В чем новаторство драматургии Чехова? Как художник реформировал традиционный драматургический конфликт? Определите основной пафос его пьес. Приведите примеры символов.
Чехов создал новаторские пьесы, он говорит с нами совершенно новым драматургическим языком. Это связано с тем, что художник реформировал традиционный драматургический конфликт. В его пьесах нет конфликта личности и обстоятельств, нет противостояния добрых и злых, положительных и отрицательных персонажей. Драматургия Чехова выразила потребности новой эпохи.
Главными для художника стали проблема человеческого существования и сосуществования с другими, то «сложение жизни», при котором каждый из героев претендует на свою правду, не слушая и не слыша правды другого, когда «каждый среди других – один». Герои могут приходить к столкновению друг с другом, думать, что их «правда» противоположна позиции другого. Автор же каждый раз указывает на общность между ними, на скрытое сходство, которое они не замечают. Все наделены грузом ошибок, несправедливостей, ложных представлений, а, значит, и все виноваты. Общая рассогласованность жизни усиливается за счет внутренних конфликтов каждого из персонажей, когда «личная тайна» его внутреннего бытия как некий потенциал его человечности вступает в прямое противоречие с его внешним, не адекватным его внутреннему содержанию, бытием.
Так возникает феномен чеховского «равнораспределенного» построения конфликта. И так рождается пронзительное ощущение невыразимой сложности человеческой жизни и человеческой природы, в которых, по признанию Чехова, «ничего не разберешь». А сквозь эту «неразбериху» смысловых и интонационных нюансов проступает самое главное, что есть в чеховской пьесе и что очень точно обозначила в свое время Л.М. Лотман - «движение сущностного слоя жизни». За планом бытовым, за сферой явлений проступает сущностный, бытийный план. Некоторые персонажи Чехова, наиболее житейски активные, живут исключительно в мире явлений, главные же герои, как правило, погружены в мир сущностных переживаний. Поэтому пьесам Чехова свойствен подтекст –скрытое переживание человека, неожиданно прорывающееся «случайной» репликой, жестом, и т.п. Подтекст создают также знаменитые чеховские паузы. «Разные по культурному, по жизненному опыту персонажи… испытывают сходные бытийные коллизии, их важнейшие высказывания вливаются в общий хор, а жизненные истории создают впечатление о некой общей судьбе. Главный мотив этой судьбы – мотив бесполезно уходящего, неиспользованного времени» (Г.К. Щенников).
Для чеховских пьес характерен сложный интонационный и эстетический пафос: сочетание лиризма и комизма, драматизма и иронии, фарса и трагичности.
Чехов широко использует символы. Символичны названия его пьес: «Чайка», «Вишневый сад». Символичны целые сцены и эпизоды: чайка, убитая Треплевым; Фирс, оставленный в заколоченной усадьбе в финале «Вишневого сада». Символично пространство его пьес: Озеро, Дом, Сад и т.п. Символичны звуки: звук лопнувшей струны во втором акте «Вишневого сада», удар топора по вишневым деревьям в финале пьесы.
Драматургия Чехова приобрела огромную популярность. Чехов – один из самых востребованных сегодня авторов-драматургов во всем мире.
В романе современного автора Б.Акунина «Весь мир театр» изображена эпоха начала ХХ века, 1911 год. Модный режиссер Ной Штерн пытается поставить в своем театре комедию «Вишневый сад». Оцените его интерпретацию чеховской пьесы. Почему он называет предполагаемую постановку «античеховской»?
Штерн, обращаясь к актерам, излагает свою точку зрения на пьесу: «Эта пьеса о комизме интеллигентского бессилия и еще о неотвратимости смерти. Это очень страшная пьеса с безысходным концом, и притом очень злая. А комедией она называется, потому что судьба безжалостно потешается над человеками. Здесь у Чехова, как обычно, все намеками, да полутонами. Мы же доведем каждую недомолвку до полной ясности. Это будет античеховская постановка Чехова!... У Чехова в этой драме нет конфликта, потому что во время написания автор был тяжело болен, у него не оставалось сил бороться – ни со Злом, ни со Смертью. Мы с вами воссоздадим Зло во всеоружии. Оно станет главным двигателем действия. При чеховской многослойности образов и смыслов подобная интерпретация вполне позволительна. Мы придадим психологической размытости персонажей определенность, как бы наведем на фокус, обострим, разделим на традиционные амплуа. В этом и будет состоять новаторство!»
Комментарий. Очевидно, что интерпретатор в своей версии «Вишневого сада» сознательно идет по пути упрощения чеховского пафоса и «уплощения» чеховского мира и его героев. Показательно, что Зло и Смерть, в его изложении обозначены прописной буквой – так сделан акцент не только на конфликте, но и на главных персонажах будущего спектакля. В этом – угадывается отчетливая декадентская интонация, сближающая, между прочим, эпоху столетней давности и сегодняшние дни, отмеченные катастрофическими ожиданиями.
