§ 57. Современное сравнительно-историческое языкознание.

Сравнительно-историческое изучение индоевропейских языков к настоящему времени достигло больших успехов. Принципы, при­мененные на индоевропейском материале, были перенесены на изу­чение тюркской* финно-угорской, семитской и других языковых групп. Общий прогресс в лингвистической теории и возникновение разнообразных методов изучения языка нашли отражение и в срав­нительно-историческом языкознании. Теперь нельзя утверждать, что оно использует только сравнительно-исторический метод, т. е. сравнение родственных морфем в родственных языках. К этому присоединились другие методы и приемы, принятые на вооружение компаративистами². К последним относятся:

1. Применение методов лингвистической географии, приведшее к возникновению ареального языкознания (от франц. aire — пло­щадь, пространство). После книг А. Мейе «Индоевропейские диа­лекты» (1908) ареальное языкознание особенно успешно приме­няется В. Пизани и другими представителями итальянской неолинг­вистики — Б. Террачини, Дж. Бонфанте, Дж. Девото. Монография

¹ См.і Пиотровский P. F., БектаевК. Б., Пиотров­ ская А. А. Математическая лингвистика. М., 1977.

² См.: Макаев'Э. А. Общая теория сравнительного языкознания. М., 1977.

173

В. Порцига¹ отражает успехи, достигнутые в этой области изучения индоевропейских языков.

2. Использование лингвистической реконструкции — восста­новление наиболее древнего облика слов и форм, общих для родст­венных языков. Праязыковые реконструкции возможны с различ­ным приближением. Система языка требует, чтобы явления, возникшие в одно время и обусловленные той же причиной, рассмат­ривались в тесной связи. Поэтому в настоящее время «цель лингви­стической реконструкции состоит в том, чтобы установить относи­тельную хронологию доисторических состояний и изменений, непосредственно предшествующих самым древним данным»²,— пи­шет Е. Курилович. Рассматриваемый с исторической точки зрения языковой материал, сколь бы он ни был ограничен в пространстве и времени, состоит из разных хронологических слоев. Поэтому для Куриловича внутренняя реконструкция — это «те диахрониче­ские выводы, которые можно сделать из синхронического анализа языковых данных, не прибегая ни к сравнению, ни к лингвистиче­ской географии, ни к «ареальной лингвистике», ни к «глоттохроноло­гии». Принцип относительной хронологии при реконструкции по­зволяет установить последовательность фонетических и граммати­ческих процессов в праязыке и их взаимосвязь, выявить иерархию изучаемых явлений. При этом следует строго отличать реконструи­руемые древнейшие явления от таких, которые хотя и представлены в родственных языках, но являются результатом позднейшего па­раллельного развития в отдельных языках. По мнению Курилови­ча, предположениям о происхождении таких грамматических кате­горий, как род, вид, наклонение и т. п., не место в исторической и сравнительной грамматике, ибо они носят весьма проблематичный характер. Так, например, древнейший период в развитии индо­европейских языков характеризовался отсутствием окончаний, наличием гетероклитических основ, из которых одна выступала в качестве активного, а другая — пассивного падежа, системой оду­шевленных и неодушевленных грамматических классов, причем множественное число имелось только у слов одушевленного класса. Формирование многопадежного склонения и глагольной системы относится к более позднему периоду, который характеризуется .относительным обособлением индоевропейских языков и влиянием На них других языков.

3. Применение в изучении праязыков достижений современной фонологии, которая в огромной степени опирается на системные отношения, существующие в фонологических системах. В частности, это проблемы разграничения позиционных и непозиционных чере-

¹ См. ї П о р ц и г В. Членение индоевропейской языковой области. М., 1964; см. также: М а к а е в Э. А. Проблемы ареальной лингвистики. М. —Л., 1964.

^! Курилович Е. О методах внутренней реконструкции. — Новое в лингвистике, вып. IV. М., 1965, с. 400.

174

хований, разграничения фонетической эволюции и фонетической субституции, изучение фонологических последствий чисто фонети­ческих процессов, использование материала заимствований для установления хронологии фонетических процессов.

