Леви-Стросс К. - Структурная антропология (2008, Академический Проект)
.pdfю
К. Леви-Строс щ к Структурная антропология
низма*. Западная цивилизация представляется как наиболее продвинутый этап эволюции человеческих обществ, а первобытные группы— как «пережитки» предыдущих этапов, логическая классификация ко- 5 торых послужит тем самым выяснению порядка их возникновения во времени. Однако задача не столь проста: эскимосы, искусные в изготовлении орудий, очень примитивны с точки зрения их социальной ор ганизации; в Австралии же наблюдается обратное по-
юложение. Можно было бы умножить число примеров. Неограниченный выбор критериев позволил бы со здать бесчисленное множество совершенно различ ных рядов. Неоэволюционизму Лесли Уайта [см. 837; 838; 839] тоже не удается преодолеть эту трудность;
is ведь если предлагаемый им критерий — среднее ко личество энергии, приходящееся в каждом обществе
на душу народонаселения, — соответствует идеалу, принятому в определенные периоды и в определен ных областях западной цивилизации, то трудно по-
20нять, каким образом пользоваться подобным крите
рием для громадного большинства человеческих об ществ, где предложенная категория представляется по меньшей мере лишенной смысла.
Была сделана попытка расчленить культуры на
25искусственно выделяемые элементы и установить не между самими культурами, а между элементами од
ного типа внутри различных культур те взаимоотно шения родства и прогрессивной дифференциации,
которые палеонтолог раскрывает в эволюции живых
зо видов. Для этнолога, говорит Тэйлор, «лук и стрела образуют вид, обычай изменять форму черепов детей является видом, привычка группировать числа по де сяткам является видом. Географическое распределе ние этих предметов и их передача из одного района
35в другой должны изучаться так же, как натуралисты исследуют географическое распространение живот
ных или растительных видов» [821, т. 1, с. 7]. Одна-
*Такое положение создалось к концу XIX в. Однако не следу ет забывать о том, что исторически социологический эволюционизм предшествует биологическому.
ко нет ничего опаснее этой аналогии, т. к., если даже
развитие генетики и позволит окончательно преодо леть понятие вида, оно было полезным и до сих пор остается полезным для натуралиста, потому что ло шадь действительно произошла от лошади, a Equus 5 caballus через достаточно большое число поколений оказалась реальным потомком Hipparion’a. Истори ческая правомерность реконструкций, осуществля
емых естествоиспытателем, как бы подтверждается в конечном счете биологической преемственностью 10 при размножении. Топор же, напротив того, никог
да не порождает другой топор; между двумя одина ковыми орудиями или между двумя различными по функции, но близкими по форме орудиями есть и всегда будет принципиальное отсутствие преемствен 15 ной связи вследствие того, что одно не произошло от другого, скорее каждое из них — продукт особой системы представлений; таким образом, европейская
вилка и полинезийская вилка, предназначающаяся для ритуальных трапез, образуют один вид не более 20 чем соломинки, через которые потягивают лимонад на террасе кафе, «бомбилла» для мате и трубки для питья, используемые при магических обрядах некото рыми американскими племенами. То же самое можно сказать и о явлениях социальных: было бы ошибкой 25 объединять обычай убивать стариков из экономи ческих соображений и обычай ускорять их переход в мир иной, дабы не лишать их слишком долго потусто ронних радостей.
Когда, однако, Тэйлор пишет: «Если можно уста 30 новить закономерность на основании комплекса фак тов, то роль истории с теми подробностями, которые она устанавливает, в большой степени окажется вто ростепенной. Если мы видим, как магнит притягивает кусок железа, и если нам удается на основании опыта 35 вывести общий закон о том, что магнит притягивает
железо, то нет необходимости углубляться в историю данного магнита» [820, с. 3], он лишает нас возмож ности выбраться из порочного круга. Это происходит потому, что в отличие от физика этнолог еще не уве- 40
12
К. Леви-Строс Шм Структурная антропология
рен в определениях предметов, соответствующих для него магниту и железу, и в возможности опознания предметов, внешне похожих, как два магнита или два куска железа. Только история «с теми подробностя-
5ми, которые она устанавливает», могла бы ему по мочь в каждом случае избежать сомнений.
Критика понятия тотемизма в течение долгого вре мени являла собой яркий пример подобной трудности: если ограничить его применение неоспоримыми слу-
ючаями, где это социальное установление проявляется с присущими ему характерными признаками, то эти
случаи слишком специфичны для того, чтобы на их ос новании можно было сформулировать какой-то закон религиозной эволюции. Если же экстраполировать его is лишь только на основании некоторых элементов, то без истории религиозных идей каждого сообщества «с те ми подробностями, которые она устанавливает», не
возможно выяснить, являются ли названия животных или растений, а также обряды и верования, касающие-
20ся этих животных и растений, пережитками какой-то ранее существовавшей тотемистической системы, либо они объясняются совершенно различными причинами, например являются следствием логико-эстетической тенденции человеческого мышления постигать в виде
25групп те множества — физические, биологические и социальные, — которые составляют его мир5. В своем
классическом исследовании этой тенденции Дюркгейм
иМосс пришли к выводу о ее всеобщности [268].
