2.2. Основные психологические проблемы жителей мегаполисов

Глобализация может быть рассмотрена в качестве процесса, который направлен, прежде всего, на расширение возможностей личностного роста и самореализации каждого конкретного человека. Быстрота происходящих в современном мире перемен – это продуцирование новых возможностей для социальной адаптации, а кроме того, возможностей понимания человеком происходящих событий.

Если они не могут быть реализованы, у человека возникает нарастающее ощущение утраты контроля над своей субъективностью. Получается, что главной проблемой человека становится защита собственной идентичности в глобализирующемся мире. В процессе ее отстаивания, для человека важно не противопоставлять себя другим, а актуализировать собственный потенциал, что весьма непросто.

В этом контексте является актуальным понятие личного пространства. Человек не только владеет определенной физической территорией в качестве физического объекта, но и, так или иначе, проецирует на эту часть окружающего пространства собственную личность, внося в него изменения, которые соответствуют его представлениям, добавляя, таким образом, к объективной ценности субъективную значимость.

Как указывает С.К. Нартова-Бочавер, по степени присвоенности пространства, воспринимаемые человеком как «свои» можно разделить на первичные (чаще всего это дом), вторичные, где человек находится время от времени (к примеру, рабочее место) и публичные. Это означает, что человек не обязательно полноправно владеет своим местом, но, тем не менее, чем более персонализированной является территория, тем более острой будет реакция человека на нарушение ее границ [38, с.27].

Если говорить о жителях мегаполиса, самого пристального внимания заслуживает специфика их контактов друг с другом. Большим городам свойственен так называемый «эффект рваной коммуникативной цепи», который сводится к отсутствию ответных реакций на поведение партнеров по взаимодействию, низкому уровню поддержки друг друга и недостатку социальной солидарности.

Жители больших городов часто не считают нужным знать имена соседей в то время, как в провинции важным социально-психологическим ресурсом является соседская взаимовыручка [72].

Р. Баркер показал, что для большого города, если он перенаселен, характерна недостаточность социальных ролей, а также ролевая мобильность. Возможность быстрой смены социального статуса часто выступает фактором формирования внутренней напряженности во взаимодействии с другими людьми и может стать причиной внутреннего конфликта.

Еще в девятнадцатом веке появилось такое понятие, как «синдром изнашивания», которому, как считалось, были подвержены жители индустриальной Англии. В качестве симптомов назывались повышенная утомляемость, чувство глобальной усталости от жизни, раздражительность, и пациентам, как правило, рекомендовалось продолжительное путешествие по странам, которые более ориентированы на развлечения, чем на работу. Нашим современникам чаще всего приходится брать с собой в дальние страны средства связи и рабочие инструменты, позволяющие удаленно контролировать свои дела.

Следствием воздействия совокупности разных факторов городской среды на человека является состояние городского стресса, то есть социально-поведенческого комплекса, проявляющегося на аффективном, конативном и на когнитивном уровнях [2].

Отдельные проявления городского стресса во многом являются взаимозависимыми, и, исходя из этого, в научных источниках все чаще используется понятие «синдром большого города», которое в медицине и в психологии указывает на объединение определенного количества симптомов, характеристик, особенностей и явлений таким образом, что наличие одного фактора предупреждает о наличие остальных. Таким образом, под понятием «синдром большого города» понимается совокупность признаков, которые имеют общий механизм появления.

В частности, постоянное психологическое напряжение, сопровождающее жителей большого города, заставляет испытать чувство страха. В мегаполисе фобии являются намного более частым явлением, чем в небольшом городе.

Негативное влияние города на человека признается многими исследователями и авторами разных теорий, среди которых можно выделить теорию ограничения поведения Х. Прошански и Д. Стоколза; теорию перегрузки С. Милграма, теорию окружающей среды как источника стресса Д. Гласса, Дж. Сингера; теорию уровня адаптации Д. Уорвила и другие.

Практически все авторы едины во мнении, что современный мегаполис является для человека источником стресса. Все более возрастающие нагрузки на психику современного человека влекут за собой формирование эмоционального напряжения, являющегося, в свою очередь, одним из главных факторов развития разных заболеваний.

По определению первого теоретика стресса Г. Селье, стресс – это древняя, сформировавшаяся в ходе эволюции, неспецифическая реакция организма в ответ на экстремальные, несущие угрозу, воздействия [49, с.11].

Согласно результатам исследований, один и тот же раздражитель по-разному воздействует на разных людей. Для одних он может превратиться в серьезный стрессор и вызвать стрессовую реакцию в то время, как другие его просто не замечают. Это обусловлено и гендерными, и индивидуальными личностными различиями. Немаловажную роль играет и система ценностей человека, которая проявляется в соответствующих свойствах и чертах.

В сознании большинства людей понятие городского стресса соотносится с такими проявлениями, как усталость, раздражительность, напряжение, которые могут выливаться даже в немотивированную ненависть и агрессию к окружающим людям.

Городской стресс порождается неудовлетворенностью средовыми характеристиками города и нагрузками, связанными с негативным воздействием на психическое здоровье городского образа жизни. Городской стресс может быть рассмотрен в качестве разновидности одновременно общественного и экологического.

Городское сообщество, которое можно представить как большую группу людей, испытывает общественный стресс в условиях мегаполиса, который может быть связан с экономическими и социальными проблемами, а также экологический стресс, который обусловлен влиянием негативных условий окружающей среды, либо ожиданием таких воздействий или их последствий.

