Глава 7

1. В предыдущей главе сказано, что Филипп — мастер делать сравнения: тут имеется в виду одна из забав греческого пира — сравнивать сотрапезников с каким-нибудь предметом ради шутки. В Платоновом "Пире" (215a) Алкивиад сравнивает Сократа с деревянными изображениями Силенов.

2. Хариты (в римской мифологии — Грации) — богини красоты, числом три. Горы — богини порядка в природе, времен года, числом тоже три.

Глава 8

1. Сократ, называя Эрота, бога любви, ровесником вечносущих богов, следует древнему представлению о нем, выраженному Гесиодом в "Теогонии" (ст. 120), который относит Эрота к числу древнейших богов. Художники более древнего времени изображали его в виде юноши. Позднейшие поэты и художники представляют его в виде мальчика с луком и стрелами и считают его самым молодым из богов. Это представление об Эроте (или Амуре) сохранилось и у поэтов нового времени. См. примеч. 7 к "Воспоминаниям" I 3.

2. Таким же изображен Хармид и в Платоновом диалоге, озаглавленном его именем: он приходит в палестру, окруженный толпой поклонников, и все в палестре, даже дети, были поражены его красотой.

3. Когда Никерат был казнен Тридцатью тиранами, жена его не пережила этого горя и лишила себя жизни.

4. Разумеется известный "демоний" Сократа, который он считал "голосом бога" и который давал ему указания, что надо делать и чего не надо делать ("Воспоминания IV 8, 1 и 5; "Защита" 4; 12; 13).

5. Может быть, в буквальном, физическом смысле; некоторые комментаторы понимают в смысле "не изводи меня своими ласками".

6. Сократ выводит заключение о присутствии таких похвальных свойств у Автолика из того, что он одержал победу в панкратии. Чтобы сделаться таким хорошим борцом и бойцом, очевидно, нужна была долгая и суровая тренировка.

7. Сократ, очевидно, сомневается в существовании двух Афродит; но народ верил в это, как видно из того, что алтари и храмы были для каждой из них отдельные и жертвы приносились разные. Павсаний в Платоновом "Пире" (180d) считает такое верование общим. Всенародной Афродите приносились в жертву козы, как животные сладострастные, а небесной Афродите — телки, и возлияния совершались без вина.

8. Таковы прозвания Зевса: "высочайший", "спаситель", "покровитель города", "защитник домашнего очага", "покровитель чужестранцев" и др.

9. Хирон, один из кентавров (мифических существ, имевших вид человека с лошадиною нижнею частью туловища), и Финик — наставники Ахилла. В "Илиаде" (IX 422) Финик говорит Ахиллу об отце его Пелее:

С тем он меня и послал, да тебя всему научу я; Быть и витией в речах и в делах деловым человеком.

10. Диоскуры — Кастор и Полидевк (Поллукс), близнецы, дети Зевса от Леды, жены спартанского царя Тиндарея.

11. Ганимед — сын троянского царя Троса. В "Илиаде" (XX 233 и след.) о нем сказано:

Был он прекраснее всех среди смертных людей, без сомненья. Боги его унесли на Олимп в виночерпии Зевсу Ради его красоты, чтобы он пребывал средь бессмертных.

12. Таких выражений буквально у Гомера нет, но отдельные части их есть (Ил. VII 278, XVII 325, XVIII 363; Од. II 38, XI 445, XIX 335, XX 46).

13. Объяснение имени "Ганимед" в смысле "радующий мыслями" неверно уже потому, что глагол gavnumai, от которого происходит первая часть имени, значит не "радую", а "радуюсь", как и сам Сократ понимает его. Впрочем, языковедение в те времена допускало и еще более произвольные толкования, как видно особенно из Платонова диалога "Кратил".

14. Орест и Пилад, Тесей и Пирифой — две пары мифических друзей.

15. Павсаний, влюбленный в Агафона, трагического поэта, выведен одним из действующих лиц в Платоновых диалогах "Протагор" и "Пир".

16. Действительно, по словам Цицерона ("О законах" II 11, 28), в Афинах был храм Бесстыдства. Статуи Стыдливости были и в Спарте и в Афинах.

17. С постепенным расширением политических и коммерческих сношений между разными государствами Греции развилась постепенно "проксения", или государственное гостеприимство. Если гражданин одного государства неоднократно оказывал гостеприимство и услуги гражданам другого государства, приезжавшим в его родной город по своим частным или общественным делам (например, послам), и лица, получившие такие услуги или гостеприимство, доводили о них до сведения правительства своего государства, то последнее выражало свою признательность данному лицу посредством назначения его своим "проксеном". Таким образом, это было почетное звание, которое налагало однако на получившего его нравственную обязанность продолжать и на будущее время те хлопоты, которым он был обязан этой честью. Вместе с почетною обязанностью и как бы в вознаграждение за нее проксену давались разные привилегии. У Каллия проксения по отношению к спартанцам переходила из рода в род с давних времен (Ксенофонт, "История Греции" VI 3, 4).

18. Культ Деметры и Персефоны был установлен, по преданию, Эрехтеем, древним царем афинским. Эти две богини были главными в Элевсинских мистериях; кроме них на этом празднике почитался Иакх, которого считали сыном Зевса и Деметры или отождествляли с Вакхом, затем Плутон, неизвестные по именам бог и богиня и разные местные герои. Важнейшими лицами, исполнявшими служебные обязанности при празднестве, были гиерофант и факелоносец, избиравшийся из аристократического рода Кериков. В V и IV веках в течение нескольких поколений должность эта была наследственна в доме Каллиев. Наш Каллий, по словам Сократа, считался на этом празднике из всех своих предков наиболее достойным священного сана факелоносца. О помощи, оказанной элевсинскими богами афинянам во время нашествия на Аттику Ксеркса, Геродот (VIII 65) рассказывает так: "Они (персы) увидели идущую от Элевсина пыль, как будто тысяч от тридцати человек и когда выражали изумление, какие люди могли бы поднять такую пыль, скоро услышали восклицание, и восклицание это показалось им мистическим иакхом". Афинский изгнанник Дикей, бывший в войске персов, объяснил, что "голос этот — божественный и идет от Элевсина на помощь афинянам и их союзникам… То восклицание афиняне произносят в честь Иакха на Элевсинском празднике".