Вэтом отношении точки зрения эволюционизма зо и диффузионизма имеют много общего. Более того,
Тэйлор сформулировал и применил одновременно
положения обеих школ. Обе они сходны и в том, что уклоняются от методов, применяемых историками. Историк всегда занимается изучением индивиду-
35альных явлений (будь то личности или события) или групп явлений, обособившихся благодаря их месту в
пространстве и времени. Диффузионист, в свою оче редь, может раздробить типы, предложенные компа
ративистами, чтобы попытаться восстановить инди-
40 видуальные явления на основании фрагментов, за-
13
имствованных из этих разных категорий. Однако ему удастся воспроизвести лишь псевдоиндивидуальное явление, поскольку в этом случае пространственные и временные координаты будут зависеть от того, каким
образом были выбраны и скомпонованы между собой такие элементы, и поэтому они не придают объекту
реального единства. Культурные «круги» или «слои» диффузионистов, так же как и «стадии» эволюцио нистов, представляют собой результат абстрагиро
вания, которому всегда будет не хватать окончатель ю
ных доказательств его правоты. Их история носит га
дательный и умозрительный характер. Эта оговорка справедлива даже по отношению к более скромным
и точным исследованиям, таким, как работы Лоуи, Спира и Кребера, касающиеся распределения неко 15 торых черт культуры в ограниченных районах Север ной Америки [621; 795; 416]. И здесь выводы не мо гут быть окончательными, поскольку никогда нельзя будет лишь на основании того, что предполагаемое размещение возможно, утверждать, будто дело про 20
исходило именно таким образом. Но всегда позволи тельно строить гипотезы, и по крайней мере в некото рых случаях предполагаемые источники возникнове ния явления и пути его распространения имеют очень высокую вероятность. Тем не менее надежность по
добных исследований сомнительна, потому что они нам ничего не сообщают о сознательных и бессозна тельных процессах, претворенных в конкретный ин
дивидуальный или коллективный опыт, посредством которого люди, ранее не имевшие данного установ ления, либо создавали его, либо преобразовывали су ществовавшие установления, либо получали их извне. Исследование подобных процессов представляется нам, напротив, одной из основных задач, стоящих как перед этнографом, так и перед историком.
к
Истолкование этих противоречий было дано Ф. Боасом. Поэтому беглый анализ его концепции
позволит выяснить, в какой мере ему самому удалось 40
14
К. Леви-Строс ЮШ Структурная антропология
их избежать и в какой степени они присущи этногра фическим изысканиям по самой их сути.
Обращаясь к истории, Боас начинает со смиренного заявления: «Что касается истории первобытных наро-
5дов, то все, что в этой области сделано этнологами, сво дится к реконструкциям, да это и не могло быть иначе»
[212]. Тем же, кто упрекает его в том, что он не воссо здал историю той или иной стороны цивилизации, чему тем не менее была посвящена большая часть его жизни,
юон дает следующий поистине героический ответ: «К со жалению, мы не располагаем ни одним фактом, кото рый пролил бы свет на развитие в этих областях» [212].