Современное сравнительно-историческое языкознание и его последние достижения . в значительной степени определяются от­крытием новых языковых материалов. Языковеды уже в XIX в. расшифровали ряд забытых письменностей. В 1822 г. французский ученый Жан Франсуа Шамполион расшифровал египетские иеро­глифы. В 1837—1840 гг. немец Георг Гротефенд' прочитал персид­скую клинопись. Расшифровка последней позволила читать клино­писные надписи и на других языках— эламском, халдском, аккад­ском. В начале XX в. в китайском Туркестане были открыты памят­ники тохарского языка, оказавшегося после расшифровки индо­европейским. Однако лишь расшифровка и использование фактов хеттского языка привели к пересмотру многих устоявшихся в индо­европеистике взглядов. Именно поэтому болгарский языковед Вл. Георгиев разделяет историю сравнительно-исторического изу­чения индоевропейских языков на три периода. В первом (1816— 1870) было установлено родство индоевропейских языков и была заложена база их изучения. Второй период (1870—1916) отмечен уточнением сравнительно-исторического метода, причем ученые основывались по преимуществу на показаниях санскрита, древне­греческого и латинского языков. Третий период начинается с рас­шифровки хеттского языка (1915—1917), которую осуществил чеш­ский историк Ееджих Грозный, и характеризуется пересмотром многих взглядов и расширением базы для суждений о фонетико-грамматической структуре индоевропейского праязыка¹.

. За несколько-тысячелетий до новой эры в Малой Азии жил неиндоевропейс­кий народ — протохатты. Затем волнами стали прибывать индоевропейцы, язы­ки которых составили анатолийскую группу. В начале II тысячелетия до н. э. многочисленная народность — клинописные хетты (неситы) заняли всю Малую Азию и подчинили себе протохаттов. Около 1640 г. до н. э. складывается Хетт­ское государство, которое было настолько мощным, что соперничало с Египтом, Вавилоном и Ассирией. Около 1200 г. до н. э. это государство пало под ударами воинственных соседей, и хетты растворились среди окружающих народов..

Во время археологических экспедиций немца Винклера (1906—1912) в турец­ком селении Богазкее, в 150 км к востоку от Анкары, были раскопаны развалины хеттской столицы Хаттуша с остатками хеттского государственного архива —27 тысяч глиняных табличек с клинописным текстом. После расшифровки хеттского языка ученые-языковеды установили его принадлежность к индоевропейским языкам. В последнее десятилетие английскими учеными М. Вентрисом и Дж. Чед-виком была расшифрована крито-микенская письменность, отражающая грече­ский язык XV—-XIII вв. до н. э., примерно на 500 лет предшествующий извест­ным до этого письменным памятникам.

¹ Георгиев В. Исследования по сравнительно-историческому языко­знанию (Родственные отношения индоевропейских языков). М., 1958, с. 7—23.

175

Открытие новых языковых материалов оказало влияние па ре­шение проблемы-о времени распада индоевропейской языковой об­щности. Прежде этот момент относили,к началу II тысячелетия до н. э. Теперь же оказалось, что датировку этого процесса нужно отодвинуть на более раннее время, ибо во II тысячелетии уже вы­ступают самостоятельные и обособленные хеттский язык и один из древнегреческих диалектов.

В хеттском языке сохранилось много архаических черт по срав­нению с другими, известными по памятникам, индоевропейскими языками. В частности, в нем сохранен ларингальний согласный h: haras 'орел'; склонение прилагательных не отличается от склоне­ния существительных; представлено большое количество гетерокли-тических основ существительных на г In: vatar — vetenas 'вода'; имеется один тип склонения независимо от основы; имена делятся на личный (одушевленный) и вещный (неодушевленный) классы; нет мужского, женского или среднего родов; падежи во множест­венном числе еще мало дифференцированы; в хеттском сохранились первичные глагольные окончания, еще не было будущего.времени и т. п. -

В силу указанной архаичности хеттский язык дает возможность восстановить более первичные формы, углубить взгляд на строение индоевропейского корня и вообще морфологический состав слова, вскрыть этимологию ряда слов, ср. nekat 'вечер' с русским ночь.

Ларингальная теория, выдвинутая в свое время Соссюром, в связи с хеттскими данными получила конкретное обоснование. В 1927 г. Е. Курилович открыл, что в ряде случаев хеттский соглас­ный h соответствует сонантическому коэффициенту, установленно­му Ф. де Соссюром. Поэтому ларингальная теория, возникшая у Соссюра как чисто структурное и гипотетическое построение в рам­ках учения о индоевропейском корне, получила фактическое обо­снование. Чешский языковед Л. Згуста полагает, что в древнюю эпоху индоевропейского праязыка существовал только один ларин-гал. Он оставил в хеттском языке рефлексы в виде h, после гласных а, о, е он исчез, вызвав удлинение этих гласных, в результате чего возникли а, о, ? (долгие); в некоторых положениях он подвергся вокализации, дав э (шва). Артикуляционная и акустическая приро­да этого ларингала неизвестна. В последние годы ряд исследовате­лей полагают, что утрата ларингалов произошла сравнительно поздно, уже в период самостоятельного развития индоевропейских языков.

В последние десятилетия компаративисты, учитывая процессы языковой дифференциации в прошлые эпохи, обращают внимание на интегрирующие процессы в развитии древних языков, на роль языковых,союзов в этих процессах, отмечают субстратные явления. Однако недостаток исторических сведений иногда приводит к чисто умозрительным построениям. Понятие языкового (генетического) родства европейских языков, основанного на закономерных мате­риальных соответствиях, остается непоколебленным.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА

Бенвенист Э. Классификация языков. — Новое в лингвистике, вып. III. М., 1963.

Вопросы теории языка в современной зарубежной лингвистике. М., 1961.

Георгиев В. Исследования по сравнительно-историческому языкозна­нию. М., 1958.

ЗасоринаЛ. Н. Введение в структурную лингвистику. М., 1974.

Иванов Вяч. В. Хеттский язык. М., ,1963.

Иванов Вяч. В. Общеиндоевропейская, праславянская и анатолийская языковые системы. М., 1965.

М а к а е в Э. А. Общая теория сравнительного языкознания. М., 1977.

М а к а е в Э. А. Проблемы индоевропейской ареальной лингвистики. М.—Л., 1964.

Мартине А. Основы общей лингвистики. — Но вое в лингвистике, вып. III. M., 1963.

Новое в лингвистике (Языковые универсалии), вып. V. М., 1971.

Новое в лингвистике (Языковые контакты), вып. VII. М., 1972.

П и з а н и В. Общее и индоевропейское языкознание. — Общее и индо­европейское языкознание. М., 1956.

ПизаниВ. К индоевропейской проблеме. — Вопросы языкознания, 1966, № 4.

Пиотровский Р. Г., БектаевК- Б., Пиотровская А. А. Математическая лингвистика. М., 1977.

П о р ц и г В. Членение индоевропейской языковой общности. М., 1964.

Сепир Э. Язык. Введение в изучение речи. М.—Л., 1934.

СкаличкаВ. О современном состоянии типологии. — Новое в лингви- тике, вып. IV. М., 1963. ,

Степанов Ю. С. Семиотика. М., 1971.

Современное итальянское языкознание.. М., 1971.

Тайны древних письмен. Проблемы дешифровки. Сб. статей. М., 1976.

Тройский И. М. Общеиндоевропейское языковое состояние. М., 1967.

Т р у б е ц к ой Н. С. Мысли об индоевропейской проблеме. — Вопросы языкознания, 1958, № 1.

Фридрих И. Краткая грамматика хеттского языка. М., 1952.

Фридрих И. Дешифровка забытых письменностей и языков. М., 1961.

Хомский Н. Синтаксические структуры. — Новое в лингвистике, вып. II. М., 1962.

X омский Н. Логические основы лингвистической теории. — Там же, вып. IV.

176