5.Проникновение русичей на земли Подонцовья в XIV в. Средневековые путешественники в крае.

«Русские поселки» в Золотой Орде. Край в XIV—XVI вв. В XIV в. Золотая Орда начинает распадаться на отдельные улусы, и на политической карте Европы возникают новые государственные образования, одно из которых - Большая Орда - занимало широкую полосу земель вдоль побережий Черного и Азовского морей (с 1433 г.). Противоречия между Большой Ордой и образовавшимся по соседству Крымским ханством привели к частым военным конфликтам и, как следствие, - опустошению донецких земель, отошедших вскоре под власть Крыма. Граница освоенных и относительно безопасных для проживания и ведения хозяйства земель проходила на довольно значительном расстоянии от описываемых территорий: в XV-XVI вв. ближайшими украинскими населенными пунктами являлись крепости Белая Церковь, Бар, Каменец, Винница, Черкассы, Канев и Киев, а также московские - "северские" "украинные" города Путивль, Рыльск, Орел, Мценск, Новосиль, Данков, Ряжск, Шацк, располагавшиеся дугой, совпадающей с географической линией перехода лесостепи в степь. Внутренние противоречия в Золотой Орде и постоянное соприкосновение кочевников с Киевской Русью привели к проникновению русичей на земли Подонцовья. Археологические раскопки свидетельствуют о появлении в XIV в. в наших местах "русских поселков". В материальной культуре указанных поселений прослеживаются следы влияния традиций Киевской Руси и Золотой Орды: керамический комплекс тяготеет к аналогичным "русским" материалам Нижнего Поднепровья и Нижнего Дона, а степные традиции проявились в домостроительстве, о чем свидетельствует наличие соответствующих отопительных сооружений, характерных для бытового уклада кочевников, и употребление самана в качестве строительного материала. Сказанное дает возможность предположить, что подобные памятники оставлены населением, имеющим неоднородный этнический состав. При этом носители древнерусской традиции по социальному статусу вполне могли быть в зависимом положении. Как правило, общественно-экономические отношения на территории подобных этнически неоднородных поселений регулировались морально-правовыми нормами, принятыми в Золотой Орде. Насколько мы можем судить, славяне сохраняли свою культурную традицию, но в то же время вынуждены были почерпнуть элементы строительной культуры кочевников, что могло быть следствием воздействия объективных условий жизни в степи.

Подобные поселения постепенно прекратили свое существование вскоре после распада Золотой Орды. На протяжении XV в. степь в основной ее части, по записям венецианского дипломата А.Кантарини (1475 г.), была владением "ордынских орд", множество которых располагалось главным образом по берегам Волги, в верховьях Белого Яра и Медведицы, на Дону, Днепре, Хопре, Орели, Самаре, Суле, Тихой Сосне и на Донце.

Археологические источники, а также мемуары средневековых путешественников, проезжавших Украину и Московское государство, убедительно свидетельствуют об отсутствии здесь каких-либо типов поселений (за исключением кочевий татар) вплоть до XVII в. Так, Сигизмунд Герберштейн, проезжая здесь в 1517 и 1526 гг., пишет о реке Малый Танаис (Северский Донец) и Великом перевозе через реку в "четырех днях пути от Азова, у Святых гор...", а "между Казанью и Астраханью на обширных пространствах вдоль Волги и до самого Борисфена тянутся пустынные степи, в которых живут татары, не имеющие никаких поселений, ...и кроме приседящих к Малому Танаису, возделывающих землю и имеющих постоянные поселения". Подобные заметки оставил и А.Гваньини в своем "Описании Московии" времен правления Ивана IV. Подробно описывая истоки Северского Донца, а также упоминая Святые горы, он замечает, что в этом районе поселений нет: "Есть также другой, малый Танаис, который берет свое начало в Северском княжестве (поэтому он называется Донец Северский) и выше Азова впадает в большой Танаис. Около же устьев этого малого Танаиса, в четырех днях пути от Азова, в горах, которые называются Святыми, говорят, стоят статуи и какие-то древние изображения... - Но теперь, как говорят те, кто часто бывает в этих местах, не видно никаких следов их...". Более поздние описания Северскодонеччины содержат информацию лишь о прилегающих к среднему Подонцовью землях. Примером тому может служить книга совершившего длительные путешествия на Северный Кавказ, Поволжье и Подонье (1666 г.) турецкого дипломата Эвлии Челеби, написавшего о Диком поле как о безлюдной кипчакской степи. Путешественник никогда не бывал в Подонцовье, следовательно, не знал о существовании здесь на момент поездки Маяцкого городка и донских юртов. При этом он в полной мере отразил степень освоенности прилегающих территорий.

До начала XVII в. основными жителями оставались крымские и азовские татары, Большие и Малые ногайские орды.

Несмотря на то, что до XVIII в. неофициальной границей между Крымом и Московским государством являлся Северский Донец, татарские кочевья часто располагались севернее - на реках Боровая, Айдар, Деркул, т.е. в непосредственной близости от "украинных" городов Московии. При этом кочевники, не без основания считавшие обширные степные пространства Нижней Волги и Северного Причерноморья своими землями, всячески препятствовали их заселению славянскими этносами.