Однако, если признать подобные ограничения, можно
определить метод (сфера применения которого будет, is несомненно, ограничена вследствие исключительно не благоприятных условий для этнологических исследова ний), от которого тем не менее можно ожидать какихто результатов. Детальное исследование обычаев и их места в общей культуре соблюдающего их племени в со-
20вокупности с выяснением их географического распре
деления среди соседних племен позволяет определить, с одной стороны, исторические причины, вызвавшие их образование, а с другой — психологические процессы,
сделавшие возможным их возникновение [213, с. 276]. 25 Для достоверности исследования необходимо огра
ничиваться небольшой областью с четко определен
ными границами, а сравнения не должны выходить за пределы пространства, избранного в качестве иссле дуемого объекта. Действительно, наличие одинаковых зо обычаев или аналогичных социальных установлений
не может считаться доказательством контакта при от сутствии непрерывной цепи однотипных фактов, поз воляющей устанавливать связь между крайними явле ниями при помощи ряда промежуточных звеньев [213,
35с. 277]. Никогда, разумеется, нельзя быть абсолютно уверенным в достоверности хронологии, однако мож
но достигнуть очень высокой вероятности, обратив шись к явлениям или группам явлений, ограниченным
во времени и пространстве. Так, стало возможным 40 дать описание развития тайных союзов квакиютль в
течение полувека, возникли гипотезы относительно |
|
древних связей между культурами Северной Сибири |
|
и Северо-Восточной Америки, были логически вос |
|
созданы пути следования того или иного мифологиче |
|
ского сюжета Северной Америки. |
5 |
И тем не менее эти строгие исследования редко |
|
позволяют сделать исторические выводы; во всех ра |
|
ботах Боаса обнаруживаются скорее отрицательные результаты .в этом отношении. Например, отмечается, что как у юго-восточных пуэбло, так и у племен Аляс 10 ки и Британской Колумбии социальная организация в противолежащих концах обследуемой территории
принимает крайние и противополагающиеся друг другу формы, а социальная организация промежу точных районов представляет собой ряд переходных 15
форм. Так, у западных пуэбло представлен матрилинейный клан без дуального деления, а у восточных — патрилинейная дуальная организация без деления на кланы. Для северной части североамериканского
побережья Тихого океана характерны немногочис 20 ленность кланов внутри племени и расцвет локаль
ных групп с четко ограниченными привилегиями, в то |
|
время как для южной части характерны организация |
|
с двусторонним (билатеральным) счетом родства и |
|
локальные группы без выраженных привилегий. |
25 |
Какие выводы можно сделать на этом основании? |
|
Что эволюция происходит от одного типа к другому? |
|
Для обоснования подобной гипотезы следовало бы |
|
доказать, что один из этих типов более первобытен, |
|
чем другой, что первобытный тип обязательно эво 30 люционирует по направлению к другой из наличных
форм и что, наконец, этот закон действует более не укоснительно в центре района, чем на его перифе рии6. За отсутствием такого тройственного сочета ния доказательств, практически неосуществимого, 35 любая теория, предполагающая наличие пережитков, оказывается несостоятельной, и в данном частном случае факты не допускают никакой реконструкции, стремящейся, например, к утверждению того, что ма
теринский счет родства предшествовал отцовскому. 40
16
К. Леви-Строс ЮШ Структурная антропология
«Можно только сказать, что реально засвидетель ствованы архаические фрагменты» исторического
развития. Хотя возможно и даже вполне вероятно,
что неустойчивость, присущая матрилинейным ин- 5 ститутам, часто приводила их к преобразованию в патрилинейные или билатеральные, но тем не менее из этого ни в коем случае не следует, что всегда и по
всюду материнское право представляло собой более первобытную форму [208, с. 340-344].
ю Этот критический анализ смел, но, доведенный до крайности, он может привести к полнейшему истори ческому агностицизму. Боас, однако, направляет его скорее против считающихся универсальными законов
развития человечества и обобщений, основанных на is том, что он назвал однажды «возможностями, имею щими вероятность 40 %» [212], чем против скромных и
тщательных попыток воссоздания истории, ставящих перед собой точные и ограниченные цели. Каковы же,
по его мнению, условия для подобных попыток? Он
20признает, что в этнологии «доказательства изменения могут быть получены только посредством косвенных методов», т. е., как и в сравнительном языкознании,
путем анализа явлений в статике7 и изучения их дист рибуции [207]. Все же не следовало бы забывать о том,
25что, географ по образованию и ученик Ратцеля, Боас осознал свое призвание к этиологии во время перво го своего опыта полевой работы при ошеломительном для него открытии своеобразия, самобытности и спон
танности общественной жизни каждой человеческой зо группировки. Однако такие социальные явления, как
постоянные взаимодействия индивида и группы, не
могут быть выведены посредством дедукции: их нуж но наблюдать. Или же, как он сказал однажды: «Что
бы понять историю, недостаточно знать, каковы вещи,
35 надо знать, каким образом они стали таковыми » [207]. Таким образом, мы в состоянии определить ход
мыслей Боаса и выявить их парадоксальный характер. Будучи по своему университетскому образованию не только географом, но и физиком, он ставит перед этно-
40 логическими исследованиями научную цель, придавая
им всеобщую значимость. «Он часто говорил, что зада
ча этнологии состоит в определении соотношения меж ду объективным миром и субъективным миром человека в тех его формах, которые по-разному проявляются в
различных обществах» [191, с. 27]. Однако, намереваясь 5
применить при исследовании этого субъективного мира строгие методы, усвоенные им при занятиях естествен ными науками, он вместе с тем признавал бесконечное разнообразие исторических процессов, посредством которых этот субъективный мир строится в каждом от 10 дельном случае. Познание социальных факторов может явиться лишь результатом индукции, основанным на индивидуальных и конкретных знаниях, относящихся к социальным группам, локализованным в пространстве и во времени. Эти знания, в свою очередь, могут созда 15 ваться лишь на основе изучения истории каждой груп пы. Предмет же этнографических исследований таков, что в огромном большинстве случаев история остается за пределами достижимости. Таким образом Боас как
ученый-физик предъявляет требования точности к вос 20
созданию истории тех обществ, о которых мы распо лагаем только такими данными, которые привели бы в отчаяние историка.