По существу, режиссер очень точно обозначил суть своего сценического эксперимента как «античеховский», потому что в своей интерпретации он возвращается к дочеховскому драматургическому конфликту – противостоянию положительных и отрицательных, добрых и злых, Добра и Зла. Выбраны и герои на роль главных носителей Зла – конторщик Епиходов и приемная дочь Раневской Варя, а «миссию борьбы со Злом возьмет на себя победительный Лопахин». Следовательно, при всех небезынтересных содержательных акцентах концепция Штерна является, по существу, своеобразным «пособием», как это было, например, в романе «Ф.М», по «оплощению» классического текста. Режиссер сознательно игнорирует специфическую природу драматургического конфликта чеховской пьесы, когда просто невозможна, недопустима какая бы то ни было персонификация добрых или злых сил. Не случайно замысел Штерна провалился: пьеса так и не была поставлена в его театре.
Комедия «Вишневый сад»
Оцените три варианта постановки чеховской пьесы. Какой из спектаклей вам представляется наиболее интересным, отвечающим авторскому замыслу?
Первая постановка. Комментарии Чехова.
|
|
|
В первой постановке пьесы системе Станиславского соответствовали не только он сам и другие актеры, но даже декорации: елки, березки, копна сена, часовенка и вишневый сад… |
«Сейчас только прочёл пьесу, — писал Станиславский в письме Чехову, которое открыло череду восторженных писем. — Потрясён, не могу опомниться. Нахожусь в небывалом восторге. Считаю пьесу лучшей из всего прекрасного, Вами написанного. Сердечно поздравляю гениального автора. Чувствую, ценю каждое слово. Благодарю за доставленное уже и предстоящее большое наслаждение».
В своём письме к актрисе МХТ М.Ф. Лилиной Чехов писал: «Вышла у меня не драма, а комедия, местами даже фарс», а Станиславский после прочтения пьесы сказал Чехову: «По-моему «Вишнёвый сад» — это лучшая Ваша пьеса. Это не комедия, не фарс, как вы писали, — это трагедия, какой бы исход к лучшей жизни Вы ни открывали в последнем акте. Впечатление огромное, и это достигнуто полутонами, нежными акварельными красками. Я плакал, как женщина, хотел, но не мог сдержаться».
Неотъемлемой частью постановки является декорация. «Представилось наследственное жильё Гаевых, разрушающееся от времени и от безалаберности хозяев; жильё, где всё любимо и всё в небрежении, где в обстановке видны следы смены поколений, смены вкусов, но вещи легко соседствуют друг с другом. Ни денег, ни охоты приводить всё в порядок у нынешних обитателей нет. Тут чувствовались и ветхость, и понижение вкуса у хозяев, но ещё больше — свойственная русским интеллигентам, дворянам и не дворянам, способность не замечать, как живёшь, и, уж во всяком случае, не заботиться о том, какое впечатление производит на других твоё жилье».
Чехов боялся, как бы «Вишнёвый сад» не прозвучал в исполнении театра печально, и подчёркивает необходимость нового тона в исполнении всех ролей в его новой пьесе, поэтому и наполняет свои письма многочисленными рекомендациями для актёров и режиссёра.
Замечания А. П. Чехова актёрам:
Раневская. «Она одета роскошно, но с большим вкусом. Умна, очень добра, рассеяна, ко всем ласкается, всегда улыбка на лице». «Центральная роль в этой пьесе — женская, старая женщина, вся в прошлом, ничего в настоящем…» «Я никогда не хотел сделать Раневскую успокоившейся. Успокоить такую женщину может только одна смерть…»
Лопахин. «Лопахин, правда, купец, но порядочный человек во всех смыслах, держаться он должен вполне благопристойно, интеллигентно, не мелко, без фокусов… Лопахина любила Варя, серьёзная и религиозная девица: кулачка бы она не полюбила. Это мягкий человек». «Лопахин — белая жилетка и жёлтые башмачки, ходит, размахивая руками, широко шагая, во время ходьбы думает, ходит по одной линии. Волосы не короткие, а потому часто вскидывает головой; в раздумье расчёсывает бороду».
Трофимов. «Трофимов, кажется, ясен».
Варя. «Варя — глуповатая и туповатая, но очень добрая». «Это фигура в чёрном платье, монашка, широкий пояс, глупенькая, плакса. Варя плакса по натуре, и слёзы её не должны возбуждать в зрителе унылого чувства».
Шарлотта. «Шарлотта говорит не на ломаном, а на чистом русском языке». «Тут должна быть актриса с юмором».
Пищик. «Пищик русский, разбитый подагрою, старостью и сытостью старик, полный, одетый в поддёвку».
В 1904 году МХТ принял «Вишнёвый сад» восторженно, но чувствовалось огромное отличие пьесы от предыдущих. При постановке «Вишнёвого сада» Станиславский использовал уже отработанные при постановках «Дяди Вани», «Трёх сестёр» и «Чайки» приёмы. Но к последней пьесе их уже было трудно применить. «Вишнёвый сад» требовал новых приёмов, интонаций и решений на сцене. «Спектакль налаживался трудно, — вспоминал впоследствии Станиславский, — и не удивительно: пьеса очень трудна».
«Сам спектакль, — вспоминали актёры, — имел лишь средний успех, и мы осуждали себя за то, что не сумели с первого же раза показать наиболее важное, прекрасное и ценное в пьесе». После премьеры Чехов был очень недоволен спектаклем.