IV. Этническое и националистическое насилие

и объяснить с помощью одной И ТОЙ же теоретической оптики. Вместо того чтобы вдохновляться идеей построения «теории» этнического и националистического насилия — теории, которая не имела бы силы по причине отсутствия осмысленного предмета объяснения,— мы должны стараться установить, проанализировать и объяснить разнородные процессы и механизмы, порождающие различные случаи того, что мы слишком бездумно и неразборчиво соединяем, с учетом преобладающих этнизирующих интерпретативных фреймов, в одно «этническое насилие». Достичь этого можно только с помощью исследовательской стратегии, твердо нацеленной на разукрупнение как при сборе данных, так и при построении теории.

V. Возвращение ассимиляции? дифференциалистский поворот

«Правда о плавильном котле, — написали Натан Глейзер и Дэниел Патрик Мойнихэн в предисловии к их влиятельной книге „Beyond the Melting Pot" („После плавильного котла"), — заключается в том, что он не удался». Тезис о «неудавшемся плавлении» был иконоборческим в 1963 году, когда вышла их книга. Но он получил широкое признание уже к концу того же десятилетия — задолго до того, как оживившаяся массовая иммиграция после 1965 года стала менять американский городской пейзаж. К 1980-м годам, когда последствия «новой „новой иммиграции"» стали очевидными, былые концепции ассимиляции, как многим казалось, утратили всякое значение. В 1997 году Глейзер опубликовал книгу «We Are All Multiculturalists Now» («Мы все теперь мультикультуралисты»), которую он написал как eminence grise, a не как интеллектуал-иконоборец¹. Плюралистические понимания сохраняющегося разнообразия, бывшие некогда вызовом житейской мудрости, становятся обычным образом мыслей не только в США и других классических странах иммиграции, таких как Канада и Австралия, но и в большей части Северной и Западной Европы.

Несомненно, в этом обычном образе мыслей есть большая доля правды. Публичный дискурс и публичная политика, имеющие отношение к интеграции иммигрантов, сегодня действительно являются намного

¹ Конечно, заглавие книги Глейзера — ироническое, а не хвалебное; оно содержит признание, а не одобрение нынешнего подъема мультикультурализма.

214

V. Возвращение ассимиляции?

более «дифференциалистскими» — намного более чуткими и расположенными к «различию» — чем, скажем, в период между двумя мировыми войнами во Франции или Соединенных Штатах или же в первые послевоенные десятилетия в Соединенных Штатах. Период 1980-1990-х годов засвидетельствовал беспрецедентный расцвет дифференциалистского дискурса — и дифференциалистских интеграционных политик — во всех западных странах иммиграции.

Дифференциалистский поворот не сводился к проблеме иммиграции, она даже не была его центром. Особенно в США, но в более ограниченном смысле и в Западной Европе, он был намного более широким и более общим движением мысли и взглядов. Он нашел выражение в движениях за сохранение и усиление позиций региональных языков и культур в Европе [Keating, 1996]; в требованиях (и в более широком признании) автономии аборигенных народов в США, Канаде, Австралии, России, Латинской Америке и в других странах [Brosted et al, 1985; Kymlicka, 1995]; в «Черной силе», афроцентризме и других антиассимиляционных движениях афроамериканцев [Howe, 1998]; в переходе от индивидуалистического, ориентированного на возможности, не учитывающего цвета кожи — к коллективистскому, ориентированному на результат и учитывающему цвет кожи законодательству о гражданских правах в США [Glazer, 1978]; в мультикультуралистских пересмотрах школьных и университетских учебных программ [Glazer, 1997; Nash et al, 1997]; в гиноцентризме или «дифференциалистском» феминизме [Irigaray, 1993]; в «гей прайдах» и других движениях, основанных на публичном утверждении альтернативной сексуальности [Johnston, 1973]; в требованиях автономии другими предполагаемыми культурными общностями — включая, например, глухих [Lane, 1992]; в общем противостоянии гомогенизирующим, централизующим претензиям современного национального государства; в антифундаменталистских пониманиях производства знания в исторически — и социально-ситуативных эпистемических сообществах [Hollinger, 1997]; в другой, постструктуралистской

215

Роджерс Брубейкер. Этничность без групп

и постмодернистской критике универсалистских посылок мысли Просвещения; и в сдвиге в понимании политики — от поисков якобы универсальных интересов к подчеркнутому признанию открыто партикуляристских идентичностей [Young, 1990].

Однако сегодня этот масштабный дифференциалистский поворот в общественной мысли, публичном дискурсе и публичной политике обнаруживает признаки исчерпанности. Дифференциалистские позиции долго служили молниеотводом для критики со стороны культурных консерваторов [D'Souza, 1991] и сторонников экономии, категорических антиидентитарно настроенных левых. В последнее время критика все больше исходит «изнутри», т.е. от самих «культурных левых», от людей, симпатизирующих требованиям культурного различия, однако не одобряющих их абсолютизации и повсеместной «культурализации» политической риторики². Несогласие с релятивистскими, в конечном счете, солипсистскими импликациями эпистемологического инсайдерства; обеспокоенность фрагментирующими и в некоторых отношениях калечащими последствиями политики идентичности; нарастающий интерес к формам гражданской общности; переосмысление способов и обоснования позитивного действия не только его давними критиками справа, но и давними защитниками слева, — эти и другие изменения означают, что, по крайней мере, в некоторых отношениях максимальный подъем дифференциализма, возможно, остается в прошлом³. В области иммиграции тоже есть признаки спада дифференциалистской волны. Вместо однозначного,

² См. об американском контексте: Hollinger, 1995; Gitlin, 1995, а также: наст. изд., гл. II; и о европейском: Dittrich, Radtke, 1990; Schierup, 1992; Vertovec, 1996.

³ Работы, опубликованные после того, как этот очерк был написан, лишний раз подтверждают это наблюдение. Среди прочих работ см. важные новые книги о разнообразии: Shuck, 2003; ассимиляции: Alba, Nee, 2003; и о «революции в правах меньшинств»: Skrentny, 2002.

216