Случается, что его реконструкции действительно удачно воссоздают историю, но историю уловленно 25 го момента, так называемую микроисторию, которой так же не удается установить связь с прошлым, как и
макроисторищ создаваемой сторонниками эволюци онной или диффузионистической теории*.
Благодаря этим отчаянным усилиям, предприня 30 тым для преодоления противоречивых требований,
* Мы здесь не имеем в виду чисто археологические работы Боа са, не затрагивающие вопросов этнологии, а также его исследования о распространении некоторых мифологических сюжетов, являющи еся историческими исследованиями, которые использовали этногра фические свидетельства. Точно так же Поль Риве, формулируя свои гипотезы о первоначальном заселении Америки, использует архео логические, лингвистические и этнографические данные в собственно историческом исследовании, и подобные изыскания должны оцени ваться именно с исторической точки зрения. Это можно сказать также относительно некоторых трудов Риверса.
18
К. Леви-Строс Щм Структурная антропология
точности, кропотливому труду и исключительному таланту Боас достиг такого совершенства в своих работах, что они превосходят и, несомненно, будут еще долго превосходить своей монументальностью
5все дальнейшие исследования. Во всяком случае, ис
следования последних лет могут рассматриваться только как попытки избежать сформулированной им дилеммы, поскольку они не в состоянии признать ее
неотвратимость. Кребер пытается несколько смяг- 10 чить крайне строгие критерии правомочности исто рических реконструкций, предписываемые Боасом,
ссылаясь на то, что в общем и целом историк, находя щийся в лучшем положении, чем этнолог, и имеющий в своем распоряжении массу данных, требователен в
is гораздо меньшей степени [413]. Малиновский и его школа вкупе почти со всей современной американ ской школой придерживаются прямо противополож ного мнения: поскольку сами работы Боаса свиде тельствуют о том, насколько не оправдывают надежд
го попытки выяснить, «каким образом вещи стали тако
выми, как они есть», то следует отказаться от того, чтобы «понять историю», дабы произвести на основе исследований современных культур синхронный ана лиз связей между составляющими их элементами.
25 Весь вопрос состоит в том, чтобы выяснить в со ответствии с глубокой мыслью Боаса, имеет ли без знания исторического развития, дошедшего до со временных форм, большой смысл самый проникно венный анализ отдельной культуры, заключающийся
зо в описании ее установлений и их функциональных связей и в исследовании динамических процессов, благодаря которым каждый индивид воздействует на свою культуру, а культура — на индивида [212]. Этот
основной вопрос можно лучше выяснить в ходе об-
35 суждения одной конкретной проблемы.
II
Дуальной организацией называется тип социаль ной структуры, часто встречающийся в Америке, Азии и Океании; он характеризуется делением социальной
40 группы — племени, клана или поселения — на две по-
ловины, члены которых поддерживают между собой отношения, выражающиеся как в тесном сотрудни честве, так и в скрытой вражде, причем обычно оба эти типа поведения объединяются. Иногда, видимо, целью обеих половин является регламентирование 5 браков: в таком случае их называют экзогамными. Иногда же их роль ограничивается сферой религии, политики, экономики, обрядов или просто спорта
или даже одним из этих видов деятельности.
В некоторых случаях принадлежность к той или 10 иной половине определяется по материнской линии,
вдругих — по отцовской. Разделение на половины может иногда и не совпадать с клановой организаци ей, которая может быть и простой, и сложной, если
внее вовлекается несколько пар перекрещивающих 15 ся между собой половин, наделенных различными функциями. Иными словами, известно почти столько же форм дуальной организации, сколько существует народов, ею обладающих. Как же найти ее истоки и
определить исторические границы? |
20 |
Сразу же отбросим толкования эволюционистов и |
|
диффузионистов. Первые стремятся объяснить дуаль |
|
ную организацию как необходимую стадию развития общества8, поэтому они вынуждены вначале определить простую форму, частным проявлением, пережитками 25 или следами которой явились бы наблюдаемые формы,
а затем постулировать давнее наличие этой формы у на
родов, у которых ничто не указывает на когда-либо су
ществовавшее деление на половины. Со своей стороны,
диффузионисты выбирают обычно наиболее богатый 30 и наиболее сложный из наблюдаемых типов в качестве представителя первоначальной формы установления и приписывают его происхождение той области земного шара, где он наиболее распространен, считая все другие формы результатом миграций и заимствований из од 35
ного общего источника. В обоих случаях произвольно |
|
выбирается какой-то один из известных типов, после |
|
чего его делают моделью, к которой пытаются, поль |
|
зуясь спекулятивным методом, привести все остальные |
|
типы. |
40 |
