Мюриэл Шиффман Лицом к подсознанию. Техники личностного роста на примере метода самотерапии

Посвящается Берни, с любовью

Благодарности

Я хочу поблагодарить всех своих студентов, которые, щедро делясь своими экспериментами в самотерапии, поддерживали меня в моей преподавательской деятельности.

Я выражаю горячую благодарность своим добрым слушателям, вносившим ясность в ход моих мыслей: Люси, Жермен и особенно Хильде.

Моими вдохновителями стали доктор медицины Роберт Спицер и доктор философии Джеймс Террил из Института психиатрических исследований в Пало Альто, а также доктор философии Абрахам Маслоу.

Я чрезвычайно признательна редактору «Журнала гуманистической психологии», психотерапевту Энтони Сьютич за его ценные рекомендации и веру в мою работу.

Менло-Парк, Калифорния Март 1967 г.

За исключением членов моей семьи и нескольких близких друзей, упомянутых в книге, остальные персонажи не существуют в действительности и объединили в себе характеристики разных людей.

Предисловие

В книге описаны некоторые техники самопомощи, которым я обучала более десяти лет и которые более двадцати лет использовала сама. По отзывам моих коллег психотерапевтов, мои лекции помогают людям определять, когда им нужна профессиональная помощь, учат их получать максимум пользы от психотерапии, ускоряют психотерапевтический процесс, а также обеспечивают их инструментами для продолжения самостоятельной работы по завершении психотерапевтического курса.

По большей части мои лекции предназначены для так называемого «нормального» в нашей культуре человека: это подобные мне самой люди, со слабо выраженными невротическими тенденциями, которым скорее всего никогда не потребуется профессиональная помощь. Тени прошлого порой вторгаются в настоящее и сужают будущее любого из нас. Цель моих техник самотерапии — встретиться лицом к лицу с прошлым и поставить его на свое место. Только тогда мы обретем свободу, чтобы жить в настоящем более полно и двигаться к более насыщенному будущему, и способность использовать наш истинный потенциал в полной мере.

Страдание может быть терапевтичным

Много лет назад я сидела взаперти в четырех стенах маленькой квартиры один на один со своей двухлетней дочерью, которая постоянно просила меня поговорить с ней, спеть, поиграть. И периодически бывали дни, когда я выполняла работу по хозяйству механически, с единственным желанием: лечь в темной комнате и остаться одной. Иногда мне удавалось скрыть подступающую депрессию под лишним мазком губной помады и яркой фальшивой улыбкой, но эта тактика не могла утешить мою малышку. Она мгновенно распознавала мою хандру, становясь тревожной и требовательной, и не желала спокойно играть в свои игрушки.

Как- то утром после одного из таких мрачных дней, когда мне удалось восстановить свое душевное равновесие, я увидела, как Джинни ответила на мою ласку подобно раскрывающемуся под солнечными лучами бутону, и вспомнила ее вчерашнее беспокойное поведение. В тот момент я сказала себе: довольно, хватит с нее этих постоянно повторяющихся депрессий. В конце концов, перемены моего настроения вредят ей! Памятуя о своем безрадостном детстве, мне больше всего на свете хотелось обеспечить ее защищенностью и стабильностью, которых я сама была лишена. Итак, мне просто необходимо было избавиться от этих невротических симптомов.

Тогда у меня не было достаточно средств, чтобы обратиться за профессиональной помощью. Возможно, существовали и недорогие клиники, но я никогда о них не слышала. Поэтому я пустилась в рискованное предприятие: с отвагой, порожденной наивностью и отчаянием, я сделала себя подопытной свинкой, производя первые пробы самотерапии на себе.

Я совершила немало глупостей, что, как мне понятно теперь, было напрасной тратой времени, но ключ к самотерапии все же нашелся: я научилась чувствовать болезненные эмоции, которых всю жизнь избегала. Я исследовала установки и отношения, которые заставляли меня испытывать гнев и тревогу и часто доводили до слез. В течение двух долгих лет я занималась извлечением на свет скрытой части своей жизни, страдала, а затем вдруг обнаружилось, что моя старая докучливая депрессия прошла. Я потеряла ее где-то по дороге, и больше она никогда не возвращалась.

То, что начиналось как неуклюжая, отчаянная попытка выбраться из бездны, стало теперь новым образом жизни. Самотерапия излечила меня от боязни кошек, страха вождения, симптомов язвы желудка, стала средством контроля навязчивых мыслей о еде и головных болей. Но что важнее всего — она дала мне неведомую дотоле спонтанность в отношениях с родными (я больше не хватаюсь за детский справочник с каждой новой проблемой) и новую свободу для исследования моего истинного личностного потенциала. Жизнь стала гораздо богаче и насыщеннее — мне никогда не бывает скучно.

«Не опасно ли это, подвергать анализу самого себя?» — спрашивают люди. Я отвечаю, что учу не самоанализу (как понимать базовые проблемы своей личности, как изменить характер), а всего лишь самотерапии, методу, с помощью которого можно осознать, какую глупость вы вчера совершили, узнать сегодня, почему вы это сделали, и избежать повторения происшедшего завтра.

«Не опасна ли интроспекция?» Интроспекция и в самом деле может быть опасным симптомом. Крайняя озабоченность своими ошибками, излишнее самокопание (что же со мной такое?), постоянное ощущение вины, стыда или неполноценности — все это свидетельствует о необходимости профессиональной помощи. Самотерапия же избегает обобщений типа: «К какой категории невротиков я отношусь?» Она останавливает абстрактное интеллектуализирование о себе, о своей личности с точки зрения истории болезни и учит осознанию подлинных эмоций. А это как раз интроспекции противоположно.