Продуцирующие обрядовые действия

1. Синдиасмические обряды призваны упрочить брачный союз молодых, запечатлеть их эмоциональное единение. В рассматриваемых нами текстах подобных приемов встретилось немного.

Соединение молодых, их рук [Чирцов, с. 352; ФА ПГУ. П. 303, с. 27] выступает как акт приобщения одного мира к другому.

Совместная еда и питье жениха и невесты — распространенный свадебный обычай у многих народов — также наблюдается в пинежских обрядах [Колпакова, с. 131, 152; ОПП, с. 53; Ефименко, с. 79;

Например, совместное кормление соленой кашей: “Невеста пацала (брала) ложечку и подавала жениху. Он схлебывает”. [ФА ПГУ. П. 303, с. 17, Третьякова А. Е., 1926 г. р., д. Жабий, зап. в д. Пиринемь].

2. Апохористические или отделяющие магические действия знаменуют разрыв невесты с культом духов-покровителей родительского дома, прощание с прежней жизнью, исключение из половозрастной группы молодых девушек. Подобного рода действиям Е. Г. Кагаров называет сожжение кудели и обряды с печкой¹⁵. В наших текстах мы наблюдаем следующие акты:

Вырывание волос невесты или разрывание ее косы символизирует идею расторжения девушки с прежним статусом ¹⁶. “Котора невеста еще зашьет косу ниткой, так вот и треплют косу-то. Она причитает, а ей тут косу разрывают”. [ФА ПГУ П. 303, с. 21, Медведева С. С., 1910 г. р., д. Чешегора]

Разрезание и расшивание свадебного хлеба, байника носит идею дефлорации после брачной ночи [Ефименко, с. 80; Чирцов, с. 356; Колпакова, с. 159]. Подобные действия А. ван Геннеп называет символическими обрядами перехода¹⁷.

Битье посуды на следующий день после свадьбы [ФА ПГУ/ П. 303, с.11, 18; ОПП с. 84]. Как отмечено в словаре “Славянских древностей”, битье также приурочивалось к актам изменения социального статуса невесты и ассоциировалось с дефлорацией¹⁸.

3. Инициационные или посвятительные обряды.

Они направлены на посвящение, приобщение невесты как представительницы “иного” мира к культу предков жениха. Ван Геннеп называет их обрядами включения¹⁹.Сюда входят такие приемы:

Окручивание молодой, когда невесте после венца расплетают одну девичью косу на две бабьи и убирают под повойник [ФА ПГУ. П. 263, с. 68; Ефименко, с. 79; Чирцов, с. 356]. Это акт принятия новобрачной в новую половозрастную группу замужних женщин. Об этом Еремина писала, что “обрядовое пострижение у древних народов, как форма посвящения, было заменено на убирание волос под женский головной убор”²⁰.

Снятие свекром покрывала с невесты рогачем из печи, отмеченное в работе Е. Г. Кагарова²¹, редуцировалось позднее в акт, когда жених лучиной открывал лицо невесте в своем доме таким образом инкорпорируя ее в свою родовую общину: “К жениху-то привезут да уведут в горенку. А вот потом он лучину взял открыл — какова молодка, забрал шаль, унес…” [ФА ПГУ П. 311, с. 2, Чуркина А. А., д. Марьина]

Возможно, сюда же можно отнести обычай класть ухват и кочергу в постель к новобрачным [Ефименко, с. 80]. Они как печная утварь соотносятся с очагом — местом обитания духов предков по народным представлениям.