III. Этничность как познание

ровке. Это всегда несет с собой ожидания и «знание», иногда — весьма развитое знание [Medin, 1989], о том, как обычно ведут себя члены этих категорий. Такие верования и ожидания воплощаются в личностях, кодируются в мифах, воспоминаниях, рассказах и дискурсах и запечатлеваются в институтах и организационной рутине. Даже когда мы не осознаем их, они могут более или менее тонко влиять на наши суждения и даже на сами наши восприятия объектов или людей, таким образом категоризируемых, а тем самым на наше поведение по отношению к ним. Это верно не только для лабораторных условий, но и для контекстов повседневного взаимодействия и работы организаций и институтов.

Стереотипы

В недавних работах о стереотипах подчеркивается неразрывность между стереотипным мышлением и категориальным мышлением вообще¹⁴. Стереотипы уже не определяются как когнитивные дефекты — как ложные, преувеличенные или негарантированные верования, — но определяются более нейтрально, как когнитивные структуры, которые содержат знание, верования и ожидания относительно социальных групп [Hamilton, Sherman, 1994, p. 2-3]. Стереотипы не рассматриваются и как характерная и патологическая склонность конкретных видов личностей («авторитарная личность» или «крайне предвзятый» индивид, например), скорее они рассматриваются как укорененные в нормальных и повсеместных когнитивных процессах. Для объяснения стереотипов нет нужды постулировать особые «потребности», например, некую потребность чувствовать свое превосходство над дру-

¹⁴ Обзор обширной социально-психологической литературы о стереотипах см.: Hamilton, Sherman, 1994.

141

Роджерс Брубейкер. Этничность без групп

гими; наиболее экономно они объясняются как естественный результат обычных когнитивных процессов.

Согласно этому пониманию, которое было подготовлено работой Гордона Олпорта [Allport, 1954], стереотипы суть просто категории социальных групп, а их структура и работа зеркально отражают структуру и работу категорий вообще. Как и другие категории, стереотипы представлены в сознании через некоторую комбинацию прототипических характеристик, конкретных образцов, поведенческих ожиданий и наукоподобного каузального знания. Как и другие категории, стереотипы подчиняются принципу когнитивной экономии, порождая заключения и ожидания, которые выходят «за рамки данной информации» [Bruner, 1973 [1957]], с минимальной когнитивной обработкой. Подобно другим категориям, стереотипы действуют по большей части автоматически. Они могут приводиться в действие и получать сигналы подсознательно и могут воздействовать на суждения субъектов помимо их сознания. Это не означает, что стереотипы совершенно не подлежат сознательному контролю, — это означает, что стереотипизация глубоко укоренена в обычных когнитивных процессах и что противодействие стереотипам и их корректировка требуют усилий и затрат [Devine, 1989].

Содержание стереотипов (а следовательно, их действительная социальная значимость и, в частности, их пагубность), конечно, чрезвычайно различается в зависимости от культурных обстоятельств, времени и целевых групп. Безусловно, когнитивное исследование не может объяснить такие вариации содержания. Но оно может способствовать объяснению универсального характера стереотипизации, коренящейся в категориальном мышлении вообще; сопротивления стереотипов опровергающей их информации; динамики активизации стереотипов; способов, какими стереотипы, однажды активизированные, могут тонко влиять на последующие восприятие и суждение без всякого

142