Итак, горожане в мегаполисах находятся под давлением целого ряда разноплановых факторов.

Первый из них включает показатели, которые относятся к многолюдности большого города, отсутствию за пределами квартир личной территории. Второй фактор заключается в большом количестве вынужденных, случайных контактов, безразличием со стороны окружающих людей, а третий – с личным пространством человека, проживающего в мегаполисе, вторжение в которое оказывается очень нередким при общей отгороженности людей друг от друга.

По мнению М. Лайтмана, жизнь в современном мегаполисе приводит к искажению естественных человеческих реакций, разрушению цельности личности и увеличению дистанции между людьми. Жителям мегаполисов свойственно излишне рефлексировать и подавлять природные порывы эмоций. Горожане ведут множественное существование, обрастая социальными ролями, обилие которых «на разных сценах» может привести к разрушению человеческого Я [27].

При росте разобщенности между людьми мегаполис пытается активно контролировать разные стороны жизни человека. Лавина всевозможной информации, которая обрушивается на человека, вынуждает его отгораживаться и тратить усилия на ее фильтрацию.

Как указывает М. Лайтман, в большом городе происходит трансформация естественных человеческих реакций. При неизбежном для населенного пункта с высокой плотностью населения сокращении физической дистанции, социальная дистанция увеличивается [26].

Немаловажным стрессогенным фактором являются возрастающие экономические затраты на проживание в мегаполисе и одноликость домов в спальных районах, а также ограниченность возможностей для проявления индивидуальности в выборе места для постоянного проживания и самовыражения.

Стоит отметить, что сами по себе стрессоры и проблемы большого города не являются его причинами. Главное – то, как человек их воспринимает и к ним относится.

Если говорить о влиянии жизни в мегаполисе на ценностные аспекты личности, стоит выделить нивелирование семейных и общинных ценностей. Являясь законным детищем эго-ориентированной цивилизации, всем своим развитием мегаполис ориентирован на личность и ее эго-ценности (карьера, власть, слава), которые часто противостоят семейным ценностям. Человеку намного легче соответствует современному мегаполису, особенно если он полностью ориентирован на него.

Системные ценности (а семья является системой) плохо коррелирует с ценностями мегаполиса и, соответственно, у человека затруднено узнавание и признание системных ценностей, примирение с персональными ценностями супругов или других членов семей. Личности, зависимой от требований и воздействий современного мегаполиса, становится тесно в семье, что порождает внутренние и межличностные конфликты. Исходя из этого, многие семейные проблемы в современной жизни являются отражением развития нашей цивилизации и мегаполиса, являющегося его детищем.

Универсальность, характерная для мира мегаполиса с его клубами и разного рода организациями по интересам приводит к тому, что жилище человека превращается единственно в место для ночлега, а само это место часто больше напоминает фабрику всевозможных технических инноваций с инструкциями по их употреблению.

Нередко одухотворенный мир человека превращается в некое модульное пространство, что таит в себе угрозу кризиса идентичности.

Как указывают А.Ф. Митрофанов и А.А. Желтухин, немаловажной особенностью жизни в большом городе является то, что для человека очень значимы последствия большинства из принимаемых им решений. Нередко ошибки оборачиваются нравственными проблемами и материальными затратами [65, с.68].

Постиндустриальное общество уже не включает в себя характерные институты, привычные для промышленной социальной структуры. Увеличение темпов перемен, о котором речь шла выше, нарушает внутреннее равновесие и образ жизни человека. Ускорение на каком-то этапе начало нарушать простую взаимосвязь событий, и чтобы не оказаться потерянными в потоке событий, людям пришлось выработать новые шаблоны и стереотипы восприятия под давлением ситуаций, не знакомых по личному опыту.

Ускоренный темп жизни перенастраивает человеческую психику на восприятие ее быстротечности, и человек включается в процессы, происходящие в мегаполисе, еще более убыстряя их своей профессиональной, личной и общественной деятельностью.

Ускорение в мегаполисе по-разному сказывается на темпе жизни разных людей. Отставание личного и общего темпа жизни вызывает дискомфорт у конкретного человека, величина которого находится в зависимости от разности показателей этих ускорений.

Нарушение гармонии человека и природы имеет следствием то, что, чувствуя себя частью большого планетарного целого, в то же время, человек сохраняет индивидуальность и своеобразие. Мегаполис углубляет социально-психологический разрыв между этими двумя важнейшими составляющими внутреннего мира человека. В итоге возникают внутренние конфликты и появляется напряжение, беспокойство, фрустрации, скука, чувство поражения, потребность в одиночестве и отчуждение, внутренняя потребность в системе принадлежности и ориентации. Значимым свойством психики жителя мегаполиса является эмоциональная неудовлетворенность.

Таким образом, нередко адаптация к условиям жизни в большом городе происходит в форме фрагментации урбанистических отношений. В мегаполисах зависимость людей ограничивается функцией удовлетворения конкретных потребностей у конкретного человека, итогом чего становится формирование сетевой структуры жизни в мегаполисе. То есть между людьми формируются ограниченные структурные отношения, охватывающие лишь часть реальных отношений субъектов. В доиндустриальный период человеческие отношения включали полное пересечение отдельных человеческих миров.