь для войны против Советского государства максимальные силы. Они считали нецелесо­образным растрачивать хотя бы часть этих сил на Англию. С другой стороны, они считали, что преждевременное (до запланированной ими победы над Советским Сою­зом) поражение Англии пойдет на пользу прежде всего Японии и США, а не самой Германии. В случае же победы Германии над СССР судьба Англии была бы предре­шена. Эти соображения неоднократно излагались Гитлером в кругу высших немецких генералов и адмиралов, выражавших свою полную солидарность с ним¹.

Нет сомнений, что, если бы не Советский Союз, Англия стала бы добычей Гер­мании. По словам председателя Коммунистической партии США Уильяма Фостера, «Англию спас от успешного нападения нацистов только страх, который внушала Гитлеру Красная Армия» ². Даже для блокады Англии Германия использовала далеко не все свои возможности. Признавая данный факт, английский реакционный воен­ный историк Лиддел Гарт пишет: «Англию можно было покорить, отрезая ее от снабжения с помощью все усиливающейся морской и воздушной блокады. Но он (Гитлер.— Ред.) не осмеливался сосредоточить на этом усилии все свои ресурсы, пока на сцене оставалась Красная Армия»³.

Задолго до вероломного нападения Германии на СССР стало очевидным, что только Советский Союз может спасти человечество от порабощения фашистскими державами. Справедливость этого вывода подтверждается следующим. Во-первых, наличие такого мощного бастиона мира, как Советский Союз, даже в условиях начавшейся второй мировой войны, сковывало агрессивную активность германского империализма, так и не решившегося на вторжение в Англию. Во-вторых, реальные факты свидетельствовали о том, что после капитуляции Франции в капиталисти­ческой Европе не осталось сил, способных противостоять Германии. Вторжение

¹ См. К. Klee. Das Unternehmen «Seelöwe», S. 193.

² У. 3. Ф о с т е'р. Закат мирового капитализма, стр. 30.

³ Liddell Hart. The Russo-German Campaign. The Red Army. New York, 1956, p. 100.

293

последней на Британские острова имело бы, по признанию всех тогдашних руково­дителей страны, губительные последствия для Англии. Усилившись в результате побед над странами Западной Европы, Германия вместе с Японией представляла такую силу, с которой США также не смогли бы справиться.

Политический смысл событий в Западной Европе заключался прежде всего в невиданном еще разоблачении антинародного характера политики крупной бур­жуазии Франции, Англии и других стран. К этим событиям в полной мере применимы слова В. И. Ленина, относящиеся к первой мировой войне: «Европейская война означает величайший исторический кризис, начало новой эпохи. Как всякий кризис, война обострила глубоко таившиеся противоречия и вывела их наружу, разорвав все лицемерные покровы, отбросив все условности, разрушив гнилые или успевшие подгнить авторитеты»¹.