Моя подруга

XVII в Германия АЛЬФРЕД ГЮНТЕР ШУББЕ (1660-1705)

Сын ремесленника в Вюртемберге. В 15 лет ушёл в солдаты. Судьба дала случай спасти в бою офицера аристократа. Тот помог выкупить контракт и пойти учиться. Учился в Голландии в Лейдене. Потом преподавал натурфилософию Женился, 4 детей. Католик. Жена француженка.

XI в Ю.Швеция СОП КАРСОН (1060-1112)

Викинг, воин из отряда, охранявшего караваны. Иногда ходили в набеги на соседей. Большой род. Жена и 8 сыновей.

V в Византия АНЕЛИЯ (425-476)

Жена военноначальника, гречанка. Жили в Константинополе, свой дом. Любила музыку, хорошо пела. 4 сына и дочь.

I в Палестина ЛАТУХ (3-59)

Рыбак на Тивериадском озере. Жена и 6 детей. Иисуса видел в своём детстве.

VIII вднэ Греция ЛУТЬМА (780-728)

Жена воина-спартанца. 3 сына.

XIII вднэ Египет ТАТФАН (1256-1203)

Архитектор – строитель. Главным делом жизни было строительство храма. Жена и 6 детей.

XIX вднэ Египет ТУМА (1870-1820)

Жрица храма Изиды в Мемфисе.

XXIV вднэ Эфиопия ПУТАРТА (2350-2292)

Охотник в горных лесах. Два раза женат, 11 детей. Первую жену укусила змея.

XXX вднэ Ланка ВАИС (2985-2930)

Звездочёт. Жрец храма Луны.

XXXVII вднэ Индия ТУЛЬПАИСИ (3650-3590)

Жена главы небольшой общины, живущей в джунглях. Была третьей из пяти жён. 2 сына и дочь. Умела лечить травами.

XLI вднэ Индия СТАВИТ (4042-3987)

Рыбак на побережье. Большая семья. Жили бедно.

XLVIII вднэ Кашгария КУ (4772-4711)

Мужчина в горном селении. Поклонялись Духам Гор. Был ясновидящим. Жена и 7 детей.

(Третий круг рождений на Земле)

Второй, четвёртый и пятый планы:

I в Палестина ХАДУМ (1-66)

Рыбак на Тивериадском озере. Большая семья. Иисуса видел, знал и одно время хотел уйти с ним, но семья не дала. Имел неприятности – фанатики били – но в учение верил. Старший сын ушёл к ессеям.

I в Палестина ПАТАХ (30-88)

Рыбак на Твериадском озере. Второй сын в семье. Старший брат ушёл к ессеям под влиянием отца. Женили рано, 9 детей. Всю жизнь трудился, чтобы прокормить семью.

I в Палестина ЛАТУХ (3-59)

Рыбак на Тивериадском озере. Жена и 6 детей. Иисуса видел в своём детстве.

Четвёртый и пятый:

VIII вднэ Египет КАФА (788-726)

Художник и скульптор. Жена и 4 сына.

VIII вднэ Греция ЛУТЬМА (780-728)

Жена воина-спартанца. 3 сына.

Третий, четвёртый и пятый:

XLI вднэ Филиппины ФУТЕЛ (4080-4032)

Рыбак и охотник с большой семьёй.

XLI вднэ Индокитай УЛЬП (4070-4012)

Охотник в джунглях. Жена и 4 детей.

XLI вднэ Индия СТАВИТ (4042-3987)

Рыбак на побережье. Большая семья. Жили бедно.

Иудей Зигмунд и тут, в нашей этой дружбе… странной для постороннего этой дружбе между мужчиной и женщиной, длящейся уже дольше сорока лет – какие-нибудь сексуальные комплексы обнаружил, да?

А то, что у нас общее, можно сказать, Прошлое, что мы друг для друга – СВОИ, «исторические знакомцы», и знаем друг друга не одну жизнь… - ему, конечно, в голову придти не могло.

Почему я это говорю?

Да ведь откуда-то берётся это вот ПРИЯТИЕ друг друга, когда прощаются всякие огрехи, и безусловно признаётся некая ОБЩНОСТЬ, СОПРИЧАСТНОСТЬ ЕДИНЫМ ЦЕННОСТЯМ, единодушие в понимании «хорошо» и «плохо»…

Общность судьбы, иначе не скажешь.

У нас общая судьба на планете Земля.

