Задача 3:

При заключении договора комиссии на совершение сделок купли-продажи ценных бумаг между профессиональным участником рынка ценных бумаг, обладающим лицензией на осуществ­ление брокерской деятельности, и его клиентом возник спор относи­тельно отдельных условий договора.

Клиент возражал против инициативы брокера включить в договор следующие положения.

Во-первых, брокер желал иметь право самостоятельно решать вопрос о приоритете заключения договоров купли-продажи ценных бумаг в своих интересах и договоров, заключаемых в интересах ко­митента.

Во-вторых, брокер предлагал гарантировать комитенту доход от инвестирования в ценные бумаги денежных средств комитента в раз­мере не меньшем, чем 0,0001 % от суммы этих средств.

В-третьих, брокер настаивал, чтобы комитент оплачивал ему ус­луги по предоставлению в письменной форме информации, содер­жащейся в решении о выпуске ценных бумаг, приобретенных для комитента, в сумме 10 тыс. руб. за одну страницу машинописного текста.

В-четвертых, брокер хотел, чтобы комитент предоставил ему право запрашивать у комитента сведения о его финансовом состоянии (пла­тежеспособности), которые могут помочь в правильном и своевре­менном исполнении обязательств перед ним.

Задача 4:

ЗАО «Аграрии» (изготовитель) и производственный коо­ператив «Прогресс» (разработчик) заключили договор о совместной деятельности, предметом которого являлось совместное производство высокоэффективных навесных плугов для гладкой пахоты.

Условиями договора предусматривалось, что кооператив передает ЗАО «Аграрий» документацию на изготовление навесных плутов, осуществляет надзор при корректировке документации, освоении и серийном производстве плугов.

В свою очередь изготовитель осуществляет производство новых плугов и отчисляет разработчику в течение срока действия договора 10% от продажной цены каждого проданного плуга.

В течение пяти дней после подписания договора ЗАО «Аграрий* должно было перечислить кооперативу «Прогресс» денежные средст­ва в размере 100 тыс. руб.

Предполагалось также, что кооператив «Прогресс» будет получать 10% выручки от реализации плугов и запасных частей к ним.

Через полгода стороны заключили дополнительное соглашение к договору, согласно которому кооператив «Прогресс» (правооблада­тель) за вознаграждение предоставил ЗАО «Аграрий» (пользователь) на срок действия договора право использовать в сто предпринима­тельской деятельности комплекс исключительных прав, принадле­жащих правообладателю на навесные плуги для гладкой пахоты, в том числе право изготавливать эти плуги и насыщать ими рынки России и стран - членов СНГ.

Ни регистрация договора, ни регистрация дополнительного со­глашения сторонами не проводились.

Поскольку ЗАО «Аграрий» своевременно не выплатило вознагра­ждение, кооператив обратился с иском о взыскании задолженности в арбитражный суд.

Суд отказал в удовлетворении исковых требований на том основа­нии, что договор коммерческой концессии, подлежащий обязатель­ной регистрации органом, осуществляющим регистрацию юридиче­ского лица или индивидуального предпринимателя в соответствии со ст. 1028 ГК РФ, регистрационной процедуры не прошел, следова­тельно, является ничтожным в силу ст. 165, 1028 Г'К РФ.

Кооператив подал апелляционную жалобу с просьбой отменить ре­шение суда первой инстанции, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Во-первых, по мнению кооператива, спорный договор являлся договором о совместной деятельности, поэтому ничтожным является лишь дополнительное соглашение к данному договору. Именно до­полнительным соглашением первоначальный вариант договора о со­вместной деятельности был преобразован в договор коммерческой концессии.

Во-вторых, при подписании договора о совместной деятельности стороны руководствовались ст. 421 ГК РФ, предусматривающей сво­боду в заключении договора и в определении его условий.

В-третьих, признав договор ничтожным, суд ошибочно не приме­нил ст.166 ГК РФ, которая устанавливает последствия недействи­тельности ничтожной сделки, что позволило ответчику неоснова­тельно обогащаться за счет использования интеллектуальной собст­венности истца и присвоения причитающихся ему платежей.

ЗАО «Аграрий» не согласилось с доводами кооператива, полагая, что в соответствии со ст. 431 ГК РФ суд устанавливает буквальное значение условий договора путем сопоставления с другими его усло­виями и смыслом договора в целом. Условия договора, подписанного сторонами в первоначальной редакции, позволяют отнести его к до­говору коммерческой концессии.