17. Смена риторических идеалов в Новое время

Один из основателей философии Нового времени - английский философ Фрэнсис Бэкон (1561-1626) - писал, что риторика, как и логика - это наука наук. Следовательно, ее следует изучать на высоком уровне, а не начинать с нее. Главное, на что опирается философия Нового времени - это человеческий разум. А риторика, по мнению Ф. Бэкона, раз и изучает ум, правда, не в его естественной качества (это задача диалектики), а его ходячему использовании. По большому счету, назначение этой дисциплины состоит в том, чтобы установки ума передавать воли, чтобы возбудить ее для выполнения нужных действий. Соответственно, аргументы и средства убеждения, используемые в риторике, должны изменяться в зависимости от характера аудитории. 

Среди теоретиков ораторского искусства этого периода следует отметить творчество известного немецкого философа Артура Шопенгауэра (1788-1860). Он занимался частности искусством спора (эристикой). Довольно интересна его работа "эристикой, или искусство спорить".

"Основной тип коммуникации, который рассматривает Шопенгауэр, - это спор, целью которой всегда не просто отстаивание своего мнения, убеждения собеседника в ее правильности, а именно победа. Как видим, в этом немецкий философ не поддерживает точку зрения Аристотеля. Он считает, что естественным для любого человека является желание выглядеть всегда правой. В споре спорщик прежде всего будет искать ошибку не в своих рассуждениях, а в рассуждениях собеседника, и вряд ли сразу же согласится с критикой своей позиции "

Если в целом оценивать развитие риторики в эпоху Нового времени, то следует отметить ее упадок как отдельной науки.Она все больше сближается с языкознанием, особенно та ее часть, что касается изучения тропов и фигур. Этому во многом способствовал стиль барокко. О значительном влиянии философии риторику говорить не приходится.

Таким образом, именно в этот период риторика окончательно превращается в дисциплину, которая занимается красотой, изяществом речи. Она все больше отделяется от реальной практики общения и соответственно теряет статус самостоятельной науки. Постепенно складывается негативное представление о риторическая как бессодержательность, высокопарное болтовня т.д..

18. История риторики в России

В истории русской филологии риторика – наименее изученная область. Современному читателю, учащемуся, исследователю предстоит объективно выяснить, какой была риторика в ее определениях и разделах, а вместе с ней – красноречие, ораторика, словесность и множество других понятий, содержание которых менялось, но осталось зафиксированным в классических национальных руководствах. Это знание будет особенно ценно, если почерпнуть его непосредственно из текстов учебников, большинство которых либо никогда не публиковалось (таковы рукописные риторики XVII‑XVIII вв.), либо стало библиографической редкостью (таковы, за исключением руководств М. В. Ломоносова, все учебники XVIII‑XX вв.).

В последнее десятилетие на волне поднимающегося интереса к риторике вышел ряд исследований, описывающих старинные риторики (см. работы: Вомперский В. П.Риторики в России XXVIII–XIX вв. – М., 1988; Елеонская А. С. Русская ораторская проза в литературном процессе XVII в. – М., 1990; Граудина Л. К., Миськевич Г. И. Теория и практика русского красноречия. – М., 1989 и др.). Однако читатель по-прежнему мало обращен к самим текстам, довольствуясь цитатами, которые неминуемо лишь отрывочно отражают содержание памятника.

До XVII в. учебники риторики отсутствуют на Руси, что, однако, не означает неизвестности риторических понятий. Употребление слов ветийство (через «ять»),риторикия (риторика‑только в XVII в.) и множества «благословных» синонимов (в разнообразных вариантах типа благоязычие, доброречие, красноглаголание, хитрословие, златоустие др.) более всего говорило о существовании практических правил речи и речевой этики, ясно показывающих образ человека Древней Руси. Это – донаучный и доучебниковый период развития риторики, когда в отсутствие какой‑либо терминологии имеется изобилие «ветийства» и «сладкоречия», существует практическая риторика («благоречие»), основанная более всего на образцовых культурных текстах (Священное Писание, богослужебные тексты, сочинения проповедников – отцов церкви, сочинения с указанием правил речевого поведения – см. «Пчелу», «Домострой» и др.).

Первый русский учебник риторики датирован 1620 г. (данные об истории текста – во вступительной статье перед публикацией). В русской истории – это окончание Смутного времени, начало царствования династии Романовых, установление новой государственности и стиля правления. Такое время не может не требовать реорганизации в области образования, и они, видимо, произошли не только в Московии, но и на Украине, откуда шла ученость в московские земли. Однако, если на Украине с бурным развитием школ и созданием Киевской духовной академии (1631 г.) воцаряется латинское образование, в среднерусских и московских землях существует четкая ориентация на тривиум гуманитарных дисциплин (грамматика, риторика, диалектика), описанных по-русски в ряде памятников. До 1620 г. было создано «Сказание о седми свободных мудростях», чьи главы о грамматике, диалектике и риторике становились соответствующими предисловиями к трем сочинениям, которые регулярно переписывались и соседствовали в рукописных сборниках: «Грамматике» Мелетия Смотрицкого, «Диалектике Иоанна Дамаскина» и «Риторике» 1620 г.

