31. Журналістські розслідування в історії американської преси хіх-початку XX ст.

Важное место в газете Пулитцера занял «динамический репортаж», неотделимый от «детективного» аспекта освещения материала (проникновение репортера в дом для умалишенных, путешествие корреспондента «Нью-Йорк уорлд» вокруг света для выполнения специального редакционного задания и т.д.), написание которого требовало от репортера чуть ли не сверхчеловеческих усилий.История «Нью-Йорк уорлд» немыслима без Нелли Блай (журналистский псевдоним, настоящее имя – Элизабет Кокрейн). Именно она ввела в журналистскую традицию так называемое «трюкачество» – стремление сделать что-то особенное, сверхъестественное. Ненавистники Нелли Блай считали, что она продала свою женскую сущность ради острого сюжета. Так или иначе, но Нелли Блай была первой, кто ввел в Америке понятие о женщине – репортере по профессии. Одна из самых блестящих работ Нелли – проникновение в нью-йоркскую психиатрическую больницу. В1889 году Дж. Пулитцер дал указание газете быть спонсором кругосветного путешествия Нелли Блай, в которое отважная журналистка должна была отправиться. На всю подготовку было отведено четыре дня. Блай должна была: побить рекорд жюль-верновского Филеаса Фогга, обернувшегося вокруг света за 80 дней. В дорогу она взяла лишь самое необходимое. 5 октября 1889 года мисс Блай отбыла из Нью-Йорка на пароходе «Августа Виктория». С мест своих кратких остановок она отправляла по телеграфу репортажи в свою газету. По прибытии в Англию Нелли пересекла Ла-Манш и отправилась в Амьен, чтобы встретиться с Жюлем Верном, который откровенно сказал ей, что он не верит, что кто-либо может побить рекорд Филеаса Фогга... Однако 25 января путешественница завершила вояж. Она за 72 дня, 6 часов, 11 минут проехала 24899 миль. Тысячи писем и телеграмм с поздравлениями засыпали редакцию газеты «Нью-Йорк уорлд». Одна из них была от Жюля Верна, который поздравлял ее с победой. Последний всплеск славы Нелли Блай – репортаж о казни преступника на электрическом стуле 30 января 1920 года в тюрьме Синг-Синг, на которой она присутствовала. Скончалась Блай в январе 1922 года. Некролог был опубликован в ее родной газете. Нашлось в газете Пулитцера место и для так называемой «журналистики замочной скважины». Освещать конфликт между испанским властями и кубинскими повстанцами У.Р. Херст послал своих сотрудников Р.Х. Гардинга и Ф. Ремингтона. Но испанские власти выдворили их из военной зоны. Херстовским журналистам пришлось довольствоваться малейшими инцидентами и даже слухами, чтобы снабжать босса нужной ему информацией. В конце концов, Ф. Ремингтон пришел в отчаянье. «Здесь все спокойно... – телеграфировал он. – Войной и не пахнет. Решил возвращаться в Штаты». На что Херст ответил: «Оставайтесь на Кубе. Вы даете материал, я даю войну». И вот Херст узнает о том, что испанские таможенные власти поднялись на борт американского парохода «Оливетт», причем среди американских граждан, чей багаж был подвергнут досмотру, находилась одна молодая женщина. Этот не выходящий за рамки обычного факт Херст превращает в то, что американские газеты называют «скууп» («сверхсенсация»). По приказанию Херста главный художник «Нью-Йорк джорнел» помещает на ее первой полосе такую иллюстрацию: молодая, стройная «америкен герл», обнаженная, но с гордо поднятой головой, выражающей патриотическое негодование, подвергается осмотру со стороны трех каннибалов в форме испанских таможенников. Подпись, данная аршинными буквами под рисунком, гласила: «Защищает ли наше звездно-полосатое знамя честь наших женщин? Испанские бестии на борту американского корабля срывают платье с очаровательной американской девушки». И хотя вскоре выяснилось, что это была чистейшая ложь (девушку осматривала женщина, служащая таможни), этот номер «Нью-Йорк джорнел» вышел тиражом в миллион экземпляров. Второй подобный случай. В августе 1897 года от корреспондента Херста, Крилмена, поступила телеграмма следующего содержания: «Эванхелина Сиснерос, красивая семнадцатилетняя девушка, приговорена к ссылке в Африку за участие в мятеже кубинских военнопленных». Херст в восторге от новости: «Вот что нам нужно! Теперь надо развернуть движение протеста. Да так, чтобы ни один глаз не оставался сухим!» Без особого труда Херст собирает 200 тыс. подписей американских женщин. Протест направляется испанской королеве. А «Нью-Йорк джорнел» сообщала о «нежной, воспитывавшейся в монастыре, невинной девушке, которую похотливые испанские палачи обрекли на судьбу страшнее смерти». Естественно, и на этот раз все было искажено до неузнаваемости. Но чтобы продлить действие этой истории на общество, Херст поручает своему специальному корреспонденту Деккеру похитить девушку. Он позаботился о должном приеме Эванхелины Сиснерос в Нью-Йорке. В день ее прибытия туда «Нью-Йорк джорнел» вышла