Мы СВОИ на планете Земля, в этом мире этих вещественных структур.

А Фрейд ничего не понял правильно… у него искажённое мировосприятие, вот что, ему всюду сексуальные мотивы мерещатся.

Всякие комплексы на сексуальной основе.

Он главного не понимает: в основе всего сущего – «духовно-психическая энергия», «БОГ», и это Божественное «ХОЧУ».

И мы, сотворённые по «Образу и Подобию» - тоже в основе своей имеем именно духовно-психическую энергию, и выражается эта энергия в нашем «ХОЧУ».

И вся история человечества – это как раз история реализации этого человеческого «ХОЧУ».

Проект

Новая Голландия

«Пепел стучит в моём сердце»

Шарль де Костер.

«Легенда об Уленшпигеле»

«Без свободы человеческая жизнь не имеет ни смысла, ни достоинства, и это самое главное. Смысл жизни в том, чтобы любить, творить и молиться. И вот без свободы нельзя ни молиться, ни творить, ни любить» Иван Ильин

Да разве это новость большая?

Я всегда – слышите? – ВСЕГДА был против всяких ТАКИХ новаций в деле образования… новаций – модернизаций… компьютеризаций.

Ничего хорошего в этой поголовной информатизации системы образования я не вижу. Понятно?

А плохого – сколько угодно.

Я уж не говорю о возникающих игровых зависимостях, о лёгкости отношений виртуального существования… нет, даже самое невинное, казалось бы. Вот, пожалуйста: предлагаю на выбор темы рефератов: Архимед, Паскаль, Ньютон, Декарт, Гюйгенс, Гук, список составляем, кто какую тему выбрал.

На следующий урок приносят уже готовые «рефераты», подозрительно похожие один на другой… не то что «похожие», а – один-единственный реферат в таком-то количестве копий.

Вот, пожалуйста, задание выполнено, вот рефераты… и я понимаю, что с ЭТИМ мне не справиться… уже нет сил бороться с этим.

А эта кошмарная мобильная телефонная связь?

Я гляжу на этих вездесущих телефоно-говорящих, и мне хочется спросить их: как вы жили раньше, до этого чуда техники?

Как вы обходились без этого общения?

«К чему бесплодно спорить с веком…»

И мне становится противно, и у меня пропадает желание учить.

Живите как хотите.

В один прекрасный момент вся эта система накроется одним большим медным тазом, и тогда обнаружится, что вы ничего не знаете и ничего не умеете, и ничему не научились, и вы начнёте пропадать, и станете первобытными человекообразными животными, крайне опасными – для окружающих, да и для себя самих тоже.

Да, собственно говоря, вы уже стали таковыми.

И те преступления, которые вы способны совершать, как раз и подтверждают этот факт реальности, старательно задрапированный образовательной нашей системой во всякие ЕГЭ, «портфолио» и пр. бюрократическую белиберду.

Так-то отстранённо иной раз глянешь вокруг, и невольно подумаешь: нами управляют либо идиоты, либо – враги. Потом поправишься. Нет, не идиоты и не враги (хотя и этого, наверное, хватает)… ЧИНОВНИКИ – вот кто нами управляет.

А чиновники думают по-своему, по-чиновничьи… У них свой мир, бумажный, бюрократический, они там в основном и живут, в том мире. Они очень бдительно его охраняют.

А мы – в этом, натуральном мире вещественных структур.

Наши миры объединены именно этим: питаемся мы от этого, вещественного мира… продукты питания у нас приблизительно одинаковы.

В остальном миры разные, один собран из чиновничьих представлений о реальности, другой – из самой натуральной реальности.

Видит Бог – я делал, что мог.

В мечтах я даже проводил ПАРАДЫ – ежегодно, в честь дня рождения Петра Великого - 30 мая.

Очень красиво получалось, эффектно.

Погода на 30 мая всегда хорошая, солнечная, в меру ветреная… свежий ветер с Балтики, волнует, бодрит.

Команды загружаются в свои суда внутри Малой Голландии, там внутри достаточно места.

Сколько команд? Я сначала думал, чтобы у каждой школы была своя команда, потом понял: нет, это ни к чему.

Район – вот кто должен иметь свою команду. Сколько районов в городе – столько и команд, каждая команда – сборная, представляет свой район.

Соответственно, имеет свой вымпел, и своё судно.

