III. Этничность как познание

мьи, клики, группировки, команды, коалиции, фирмы, профессиональные группы, организации, государства и т.д.). Помимо этой родовой схемы социальной конкуренции могут существовать, однако, разнообразные, скорее видовые схемы социальной конкуренции, определяемые конкретными видами предметов или конкретными видами конкурирующих сторон. Одной из них может быть схема этнической конкуренции, образованная, скажем, сильным нормативным «чувством группового положения» [Blumer, 1958, р. 3-7; Bobo, 1999], где участвующими сторонами будут этнические (расовые или национальные) группы. Если схема этнической конкуренции легко активизируется, то люди, вероятно, будут склонны понимать и воспринимать конкуренцию скорее в этнических, а не в других терминах. Отчасти в этом и заключается «этнизация». Всепроникающая неопределенность социального мира всегда оставляет широкий простор для интерпретации, и схемы суть механизмы, с помощью которых строятся интерпретации. Одной из ключевых сторон процессов этнизации является то, что этнические построения могут становиться чрезвычайно доступными и в результате — вытеснять другие интерпретативные схемы.

Более широкие импликации

Помимо прямых применений в исследовании этничности, упомянутые когнитивные установки побуждают нас к переосмыслению фундаментальных проблем и некоторых важнейших дискуссий в этой области. В этом последнем разделе мы рассматриваем последствия когнитивных установок для 1) концептуального осмысления области исследования, для 2) обсуждения вопроса о том, требуют ли раса, этничность и нация отдельной или же интегрированной аналитической трактовки, и для 3) разрешения вечного спора между «примордиалистским» и «ситуативистским» подходами.

151

Роджерс Брубейкер. Этничность без групп

Концептуальное осмысление области исследования: от вещей-в-мире — к способам понимания

Несмотря на конструктивистскую установку, которая стала доминировать среди искушенных аналитиков, исследование этничности остается под определяющим влиянием «группизма» — склонности рассматривать этнические группы, нации и даже расы как вещи, находящиеся в мире, как реальные, субстанциальные сущности, обладающие собственными культурами, идентичностями и интересами. В соответствии с тем, что Холлинджер [Hollinger, 1995] называет плюралистическими, а не космополитическими пониманиями разнообразия и мультикультурализма, социальный и культурный мир представляется как коллаж из самозамкнутых, однородных расовых, этнических и культурных групп²¹.

Когнитивное исследование дает возможность избежать группизма и в то же время — объяснить его прочное влияние на наше социальное воображение. Когнитивные точки зрения предполагают, что расовые, этнические и национальные группы следует трактовать не как субстанциальные сущности, а как коллективные культурные репрезентации, как широко распространенные способы рассмотрения, понимания, анализа социального опыта и интерпретации социального мира. Вместо того чтобы понимать социальный мир суб-

²¹ Анализ и критика группизма предлагаются в данной книге (гл. I). Критика «этнического редукционизма», господствующего в британском публичном дискурсе, включая также овеществление мнимых ограниченных этнорелигиозных и этнокультурных групп, содержится в книге Баумана: Baumann, 1996, сh. 1, 2. Любопытно, что овеществленческие и группистские понимания культуры как ограниченного и интегрального целого были институционализированы в идеологии и практике мультикультурализма [Schierup, 1992; Vertovec,1996], но и подверглись жесткой антропологической и социологической критике [Abu-Lughod, 1991; Strauss, Quinn, 1997].

152