Фаза усталости

События 20-х гг. заставляют вновь обратиться к плану Фишера. С формальной точки зрения он был выполнен идеально: германский флот, так и не найдя в себе силы выйти в море для последней безнадежной, но, может быть, славной битвы, под конвоем был приведен в Скапа-Флоу и навсегда остался там. Английская блокада стала одним из основных факторов, приведших к разгрому и уничтожению центральных держав. Казалось бы, перед Великобританией вновь, как после Трафальгара и Ватерлоо, открылись перспективы мирового лидерства. [482]

Однако увлечение английских генералов «западной» стратегией отомстило за себя. Тяжелые потери на полях Фландрии потрясли страну. Общественное мнение Великобритании, как правило, отличающееся «патриотической сдержанностью», приобрело характерный для большинства демократических режимов истерический характер. В этих условиях Ютландское сражение, являющееся не особенно впечатляющей, но несомненной стратегической победой, привело к катастрофе на уровне большой стратегии.

Б. Лиддел-Гарт ничего не пишет о Ютландском бое, и мы его понимаем. Почти невыносимо анализировать выигранное сражение, которое погубило твою родину. Тем более что это сражение было (как и все генеральные морские битвы) прямым{67} и формально выходило за рамки «Strategion of undirect operation».

Схема сражения была построена следующим образом:

1. Сосредоточив флот на севере, англичане подставляли под обстрел со стороны немецкой разведывательной эскадры свои приморские города.

2. Обстрел этих городов приводил к слабым негативным последствиям в Англии и к сильной эмоциональной реакции в Германии. Общая ситуация на фронтах и прежде всего становящаяся нестерпимой блокада провоцировали Германию на такой шаг.

3. Эскадра линейных крейсеров Битти должна была поймать немецкие линейные крейсера на отходе и уничтожить («схема Доггер-банки»).

4. (Поправка Шеера.) Поражение у Доггер-банки было обусловлено тем, что линейные корабли флота Открытого моря не поддержали отряд Хиппера. Следовательно, мы должны использовать образ действий англичан для того, чтобы навести английские линейные крейсера на главные силы флота и уничтожить.

5. (Поправка Джеллико.) Однако изолированный отряд линейных крейсеров попадет в трудную ситуацию, если немцы используют в операции весь линейный флот. Поэтому необходимо расширить «схему Доггер-банки» до «схемы Ютланда» — мы должны использовать образ действий немцев для того, чтобы навести флот Открытого моря на главные силы Грандфлита и уничтожить.

На это «возразить» Шееру было нечего. (Если не считать непринципиальной замены обстрела городов Юго-Западной Англии на отлов скандинавских конвоев.) Фишер добился своего: Ютландское сражение было стратегически выиграно англичанами еще до начала.

Фишер никогда не был сильным тактиком. Его вполне устроила разработка адмирала Того: кроссинг, бой на дальних дистанциях при плохой видимости (другой в Северном море в общем и не бывает), «фокусировка огня», вывод эскадры противника из строя как реальной боевой силы, использование миноносцев для ночных атак, уничтожение утром рассеявшихся по акватории Северного моря немецких кораблей. [483] Но эту – чужую – тактическую задумку он довел до совершенства.

Прежде всего созданы авангардные линейные крейсера. Затем — 5-я эскадра, подвижный центр боевого порядка. Она усиливала флот Битти, создавая условия для быстрого разгрома крейсеров Хиппера. Далее, являясь самым сильным соединением обоих флотов, она представляла собой мобильный резерв английского флота, а при необходимости – эскадру «чистильщиков» моря от поврежденных вражеских кораблей. Наконец, 5-я эскадра обеспечивала структурную связь между главными силами и передовым отрядом.

Сражение было настолько хорошо подготовлено, что – при всех проблемах с видимостью, погодой, связью и управлением, наконец, невзирая на невезение – оно развивалось, в общем, по плану. Ценой двух линейных крейсеров англичане втянули противника в бой в наиболее невыгодных для того условиях. Авангардное соединение Хиппера, хотя все его корабли еще держались на воде, практически перестало существовать как боевая сила. Главные силы Хох Зее Флотте были охвачены Грандфлитом, удачно вставшим между немцами и их базой. С этого момента вся немецкая тактика сводится к поворотам «все вдруг» в надежде затеряться в сгущающейся мгле. Заметим, что ни один из этих поворотов не мог улучшить их положения.

Очень много бумаги потрачено на то, чтобы доказать ошибочность развертывания Грандфлита влево. Стрэди{68}, например, утверждал, что развертывание нужно было провести на центр (по этому поводу время от времени пишут, что Великий флот не мог произвести столь сложное перестроение – утверждение, которое мы оставляем на совести авторов), Вильсон настаивал на развертывании вправо...{69} Думаю, Фишер с полным основанием заметил бы, что его план полностью инвариантен относительно подобных тактических моментов. «Достаточно того, чтобы командующий флотом и младшие флагманы сделали немного больше того, что требует долг, и при любой схеме развертывания немцы будут разгромлены», — сказал бы, наверное, старый адмирал.

По-видимому, решающей ошибкой Джеллико было то, что он решил при любых обстоятельствах уклониться от ночного боя, исходя из неочевидного утверждения, что Хох Зее Флотте лучше к нему подготовлен.

Флоты потеряли контакт. Ночные столкновения происходили совсем не в соответствии с планом Фишера и по существу имели случайный характер. Командиры английских эсминцев вложили в эти столкновения больше энергии и изобретательности, нежели противник. Английские легкие силы действовали неумело и не в соответствии с диспозицией, но они хотя бы действовали смело! Неуверенная реакция немцев на эти атаки свидетельствует о том, что к ночи флот Открытого моря исчерпал все свои силы – и психические, и физические. [484]

Шеер проскользнул за кормой Грандфлита, и к утру его корабли, включая полуживые «Зейдлиц», «Дерфлингер» и «Мольтке», вышли к Хорнс-Рифу. Джеллико не проиграл сражения. Он даже в какой-то степени выиграл его. Но только это был далеко не Трафальгар.

Фишер (но не Джеллико) выполнил минимальную задачу. Его флот по его плану разгромил Германскую империю и продлил существование Британской. Но это уже была другая Британия. Британия, которая вскоре подпишет Вашингтонские соглашения и сама своими руками уничтожит Великий флот. Британия, которая будет терпеть сталинизм в Советском Союзе, фашизм в Италии и национал-социализм в Германии. Британия, которая – при Черчилле! – будет торговать своей территорией в обмен на устаревшие американские эсминцы. Британия, которая сочтет достойной формой войны стратегические бомбардировки.

В фазе усталости Великобритания потеряла больше других. Ей еще в какой-то мере удалось продиктовать народам условия послевоенного (Версальского) мироустройства{70}. Но уже в Генуе и Рапалло лидерство Англии было поставлено под сомнение. Попытка вести «дешевую империалистическую политику» закончилась Вашингтонской конференцией, на которой Великобритания вынуждена была отказаться от стратегически необходимого ей союза с Японией и согласиться на равенство своего флота с американским.

Экономического положения страны это не улучшило, напротив, в 30-е гг. Англия попадает в затяжной «кризис традиционных отраслей хозяйства». (Можно утверждать, что содержанием этого кризиса было противоречие между построенной в начале века экономикой «страны-гегемона» и новой ролью Великобритании как младшего партнера США.)