О судах школьной флотилии особо следует сказать: это не простые обычные суда, не ялики, не швертботы, не шлюпки… нет, каждое судно - уникально, называется АКВЕЛОПЛАН.

Это название я специально изобрёл, чтобы понятно было, что это – некая амфибия, с комплексом двигательных устройств, исключающих двигатели внутреннего сгорания, - понимаете?

Это принципиально: наши суда не должны зависеть от углеводородного топлива!

В перспективе - … ладно, чего уж там. Выбалтывать – так всё, иначе масштаб предприятия останется неясен… а масштаб – соответствующий, между прочим, от такого масштаба – дух захватывает!

Так вот: каждое судно – в перспективе – должно быть оснащено двигателем на основе генератора Тесла… там многое ещё не понятно, однако цель – как раз ясна, мы получаем энергию из вакуума… тут, в этой теме, многое сходится, и моя идея о «пульсирующей модели физической реальности» тут не на последнем месте… перспективы сумасшедшие, между прочим, я говорю – дух захватывает.

Но это – именно перспектива… Будущее.

А начинать-то надо с того, что очевидно понятно и доступно, вполне реализуемо (была бы добрая воля на то).

Каждый район города создаёт свой АКВЕЛОПЛАН… в каждом районе есть технический лицей, вот на базе этого лицея и разрабатывается и создаётся собственный вариант АКВЕЛОПЛАНА.

Дорабатывается и собирается всё уже на территории Новой Голландии, и к 30 мая всё уже готово, уже и тренировки все необходимые проведены, благо есть где развернуться – тут тебе и Крюков канал, тут и Мойка, а дальше – и Фонтанка… да и в Неву можно выйти… простор!

Вообще – давняя мысль! - надо воскрешать забытый опыт рукоделия, мастерства ремесленного, искусства в обращении с вещественными структурами. То, что даёт основательность в существовании, ремесленная практическая деятельность – взамен этого виртуального нынешнего существования, где ощущение натуральности существования достигается не практической производительной созидательной деятельностью, а всякими искусственными средствами – вплоть до наркотиков, да…

А это не такое простое дело, тут антураж, обстановка соответствующая нужна, «атмосфера»… вот, в Новой Голландии – есть именно это, пространство для воскрешения утраченных навыков… тут каждый камень, каждый кирпич историей пропитан… тут и камень, и вода, и дерево – всё рядом, в естественном соседстве…

…И вот 30 мая поутру суда выходят в Неву, и выстраиваются в одну линию, играет духовой оркестр, разумеется, марши Преображенского, Семёновского и других гвардейских полков, публика, учащиеся всех школ, зрители, болельщики…

По выстрелу пушки с Петропавловской крепости начинается движение вверх по течению, к Адмиралтейству, салютуем памятнику Петру (подарок голландских граждан), дальше – салютуем Медному Всаднику – и уходим влево, огибаем стрелку Васильевского острова и десантируемся на песчаном пляже у крепости.

Выстраиваемся командами на побережье, каждая со своим вымпелом, чествуем победителей гонки, вручаем победителям переходящий приз – петровский Андреевский флаг, косой синий крест на белом фоне.

Потом выстраиваемся в колонны и – под барабанный бой, каждая команда со своим вымпелом – маршируем к памятнику Петру, внутри Петропавловской крепости.

Там – торжественное «клянёмся» в верности России… да, клянёмся быть преданы делу Петра, объявляем себя наследниками петровских начинаний, наследниками и продолжателями, да.

(Я там специально проходил маршевым шагом, там покрытие булыжное, неровное, не брусчатка, не асфальт, нет – натуральный булыжный камень, и потому каждый шаг в тебе историей отзывается)

(Конечно, памятник там – страшненький… зря Шемякин такого Петра сделал, очень зря. Никому это не надо, чтобы ТАКОЙ Пётр представал перед глазами потомков, тем более что… понимаете, ну – глупый он человек, этот Михаил Шемякин, глупый. «Либерал». «Нигилист».

Потому что – вот элементарный вопрос: при жизни царя кто его таким, каким он в памятнике этом представлен – кто его таким видел? Самый ближний круг… самые близкие люди… вынужденно – такой, уже больной совершенно, измождённый невиданным напряжением сил, размахом деятельности.

А мы – разве мы – ближайшие к нему, одного пространства-времени?

А ты его – такого - на всеобщее обозрение… а?

Ты бы ещё его на горшке изобразил… вот, мол, наш царь… по нужде присел, нужду справляет… вот таким его и будем помнить, мол.

