2.3.2. Деятельностный подход к познанию

История познания показывает ограниченность созерцательного подхода к пониманию процесса познания. Знания всегда обусловлены уровнем и характером человеческой деятельности (теоретической или практической), потребностями общества, способами их получения, и поэтому и объект познания, и знания принимают специфический облик на каждом историческом этапе общественного развития. Это дало основание И. Канту – основоположнику немецкой классической философии – предположить, что вовсе не субъект, познавая, открывает объективные законы, а, наоборот, объект, приспосабливаясь к нашему чувственному созерцанию, становится познаваемым по законам субъекта.

Кант впервые попытался связать проблемы гносеологии с исследованием исторических форм деятельности людей: объект как таковой существует лишь в формах деятельности субъекта. Он стремился обосновать деятельностный подход к пониманию познания. Исходным пунктом деятельностного подхода в познании является понимание познания как конструктивной работы по воспроизведению объекта в мысли, обусловленный определенной позицией субъекта познания, используемыми им средствами, предпосылками и установками.

В одной из основных работ этого периода «Критика чистого разума» (1781) Кант ставит проблему: как возможно достоверное знание. Эта проблема конкретизируется им через три более частные проблемы:

• как возможна математика?

• Как возможно естествознание?

• Как возможна метафизика (философия)?

Кант считает, что научным характером обладают только математика и естествознание, которые дают достоверное знание. Достоверность научного знания – его всеобщность и необходимость, по мнению Канта, обуславливается структурой трансцендентального (находящегося по ту сторону опыта) субъекта, его надындивидуальными качествами как представителя человечества. Познающему субъекту по природе присущи некоторые врожденные (априорные) формы подхода к действительности: пространство, время, формы рассудка.

Пространство и время как доопытные формы чувственности создают предпосылки достоверности математического знания. Реализация этих предпосылок осуществляется на основе деятельности рассудка.

(1) Рассудок – это мышление, оперирующее понятиями и категориями. Он подводит многообразие чувственного материала под единство понятий и категорий. Таким образом, не предмет является источником знаний о нем в виде понятий и категорий, а напротив, формы рассудка – понятия и категории – конструируют предмет. И поскольку понятия и категории носят независящий от индивидуального сознания необходимый и всеобщий характер, то знание, основанное на них, приобретает объективный характер.

(2) Все что находится за пределами опыта – умопостигаемый мир – может быть доступен, по Канту, только разуму, который оперирует идеями. Разум – это высшая способность субъекта, которая руководит деятельностью рассудка, ставит перед ним цели. Идеи, по Канту, – это представления о цели, к которой стремится наше познание, о задачах, которое оно ставит перед собой.

Трансцендентальные идеи разума (идеи Бога, бессмертной души и свободы) хотя и не доказуемы, должны быть приняты на веру. Это – моральная вера, составляющая основу человеческой нравственности. Идеи разума выполняют регулирующую функцию в познании, побуждая рассудок к деятельности. Побуждаемый разумом, рассудок стремится к абсолютному знанию и выходит за пределы опыта.

41

Но понятия и категории рассудка действуют только в этих пределах. Поэтому рассудок запутывается в противоречиях, впадает в иллюзии. Примером того являются антиномии – противоречивые взаимоисключающие положения – разума. Они имеют место там, где с помощью человеческого рассудка пытаются дать заключение не о мире опыта, а о мире «вещей в себе». Например, размышляя о мире в целом, можно доказать справедливость двух противоречащих друг другу утверждений: мир конечен, и мир бесконечный в пространстве и времени.

Таким образом, Кант, обосновав тезис о том, что познающий субъект определяет способ познания и конструирует предмет знания, совершает переворот в философии, который часто называют «коперниканским переворотом».