Как ни стремилось в течение XVII в. общество к созданию академии и заведению «школ», настоящий перелом в содержании риторики смог произойти только с началом петровских преобразований. Создание основных рукописных риторик, читавшихся и переписывавшихся на протяжении всего XVIII в., удивительным образом сконцентрировано в период с конца XVII в. по 1710 г. В это время написаны «О риторической силе» Софрония Лихуда (пер. Козмы Афоноиверского – 1698), «Риторика» Михаила Усачева (1699), «Риторическая рука» Стефана Яворского (1698, пер. Федора Поликарпова – 1705), несколько риторик Андрея Белобоцкого (до середины первого десятилетия XVII в.), «Книга всекрасного златословия» Козмы Афоноиверского (1710), «Старообрядческая Риторика» в 5 беседах (1706–1712). Вершиной риторической украшенности стала «Книга всекрасного златословия» Козмы Афоноиверского, грека, изучившего славено-российский язык настолько, что во множестве его «прикладов» – примеров воплотились современные и исторические реалии русской жизни, были предложены ясные определения риторической терминологии. Наконец, обучение проповеднической речи ставила целью «Риторика» в 5 беседах, созданная в Выголексинском общежительстве, – старообрядцы не только переработали терминологию современных им риторик, но и снабдили описание собственными идеологическими примерами.

тилистический резонанс этого «петровского» периода долгое время был значим для российского общества и его образованности. Несомненно и то, что следующий период начинается в 1743–1747 гг. с созданием М. В. Ломоносовым своих руководств – в истории это начало царствования Елизаветы Петровны с переходом после серии дворцовых переворотов в «век» Екатерины. Ломоносов возвышается над всеми другими авторами XVIII в. как создатель первой научной риторики. Однако реальная картина борьбы идей за создание новой риторики еще должна быть восстановлена. Как известно, первое «Краткое руководство к риторике» М. В. Ломоносова датируют 1743 г., поскольку представлено оно в Императорскую академию наук в январе 1744 г. После отрицательного отзыва академиков и совета Миллера «написать автору свою книгу на латинском языке… присоединив русский перевод», Ломоносов готовит «Краткое руководство к красноречию», изданное в 1748 г.

Слово риторика в новых работах не упоминается (за исключением трудов исторического характера). Впрочем, с 30-х годов, когда кончается десятилетие историко-стилистических реформ и начинается стилевая стагнация (сопровождаемая к тому же идеологическими репрессиями), принципиальная возможность писать и обсуждать вопросы ораторского искусства и словесности была сведена к минимуму. Советское языкознание продолжало развиваться без обращения к риторике: вопросы риторической науки и искусства речи оказались размытыми между множеством лингвистических, психологических и социальных дисциплин, которые пытались заполнить образовавшуюся в потребностях общества лакуну.

Таким образом, история русской риторики и словесности непосредственно связана с русской общественно-политической историей. Она может быть поделена на следующие периоды, фиксирующие единый общественно-идеологический стиль жизни:

1615/20—1690/95 гг. – допетровская Русь в начале царствования Романовых, когда наиболее популярной является первая русская «Риторика» 1620 г., изучаемая в тривиуме свободных «мудростей»;

1690/95—1745/50 гг. – петровский период и стиль, предложенный руководствами конца XVII – первого десятилетия XVIII в. (С. Лихуд, М. Усачев, А. Белобоцкий, С. Яворский, Козма Афоноиверский, старообрядческая Выговская школа);

1745/50—1790/1800 гг. – ломоносовский период с безусловным господством руководств великого ученого, стиля русского классицизма (многое не изучено, например латинские руководства);

1790/1800—1850/60 гг. – расцвет русской ученой риторики с постепенным становлением науки словесности, охватывающей в отдельных толкованиях все филологические дисциплины (ср. теории Н. Ф. Кошанского, И. И. Давыдова, К. П. Зеленецкого);

1850/60—1920 гг. – период новой теории и истории словесности, становящегося научного языкознания и литературоведения; язык изучается как лингвистическая система, а словесность рассматривается как художественная литература и фольклор; риторика выведена из состава преподавания;

1920–1985/90 гг. – советский (коммунистический) период в истории русской риторики и общественной идеологии; в советское время на месте старой риторики был создан ряд дисциплин: культура речи, лингвистика текста, функциональная стилистика, прагматика и др. – при всем положительном, что заключают в себе новые теории, вне учета культурно-исторического опыта риторики их современный потенциал становился ограниченным. Практическое свидетельство тому – слом советской пропагандистской машины, не желавшей основывать свою идеологию на идеях прошлого, отсюда – невозможность творчества и дальнейшего существования.

Сейчас в России происходит риторический «бум» при «очередной» смене общественно-политического стиля. Создание новой идеологии, морали, нового стиля приходится признать как существующую реальность и необходимость. Благополучие будущей жизни не может не зависеть от языка. А практическим языком как раз и занимается риторика. Какой будет новая риторика (взаимопроникаемо – и новая идеология, и новая мораль) не в последнюю очередь зависит от наших конкретных сегодняшних усилий.