Глава 20. Европейская система защиты прав человека 411

м енения, оказывающая на частное лицо прямое воздействие, признается оказывающей на него также и индивидуальное воздействие, если она влияет на его правовое положение определенным и непосредственным образом. Такое влияние проявляется через ограничение его прав или возложение на него обязанностей вне зависимости от круга лиц, на которых эта меру оказывает подобное воздействие.

Решение СПИ представляло собой существенный отход от устоявшейся практики. Получит ли он закрепление или же, напротив, возобладает «классический» подход, зависело от Суда ЕС. С этой дилеммой Суд ЕС столкнулся очень скоро при рассмотрении в порядке апелляции дела Союза мелких сельскохозяйственных производителей против Совета ЕС.

При подготовке предложений по данному делу генеральный адвокат Суда ЕС Ф. Дж. Джекобе высказался в пользу новаторского подхода. Он рекомендовал Суду ЕС отказаться от строго ограничительной трактовки требования индивидуального воздействия. Суть обосновываемого им подхода заключалась в том, чтобы изъять из-под действия этого требования ситуации, когда потерпевшая сторона в случае признания меры Европейского Сообщества, не оказывающей на нее индивидуального воздействия, лишается эффективных средств правовой защиты, которые ей должны были предоставить судебные органы либо государств-членов, либо ЕС. По мнению г-на Джекобса, лицу, на которое оспариваемая мера Европейского Сообщества оказывает непосредственное, но не индивидуальное воздействие, должен быть предоставлен доступ к судебному механизму ЕС, чтобы не допустить лишения его эффективных средств правовой защиты из-за трудностей, связанных с оспариванием данной меры в национальных судах. Таково веление времени. Оно обусловливается прямым, постоянным и глубоким влиянием права ЕС на интересы и права частных лиц. Чтобы их защитить, необходимо снять ограничения на использование механизма индивидуальных исков об аннулировании, предусмотренные ст. 230 Догонора о Сообществе. Предложения адвоката Джекобса могли иметь далеко идущие правовые последствия. Однако Суд ЕС с ними не согласился. Суд ЕС отказался воспользоваться судебным нормотворчеством для корректировки абз. 4 ст. 230. Он прямо указан. что внесение изменений в механизм оспаривания актов Евреи пейского Сообщества физическими и юридическими лицами относится к компетенции ЕС и государств-членов. Вплоть до вне-

сения таких изменений критерии приемлемости остаются прежний и они должны строго соблюдаться. Обязательство по созданию системы средств и процедур, обеспечивающих реализацию права на справедливое судебное разбирательство и эффективные средства защиты, возложено на государства-члены. На уровне ЕС такая система создана и функционирует. Полемика между судебными инстанциями ЕС, аргументы в пользу пересмотра учредительных договоров и снижения планки доступа в Суд ЕС для частных лиц, а также прямая апелляция к законодатели» возымели свое действие. Они были услышаны государствами и политическими институтами ЕС. Тем более что все они сделали ставку на посильную демократизацию интеграционного объединения. В итоге Лиссабонским договором было предусмотрено, что для оспаривания актов ЕС общего применения, не требующих от государств осуществления мер имплементаци-0иного характера, частным лицам более не нужно доказывать, что акты затрагивают их и непосредственно, и индивидуально. Достаточно, чтобы они их затрагивали. Абзац 4 ст. 263 ДФЕС устанавливает в связи с этим, что физические и юридические лица на тех же основаниях, что и институты ЕС, «могут обращаться с иском, оспаривающим акт, который принят персонально в отношении этих лиц или затрагивает их непосредственно и индивидуально, и оспаривающим акт общего действия, который непосредственно затрагивает их и не влечет за собой принятия мер имплементационного характера».

Для обеспечения единообразного толкования и применения права на справедливое судебное разбирательство в рамках Европы «зигзаг» в правоприменительной практике судебных инстанций ЕС и последовавшие за ним новшества, внесенные в учредительные договоры ЕС, имели очень большое значение. Они подтвердили чрезвычайную близость правовых систем Совета Европы и ЕС в понимании особой роли и значения данного права для утвердившегося в Европе правосознания и целей енропейского строительства, продемонстрировали отсутствие различий между ними в интерпретации системы элементов, из которых это право складывается. Проявленные судебными инстанциями ЕС колебания вновь показали, что с точки зрения защиты прав человека именно ЕКЛЧ в толковании и применении ЕСПЧ остается главным ориентиром для всех действующих на континенте судебных органов вне зависимости от их статуса и признаваемой за ними юрисдикции.

4 12 Часть III. Правовое обеспечение защиты прав чел

Глана 20. Европейская система защиты прав человека 413