Суть его можно выразить так. В классической метафизике трансцендентальными были бытийные условия, т.е. условия без которых нет самого объекта, бытия как такового. Но после Канта стало бессмысленно говорить об объективных условиях как таковых. Остался объект – относительно субъекта, а трансцендентальное стало означать смещение с объекта на субъект, т.е. на то, что субъект вносит в объект в процессе познавательного действия. Т.е. Кант дерзко предположил, что объекты, возможно, приспосабливаются к нашему чувственному созерцанию. Не интеллект вырабатывает понятия, способные выразить объект, а наоборот, объекты, как только они помыслены, начинают регулироваться и согласовываться с понятиями интеллекта. Деятельность субъекта в концепции Канта выступает как основание, а предмет исследования – как следствие.

Сущность научного познания состоит не в созерцании умопостигаемой сущности предмета, а в деятельности по его конструированию, порождающей идеализированные объекты.

Объект познания, по мнению Канта, не данность, а конструкция. Субъект накладывает на поступающую от органов чувств информацию априорные идеи и схемы.

Утверждая активную роль субъекта в познании, Кант считал, что человек может знать только явления, т.е. вещи как они существуют в сознании субъекта. Каковы же вещи сами по себе человек, по мнению Канта, не знает и не может знать. Поэтому вещи сами по себе для человека становятся «вещами в себе», непознаваемыми. У человека нет средств установить связь между «вещами в себе» и явлениями («вещами для нас»). Отсюда Кант делает вывод об ограниченности возможностей в познании форм чувственности и рассудка. Формам чувственности и рассудка доступен только мир опыта. Мир «вещей в себе» закрыт для чувственности, и, следовательно, для теоретического познания.

Основная проблема классического трансцендентализма (проблема, в которой, как в фокусе, сосредоточились сильные и слабые, последовательные и противоречивые стороны этой гносеологической концепции) заключалась в выяснении, каким образом субъективные условия мышления могут приобрести объективное значение. Объективность знания, по Канту, создается самим же сознанием субъекта, благодаря способности интеллекта соединять чувственные представления в рамках априорных понятий. А это в свою очередь, возможно благодаря единству сознания («трансцендентальному единству апперцепции»), его формальной априорной организации, не зависящей ни от какого эмпирического содержания.

42

«Субъективность» и «объективность» в гносеологии Канта неразрывны.

Однако проблема «трансцендентального единства апперцепции» оставалась в ней открытой, что и стало основанием для обвинений Канта то в агностицизме, то в противоречивости используемых им понятий, в эклектическом сочетании субъективизма и объективизма, идеализма и материализма, агностицизма и гносеологического оптимизма... И эти обвинения направлялись в адрес мыслителя, поставившего, наверное, самую острую из всех теоретико-познавательных проблем, не сглаживая ее углов и не выдавая мнимые решения за подлинные²³.

Деятельностный подход к пониманию процесса познания в той или иной мере разрабатывался в рамках философских систем Гегеля и марксизма. Так, Гегель делал акцент на абстрактно-деятельностный характер познания, абсолютизируя творческую активность Абсолютной идеи. Он трактовал познание как развитие и самопознание мирового духа, абсолютной идеи.

Марксизм особый акцент сделал на роль предметно-практической деятельности в процессе познания, стремясь преодолеть созерцательный подход к пониманию процесса познания, который разрабатывали материалисты XVII-XVIII вв. Однако, утверждая, что процесс познания – это процесс активного отражения действительности, обусловленный потребностями общественно-исторической практики, представители марксистской философии делали больший акцент на слове «отражение», а не на «активное».

Долгое время в отечественных исследованиях теории познания как бы не замечали тот факт, что познавательный процесс не исчерпывается отражательными процедурами и сам результат – знание как образ познаваемого часто достигается другими по природе средствами или в тесном взаимодействии с ними. Фундаментальными для процесса познания наряду с отражением, предстают:

• репрезентация – как амбивалентный по природе феномен одновременного представления-отражения объекта и его замещения-конструирования (моделирования);

• конвенция – как обязательное событие коммуникативной по природе, интерсубъективной деятельности познания; наконец,

• интерпретация, которая выступает не только как момент познания и истолкования смыслов, но и как способ бытия, которое существует понимая²⁴.