5. Социально-психологический норматив

В психодиагностике существует и другой подход к оценке результатов диагностических испытаний. Под руководством К.М. Гуревича разрабатываются тесты, в которых в качестве точки отсчета выступает не статистическая норма, а независимый от результатов испытания, объективно заданный социально-психологический норматив, отражающий систему требований общества к каждому его члену. Социально-психологический норматив реализуется в совокупности заданий, составляющих тест. Следовательно, сам тест в полном его объеме и является таким нормативом. Все сопоставления индивидуальных или групповых результатов тестирования проводятся с тем максимумом, который представляется в тесте (а это полный набор знаний). В качестве критерия оценки выступает показатель, отражающий степень близости результатов к нормативу. Имеется разработанная схема представления групповых количественных данных.

Для анализа данных относительно их близости к социально-психологическому нормативу, условно рассматриваемому как 100%-ное выполнение всего теста, все испытуемые подразделяются по результатам тестирования на 5 подгрупп (%):

1) наиболее успешные – 10;

2) близкие к успешным – 20;

3) средние по успешности – 40;

4) малоуспешные – 20;

5) наименее успешные – 10.

Для каждой из подгрупп подсчитывается средний процент правильно выполненных заданий. Строится система координат, где по оси абсцисс идут номера подгрупп, по оси ординат – процент выполненных каждой из подгрупп заданий. После нанесения соответствующих точек вычерчивается график, отражающий приближение каждой из подгрупп к социально-психологическому нормативу. Такая обработка проводится по результатам как теста в целом, так и каждого субтеста в отдельности.

Социально-психологический норматив широко используется в отечественных методиках диагностики умственного развития, разработанных под руководством К.М. Гуревича в рамках традиций критериально-ориентированного тестирования (это методики ШТУР, АСТРУ, ТУРМШ и др.), а также в различных тестах достижений. Однако применение социально-психологических нормативов в других сферах психологической диагностики, по-видимому, не имеет смысла.

Тема 7. Теоретические основы диагностики интеллекта и умственного развития (2 часа)

Вопросы:

1. Теоретические представления об интеллекте

2. Структура интеллекта.

3. Умственное развитие и подходы к его диагностике.

Литература: 1; 2; 3; 23; 47

1. Теоретические представления об интеллекте и его структуре.

Понятие «интеллект» (англ. intelligence) как объект научного исследования было введено в психологию английским антропологом Ф. Гальтоном в конце XIX в. Находясь под влиянием эволюционной теории Ч. Дарвина, он считал решающей причиной возникновения любых индивидуальных различий, как телесных, так и психических, фактор наследственности. Если раньше наследственностью объясняли только умственную отсталость, то Ф. Гальтон распространил влияние этого фактора на все уровни развития интеллекта – как самые высшие (талантливость, гениальность), так и средние.

На протяжении XX в. были подвергнуты проверке и анализу разные подходы к пониманию сущности интеллекта.

Понимание интеллекта как способности к обучению распространено в зоопсихологии, где сравниваются интеллектуальные возможности разных видов живых организмов на основе особенностей их обучения. В ранних исследованиях А. Бине и Ч. Спирмена фактически отождествлялись интеллект и способность к обучению.

Обучение представляет собой сложную деятельность, и его успешность зависит от многих факторов, а не только от уровня интеллекта. Среди этих факторов как качества самого ученика (мотивация, черты характера и пр.), так и внешние по отношению к ученику обстоятельства (тип учебного заведения, методы преподавания и пр.). Поэтому не стоит отождествлять успешность обучения с интеллектом.

Другое известное понимание интеллекта как способности оперировать абстрактными отношениями и символами разделяли Л. Термен, один из создателей шкал Стэнфорд-Бине, Дж. Петерсон и другие известные психологи начала XX в. Так, Р. Торндайк представлял, что интеллект зависит от абстрактного мышления и проявляется в умении опираться на абстрактные признаки при решении проблем. Однако понимание интеллекта как способности к абстракции не может устроить современных психологов, так как ограничивает сферу интеллектуальных способностей, исключая из них перцептивную и моторную области.

На протяжении долгого времени весьма распространенным было понимание интеллекта как способности адаптироваться к новым условиям. Еще В. Штерн определил его как способность использовать способы мышления применительно к цели и приспосабливать их к новым ответам. Другой психолог начала XX в., Р. Фримен, определил его как адаптацию интеллектуальных целей и средств для их достижения, а также как сбалансированную реакцию на целостный мир вещей, идей и личностей. Подобных взглядов придерживались Л. Терстоун, Эд. Клапаред, Ж. Пиаже и др.

В 70-е гг. XX в. появились представления об интеллекте, основанные на аналогии с комьютерной программой. Вот как, например, сказал об этом известный психолог Г. Гарднер: «Вообще интеллект можно определить как нейронный механизм или компьютерную систему, которая генетически запрограммирована реагировать на определенные виды внутренней или внешней информации». Главную задачу исследователи видели в том, чтобы найти аналогию между ходом человеческой мысли и расчетами компьютера, решающего задачу. Психологи, идущие таким путем, пытаются истолковать интеллект в терминах информационных процессов, возникающих у человека при решении задачи.

Р. Стернберг изучал протекание информационных процессов при выполнении человеком сложных мыслительных задач, таких как аналогии, завершение серий и силлогизмы. Основное положение своей теории, названной триархической, он сформулировал так: «Интеллект можно определить как вид умственной саморегуляции (самоуправления) – умственное управление своей жизнью конструктивным, целенаправленным способом». Умственная саморегуляция содержит три основных элемента: адаптация к окружающей среде, селекция новых влияний окружающей среды и формирование окружающей среды. Адаптация – это приспособление человека к среде, селекция – выбор среды, совместимой с индивидом, той, к которой можно приспособиться, а формирование – это приспособление окружающей среды к человеку.

Человек может разными способами действовать по отношению к среде, но компоненты интеллекта, которые при этом он использует, универсальны. Их три:

1) метакомпоненты (процессы, обеспечивающие планирование, контроль и оценку решения проблем);

2) компоненты исполнения (процессы низшего порядка, используемые для выполнения команд метакомпонентов);

3) компоненты приобретения знаний (процессы, используемые для обучения тому, как решать проблемы).

Все компоненты взаимозависимы и действуют совместно, когда человек решает проблему. Проблемы различаются степенью новизны, а люди – своей способностью справиться с новыми задачами и ситуациями. Последняя, по мнению Р. Стернберга, зависит от степени автоматизации информационных процессов: более интеллектуальные индивиды более способны к автоматизации информационных процессов, участвующих в решении.

Таким образом, информационные теории интеллекта также определяют его с точки зрения его адаптивности. Указание на приспособительный характер интеллекта – это то, что в настоящее время объединяет всех его исследователей.

Вместе с тем, широкая и неоднозначная трактовка понятия «адаптация» еще больше затрудняет возможность использования его в качестве определяющего сущность интеллекта.

Можно констатировать, что существует почти бесчисленное количество определений интеллекта. Едва ли не каждый исследователь этой проблемы имеет собственное представление об интеллекте, расходящееся с другими. Это дало основание Г. Гарднеру высказать следующее суждение: «Интеллект – это такое слово; мы пользуемся им так часто, что стали верить в его существование как некой реальности, измеряемой сущности, а не как удобного способа обозначения некоторых феноменов, которые могут существовать, а могут и не существовать». Логическим продолжением такой позиции является эмпирическое определение интеллекта Г. Айзенка: «Интеллект – это то, что измеряют наши тесты интеллекта».