с огромной шапкой на первой полосе: «Американская газета одним ударом добивается того, с чем не могла справиться американская дипломатия». Сразу же под «шапкой» шли рисунки: Эванхелина до и после испанского подземелья. На одном цветущая молодая девушка, на другом – увядшая высохшая женщина. И тем более были поражены участники массового митинга в Мэдисон-сквер, когда на сцене появилась Эванхелина, действительно молодая и цветущая. В честь Сиснерос играли оркестры, состоялся парад... Но Херст на этом не остановился. Его интересовали более сильные средства воздействия на общественное мнение. Хотя с этим и сейчас не все ясно, но известно, что подкупленные люди выкрали из официального запечатанного пакета испанского посла в Вашингтоне, де Ломе, его письмо своему частному знакомому, в котором он назвал президента США «никудышным политиком и слабовольным человеком». Херст не постеснялся опубликовать в «Нью-Йорк джорнел» факсимиле похищенного письма под заголовком «Неслыханное и беспрецедентное оскорбление, нанесенное Соединенным Штатам». Газета Херста все более крикливо требовала от правительства США направить, наконец, к берегам Кубы военный корабль «для защиты американских интересов», хотя США никто не угрожал. И президент страны Маккинли уступил: 25 января 1898 года военный корабль «Мэн» отплыл к берегам Кубы. Несколько недель он простоял спокойно на рейде Гаваны, но в ночь с 15 на 16 февраля от мощного взрыва вдруг взлетел на воздух, при этом погибло 260 членов экипажа. «Нью-Йорк джорнел» раздувала пламя войны вовсю, заявляя: «Убийцы – испанские выродки». В результате расследования позже было установлено, что испанская сторона не имела никакого отношения к этому взрыву, но херстовская газета буквально заполнялась материалами, доказывавшими упорно и рьяно, буквально с пеной у рта, обратное. Херст являлся германофилом и употребил все свое влияние, чтобы помешать вступлению США в войну против Германии, выступил ярым приверженцем изоляционизма страны в условиях первой мировой войны. Впоследствии Херст становится «великим патриотом» США. В большинство названий его газет включены слова «американец», «американский» («Нью-Йорк америкен», «Бостон америкен» и др.), а само заглавие этих газет было, как правило, окружено звездно-полосатым флагом, причем порой в цветах.  20 век. Дело Саливана начинается в 1960 году, когда в «Нью-Йорк Таймс» появляется некоммерческое объявление «Прислушайтесь к растущему голосу протеста». Дело на юге страны на Мандгомере. О нарушении прав чернокожих. Закрыли столовые, избили полицейского. Спустя время Саливан пишет в редакцию и просит опровергнуть информацию. Он избранный чиновник, курир.полицию. саливан пишет иск, считает, что газета его обидела, что плохо написала о полиции. Прочит 2 млн долларов. Дело переносят в верховный суд. Начинаются массовые иски в США. На «Н-ЙТаймс» 11 исков на 5 млн. Решение суда признано прецедентным, дело передано в Верховный суд. Из 9 только 5 поддержали судью Бреттона, так как дело имелось с общественной рекламой, а не коммерческой, попало под 1-ю поправку конституции. Так как половина было неправдой суд ввел понятия: идейная и безыдейная клевета (не защищена поправкой). Идейная клевета способствует обсуждению общественно значимых вопросов. Наказание за ошибки приведет к самоцензуре. Если клевета сделана со злым умыслом, то истец имеет право на моральную компенсацию. Суд разделил общественное и частное лицо. Общественное лицо находится на гос.службе, несет ответственность за полит.власть,по собственной воле стало объектом общественного внимания. Общественное лицо имеет право потребовать моральную компенсацию, если факты, опубликованные в газете, лживы и поданы под злым умыслом. Частному лицу достаточно доказать факт лживости информации. К 1964г. Закон сформировался полностью. Общественное лицо – это выборное должностное лицо. В 1966г. – это тот, кто несет ответственность за политику властей. В 1967 – те, кто по своей воле стали объектом важных разногласий в обществе.

Уотергейтский скандал. 1972-1974. Никсон вынужден уйти в отставку. 17 июня72-го года в штабе демократ.партии гостиницы «Уоттергейм» задержано 5 человек по подозрению во взломе. В январе 73-го года суд над ними. Дело в Вашингтоне. Боб Вудворд и Карл Берстайн посетили суд. Их заинтересовала фамилия Хант в записной книжке одного из них. Это руководитель предвыборного штаба Никсона. Жунралисты работали в Вашингтон пост. Агент Глубокая глотка Марк Фелт слил инф.об участии ЦРУ и ФБР. Май 73-го – сенаторское слушанье. Никсона защищают.Доказана причастность Никсона к прослушке пленок. Его вина: финансовое и должностное приувеличение полномочий. 6 февраля 1947г. – конгресс начинает процедуру импичмента. 9 августа Никсон подает в отставку. Журналистика Вудстайн – нацелена на расследование в высших эшалонах власти.