А? Что?

Это вообще – особая тема: диссидентствующие интеллигенты и власть.

Я как-то раньше эту тему однобоко видел…

Ну вот, представьте: вам передают листок, вы читаете: «самовластительный злодей, тебя, твой трон я ненавижу, твою погибель, смерть детей с жестокой радостию вижу»… самовластительный злодей – это вы… тогда как вы стараетесь честно исполнять свой долг государя, именно честно и старательно, так, как вы его понимаете… и у вас – семья, дети, и вы, как любой нормальный человек, любите свою семью, заботитесь о детях…

И вот такой вот листок… что вы должны думать, что чувствовать?

Или вот это, тоже давно мне покоя не даёт. Известное стихотворение:

Мы живем, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца, Там припомнят кремлёвского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны, Тараканьи смеются усища, И сияют его голенища. А вокруг него сброд тонкошеих вождей, Он играет услугами полулюдей. Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет, Он один лишь бабачит и тычет, Как подкову, кует за указом указ: Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз. Что ни казнь у него – то малина И широкая грудь осетина.

Вот зачем он это написал?

«Живём, под собою не чуя страны…»… - да ведь это ты, сам про себя… никчёмный… а вот тот, о ком это написал – тот совсем другой. Тот чётко определил: «Мы отстали на сотню лет. И если мы в течение ближайших десяти лет это отставание не устраним – нас сомнут».

«Сомнут» - это значит «уничтожат».

Вот и сопоставьте этих двоих, один не чует страны, а другой понимает, что только его воля способна удержать страну от хаоса, распада и гибели.

Один, проснувшись поутру, прикидывает, где бы раздобыть денег на обед, а другой – что ещё не учтено в строительстве Челябинского тракторного… почему замедление, почему авария, срыв плана… вредительство? Диверсия?

Вот и сопоставьте…

Но это – так, к слову.

Когда я – совершенно случайно – услышал по городской радиотрансляционной сети, что завершается приём заявок на конкурс Проектов реконструкции Новой Голландии - уже всё было, в сущности, проиграно.

Никаких надежд на Будущее, мои идеи о создании ШЛМИ как межрайонной надшкольной самодеятельной организации, со своими ремесленными мастерскими, со своей газетой, местной радиостанцией, телестудией – всё именно самодеятельное, независимое от всякой чиновничьей опеки… всё было кончено, я не сумел пробить эту стену.

И я устал, выдохся.

Да и не мудрено. Я говорю, у меня концепция единого знания, у меня пульсирующая модель физической реальности, мы не правильно понимаем реальность, мы не правильно организуем образование, у нас всё не так, надо… меня внимательно слушают и больше не задерживают.

Спасибо за внимание.

Конечно, это был долгожданный случай (предполагать при этом, что дело выгорит – значит расписываться в непростительной наивности, а меня в наивности упрекнуть, всё-таки, нельзя) - официальная понятная возможность объявить во всеуслышание свои взгляды, идеи, свою гражданскую в том числе позицию…

Да, возможность дать бой – ни больше ни меньше, и я – как сумел – «развернул боевые свои порядки», хотя сам по себе этот «архитектурно - исторический комплекс» большого влечения к себе ПРИВЫЧНО не вызывал, вся эта территория, известная ленинградцам как «Малая Голландия», была традиционно «закрыта», там «до перестройки» хозяйничали военные ведомства, в основном – военные моряки, а по нормам того времени не полагалось проявлять внимание к тому, что «закрыто».

И со стороны виделось мрачное что-то во всех этих красного кирпича строениях, тяжеловесное, казённо-казарменное… хотя само расположение, непосредственность водных коммуникаций с Мойкой, Пряжкой, Крюковым каналом, т.е. со всей системой рек и каналов города, который был кем-то назван Северной Венецией, а Петром был задуман как Новый Амстердам – в этом была своя притягательность.

Так что когда я – совершенно случайно – услышал по городской радиотрансляционной сети, что завершается приём заявок на конкурс Проектов реконструкции Новой Голландии - а я и понятия не имел, что такой конкурс есть! – для меня это было как … ну вот, - строевой конь услышал звук походной трубы…

Стало ясно: сейчас или уже никогда.

При НИКАКИХ ШАНСАХ НА УСПЕХ, последний бой, последняя атака.

Вопреки всем условностям, чиновничьему уморасположению, порядку и пр.

Прежде всего – текст Обращения: