Глава 13

ИНТЕГРАТИВНЫЙ ПОДХОД К ПСИХОТЕРАПИИ ПТСР

«Он все берег и в кучу нес:

Бумажки, лоскутки материй,

Листочки, корки хлеба, перья,

Коробки из-под папирос...»

А. А. Блок «Возмездие»

Несмотря на множество теоретических моделей, и вытека­ющих из них вариантов лечения посттравматического стрес­сового расстройства, до сих пор продолжаются поиски и на­работки все новых и новых подходов к повышению эффек­тивности посттравматической терапии. Потому, что каждая теория или методика, на мой взгляд, берет во внимание толь­ко одну часть процесса, оставляя без внимания все остальное.

Любой человек в детстве переживал эмоционально нега­тивные ситуации и та реакция выхода из них, несомненно, скажется впоследствии на течение ПТСР. А как будет проте­кать посттравматический синдром у людей, перенесших в детстве физическое или сексуальное насилие? Подобные мо­менты достаточно часто встречаются при проведении пост­травматической терапии. И в этих случаях не обойтись без психоаналитического и психодинамического подхода, но де­лать его единственным было бы ошибочно.

Очень важны особенности личностного развития челове­ка. Учеными доказано, что у людей с выраженной интроверт-ностью, посттравматический синдром протекает гораздо тя­желее, чем у экстравертов. У людей истерического склада клиническая картина посттравматического стрессового рас­стройства протекает бурно с выраженными эмоциональными проявлениями и истерическими симптомами. У людей, склон­ных к монополярным реакциям, превалирующим симптомом, скорее всего, будет депрессия.

Если до травмы была предрасположенность к шизотипии, то психическая травма может спровоцировать начало шизоф­ренического процесса. И т.д. Так что необходимо знание лич­ностных особенностей пациента до психической травмы.

146

147

Для того, чтобы помочь пациенту переоценить психо­травматическую ситуацию и разобраться в структуре его лич­ности необходим когнитивный подход.

Чтобы научить пациента владеть собой в стрессовых си­туациях, не обойтись без бихевиоральной терапии. То же са­мое и с трансовыми техниками и НЛП и т.д.

Чтобы реально помочь человеку с посттравматическим стрессовым расстройством, необходим комплексный, интег-ративный подход к терапии и чем раньше и профессиональ­нее будет оказываться помощь, тем лучше прогноз.

Цель лечения — душевное здоровье и социальная адапта­ция человека, перенесшего психическую травму. На самом деле, этот вопрос очень не простой, если с людьми, после «бытовых» психотравматических ситуаций и различного вида катастроф, данное определение цели терапии и подхо­дит, то людям с боевой психической травмой — не совсем. Комбатанты сами определяют цели терапии, и они чаще все­го отнюдь не совпадают с целями психотерапевта. Льва не­возможно сделать ручным пуделем. И душевное здоровье они понимают по своему, и социальную адаптацию тоже. «От­нять» у них память о пережитом, все равно, что окончательно убить. «Афганцы» стали на определенном этапе развития на­шего общества достаточно заметной и активной, в социаль­ном аспекте, силой. Их обостренное чувство справедливости и склонность к действиям, а не к беспомощным мудрствова­ниям, еще неоднократно будет полезно нашей стране. И це-' лью терапии ветеранов войн является максимальное ослабле­ние болезненных явлений посттравматического синдрома, та­ких как депрессии, болезненные эхомнезии, чрезмерная агрес­сивность и т.д., сохраняя все полезное, что у них есть. При этом, уважая их свободу выбора, и если ветеран отказы­вается от помощи, это его право. Только всегда надо в таких случаях открыто возлагать ответственность за физическое и психическое состояние ветерана на него самого. Примерно так: «Я исчерпал свои возможности убедить Вас поработать для того чтобы улучшить Ваш сон, настроение и т.д. (в зави­симости от того, что ветерана беспокоит в настоящий момент). Моя вина в том, что я не нашел в беседе с Вами необходимых слов, чтобы убедить Вас сделать это.

И с этого момента вся ответственность за Ваше плохое состо­яние ложится на Вас, потому, что Вы сознательно выбрали мучаться (иногда можно добавить про мазохизм). Но сейчас Вы знаете, что как только Вы решитесь улучшить свое состо­яние, я к вашим услугам ». Часто это практически все, что можно сделать в определенном случае, но иногда эта «пар­фянская стрела» достигает результата.

Основной критерий успешности терапии — способность пациента свободно, без патологических реакций, говорить о пережитом (уточню не по поводу, а именно о пережитом лич­но им, подробно, в деталях). Другой критерий — иметь систе­му убеждений и ценностей, помогающую выбирать опти­мальный путь в жизненном море.